Особенности применения метода срединной линии для делимитации морского пространства между прибрежными государствами

Разграничению морского пространства между береговыми государствами всегда уделяется осо­бое внимание. Конференция, проходившая в Женеве с 24 февраля по 27 апреля 1958 г., была пред­ставлена 82 государствами. На ней были приняты следующие важные для института делимитации конвенции: Конвенция ООН о континентальном шельфе 1958 г. (особенно ее ст. 6), Конвенция ООН о территориальном море и прилежащей зоне 1958 г. (ст. 12), которые внесли весомый вклад в разви­тие международного морского права и повлияли на развитие национального законодательства примор­ских государств.

Пункт 1 ст. 6 Конвенция ООН о континентальном шельфе 1958 г. гласит: «Если один и тот же континентальный шельф примыкает к территории двух или нескольких государств, берега которых расположены один против другого, границы между шельфами определяются соглашением между ними. В случае, если соглашение отсутствует и если нет особых обстоятельств, которые оправдывали бы уста­новление иной линии границы, границей между шельфами является срединная линия, каждая точка которой отстоит на равном расстоянии от ближайшей точки исходной линии, от которой отсчитывается ширина территориального моря каждого из государств» [1].

Пункт 2 ст. 6 Конвенция ООН о континентальном шельфе 1958 г. гласит: «Если один и тот же континентальный шельф примыкает к территории двух смежных государств, граница шельфа опре­деляется соглашением между ними. При отсутствии соглашения и если иная линия не оправдывается особыми обстоятельствами, граница определяется по принципу равного отстояния от ближайших то­чек тех исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря каждого из этих двух государств» [1].

Аналогичный метод срединной линии для разграничения территориального моря был определен ст. 12 Конвенции ООН о территориальном море и прилежащей зоне 1958 г. [2].

Итак, Конвенции 1958 г. установили, что главное правило разграничения континентального шельфа — это взаимное соглашение государств. В случае его отсутствия применяется метод средин­ной (равноотстоящей) линии. Но, как показала дальнейшая практика, юридические нормы, установ­ленные в этих Конвенциях, до конца не смогли решить проблему морских границ между государст­вами. Морские споры становились источниками возникновения опасных конфликтных ситуаций меж­ду государствами. История данного вопроса отчетливо свидетельствует о больших трудностях, воз­никающих почти всякий раз, когда речь идет об установлении внешнего предела или внешних границ морских пространств. Примерами такого рода ситуаций являются греко-турецкий спор о делимита­ции континентального шельфа Эгейского моря в середине 1970-х гг, делимитация континенталь­ного шельфа Персидского залива между Ираном, Ираком, Кувейтом и др.

Также показательный пример: в феврале 1964 г. в Международный Суд ООН поступило за­явление ФРГ, Дании и Нидерландов. Стороны просили Суд вынести решение о том, какие методы, принципы и нормы международного права должны быть применены к разграничению континенталь­ного шельфа в Северном море.

По нашему мнению, это означает, что метод срединной линии оказался непригодным для реше­ния данной проблемы. Одним словом, этот метод не позволяет решить делимитацию морских про­странств в полном объеме, следовательно, нуждается в совершенствовании.

Стало очевидным, что существует потребность в глубоком исследовании данного вопроса.

Следующим шагом для развития международного морского права было проведение Международ­ной конференции по морскому праву в 1982 г.

В ходе Конференции ООН особое место занимал вопрос о делимитации морских пространств. Распространение деятельности государств на новые морские пространства (как исключительная эконо­мическая зона, которая также нуждалась в разграничении между береговыми государствами, вынудило участников Конференции заново вернуться к этому вопросу. Принятию Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. предшествовал длительный процесс переговоров (около 10 лет).

Проблема делимитации территориального моря между государствами с противолежащими или смежными побережьями решился без особого труда. Была принята ст. 15 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., которая гласит: «Если берега двух государств расположены один против другого или примыкают друг к другу, ни то ни другое государство не имеет права, если только между ними не заключено соглашение об ином, распространять свое территориальное море за срединную линию, проведенную таким образом, что каждая ее точка является равноотстоящей от ближайших точек ис­ходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря каждого из этих двух госу­дарств.» [3].

Обратим внимание, что для случая территориального моря принцип срединной линии становит­ся обязательным (см.: «ни то, ни другое государство не имеет права. распространять свое террито­риальное море за срединную линию.»).

В ходе обсуждения проблемы делимитации исключительной экономической зоны и континен­тального шельфа между государствами с противолежащими и (или) смежными побережьями появи­лись большие трудности. В процессе переговоров произошло разделение государств на две группы, которые высказывали противоположные позиции. Противоположность позиций особенно ярко про­являлась в различных взглядах на принципы, методы и способы, применяемые при делимитации мор­ских пространств [4].

«Группа 22», состоявшая из 22 стран, в числе которых были Испания, Канада, Дания, Япония, Югославия, Швеция, Великобритания, Италия и др., предлагала осуществить делимитацию путем со­глашения, с применением принципа срединной линии или линии равного отстояния.

Другая группа — «группа 29», состоявшая из 29 государств, в числе которых были Ирландия, Ал­жир, Аргентина, Франция, Ирак, Кения, Турция и др., предлагала осуществить делимитацию путем соглашения, в соответствии с принципами справедливости, с учетом всех существенных обстоятельств и с применением какого-либо метода, где это необходимо, для достижения справедливого реше­ния. К тому времени в проекте будущей Конвенции появились статьи и положения об исключитель­ной экономической зоне.

Разногласия заключались прежде всего в том, что «группа 22» расценивала «срединную линию» не только как метод, но и как принцип. При этом ставилась под сомнение роль «принципа справедливо­сти», поскольку этот принцип был, якобы, не исследован, а множество других проблем можно было решить посредством «особых обстоятельств».

«Группа 29» отстаивала позицию, что срединная линия является методом, а основной принцип, который применяется при разграничении морских пространств, — это принцип справедливости.

После длительных переговоров стороны пришли к компромиссной формулировке и были приняты ст.ст. 74 и 83 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., которые имеют почти идентичную формули­ровку [3]. Статья 74 была принята для делимитации исключительной экономической зоны, а ст. 83 — для делимитации континентального шельфа.

  1. Делимитация исключительной экономической зоны (континентального шельфа) между госу­дарствами с противолежащими или смежными побережьями осуществляется путем соглашения на основе международного права, как это указывается в ст. 38 Статута Международного Суда, в це­лях достижения справедливого решения.
  2. Если в течение разумного срока не может быть достигнуто соглашение, заинтересованные го­сударства прибегают к процедурам, предусмотренным в части XV Конвенции ООН по морскому пра­ву 1982 г.
  3. До заключения соглашения, как предусматривается в п. 1, заинтересованные государства в духе взаимопонимания и сотрудничества предпринимают все усилии для того, чтобы достигнуть вре­менной договоренности практического характера и в течение этого переходного периода не ставить под угрозу достижение окончательного соглашения или не препятствовать его достижению. Такая договоренность не должна наносить ущерба окончательной делимитации.
  4. Когда между заинтересованными государствами имеется действующее соглашение, вопросы, относящиеся к делимитации исключительной экономической зоны (континентального шельфа), ре­шаются в соответствии с положениями этого соглашения.

Проблема делимитации прилежащей зоны между государствами с противолежащими и смежны­ми побережьями осталась открытой, она не нашла отражения в новой Конвенции 1982 г.

Заметим, что слова о срединной линии в ст.ст. 74 и 83 Конвенции 1982 г., в отличие от Конвенций 1958 г., не используются, тем самым Конвенция 1982 г. не обязывает государства применять метод срединной линии для делимитации исключительной экономической зоны и континентального шельфа.

Возникает закономерный вопрос: чем была вызвана необходимость изменять норму о делими­тации континентального шельфа? Несомненно, что одной из основных причин могла быть междуна­родная практика. Например, по мнению А.Л.Колодкина, основным средством разграничения конти­нентального шельфа служит соглашение между государствами. В то же время в научной юридиче­ской литературе при оценке практики применения Конвенции 1958 г. по разграничению континен­тального шельфа отмечалось, например, С.В.Молодцовым [5], что государствами, как правило, ис­пользовался способ срединной линии. Несомненно, здесь нет никаких противоречий, так как госу­дарства добровольно, по взаимному согласию, использовали при делимитации континентального шельфа метод срединной линии, а не в силу того, что не было достигнуто соглашения между ними или отсутствовали особые обстоятельства, и они просто вынуждены были прибегнуть к указанным методам.

Срединная линия как метод разграничения континентального шельфа была использована в со­глашениях между СССР и Финляндией в Финском заливе [6]. Этот метод также был использован для разграничения континентальных шельфов в северо-восточной части Балтийского моря, а также в соглашениях между Англией и Норвегией, Англией и Голландией, Англией и Данией.

С другой стороны, ряд соглашений о разграничении континентального шельфа был заключен го­сударствами с учетом «особых обстоятельств». К ним можно отнести соглашения между Ираном и Бахрейном, Ираном и Катаром [7]. В основу этих соглашений была положена идея справедливого разграничения континентального шельфа, над которым государства имеют суверенные права в соот­ветствии с международным правом.

Из этих примеров следует, что оценка государствами положений ст. 6 Конвенции 1958 г. с точки зрения их международно-правового значения не является единообразной.

Пункт 1 статей 74 и 83 Конвенции 1982 г. призывает решить проблему делимитации конти­нентального шельфа и исключительной экономической зоны путем соглашения на основе междуна­родного права в целях достижения справедливого решения.

Пункт 3 статей 74 и 83 Конвенции 1982 г. рекомендует сторонам предпринимать все усилия для того, чтобы достичь временной договоренности практического характера и в течение переходного периода не ставить под угрозу достижения окончательного урегулирования. В пункте 2 статей 74 и 83 говорится о необходимости для сторон прибегнуть к процедуре, предусмотренной в части XV Конвен­ции 1982 г., т.е. к судебному урегулированию споров, если стороны в течение разумного срока не смогут достичь соглашения.

Следует сказать, что и после принятия Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. многие проблемы по разграничению морских пространств остались нерешенными. Например, до сих пор не решается про­блема делимитации морского пространства между Россией (СССР) и США в Беринговом море. К этому примеру также можно отнести проблему делимитации морского пространства между Россией (СССР) и Японией в Японском море. В настоящее время также не решена проблема делимитации Каспийского моря.

Подобные примеры можно привести по всем континентам земного шара. После 1982 г. многие го­сударства обращались в Международный Суд ООН с просьбой вынесения решений по спорам о дели­митации морских пространств.

Заслуживает внимания следующий пример. В 1985 г. Международный Суд ООН вынес решение по спору о делимитации континентального шельфа между Ливией и Мальтой в Средиземном море. Спор был обусловлен тем, что еще в 1976 г. эти страны заключили между собой договор о делимита­ции континентального шельфа. Пройдя длительный переговорный процесс, стороны к какому-либо по­ложительному соглашению не смогли прийти. В 1982 г. стороны совместно подали заявление в Высо­кий Суд. Они просили вынести решение по следующим вопросам: «какие принципы и нормы междуна­родного права применимы для делимитации континентального шельфа, прилегающего к побережьям этих стран, и как на практике без особых осложнений можно применить эти решения».

Суд вынес следующее решение:

«I. Линия делимитации должна быть проведена в соответствии с принципами справедливости и с учетом всех относящихся к делу обстоятельств, для достижения справедливого результата.

Протяженность континентального шельфа может достигать 200 морских миль, и естественная пролонгация не может быть основанием распространения юрисдикции за ее пределы».

В пункте 3 Суд указал, что окончательное решение должно быть принято с учетом таких об­стоятельств, как береговая конфигурация, ее протяженность и длина шельфа. Для этого в пункте 4 Суд предложил провести медианную линию (т.е. срединную линию), которая должна равно отстоять от исходных линий [8].

Два факта этого решения обращают на себя особое внимание.

  1. Международный суд ООН, несмотря на то, что в ст.ст. 74 и 83 Конвенция по морскому праву 1982 г. отказалась от принципа срединной линии, рекомендует сторонам решить проблему делимита­ции континентального шельфа методом срединной линии.
  2. При этом Суд также рекомендует принять во внимание протяженность и конфигурацию бере­говой линии.

По нашему мнению [9], решая проблему делимитации методом срединной линии, абсолютно невозможно учесть протяженность и конфигурацию береговой линии. Это следует из самого опре­деления срединной линии. Согласно ст.15 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., «срединная линия проводится таким образом, что каждая ее точка является равноотстоящей от ближайших точек исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря каждого из этих государств».

Из этой формулировки видно, что при определении границ секторального разделения морской территории (пусть она будет территориальным морем или континентальным шельфом или чем-то другим) методом срединной линии рассматриваются только ближайшие точки исходных линий бе­регов каждой страны, а остальные точки в расчет не берутся. В принципе все точки исходной линии должны иметь определенную значимость. Каждая точка исходной линии, независимо от того, являет­ся ли она самой ближайшей или отдаленной, должна внести свой вклад в процесс разделения мор­ских зон. Если рассмотреть этот вопрос с «юридической» точностью, то соседние точки должны быть не менее «весомыми», чем сама ближайшая точка. Мы убеждены, что рассмотрение только ближай­ших точек, без рассмотрения других, соседних к ним, также удаленных точек, совокупность которых определяет конфигурацию, протяженность и взаимное расположение береговых (исходных) линий прибрежных государств, неизбежно должно привести к искаженным результатам. Мы полагаем, что именно невозможность учета конфигурации, протяженности и взаимного расположения исходных линий является главной причиной несовершенства метода срединной линии. Следовательно, приме­нение метода срединной линии для делимитации морских зон, не исключено, приведет к искаженным картинам, при этом получаемые результаты будут неверными [10].

При делимитации любого морского пространства, как верно рекомендует Высокий Суд ООН, необходимо в полном объеме учесть конфигурацию и протяженность береговой (исходной) линии.

С другой стороны, как было сказано выше, метод срединной линии не сможет это обеспечить. Следо­вательно, приведенное выше решение Международного Суда ООН, которое, призывая решить про­блему справедливо и предлагая решить проблему делимитации морского пространства методом сре­динной линии и при этом рекомендуя принять во внимание протяженность и конфигурацию береговой линии, привело спорящие стороны к новой тупиковой ситуации.

Главной причиной такой ситуации, по нашему мнению, является то, что метод срединной ли­нии нуждается в совершенствовании. Следовательно, вопрос о совершенствовании института дели­митации (в частности методов разграничения морских пространств) заслуживает детального рас­смотрения и особого внимания.

References

1      The Convention of the United Nations on a continental shelf of 1958 law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1266932

2      The Convention of the United Nations on the territorial sea and contiguous zone of 1958 / untreaty.un.org/cod/avl/pdf/ha/gclos/gclos_r.pdf

3       The Convention of the United Nations on a marine law 1982 г. / rise.odessa.ua/texts/JUNKLOS82.php3

4     Molchan L.P., Yankov A. Legal regime of sea coastal spaces // World Ocean and international law. — Moscow: Beck. — 1987. — P. 185-190.

5      Molodtsov S. V. Legal regime of sea waters. — Moscow: International relations. — 1982. — P. 208.

6       Sheets of the Supreme Council of the USSR. — 1966. — № 33. — P. 740.

7      National Legislation and Treaties Relating to the Law of the Sea. United Nations. — N.Y., 1974. — P. 416-417.

8      Pampulov D.Z. International legal mode of sea waters and bottom of the Mediterranean Sea. — Moscow: Beck. — 1987. — 228 p.

9      Baibekova L.S. About differentiation of an exclusive economic zone and a continental shelf between the states // The Law and time. — 2012. — № 2 (134). — P. 70-73.

10   Baibekov S.N., Abdiraiym B.Zh., Baibekova L.S. A new method of modeling of sectoral division of the marine territory be­tween the states // Works of the II International scientific and practical conference «Society information». MES and ENU name after L.N.Gumilev. — Astana, 2010. — P. 356-363.

Фамилия автора: Л.С.Байбекова
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика