Отдельные вопросы правоприменительной практики в интернете

Обычные средства связи не несут в себе значимых нюансов правового регулирования, Интернет же как новый вид не только коммуникации, но и новый вид пространства человеческой жизнедея­тельности, несет значимые различия как на стадии реализации прав, так и на стадии правопримени­тельной практики.

Не вдаваясь в историю возникновения Интернета, отметим некоторые даты:

1     сентября 1969 г. впервые были успешно соединены два компьютера, которые могли передавать информацию между собой;

1 января 1983 г. был запущен протокол TCP/IP (аббревиатура — Transmission Control Protocol, Internet Protocol) обмена данных;

Октябрь 1984 г. была апробирована система доменных имен (DNS — Domain Name System), появились первые доменные имена;

19 сентября 1990 г. был зарегистрирован первый домен на советском пространстве SU;

17 мая 1991 г. запущен первый web-сервер по протоколу World Wide Web.

До 1998 г. за техническую инфраструктуру Интернета отвечали федеральные агентства США ARPA, NSF (аббревиатуры — Advanced Research Projects Agency и National Scientific Foundation). Бурный рост Интернета заставил правительство США задуматься о необходимости передачи управ­ления в руки частного сектора. Так, 25 ноября 1998 г. между Департаментом торговли США и специ­ально созданной для целей Интернет-администрирования корпорацией ICANN (аббревиатура — Internet Corporation for Assigned Names and Numbers) был подписан меморандум о взаимопонимании, согласно которому ICANN передавались функции администрирования технической инфраструктуры сети.

Одной из составляющих ICANN организаций является ASO (аббревиатура — Address Supporting Organization). На нее возложены функции управления адресным пространством и выделение IP- адресов различным организациям. ASO была учреждена 19 октября 1999 г. на основе соглашения,

подписанного ICANN и тремя держателями региональных Интернет-реестров: ARIN (Центральная и Северная Америка) APNIC (Тихоокеанский регион) RIPE NCC (Европа). Позднее, в 2002 г., к этому соглашению присоединился LACNIC (Латинская Америка). В настоящее время еще один региональ­ный реестр — AfriNIC (Африка) — имеет статус наблюдателя в ASO. С 21 октября 2004 г. интересы региональных реестров в ASO представляет NRO (Number Resource Organization). Держатели регио­нальных реестров (RIRs) распределяют адресное пространство среди локальных — национальных держателей (LIRs). Цепочка «ICANN — ASO — RIRs — LIRs — провайдеры» — это административ­но-правовой порядок распределения адресного пространства [1, 37-38].

Распределение адресного пространства — важный компонент функционирования Интернета, посредством которого обеспечивается так называемая маршрутизация, т.е., если упростить, возмож­ность «достучаться» туда, куда необходимо. Опять-таки, опуская технические вопросы, отметим, что адреса в виртуальном пространстве Интернета имеют цифровой (как машинный двоичный, так и обычный десятичный) код и словесно-символьное обозначение, под которым подразумевается набор такого кода.

Одним из новых способов злоупотребления правом является использование системы доменных имен, под которыми, как было указано, понимается словесно-символьное обозначение электронных адресов в Интернете, в целях осуществления недобросовестной конкуренции, т.е. привлечения по­тенциальных клиентов на адреса размещения рекламы, неаутентифицированной продукции, исполь­зующей схожие до степени смешения средства индивидуализации, такие как фирменное наименова­ние, товарный знак, знак обслуживания и другое, продукции с прямым незаконным использованием упомянутых результатов интеллектуальной собственности, а также для распространения порочащей информации о предполагаемом хозяйствующем субъекте, или для единственной цели продажи такого адреса лицам непосредственно заинтересованным в таком адресе, исходя из вышеуказанных сообра­жений. Данная активность обозначается терминами киберсквоттинг, тайпсквоттинг, сакссквоттинг и т.д. Законодательная борьба с такого рода «пиратством», вполне понятно, началась в США с приня­тием ACPA (аббревиатура — Anticybersquatting Consumer Protection Act). Данный закон запрещает регистрацию, передачу и использование имени домена, идентичного товарному знаку другого субъ­екта или похожего на известный товарный знак, если эта деятельность выполняется преднамеренно. Те, кто верят в возможность победить электронное вымогательство, могут рассчитывать на поддерж­ку федеральных судов для компенсации потерянной прибыли, фактического ущерба и затрат. Закон, однако, включает также интересное положение, смягчающее угрозу наказания. Если владелец товар­ного знака сознательно перекручивает сведения, необоснованно утверждая, что имя домена нарушает или ослабляет его товарный знак, владельца товарного знака могут признать ответственным за ущерб, понесенный владельцем имени домена. Конечно же, возможна и такая ситуация. Так, к при­меру, эта возможность открывается в соответствии с нормой ГКРК о том, что заключение лицензи­онного договора на пользование товарным знаком считается его использованием [2, 1028]. Однако ни ГКРК, ни Закон РК «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» не оговаривают необходимости использования товарного знака лицом, получившим его в соответствии с таким договором. Таким образом, в случае множественной регистрации и последую­щей передачи прав на некие товарные знаки по лицензионному договору вероятна возможность огра­ничения права добросовестных владельцев доменных имен. Ситуацию не спасает требование к ли­цензионному договору, который должен содержать условие о том, что качество товаров или услуг будет не ниже качества товаров и услуг лицензиара и что лицензиар имеет право осуществлять кон­троль за выполнением этого условия [3, 21], так как не рассмотрена возможность ссылки на будущее непосредственное использование передаваемого товарного знака. Чтобы облегчить разрешение спо­ра, ICANN установила процедуру арбитража, предоставив владельцу товарного знака возможность возражать против регистрации спорного имени домена другим субъектом; в случае успеха регистра­ция спорного имени домена отменяется или передается владельцу товарного знака [4, 155-156].

Упомянутая процедура арбитражного разрешения спора имеет наименование UDRP (аббревиа­тура — Uniform Domain Name Dispute Resolution Policy, от 24 октября 1999 г.). До появления UDRP происходило приблизительно следующее: владелец товарного знака обращался к владельцу доменно­го имени или регистратору с претензией, что регистрация доменного имени нарушает его права на товарный знак. Владелец сайта утверждал, что регистрация доменного имени не может расценивать­ся как использование товарного знака. Регистратор же ссылался на договор с владельцем сайта, в со­ответствии с которым регистратор и осуществляет регистрацию и поддержание доменного имени, и что владелец товарного знака должен еще доказать нарушение прав на его товарный знак, чтобы ре­гистратор смог в одностороннем порядке расторгнуть свой договор с владельцем доменного имени.

Как отмечает Андрей Маркович Миньков, вопрос о надлежащем ответчике в суде стоял остро. В качестве ответчиков обычно называли владельца сайта, размещенного по адресу, с которым ассоции­ровалось доменное имя, лицо, на которое зарегистрировано доменное имя, или регистратора. У каж­дого из этих ответчиков была своя линия защиты. Владельцы сайтов говорили, что они лишь зани­маются закачкой файлов с использованием цифрового IP-адреса; владельцы доменных имен говори­ли, что отправка заявки на включение в базу данных регистратора информации о некоем буквосоче­тании в IP-адресе не может признаваться использованием, например, товарного знака. Регистраторы, в свою очередь, заявляли, что их дело маленькое — они лишь ведут базу данных и вообще ничего никак не используют. В результате складывалась занимательная ситуация — было налицо явное зло­употребление, явно издевательские отговорки ответчиков и отсутствие правовой базы [5,18].

Тем не менее UDRP не может быть рассмотрена в качестве панацеи таких осложнений. Так как, тут верно подмечает Антон Серго, данная процедура имеет ряд недостатков, самым главным из кото­рых можно признать следующий: в соответствии с правилами UDRP предоставляется возможность перевести спор в национальный суд и там «похоронить» справедливость [6,34]. Как в РФ [7,5], так и в Казахстане действует следующее правило: третейское соглашение о разрешении спора по договору, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной путем присоединения к предложенному договору в целом (договор присоединения), действительно, если такое соглашение заключено после возникновения оснований для предъявления иска [8, 7]. Хотя передача такого спора подразумевается уже с момента получения возможности регистрировать доменные имена, а именно такая оговорка «сидит» в договоре между локальным держателем реестров и непосредственно конечным регистратором. Таким образом, нали­цо третейская оговорка в договоре присоединения, которая однозначно по времени предшествует на­ступлению какого-либо спора. При этом сама UDRP называет процедуру такого разрешения спора административной, тем самым подчеркивая ее опосредованный от правосудия характер.

В связи с использованием сети Интернет, особенно, как это и было выше указано, в части право­вого режима доменных имен, некоторые зарубежные авторы считают необходимым пересмотреть существующие правовые концепции и создать новый режим международного правового регулирова­ния.

Так, в частности, Э.Р.Мичелс, анализируя так называемое дело Yahoo, которое было рассмотре­но французским судом, в сути которого было требование национального законодательства об уголов­ном запрете любого публичного показа нацисткой символики и выставление американским поиско­виком Yahoo на Интернет-аукционе нацисткой формы и иной символики, отмечает абсурдность вы­вода, к которому пришло французское правосудие. А именно, французский суд постановил, что юрисдикция французских судов не только распространяется на американских провайдеров веб­сайтов, но французские суды вправе регулировать содержание данных сайтов, основываясь на том, что французские граждане имеют возможность ознакомиться с их содержанием. Таким образом, Ин­тернет-провайдеры могут столкнуться с ситуацией, когда они будут вынуждены отслеживать содер­жание своих веб-сайтов, дабы не нарушить какое-либо национальное законодательство [9,10-15]. По­следнее служит основанием считать подтверждением необходимости создания единого международ­ного регулирования, апогеем чего будет создание нового всемирного права, влекущего изменение как национального, так и международного права.

