Семантическое калькирование при художественном переводе

Статья посвящена анализу употребления лексемы степь в русских переводах казахской художественной прозы. Цель исследования состоит в обосновании того, что данная лексема в анализируемых текстах является семантической калькой казахской лексемы дала.

В лингвистической литературе имеются многочисленные труды по теории калькирования, втом числе такой его разновидности, как семантическое калькирование, а также по калькированию как одному из способов, широко применяемом) в переводческой практике. Существуют отдельные исследования, посвященные исследованию взаимодействия языков в художественном тексте. Однако исследования статуса лексемы степь на материале русских переводов казахской художественной прозы отсутствуют.

В статье на основе применения метода компонентного (семемного и семного) анализа показано, что под влиянием казахского языка русская лексема степь втекстах русских переводов казахской художественной прозы приобретает несвойственные ей семемы, наличествующие у казахской лексемы дала, эквивалентом которой лексема степь выступает в русском переводе. Указаны дополнительные факторы, подтверждающие факт семантического калькирования при переводе. Приводятся примеры актуализации различных сем анализируемой лексемы. Полученные результаты вскрывают различия в употреблении лексемы степь в произведениях выдающихся представителей русской литературы (Пушкин, Гоголь. Тургенев. Некрасов. Кольцов. Толстой. Чехов. Бунин. Шолохов) и в русских переводах казахской прозы, а также в оригинальных русскоязычных произведениях на казахскую тематику.

Введение

Проблема калькирования в настоящее время продолжает представлять существенный интерес для исследователей-лингвистов. Не последнюю роль в этом играет дискуссионность некоторых вопросов теории калькирования.

У исследователей нет единого мненияпо поводу того, какова сущностная природа калек: для одних это разновидность заимствований, для других - нечто противоположное заимствованиям, для третьих - не что иное, как буквальный перевод.

Актуальность изучения явления калькирования обусловлена значительной активизацией калькирования в XXI веке [1, с. 10] и усилением роли калькирования в жизни современных языков [2, с. 129].

Полиязычие, характерное для современного общества, создает большие возможности для появления калек. «Калька всегда основывается на билингвизме», - отмечает С.А.Прямухина [3, с. 109].

Источником калек является речевая практика людей, владеющих, как минимум двумя языками. Одной из категорий такой группы билингвов являются переводчики, в том числе переводчики художественных произведений.

В настоящей статье мы рассматриваем явление семантического калькирования в процессе перевода на русский язык произведений казахской художественной прозы.

Анализ

Процесс приобретения лексическими единицами одного языка дополнительного значения под влиянием другого языка (в результате языковых контактов) в лингвистической литературе обозначается разными терминами. Данное явление называют «семантическим калькированием», «семантическим заимствованием», «семантической инклннацией», «заимствованием-сдвигом», «семантической индукцией», а также «семантической имитацией», «семантической контаминацией» и др.

Семантическая калька использует для выражения присущего Я смысла материальные средства Я: новое значение входит составным звеном в смысловую парадигму уже имеющегося в Я.

Среди факторов, предопределяющих выбор в Я лексической единицы, включающей в свою семантическую структуру новое значение, называют семантическую общность, когда чужое слово и свое обладают объединяющими их одинаковыми прямыми номинативными значениями [4, с. 117], фонетическую или семантическую общность [5, с. 103].

Некоторые авторы характеризуют семантическое калькирование как воспроизводство семантики иностранного слова [6, с. 136], между тем как воспроизводится не вся семантика, а недостающие значения.

Выявить семантические кальки бывает сложно в силу того, что значение лексемы Я не является чем-то абсолютно чуждым семантике «усваивающей» его лексемы Я: калькируемое слово, более богатое значениями, «в буквальном смысле «подталкивает» семантически бедное слово к приобретению тех значений, которых у него еще нет, но которые потенциально возможны», и, «поскольку заимствуются лишь потенциально возможные значения, то подчас очень сложно определить, какое из переносных значений возникло в результате чужеродного влияния, а какое - в результате независимой семантической эволюции» [7, с. 91].

Основными признаками семантического калькированияявляются: а) исторические события, с которыми связано возникновение новых понятий, выражаемых в заимствующем языке употреблением в новом значении существовавших ранее слов; б) хронологическое предшествование возникновения заимствуемого значения в слове- прототипе воздействующего языка: в) семантическое изменение по чужому образцу слов, имеющих смысловое и фонетическое сходство с иноязычными прототипами, при наличии в воспринимающем языке других слов, переносное употребление которых могло бы послужить для выражения новых понятий; г) изменение семантической структуры слов языка-рецептора по иноязычному образцу без заимстования значений, новых для воспринимающего языка [8, с. 8-9].

Семантическое калькирование определяетсятакже как заимствование широкой сочетаемости лексем [9]. При этом круг разнобразных сочетаний, в которые может вступать лексема языка-рецептора, значительно расширяется в результате приобретения ею отсутствующих прежде семем, имеющихся у эквиалентной лексемы языка-реципиента.

Семантическое калькирование осуществляет заимствование переносного значения слова [10, с. 211]. Совпадение прямых значений кальки и иноязычного слова-прототипа служит основой для калькирования переносного значения.

Обсуждение результатов

Рассмотрим, как осуществляется этот процесс в русских лексемах под влиянием казахского языка на примере лексемы степь.

Разумеется, данная лексема нередко употребляется в переводах и в денотативном статусе, зафиксированном толковыми словарями русского языка. Однако читатель обычно легко понимает, о какой «степи» идет речь в каждом конкретном случае. Cp.:

Онысы, тегі даладан тауып алса керек, элденеше жерден тығыршығы сөгілген, жағасынан жеңіне дейін тат шалған ескі.

Магауин. Аласапыран, 84 -

И сдается, кольчугу эту он подобрал где-нибудь в степи: в нескольких местах она лопнула, вся покрыта ржавчиной - в общем, старье старьем.

Вешние снега, 111;

- (...) патшаның қай чиновнигі болса да, қазақ даласын жабайы, қараңғы, надандар даласы деп біледі.

Эуезов. Абай. 5, 356 -

-(...) Все эти чиновники считают казахскую степь дикой и темной (...) Путь Абая. 2, 247.

Рассмотрим, как под влиянием казахского языка русская лексема степь приобретает новую семему, наличествующую в казахской лексеме дала.

Лексема дала имеет четыре семемы [11, с. 735]:

  1. геогр. Пастибще; луг, сенокос; широкая, обширная, беспредельная, ровная окрестность.
  2. Место вне жилых помещений (улица).
  3. Сельская местность; (слегка) возвышенная местность с пастбищами, посевными угодьями.
  4. Край, территория.

Толковые словари русского языка определяют значение лексемы степь следующим образом:

«Степь - безлесная и нередко безводная пустошь на огромном расстоянии, пустыня; безлесье, незаселенный, кочевой простор (киргизская степь); степь как трава, покос; пажить, пастибще, противополагается лугам» [12.2, с. 322];

«Степь. Безлесное и обычно безводное пространство с ровной поверхностью, покрытое травянистой растительностью. // Устар. Пустыня» [13. 14, с. 850-851];

«Степь - обширное, безлесное, ровное, покрытое травянистой растительностью пространство в полосе сухого климата. // Устар. Пустыня» [14. 4, с. 262].

Как видно, отмечаемая всеми словарями русского языка семема обширное безлесное и безводное, ровное пространство в зоне сухого климата, покрытое травянистой растительностью' лексемы степь совпадает с первой семемой лексемы дала.

Второй, третьей и четвертой семем лексемы дала у лексемы степь в русском языке нет.

Приведем примеры употребления в переводных текстах лексемы степь в том значении, в котором она обычно употребляется в русском языке:

Осы сот шалқар даланы ақ мүнарға қүндақтап, күн шығып келе жатқан.

Найманбаев. Таңертеңнен түске дейін, 532 -

Встало солнце, под его утренними нежаркими лучами степь порозовела.

Первенец, 266;

Қазақтың кең даласында қала жылқысының да айуандық сезімі қайта оянып, бойы сергіп кетіпті.

Мүсірепов, ¥лпан, 483 -

В городском коне, кажется, степь пробудила память о диких предках, и темно-рыжий несся, не касаясь копытами земли.

Улпан ее имя, 385.

Понять лексему степь в исконном значении зачастую помогает осуществляющаяся в контексте актулизация различных ядерных или периферийных сем:

  1. 'безлюдная':

-Дала гой... Кім көріп тұр дейсің, - деді ол алдындағы журналдың бетін жауып.

Сүндетов. Күтем сені, Дидар -

- Степь ведь... Кто тут увидит? - Canap захлопнул лежавший на коленях журнал.

Жду тебя, Дпдар. 279-280;

«Да, - думал Итжемес, - пусто нынче в степи, ни одной человеческой души не встретишь».

Кекильбаев. Плеяды - созведие надежды, 8

(в оригинале прототип лексемы степь отсутствует);

  1. простор', обширное пространство':

Heci н жоғалтыпты бүл кец далада.

Магауин. Аласапыран, 17 -

Что потеряли они в этой бескрайней степи?

Вешние снега, 22;

  1. 'засушливая, знойная':

Бір көрген адам мына сияқты аптапты далада байлап қойсаң шынжырып үзіп қашуға құмбыл екенін жасыра алмас еді, өзі де сол ойдан аулақ емес-ті.

Исабеков. Қарғын, 10 -

На первый взгляд любой человек, хоть привяжи его волосяным арканом, не смог бы задержаться в этой жаркой сонной степи и сбежал бы, куда глаза глядят, порвав любые путы.

Смятение, 10.

В разных контекстах актуализируются различные семы, среди которых можно отметить, кроме вышеуказанных, такие как удобное для битвы', 'место охоты', одновременную актуализацию сем 'ровное', простор' и 'со скудной растительностью', незаселенное пространство', 'безмолвная' и др.

В переводных текстах часты случаи употребления семемы 'край'. Имеется в виду территория, определенные пределы, где проживали казахи:

Патша тақтан құлаған хабар қазақ даласына тез тарады.

Нүрпейісов. Қан мен тер, 345 -

Весть о свержении царя быстро облетела казахскую степь.

Кровь и пот, 315;

Ал даланыц өр мінез ұландары жауға қарсы тізе қосып қарсы шыға алмай, жеке-дара, қалың топқа қарсы ұмтылып, қамауға түсіп қан жұтыпты.

Мекебаев. Жадыра, 331 -

А гордые сыновья степи не сумели объединиться, пытались биться с врагом поодиночке и потому гибли в неравной битве.

Лебединая печаль, 40.

То, что в переводе имело место семантическое калькирование,зачастую подтверждается употреблением в оригинале не лексемыдата, а одной из ее семем ('край, территория, место ), представленной другой лексемой. Это могут быть следующие лексемы:

  1. ел:

Көп елдерді араладық.

Майлин. Азамат Азаматыч, 82 -

Мы долго разъезжали по степи, побывали во многих аулах.

Азамат Азаматыч, 102 -

  1. сахара.
  • Сіз сахарада менің де кең әңгімелесетін, жалғыз бір мәжілістесім есебінде қажетсіз, қадірлісіз!

Әуезов. Абай жолы. 4, 352 -

  • Hy и великолепно, Ибрагим Кунанбаевич, - обрадовался Досовский. - Я вам очень рад, ведь вы - единственный мой собеседник здесь, в степи!

Путь Абая. 1,1515;

  1. қыр

- Қырда - қаракөңіл қазақ жуаны боп, қалада - парашыл төре, ұлық жуаны болып, бәрі қосылып Абайды қамағалы тұр!

Әуезов. Абай. 5,363 -

Против Абая нынче объединились все: в степи - подлые аткаминеры, в городе- чиновники и любители взяток (...)

Путь Абая. 2, 252;

  1. өңір.

Сонда да араз адамына дәл бұндай жазаны жасаған кісі бул өңірде болмаган.

Эуезов. Абай жолы, 225 -

Однако никогда еще не было в степи случая, чтобы кто-нибудь так жестоко наказал своего врага (...).

Путь Абая. 1, 158.

  1. жер.

Ведь ты хочешь, чтоб в степь опять пришли кровавые ханы, а за ними прискакали генералы на белых конях.

Есенберлин. Опасная переправа, 21

(в оригинале: қазақ жеріне),

а такжелексемывлке, аймак,.

Неслучайно во многих случаях употребления данной семемы приводится определение қазақ (қазақ даласы, қазақ жері, қазақ сахарасы), которое воспроизводится в переводе: степь как географическая зона одна и та же, независмо от того, кто ее населяет, следовательно, это доказательство того, что лексема степь в подобных случаях употреблена не в свойственном ей в русском языке значении, а в значении, являющемся для системы русского языка инородным: «казахская степь» - это прежде всего место, где живут казахи, край, родина казахов, а то, что место это в «ландшафтном» смысле именно степь, а не горы, равнина и т.п, здесь совершенно неважно: эта основная словарная семема отодвигается на задний план, затушевывается:

Патша әскері бул көтерілісті аямай басқан кезінде, цазақ даласына қашқан.

Есенберлин. Көшпенділер. 2, 256 -

Карасакал был одним из родовых башкирских вождей, воставших против царицы. Оттесненный регулярными войсками, он ушел в Казахскую степь и был принят казахскими родичами.

Кочевники. 2, 184№

Зачастую в переводе используется сочетание казахская степь при отсутствии в оригинале определения қазақ или всего выражения (қазақ жері, қазақ даласы) в целом:

Китайские власти всегда были рады раздувать в казахской степи пожары распрей и междуусобиц.

Мусрепов. Улпан ее имя, 376;

  • Как я попал в казахскую степь, вы, судя по вашему чистому русскому выговору, понимаете.

Есенберлин. Кочевники. 3, 186.

Отсутствие в оригинале лексемы дала либо других лексем, актуализирующих семему край', не мешает переводчикам использовать лексему степьв данном значении. Приведем примеры из переводов произведений разных авторов:

Так уж повелось в степи еще от дедов наших, что судьбу молодых решали другие.

Сматаев. Чистые воды Kapacy, 238;

Сказать,что я мизинца ее не стоил, что она была великой женщиной Чингизтау, всей степи.

Сейсенбаев. Хобби, милые, хобби, 124;

Похороны уже состоялись. Но когда умирает поэт, известный на всю степь, не менее торжественно отмечается и семидневка...

Абишев. Отомсти за меня, 201;

«Уж не грядет ли в степь какая-нибудь беда?» - с опасением размышлял Тайлан.

Кекильбаев. Плеяды - созвездие надежды, 24.

Рассмотрим пример:

  • Кешірім етеді деген сөздеріне сенбеңдер! - деді бар дауысымен. - Шыдаңдар! Берілмеңдер! Көп кешікпей сендерге жәрдемге Яссы, Сайрам, Отырар, Архұқ... Бүкіл қазақ даласы келеді.

Есенберлин. Көшпенділіер. 2, 82 -

  • Не верьте им! - кричал пленник. - Держитесь, и тогда придут к вам на помощь Яссы, Сайрам, Отырар, Архук... вся степь придет!...

Кочевники. 2, 82.

В данном случае перед нами троп, так как имеется в виду непросто край, а люди, живущие в этом краю. Эта семемабылабыпередана в переводе, если бы было сказано, что на помощь оборонявшимся придет население городов Яссы, Сайрам, Отырар, Архука и вообще все жители этого края. Но в переводе сказано: «Вся степь придет!»-то есть значение люди, живущие в этом краю, в степи'передано посредством лексемы степь, имеющей с лексемой дала одну точку соприкосновения, одну общую семему -'обширное равное пространство. Под влиянием казахского языка в лексеме степь устанавливается такая же связь между местом и людьми в этом месте (ср. в русском: аудитория как помещение и аудитория как совокупность людей в этом помещении, город как единица административного деления в противоположность поселку или деревне и город как совокупность людей, живущих в нем, ит.п.), какая наблюдается в казахском, и становится возможным употребление несвойственной русскому языку семемы лексемы степь.

Это подтверждается тем, что зачастую в оригинале отсутствует лексема дала в качестве прототипа употребленной в переводе степи, вместо нее могут присутствовать лексемы ел, журт, цазац, бүқара, халъщ ит.п.

Приведем примеры употребления семемы люди, народ'лексемысдаеньпри следующих казахских прототипах:

  1. ел:

Тобықты ішінде, Жігітек пен Ырғызбайға аралық жайда отырғанелдщ барлығы, жер қозғалғандай дурсілкінді.

Әуезов. Абай. 5,104-

Известие встряхнуло всю степь, как ударом землетрясения.

Путь Абая. 2,78;

  1. кимиу

- Буйте берсе бар цазац Кенесары туыныц астына жиналу ымүмкі н.

Есенберлин. Көшпенділер. 3,174-

-Есть опасность, что к нему присоединятся многочисленные кипчаки, кочующие по Тургаю, а также роды Младшего жуза с берегов Иргиза, Илека и Эмбы. Если так будет продолжаться, то как бы он и вправду не собрал всю степь под свою единуюруку!

Кочевники. 3,139;

  1. журт:

«Кенегес бар жерде ерегес бар» деп босқа айтпаса керек журт (...)

Есенберлин. Алтын Орда, 496 -

Недаром в степи говорили про них: Где кенегесцы - там ссоры.

Золотая Орда, 528;

  1. хальщ:

Букіл қара халы қ онда Әбілқайырды күлкі етуі даусыз.

Есенберлин. Көшпенділер. 1, 84 -

Вся степь будет смеяться над ханом Абулхаиром, если победит на скачках этот Орак на своем белоногом.

Кочевники. 1, 57;

а также б\рара, кісілер и т.п.

Следовательно, мы имеем все сонования считать, что при семантическом калькировании лексема русского языка не только употребляется в новом, отсутствующем у нее в русском языке значении, но в ряде случаев при необходимости повторяет тот же метонимический перенос, какой произошел в значении лексемы- прототипа из казахского языка.

Переводчики охотно используют лексему степь для обозначения единства мнений, настроений, при этом значение люди, народ, живущий в этом краю', приобретенное лексемой степь, совпадает с понятием народная масса, однородная в каком либо плане', будь то переживаемые чувства, отношение к каким-нибудь людям (акынам, мудрецам, батырам, правителям), прославившимся своей добротой или, напротив, жестокостью, известность, слава певцов, красавиц, скакунов и т.п.:

Бүкіл ф-ж^рты ардақтаған Асан өтінішіне хан қарсы келе алмаган.

Есенберлин. Көшпенділер. 1,51-

Даже хан не мог отказать в чем-либо человеку, которого почитала вся степь.

Есенберлин. Кочевники. 1, 39

Такое употребление также имеет место при частом отсутствии в оригинале какой- либо лексемы, содержащей актуальную в этом случае семему люди (народ, казахи), живущие здесь (в этом краю)'.

Хозяин так и не ответил - тот ли он Мади, о чьих подвигах знает вся степь, чьи песни поет вся степь , но Иман уже понял, с кем свела его судьба под сводами мазара в глухую ненастную ночь.

Абишев. Отомсти за меня, 29;

Разве для казахов байга не была испытанием, когда на чашу весов ложилась честь - не одного коня, не одного человека, даже не одного аула, а - случалось - всего народа? ... честь и гордость, достоинство и благородство, мужество и стойкость духа - вот чем была для степи во все времена байга!

Магауин. Судьба скакуна, 511.

Подобное употребление обусловлено гораздо большей экспрессивностью лексемы степь, намного превосходящей перифразы типавсе люди, все казахи, весь народ. Это особенно относится к «степи» - субъекту, активно действующей совокупности всех казахов:

Через день-два вся степь узнает о том, что он, Курбан, самый богатый и всесильный человек в этом краю, как крикливая баба, сцепился с безродной старухой.

Иманбеков. Последняя охота, 36;

Важно удивить людей на больших сборищах! Чем, кем, как - неважно! Главное - изумить, заставить говорить о себе всю степь!

Кекильбаев. Плеяды - созвездие надежды, 21.

Степь в значении все казахи' употребляется также для обозначения объекта, на который направлено чье-либо действие:

Хан приказал оповестить всю степь, что возвращается со своим войском.

Есенберлин. Кочевники. 2, 41.

В ряде случаевлексема степь употреблена в переводе как эквивалент оригинального Дәшті (Дәшті Қыпшац):

Дәшті Дыпшак, қазір атамыз Қасым хан кезіндегіден де күшті.

Мағауин. Аласапыран, 388 -

Степь сейчас сильнее, чем была при нашем предке Касым-хане.

Вешние снега, 503.

Иногда Дэшті, Дәшті Қыпшақ оригинала передается в переводе как степь Дешт-и- Кипчак или Кипчакская степь '.

Бүкіл Дәшті Қыпшақ, Қорасанды билеп турған Әбілқайырға Оспан- Қожа деген құл кім?

Есенберлин. Көшпенділер. 1, 136 -

Да и что за дело хану всей степи Дешт-и-Кипчак до какого-то узника, который был в прошлом его советником?

Кочевники. 1, 100;

Когда зеленоглазый, желтобородый грозный хан наложил руку и на Кипчакскую степь, бежавшие отказались от своего прежнего намерения (...)

Магауин. Вешние снега, 193 -

в оригинале: Дэштіге де қол артқан кезде (Аласапыран, 146).

И степь Дешт-и-Кипчак, и Кипчакская степь могут быть употреблены в переводе и при отсутствии прототипа в оригинале:

Казахи, быстро вынудившие своих завоевателей говорить по- казахски и совершать многочисленные казахские обряды, тем не менее сквозь пальцы глядели до сих пор на то, что султаны-чингизиды не принимают участия в похоронах согласно древнему ритуалу степи Дешт-и-Кипчак.

Есенберлин. Кочевники. 1, 80.

Использование в переводе формы Дешт-и-Кипчак, употребленной в значениях место, край, территория' и 'люди, народ в этом краю', также возможно при отсутствии соответствующего прототипа в оригинале:

Узункулак уже разнес по Дешт-и-Кипчак весть о ссоре братьев, и Тюре-бий знал, зачем понадобились воины Джанибеку.

Есенберлин. Золотая Орда, 303;

Пусть разнесет Асан-Кайты по степи весть о том, что он, Джанибек, выстроил для себя удивительную усыпальницу, равной по красоте которой не знает Дешт-и-Кипчак.

Есенберлин. Золотая Орда, 315.

Утверждать, что степъв русских переводах является семантической калькой с казахского, зачастую позволяет контекстуальное окружение лексемы, в первую очередь, весьма частотное определение вся. Если степь в русском языке - обширное пространство...', то очевидно, что вся степь - это не степь в «ландшафтном» смысле, поскольку неважно, все ли ее протяжение имеется в виду в том или ином случае. Вся степь -это, конечно, все люди, все казахи, весь народ'.

Помимо этого, сочетаемость лексем вся и степь с глаголами знать, говорить, видеть и т.п., то есть с глаголами активного действия, также свидетельствует в пользу того, чтостепъ в окружении этих лексем явно имеет значение все люди в этом краю, в степи', то есть является семантической калькой:

Если бы султан Аблай покарал этот род только за желание переселиться к родичам, то взволновалась бы вся степь.

Есенберлин. Кочевники. 2, 199.

При заимствовании русской лексемой степь казахской семемы 'край, территория' в этой лексеме в зависимости от контекста могут актуали- зироваться различные семы. Это либо совокупное население степи (о чем мы уже говорили), либо некая форма самостоятельной государственности (в ряду: Россия, Кашгария, Джунгария, Китай, Степь).

Контекстом «наводятся» различные семы, самая частотная из них - сема родина' (иногда и при отсутствии прототипа в оригинале):

- Было это задолго до нас, - начала она. - В очень стародавние времена. В нашу степь из страны бедуинов пожаловал могучий лев, и стоило ему попробовать коннны, он больше никакого другого мяса есть не пожелал.

Абишев. Отомсти за меня, 72.

Также могут быть «наведены» другие семы: воинственная, мятежная', нестабильная', беспокойная, полная опасностей', разрозненная, разобщенная', окраина российской империи', нецивилизованная' и др. К сожалению, рамки настоящей статьи не позволяют привести примеры на случаи актуализации указанных сем.

Выводы

Таким образом, под влиянием казахского языка лексема степь приобретает некоторые семемы, несвойственные ей в русском языке и наличествующие у ее казахского эквивалента дала, что позволяет рассматривать подобные случаи употребления лексемы степьв текстах русских переводов казахской художественной прозы как семантическую кальку.

К тому же в произведениях русских писателей и поэтов, как бы ни различались они по своей индивидуально-творческой манере, лексема степь употреблялась лишь в топографическом смысле, для описания реального пейзажа. А те семемы лексемы степь, которые обнаруживаются в переводном тексте, появляются под несомненным влиянием казахского языка.

 

Список литературы

  1. Маринова Е. В. Иноязычные слова в русской речи конца XX-начала XXI в.: проблемы освоения и функционирования. - M.: Эллис. 2008. - 495 с.
  2. Сенько Е.В., Ленчина М.Р. Калькирование в современном русском языке //Филологические науки. Вопросы теории и практики. Том 13. Выпуск 11. - Тамбов: Грамота. 2020. - С. 128-133.
  3. Прямухина С.А. Языковая интеграция посредством калькирования // Методика преподавания иностранных языков и РКИ: традиции и инновации: Сборник материалов III Международной научнометодической онлайн-конференции. - Курск: Курский государственный медицинский университет, 2018. - С. 108-114.
  4. Семенова Л.Н. К вопросу о контактной фразеологии: // Проблемы русской филологии: Семантика фразеологических единиц. - Тула, 1975. - С. 109-118.
  5. Багана Ж., Трещева Н.В. Явление калькирования в условиях языкового контакта (на материале канадского национального варианта французского языка) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Гуманитарные науки». - 2010. - № 24 (95). - вып. 8. - С. 99-109.
  6. Калинина З.М. Очерки по лексикологии современного литературного пушту. - M.: Наука, 1972. - 143 с.
  7. Мотузенко Е.М., Гайдаржи Г.А. Семантические условия калькирования значений // Советская тюркология. - 1986. - № 1. - С. 91-94.
  8. Гибало Е.Н. Англо-американские семантические кальки в современном немецком языке: Автореф. дис. канд.-М., 1979,-24с.
  9. Копыленко М.М. О греческом влиянии на язык древнерусской письменности. Семантические и фразеологические кальки // Русская речь. - 1969. - № 5. - С. 96-103.
  10. Чемес В. Функционирование литературного языка в иноязычной среде: Автореф. дис. канд. - Киев, 1986. -24 с.
  11. Қазақ тілінің түсіндірме сөздігі. - Алматы: Ғылым, 1976. - 198 б.
  12. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка (в 4 т.). - M.: Русский язык, 1979.
  13. Словарь современного русского литературного языка в 17 томах. - Т.14. - М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1963. - 1390 стлб.
  14. Словарь русского языка в четырех томах. - Т.4. С-Я. - М: Русский язык. 1988. - 800 с.
Год: 2020
Город: Атырау
Категория: Филология