Языковая интерпретация идеи одновременности и соотнесенности действий

Языковая интерпретация временного порядка включает динамичность «наступлений фактов» и статичность «длительностей» [1; 56-59, 2; 154-155]. В нашем языковом сознании, отражающем обыден­ное мышление, в котором до сих пор господствует ньютоновское отождествление времени с длитель­ностью, понятие «одновременность» связывается с понятием «длительность», о чем писал еще А. А. Шахматов: «Категория преждевременности ассоциируется с представлением о результативности, а категория одновременности — с представлением о длительности» [3; 490]. Это проявляется и в том, что основным средством выражения одновременности является сочетание форм НСВ в так называемом кон­кретно-процессном значении, и в лингвистическом определении одновременности [1; 179, 3; 28, 4; 54]: «В предложении с отношениями полной одновременности сообщается о двух длительных явлениях, совпадающих во времени на всем протяжении своего существования», «предложения с отношениями частичной одновременности сообщают о таком соотношении двух явлений, при котором одно — не­длительное — совпадает с каким-то моментом другого — длительного» [1; 72].

На закономерности функционирования видо-временных форм СВ и НСВ оказывает влияние признак локализованности / нелокализованности действий во времени [4; 15]. Вслед за А.В.Бондарко, локализованность / нелокализованность действия во времени мы понимаем как представление либо единичной, конкретной ситуации, занимающей определенное положение на оси времени (прикреп­ленной к определенному моменту или отрезку времени), либо ситуации повторяющейся, не зани­мающей определенного положения на оси времени [2; 122-132].

Характерным признаком временных соотношений одновременности является то, что все дейст­вия в пределах одного периода времени должны быть однородными с точки зрения их конкретности / обобщенности [4; 74]. Поэтому на следующим этапе анализа одновременности важным представля­ется вопрос анализа таких ситуаций в рамках конкретных единичных действий.

Каждый из вариантов содержит исследование соответствующих ситуаций и анализ средств их выражения.

Одним из важнейших условий реализации функции процессности при описании конкретного фрагмента действительности является признак перцептивности (наблюдаемости). В конкретном выска­зывании действие воспринимается в процессе его протекания, это действие «наблюдаемое» [1; 45-56, 2; 40-41]. Наблюдателем действий может быть как субъект описываемой ситуации, так и участник рече­вого акта.

При обозначении развивающихся процессов в рамках фиксируемого периода выявляется эле­мент динамичности. Передается динамика переходов от одного состояния в протекании действия к другому, более позднему; моменты t1, t2, t3, tn и т.д. соответствуют разным состояниям (этапам) раз­вертывания процесса.

Признак перцептивности находит эксплицитное выражение в СПП с изъяснительными прида­точными и местоименно-соотносительной связью частей. Например: «Мы уселись в кресла друг про­тив друга. Ну, помолчали. И вдруг я понял, почувствовал, догадался, что эта молодая женщина прихотью судьбы, чьей-то властью или как там еще предназначена мне» (Окуджава Б. Свидание с Бонапартом); «Молчание на балконе некоторое время нарушала только песня воды в фонтане. Пи­лат видел, как вздувалась над трубочкой водяная тарелка, как отламывались ее края, как падали струйками» (Булгаков М. Мастер и Маргарита).

В приведенных высказываниях используется преимущественно «изобразительный тип речи» [5; 9-12], в котором важным показателем актуальности ситуации, конкретности является наличие субъекта восприятия. Такая процессная ситуация связана с пошаговым изображением описываемого, с детализацией и конкретизацией происходящего с его показом [6; 14]. Представлены конкретно-процессные ситуации с признаком преднамеренности; перцептивность представлена как процесс — процессу наблюдаемого действия соответствует одновременный процесс наблюдения этого процесса.

На конкретность наблюдаемой ситуации могут указывать пространственные ориентиры, напри­мер: «Когда вели через Тобольск, отец издали видел знакомый Тобольский каторожный централ: высоко на крутом берегу Иртыша над лугами и лесом серой плотной стеной темнели «пали», бревен­чатый частокол, за «палями», невидимая, стояла еще одна каменная стена, и где-то там, внутри, среди каменных коридоров — брат» (Трифонов Ю. Отблеск костра); «Лека смотрел на свою руку, по кото­рой ползла капля козлиной крови, и молчал» (Лиханов А. Благие намерения). В данном случае эле­менты типа «через Тобольск», «на руку», «из вездехода» — это и показатели времени процесса, вре­мя его восприятия, и показатели места протекания процесса. В процессе восприятия элементы про­странства и времени могут не дифференцироваться, а передаваться комплексно.

С точки зрения темпоральной заданности процессов выделяются два типа случаев одновремен­ности действий, различающиеся по степени длительности: 1) процессные ситуации, включающие действия, однородные по степени длительности (выражается полная одновременность действий); 2) процессные ситуации, включающие действия, разные по степени длительности (выражается час­тичная одновременность действий).

Различные варианты семантики НСВ выявляются на основе определенных дифференциальных признаков; при этом выделяются те признаки, которые связаны с разными аспектами идеи времени, референциальным статусом участников ситуации, понятием контролируемости / неконтролируемости действия.

Рассмотрим ситуации «совмещающиеся действия, однородные по степени длительности» (пол­ная одновременность действий)», в которых выражается совпадение действий глаголов в конкретно-процессном значении на всем протяжении их проявления. Отметим, что глаголы НСВ, выражающие состояние субъекта (психические и эмоциональные), выступают не в процессной, а в нейтральной функции. Такие состояния не имеют конкретной протяженности во времени, но могут прослеживать­ся как протекающие процессы. Разные типы состояний выделяются в работах [5; 15, 7; 144, 8; 45]. На реализацию временных отношений накладывает отпечаток и лексическое значение глагола. Напри­мер, особенность употребления глаголов слухового восприятия состоит в том, что они часто выступают вместе с глаголами зрительного восприятия, выражая обобщенный характер способа восприятия, на­пример: «Иванов глядел на своего сына, слушал его слова» (Платонов А. Возвращение); «Все трое не­которое время смотрели в окно, слушали глухие звуки улицы» (Шукшин В. Вянет, пропадает).

Основанием объединения одновременных действий может быть характер их протекания, при­надлежность к единой временной сфере, например: «Возле вахты стояли конвоиры с винтовками в руках — в белом морозном тумане двигались какие-то незнакомые фигуры. Я стоял у стены и ждал очереди» (Шаламов В. Колымские рассказы); «Ярко горели лампы, и все пел и пел свою нехитрую песенку медный самовар-инвалид» (Паустовский К. Прощание с летом).

В каждом из приведенных высказываний внимание сосредоточено на пространственном сопо­ложении предметов, перечне внешних признаков, едином временном периоде, в рамках которого осуществляются процессы. Еще А.Эйнштейн писал о том, что «говорить об одновременности двух событий имеет смысл не иначе как по отношению к некоторой координатной системе» [9; 249]. Ука­зание на конкретность ситуации представлено имплицитно: отсутствуют какие-либо средства, кото­рые прямо и однозначно указывали бы на локализованность действий во времени. Однако конкрет­ность обстановки, определенность субъекта свидетельствуют о конкретности всей ситуации.

Одновременность процессов отчетливо проявляется при наличии лексических актуализаторов, которые в комплексе с глаголами НСВ подчеркивают синхронность осуществления действий. На­пример: «И в ту минуту, когда Костогрыз еще хмурился и ковырялся в семейных обычаях стари­ны, Пожуйшапка уговаривал себя пожалеть жену» (Лихоносов В. Наш маленький Париж); «В ту минуту, когда я собираюсь ложиться, широкая бледная полоса лунного света ясно озаряет место, где я лежу, и я вижу что-то темное и большое, лежащее шагах в пяти от меня» (Гаршин В. Четыре дня). Ср. также в следующих ССП: «Квас был крепок, играя, как шампанское, и весело и холодно су­шил во рту, немного пьянил и в то же время освежал» (Куприн А. Черная молния); «Мать иногда скучала ими; но в этот раз попался нам хозяин — необыкновенно умный мужик, который своими рассказами о барине всех нас очень занял и очень смешил мою мать. Он как будто хвалил своего господина и в то же время выставлял его в самом смешном виде» (Аксаков С. Детские годы Багро­ва-внука). Как видим, действия частей связаны одновременной взаимообусловленной связью, объе­динены общим одинаковым отнесением к единому временному периоду.

В некоторых высказываниях действия могут быть соотнесены как общее и частное, когда содер­жанием второго компонента раскрывается, дополняется некоторая часть первого компонента. На­пример: «- Давно ты здесь? — спросил Текутьев. — Еще матушка Катерина посадила нас тута, чтобы не забылось, на каком месте Потемкин преставился. Сказывались, сидите, покедова памят­ник ему не поставят. Вот и сижу. Жду» (Пикуль В. Фаворит); «Он (Ганин) с час попивал кофе, сидя у чистого огромного окна, и смотрел на прохожих» (Набоков В. Машенька). Вторая часть развивает и дополняет содержание первой части.

Рассмотрим разновидности одновременных отношений в рамках конкретных единичных ситуа­ций, связанных со следующими категориальными ситуациями: 1) «одновременность развивающихся явлений по степени интенсивности»; 2) «полная ограничительная одновременность» и 3) «пропор­циональное соответствие двух взаимосвязанных действий по степени интенсивности качества или количества».

Одновременность развивающихся явлений по степени интенсивности действия передается СПП с союзом «по мере того как», например: «Дни в Лихаревке шли горячие и тяжелые; они начинали за­дыхаться уже с утра. По мере того как крепчала жара, командование переносило начало рабочего дня на все более раннюю пору» (Грекова И. На испытаниях); «По мере того как удалялись они от земли, особенно после того, как Пегий пес вдруг скрылся из глаз за взгорбившейся чернотой воды, он стал улавливать некую смутную опасность, исходящую от моря, и почувствовал всю свою зависи­мость от моря» (Айтматов Ч. Пегий пес, бегущий краем моря).

Данный тип ситуации характеризуется бинарной структурой. Внимание сосредоточено на свое­образной функциональной зависимости компонентов — постепенное изменение одного действия ве­дет к пропорциональному изменению другого. Необходимым семантическим компонентом этой со­пряженной ситуации (сопряженными являются такие ситуации, в которых обнаруживается семанти­ческое взаимодействие категориальных ситуаций) является компонент одновременности, который выдвигается на передний план, а другие компоненты (аспектуальный, компаративный и каузальный) как бы синтезируются с этим доминирующим компонентом в составе иерархически организованного комплекса. Компонент аспектуальности заключается в соразмерном развертывании процесса (указа­ние на нарастающее развитие интенсивности действия содержится в семантике инхоативных глаго­лов). Компонент каузальности проявляется в том, что одно действие стимулирует развитие другого, действия приобретают характер прямой или косвенной причинно-следственной зависимости. Дейст­вия представляют собой контролируемый субъектом процесс в аспекте интенсивности.

В структуре семантической иерархии содержится также компонент компаратива, указывающий на степень возрастания признака, например: «По мере того как жена становилась раздражительнее и требовательнее, и Иван Ильич все более и более переносил центр тяжести своей жизни в служ­бу» (Толстой Л. Смерть Ивана Ильича); «Вот как бывает: растишь — растишь сына, а он чужой. По мере того как взрослел Вадим, все чаще они с матерью ссорились» (Грекова И. Вдовий паро­ход).

Элементы темпоральности (действия охватывают план прошедшего времени), персональности и модальности не сопряжены непосредственно с другими элементами указанного семантического ком­плекса (темпоральные ситуации относятся к числу категориальных ситуаций актуализационного типа и вместе с модальными и персональными ситуациями являются обязательными для любого высказы­вания) [1; 23-34].

Следующий вариант — «полная ограничительная одновременность» как полное временное сов­падение действий передается синтаксической структурой — СПП с придаточным времени. Действие главной части ограничено протеканием действия придаточного на всем временном отрезке. Союз « пока», фиксируя начальную и конечную границы, заключает в себе аспектуальный элемент дли­тельности, например: «Пока мы умываемся, Ремзик, прикончив свою чернику, выхватывает у сест­ренки последнюю ветку и убегает» (Искандер Ф. Праздник ожидания праздника); «Пока Федор ле­жал в госпитале, отъедался, отсыпался, бегая в самоволку на костылях, шло время» (Тендряков В. Свидание с Нефертити).

Ограничительная длительность передается формой НСВ в конкретно-процессном значении, эле­мент протяженности содержится в семантике союза «пока» [8; 45]. Совпадение временных границ соотносимых длительных действий может поддерживаться лексическими конкретизаторами, напри­мер, «все время»: «Все это время, пока я лежал, мечтая только, чтоб не в голову попало, он (орди­нарец Никольского) под скатом в бомбовой воронке стирал» (Бакланов Г. Навеки — девятнадцати­летние); «И Медведев, посмеиваясь над собой, все время, пока листал свежие газеты, чувствовал этот жалкий остаток» (Белов В. Все впереди). Такие значения передают и СПП с союзом «когда»: «Рыбаков, мой товарищ, набирал ягоды в консервную банку в наш перекур и даже в те минуты, когда Серошапка смотрел в другую сторону» (Шаламов В. Колымские рассказы. Ягоды).

Возможно употребление глаголов СВ, когда лексические средства «выдвигают» на передний план значение одновременности действий, например: «Кот начал шаркать задней лапой, передней и в то же время выделывая какие-то жесты, свойственные швейцарам, открывающим дверь» (Бул­гаков М. Мастер и Маргарита); «Аночка не подала, а точно выбросила навстречу Кириллу легкую и немного длинноватую руку, в то же время шагнув к нему неслышно» (Федин К. Первые радости). Чет­ко передают значение одновременности и лексические показатели типа «при этом», например: «Тут иностранец отколол такую штуку: встал и пожал изумленному редактору руку, произнеся при этом слова: «Позвольте вас поблагодарить от всей души!» (Булгаков М. Мастер и Маргарита).

Характер одновременных отношений нередко осложняется компонентами противопоставления, сопоставления, обусловленности. Рассмотрим такие случаи.

Третий вариант — «пропорциональное соответствие двух взаимосвязанных действий по степени интенсивности качества или количества» достаточно частотен, где основное внимание в данных си­туациях сосредоточено на функциональной зависимости двух сопряженных процессов — возрас­тающая степень проявления признака в протекании одного процесса ведет к пропорциональному из­менению другого. В качестве опорного компонента присутствует компаратив. Данный тип ситуации А.В.Бондарко относит к аугментативно-соотносительному варианту процессной ситуации [1; 146], например: «Пушкин, встретившись в Петербурге с Собаньской, написал ей по-французски следую­щее письмо: «Сегодня 9-ая годовщина дня, когда я вас увидел в первый раз. Этот день был решаю­щим в моей жизни. Чем более я об этом думаю, тем более убеждаюсь, что мое существование не­разрывно связано с вашим» (Лотман Ю. Беседы о русской культуре); «Она (война) ведь будет еще очень длинная, и чем дальше она будет тянуться, тем больше будут цениться люди, которые ее начали с начала и дожили до конца» (Симонов К. Дни и ночи).

В состав комплекса сопряженных ситуаций входят семантические элементы: 1) аспектуальный компонент соотнесенности действий по степени проявления предикативных признаков — представ­лены глаголы НСВ, выражающие нарастание, развитие и усиление действий (возможно употребление глаголов аугментативного и инхоативного способов действия: «оживляться», «сгущаться» и др.); 2) таксисный компонент одновременности действий; 3) компаративный компонент — изменение (ослабление или усиление) интенсивности одного действия ведет к пропорциональному изменению другого; 4) каузальный компонент — одно действие выступает как основание того, о чем утвержда­ется в другом; 5) квалитативный компонент оценки меры длительности действия.

Доминирующую роль аспектуального и квалитативного компонентов, выражающих значение пропорционального соответствия, подчеркивает целый ряд языковых средств: а) процессный интен-сификатор «все», заключающий в себе семантику напряженности и усиливающий интенсивность процесса, например: «Чем больше слушал Кучум эти слова своего друга, тем все значительнее се­рело его лицо» (Платонов А. Котлован); б) значение пропорционального соответствия и экспрессив­ность конкретизируются повторением лексем типа «страшнее и страшнее», «дальше и дальше», «бессильнее и ничтожнее»: «Уже две недели, как я перестал ходить в академию: сижу дома и пи­шу. Работа совершенно измучила меня, хотя идет успешно. Чем ближе она подвигается к концу, тем все страшнее и страшнее кажется мне то, что я написал» (Гаршин В. Художники); «Но чем дальше и дальше шло время, тем строже и строже он (отец Сергий) устанавливал свою жизнь, отказываясь от всего излишнего» (Толстой Л. Отец Сергий).

Наряду с количественной оценкой меры длительности повтор служит и средством выражения градуирования динамического, процессуального признака, выполняя прагматическую функцию — выражает субъективно-оценочное значение к описываемому положению дел; в) уточнению динамич­ности ситуации способствует наличие антонимических отношений, тогда актуальной становится про­тивопоставленность актантов: «Князь Андрей, говоря это, был еще менее похож, чем прежде, на то­го Болконского, который, развалившись, сидел в креслах Анны Павловны и сквозь зубы, щурясь, гово­рил французские фразы. Видно было, что чем безжизненнее казался он в обыкновенное время, тем энергичнее был он в минуты раздражения» (Толстой Л. Война и мир); « Чем больше времени прохо­дило в этом тяжелом, пустом ожидании, тем меньше его для ожидания оставалось» (Распутин В. Последний срок).

Итак, перед нами единый, иерархически организованный комплекс, в котором элементы нахо­дятся в разных отношениях с доминантой. Иерархически доминирующими компонентами являются временной, аспектуальный и квалитативный компоненты, непосредственно связанные с таксисным и каузальным, которые также важны, но находятся на более низкой ступени в семантической иерархии компонентов. 

Список литературы

  1. ШахматовА.А. Синтаксис русского языка / Вступ. ст. Е.В.Клобукова. — 3-е изд. — М.: Эдиториал УРСС, 2001. — 624 с.
  2. Бондарко А.В. Теория значения в системе функциональной грамматики. — М.: Языки славянской культуры, 2002. —736 с.
  3. Нуртазина М.Б. Опыт функционально-коммуникативного анализа семантики таксиса. — Астана: Изд-во ЕНУ им. Л.Н.Гумилева, 2008. — 334 с.
  4. Смирнов И.Н. Выражение повторяемости и обобщенности действия в современном русском языке. — СПб.: Наука, Са­га, 2008. — 160 с.
  5. Золотова Г. А. Категория времени и вида с точки зрения текста // Вопросы языкознания. — 2002. — № 3. — С. 8-29.
  6. Leinonen M. Russian aspect, «temporalnaja localizacija» and definite / indefinite. — Helsinki // Neuvostoliitoo-Instituutin vuo-sikirja. — 1982. — Vol. 27. — P. 309.
  7. Булыгина Т.В., Шмелев А.Д. Языковая концептуализация мира: на мат. русской грамматики. — М.: Языки русской культуры, 1997. — 576 с.
  8. Зализняк А.А. Контролируемость ситуации в языке и в жизни // Логический анализ языка: Модели действия. — М.: Наука, 1992. — С. 138-144.
  9. Эйнштейн А. Физика и реальность. — М.: Наука, 1965. — 359 с.
Фамилия автора: Нуртазина М.Б.
Год: 2010
Город: Караганда
Категория: Филология
Яндекс.Метрика