Примерно такой же путь решения проблемы видится в работе В.Б.Наумова «Право и Интернет: очерки теории и практики». В частности, предлагается заключение международных договоров, опре­деляющих статус международного информационного пространства и фиксирующих соответствую­щие коллизионные нормы, закрепляющие приоритеты в применении законодательства различных государств. Временным же выходом видятся региональные многосторонние соглашения, а также двухсторонние договоры о правовой помощи. В таких международных соглашениях будут включать­ся необходимые коллизионные привязки, способствующие стабилизации структуры международных информационных отношений [10].

На наш взгляд, создание вненационального законодательства не будет соответствовать многим традиционным критериям международного правового регулирования и, хотя мы и не отрицаем в принципе такой перспективы, все же сдержанно подходим к такому предложению. Более приемле­мым будет пересмотр сложившегося международного частного права, с его коллизионными привяз­ками, однако при этом возникают серьезные трудности, освященные в работе С.А.Бабкина «Право, применимое к отношениям, возникающим при использовании сети Интернет: основные проблемы». Так, например, глобальной проблемой будет сама постановка вопроса о применении коллизионных норм, так как значимое количество отношений, возникающих при использовании Интернета, имеет статус публичных, и соответственно первичной становится проблема даже не применимого права, а проблема юрисдикции того или иного национального законодательства. Ну и, конечно же — какие коллизионные ссылки необходимо будет совершать в случае передачи информации по электронным каналам связи какого-либо первого государства, хранения основной информации во втором государ­стве, кэширования, т.е. хранения технической копии, — в третьем, использования, в четвертом, такой информации, затрагивающей интересы граждан пятого государства, лицами, находящимися под юрисдикцией шестого государства, и реально приносящая вред седьмой стране? Проанализировав упомянутые трудности в подходах к определению права, применимого к отношениям, возникающим в сети Интернет, С.А.Бабкин приходит к выводу, что сегодня ни путь международно-правовой уни­фикации правового регулирования Интернет-отношений, ни путь создания альтернативной норма­тивной системы, ни широкое использование принципа автономии воли по различным причинам не представляются решением насущных проблем в области определения права, применимого к таким отношениям. В качестве наиболее перспективного направления рассматривается путь постепенной адаптации существующих институтов международного частного права к специфике отношений в виртуальном пространстве [11], т.е. нет необходимости разрабатывать новые принципы правового регулирования Интернет-отношений, целесообразно «ввести» эти отношения в сложившуюся право­вую систему и в ее рамках регламентировать их.

Список литературы

  1. Серго А. Рассмотрение доменных споров на основе UDRP// Интеллектуальная собственность. — 2006. — № 5 — С. 35­44.
  2. Гражданский кодекс Республики Казахстан (Особенная часть) от 1 июля 1999 года // Казахстанская правда. — 1999. — 17 июля. — № 172-173 (22889-22890).
  3. Закон Республики Казахстан от 26 июля 1999 года № 456-I «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» // Казахстанская правда. — 1999. — 24 авг. — № 206-207.
  4. Полторак А., Лернер П. Основы интеллектуальной собственности / Под ред. А.А.Рыбянец — М.: Вильямс, 2004. — С. 208.
  5.  Минков А.М. Рассмотрение споров о доменных именах в соответствии с процедурой UDRP — М.: Волтерс Клувер, 2004. — С. 304.
  6. Серго А. Рассмотрение доменных споров на основе UDRP // Интеллектуальная собственность. — 2007. — № 6. — С. 31-42.
  7. Федеральный закон от 24 июля 2002 года «О третейских судах в Российской Федерации» // Российская газета. — N 137. — 2002. — 27 июля.
  8. Закон Республики Казахстан от 28 декабря 2004 года «О третейских судах» // Казахстанская правда. — 2005. — 7 янв.—  N 4 (24614).
  9. Michels A.R. Domain name disputes: Deciding what law to apply // Entertainment law rev. — L., 2002. — N 1. — Р. 8-17.
  10. НаумовВ.Б. Право и Интернет: очерки теории и практики — М.: Книжный дом «Университет», 2002. — С. 432.
  11. Бабкин С А. Право, применимое к отношениям, возникающим при использовании сети Интернет: основные проблемы —  М.: АО «ЦентрЮрИнформ», 2003. — С. 68.
Фамилия автора: М.А.Шакенов
Год: 2008
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика