Юридическая природа правоотношения общей долевой собственности

Правоотношение общей долевой собственности является правоотношением собственности. Ему, как правоотношению собственности, присущ ряд признаков, характеризующих право собственности. Кроме этого, ввиду многосубъектного состава правоотношение общей долевой собственности имеет свои специфические черты, отличные от иных гражданских правоотношений.

Реализация норм, регулирующих отношения собственности, происходит в рамках так называемых абсолютных правоотношений, т.е. в правовых отношениях самого собственника с неопределенным кругом обязанных третьих лиц, на которых возлагается обязанность воздерживаться от нарушения сферы управомоченного. Так, И.У.Жанайдаров пишет, что «право собственности как один из видов вещных прав является установленным законом имущественным, абсолютным правом...»1.

Однако, как отмечают некоторые исследователи, концепция абсолютного правоотношения не является бесспорной2. Неопределенность круга обязанных лиц, противостоящего обладателю абсолютного субъективного права, породила теоретическую концепцию, согласно которой субъективное право существует вне правоотношения. Так, Д.М.Генкин доказывал, что если установленная законом пассивная обязанность всех и каждого не нарушать субъективные права собственника предусматривает защиту всех собственников, а значит, и каждого собственника, то в этом случае субъективное право может существовать вне правоотношений, не являясь его элементом3. Трудно согласиться с позицией данного автора, поскольку существование субъективного права собственности вне правоотношения приведет к тому, что это субъективное право станет отношением собственника с самим собой.

Поскольку закон не определяет каких-либо обязанных перед собственником лиц, в советской правовой теории многие полагали, что не может быть признана правоотношением связь собственника со «всяким и каждым»4. По мнению С.Ф.Кечекьяна и Д.М.Генкина, правоотношение с неопределенным составом обязанных лиц следует считать не конкретным, а абстрактным правоотношением, т.е. нормой объективного права, устанавливающей общее правило поведения5. По мнению В.С.Нерсесянца, вне конкретных правоотношений ни абстрактные правовые возможности субъектов права не могут быть превращены в соответствующие конкретные субъективные права и конкретные юридические обязанности, ни эти конкретные юридические обязанности не могут быть осуществлены и исполнены. А во всех правоотношениях, как и в праве в целом, правам и обязанностям одного субъекта соответствуют (корреспондируют) обязанности и права другого субъекта, так что так называемых абсолютных правоотношений, считает он, нет и по определению быть не может6.

Модель субъективного права «вне правоотношения» неоднократно подвергалась критике. Справедливо отмечалось, что в основе этой теории лежат неправильное представление о соотношении правовых норм и правоотношений и недостаточно определенная юридическая терминология.

Е.А.Флейшиц писала, что «конкретность правоотношения вовсе не означает, что оба его участника должны существовать в момент его возникновения в качестве конкретных, «материально» определенных лиц, что должна быть возможность назвать их по имени»7. Как отмечал Г.В.Мальцев, для признания юридической связи правовым отношением достаточно, чтобы была «представлена активно действующая управомоченная сторона, которой противостоит обеспеченная государством и законом определенная обязанность некоторого количества лиц»8.

Не соглашаясь с мнением Е.А.Флейшиц и Г.В.Мальцева, российский цивилист И.И.Иванов выдвигает гипотезу о том, что «право собственности — абсолютное юридическое состояние связанности лица с вещью, еще не воплотившееся в конкретных действиях по поводу последней»9. Свою точку зрения он обосновывает тем, что праву собственности не противостоит обязанность какого-либо лица совершать конкретное волевое действие, ибо в механизме гражданско-правового регулирования общественных отношений право собственности занимает промежуточную ступень между правоспособностью и субъективным правом, так как оно есть конкретизированная применительно к вещи совокупность возможностей, которые предоставлены субъекту объективным правом. Данную точку зрения убедительно критикует Р.А.Маметова. Она пишет, что «во-первых, утверждая, что субъективному праву собственности не противостоит правовая обязанность определенного лица, автор … противоречит самому себе, так как им же подчеркивается абсолютный характер права собственности. А если это так, то в таком случае собственнику противостоят все другие лица, на которых лежит обязанность не нарушать право собственности. … Во-вторых, мы не можем согласиться с высказываниями И.И.Иванова о месте права собственности как промежуточной ступени между правоспособ­ностью и субъективным правом. Ибо правоспособность есть … способность иметь гражданские права и обязанности, а субъективное право — предоставленная управомоченному субъекту юридического отношения и обеспеченная законом возможность вести себя определенным образом и требовать определенного поведения от другого (обязанного) субъекта. Отсюда … субъективное право — составная часть правоспособности, а право собственности есть субъективное право. … В-третьих, … абсолютное «состояние связанности» лица с вещью само по себе ничто без противопоставления другому лицу, только относительно другого лица существует «абсолютность», «связанность» вещи с этим субъектом. Это не состояние, а общественное отношение и, если мы говорим о праве и обязанности, значит, это есть правоотношение»10.

Мы согласны с позицией и аргументацией Р.А.Маметовой. На наш взгляд, неопределенность обязанных лиц, на которой основывают свою теорию сторонники существования субъективного права собственности вне правоотношений, не является доказательством отсутствия самой юридической обязанности, корреспондирующей абсолютному праву собственности. Это отмечал и Д.М.Генкин, который в своей работе указывал, что и субъективное право, и соответствующая ему обязанность возникают в силу правовой нормы из одного и того же юридического факта11. Эта связь участников правоотношения в нормальных условиях как бы не видна, но как только нарушено право собственности, учитывая, что дозволенные действия собственник «совершает не в безвоздушном пространстве, а в определенной системе общественных отношений, будучи сам ее продуктом и олицетворением», обязанность нарушителя по отношению к собственнику четко выявляется. Таким образом, абсолютное правоотношение является единственно возможной формой реализации субъективного права собственника и корреспондирующей ему пассивной юридической обязанности третьих лиц. Исходя из этого абсолютный характер права собственности является отражением полноты «своей власти», принадлежащей собственнику, в качестве управомоченного, которому противостоят все другие лица — носители пассивной юридической обязанности воздержания от действий, препятствующих удовлетворению юридически охраняемых интересов собственника.

Гражданские правоотношения делятся на две большие группы: имущественные и личные неимущественные (ст.1 ГК). Правоотношение собственности является имущественным правоотношением. Таковым является и правоотношение общей долевой собственности, поскольку оно устанавливается в результате урегулирования нормами гражданского законодательства имущественно-стоимостных отношений.

Широкое распространение и в теории права, и в гражданском праве получило деление правоотношений на абсолютные и относительные. Наиболее глубокая разработка этого вопроса принадлежит В.К.Райхеру12. Деление гражданских правоотношений на абсолютные и относительные производится в зависимости от структуры межсубъектной связи правоотношения. В абсолютных правоотношениях управомоченному лицу противостоит неопределенное число обязанных лиц. В относительных же правоотношениях управомоченному лицу как обязанные противостоят строго определенные лица. Следует разделить позицию авторов, признающих теоретическую и практическую значимость деления субъективных гражданских прав на абсолютные и относительные. По этой классификации право собственности безоговорочно относится к разряду абсолютных прав. Собственнику, как управомоченному субъекту, в качестве обязанных противостоят все третьи лица, на которых возложена обязанность воздерживаться от нарушения права собственности. Это обусловлено тем, что только собственнику предоставлена исключительная возможность владения, пользования и распоряжения имуществом. Иными словами, абсолютный характер права собственности обусловлен его содержанием.

На первый взгляд, абсолютным по своей природе является и правоотношение общей долевой собственности. Это вытекает из того, что правоотношение общей долевой собственности — разновидность правоотношения собственности, которое, в принципе, и должно сообщать ему абсолютный характер. Однако признать правоотношение общей долевой собственности абсолютным правоотношением — это, значит, проигнорировать его многосубъектный состав, который в каждом правоотношении общей долевой собственности строго определен. Природа правовых связей в правоотношении общей долевой собственности значительно сложнее.

При анализе правовой природы правоотношения общей долевой собственности прежде всего следует исходить из того, что оно характеризуется множественностью субъектов и единством объекта. Каждому из участников данного правоотношения принадлежат правомочия по владению, пользованию и распоряжению общим имуществом. Однако юридические возможности каждого из сособственников по использованию общего имущества наиболее абсолютным образом в правоотношении общей долевой собственности ограничены. Ограничены они тем, что и другие участники данного правоотношения являются носителями таких же юридических возможностей. Причем круг участников в таком правоотношении строго определен. Наличие однородных субъективных прав на единый объект сообщает взаимоотношениям участников правоотношения долевой характер. При осуществлении своих прав каждый участник правоотношения общей долевой собственности не должен нарушать прав других сособственников. Реализация данной обязанности является гарантией нормального осуществления правомочий сособственниками. Вместе с тем указанному праву сособственников соответствует обязанность неопределенного количества лиц воздерживаться от нарушения субъективного права участников общей долевой собственности. Все это свидетельствует о наличии в правоотношении общей долевой собственности двух видов правовых связей — так называемых внешних и внутренних.

Таким образом, анализ правоотношения общей долевой собственности позволяет выявить своеобразную систему правовых связей, в которых состоят сособственники друг с другом и с третьими лицами.

Обычно в учении о правоотношении внимание исследователя устремляется на внутренние правовые связи, поскольку все характерные для правоотношения признаки выявлены здесь с гораздо большей четкостью и наглядностью. Между тем, на наш взгляд, для того, чтобы полученные таким путем выводы не оказались полностью опровергнутыми, необходимо проверить их правильность на правовых связях внешнего типа.

Юридические связи сособственников с третьими лицами построены по типу абсолютных правоотношений. В этих правоотношениях сособственники по отношению к третьим лицам выступают как одна сторона. Эти юридические связи идентичны правовым связям собственника с третьими лицами в односубъектной собственности, и в этом смысле особого интереса для выявления специфики правоотношения общей долевой собственности не представляют. Для всестороннего исследования правоотношения общей долевой собственности и ответа на поставленные теоретические вопросы необходимо проанализировать внутренние связи сособственников между собой, так как именно они составляют сущность правоотношения общей долевой собственности как разновидности отношений собственности. Отношения участников общей долевой собственности между собой и составляют предмет исследования отношений общей долевой собственности.

Вопросы о юридической природе правовых связей, возникающих между сособственниками в общей долевой собственности, в литературе почти не разработаны. В некоторых работах отмечается наличие в общей долевой собственности внутренней и внешней юридических связей, однако, не приводится их характеристика. Более подробный анализ правовых связей между сособственниками приводится в работах Р.П.Мананковой, М.В.Самойловой, Б.В.Покровского и Г.А.Алихановой.

Анализируя внутренние связи участников правоотношения общей долевой собственности, Р.П. Мананкова пишет: «Правоотношение, в котором состоят сами сособственники («внутреннее»), является... не совсем обычным с точки зрения существующего деления прав на абсолютные и относительные. Оно не может не быть абсолютным, поскольку является собственническим. Вместе с тем по своей структуре отношения между самими сособственниками напоминают относительное правоотношение»13. М.В.Самойлова подчеркивает, что «множественность субъектов права общей долевой собственности обусловливает появление в нем таких черт, которые не свойственны отношениям индивидуальной собственности... в правоотношении общей долевой собственности нет единого субъекта, каждый сособственник выступает здесь наряду с другими»14. Б.В.Покровский в своей работе указывал, что в правоотношении общей долевой собственности присутствует «специфический круг относительных прав собственников»15. Примером таких прав, по его мнению, служат права каждого из сособственников по владению и пользованию имуществом, находящимся в общей собственности, право преимущественной покупки при продаже доли в праве общей долевой собственности. Указывая на наличие двух групп отношений (отношения участников общей собственности с третьими лицами и отношения между собой), Б.В.Покровский подчеркивал, что права сособственников в отношениях с третьими лицами могут носить как абсолютный, так и относительный характер. Права сособственников в отношениях с другими сособственниками относительны. Г.А.Алиханова пишет, что в праве общей собственности «возникает двойственный круг правоотношений — внешний и внутренний. Внешний — это правоотношения участников общей собственности … с третьими лицами, т.е. абсолютные правоотношения. И внутренний — это правоотношения участников общей собственности (сособственников) между собой, по отношению к друг другу, т.е. относительные правоотношения»16. «Правоотношения при общей собственности, — писал Г.И.Тулеугалиев, — отличаются рядом юридических особенностей. К обычному правоотношению собственности, как правоотношению собственника вещи к другим субъектам (при индивидуальной собственности), присоединяется еще правоотношение субъектов права собственности друг к другу, т.е. возникает правоотношение между сособственниками и третьими лицами»17. Поэтому эти отношения между участниками общей собственности являются не абсолютными, а относительными правоотношениями, так как здесь имеет место конкретный, строго очерченный круг участников правоотношений.

Субъектный состав в правоотношении общей долевой собственности конкретен. Круг участников в каждом правоотношении определен не только численно, но и поименно. Кроме того, если анализировать каждое конкретное правоотношение, то правам одного сособственника корреспондируют пассивные и активные обязанности остальных участников правоотношения. В качестве пассивной обязанности здесь выступает обязанность воздержания от нарушения права другого участника общей долевой собственности. Активные обязанности участников правоотношения общей долевой собственности гораздо разнообразнее. Все это характерно именно для относительного правоотношения, в котором управомоченному лицу противостоят строго определенные обязанные лица.

Исследователи допускают в отношениях между сособственниками признаки относительного правоотношения, однако, все же не считают возможным признать правоотношение общей долевой собственности относительным правоотношением. Так, не признает относительной взаимосвязь между участниками правоотношения общей долевой собственности Ю.С.Червонный, который основывает свой взгляд на том, что отношения между сособственниками «неразрывно связаны с осуществлением собственнических правомочий, вытекают из самого понятия права общей собственности как «стесненного» права, опосредуют отношения к вещи «как к своей...»»18. Р.П.Мананкова считает, что правоотношение общей долевой собственности нельзя признать только относительным. Она пишет, что «... отношение общей долевой собственности нельзя признать относительным, поскольку это собственническое отношение. Черты сходства с относительным правоотношением придают отношению общей долевой собственности лишь своеобразие, но не изменяют его природы абсолютного правоотношения. Если допустить, что это правоотношение не является собственническим, то, будучи последовательным, пришлось бы признать, что и само правоотношение общей долевой собственности не является отношением собственности, поскольку именно «внутреннее» отношение сособственников составляет его сущность, отношения же сособственников с третьими лицами в этом смысле не играют определяющей роли»13. В данном случае, на наш взгляд, Р.П.Мананкова пытается соединить воедино различные по своей юридической природе правовые связи. Этот подход, в принципе, объясним. Учитывая то, что и внешние, и внутренние правовые связи сосредоточены в рамках общей долевой собственности, она пытается разработать конструкцию, в которой эти два вида правовых связей будут мирно сосуществовать. В результате исследования Р.П.Мананковой появляется своеобразная конструкция абсолютного правоотношения общей долевой собственности с элементами относительности. Однако такая конструкция не вписывается в существующее разграничение правоотношений на абсолютные и относительные, поскольку промежуточного правоотношения между этими двумя видами нет. Несмотря на это некоторые исследователи, не найдя выхода из этого кажущегося противоречия, пытались разработать концепцию, в которой наряду с относительными и абсолютными правоотношениями выделялись правоотношения смешанного типа.

На наш взгляд, здесь необходимо придерживаться более простой теоретической схемы. Суть правоотношения общей долевой собственности составляет именно внутренняя связь его участников. Она, в отличие от внешней правовой связи, представляет собой относительное правоотношение. Субъектный состав правоотношения общей долевой собственности строго определен. Сособственнику в правоотношении общей долевой собственности, кроме правомочий по владению, пользованию и распоряжению, принадлежат право выдела доли из общего имущества, его раздела и преимущественное право покупки продаваемой доли. Наличие трех последних правомочий сообщает правоотношению общей долевой собственности относительный характер, так как обязанность воздержаться от их нарушения может быть возложена лишь на других участников общей долевой собственности, а для осуществления преимущественного права покупки недостаточно их пассивного воздержания. Наоборот, от них требуется совершение активных действий, предусмотренных ст. 216 ГК.

Утвердившееся мнение по поводу того, что если правоотношение долевой собственности является разновидностью правоотношения собственности, то оно может быть только абсолютным правоотношением, свидетельствует о неправильном подходе к анализу указанного правоотношения. Не следует принимать за аксиому то, что любая разновидность правоотношения собственности является абсолютным правоотношением. Необходимо анализировать существующие в этом правоотношении связи и на основе этого анализа делать выводы относительно правовой природы данного правоотношения.

На наш взгляд, с позиции межсубъектной связи правоотношение общей долевой собственности представляет собой относительное правоотношение, поскольку абсолютный характер носят лишь правовые связи сособственников с третьими лицами, но это внешние правовые связи, которые для определения специфики правоотношения общей долевой собственности решающего значения не имеют. И это не свидетельствует о том, что правоотношение общей долевой собственности не является отношением собственности. Правоотношение общей долевой собственности является отношением собственности, потому что совокупность прав всех сособственников образует максимально возможные правомочия в отношении общего имущества. Это характерно именно для права собственности, а не иного вещного права, в котором указанные правомочия ограничены. Правоотношение общей долевой собственности сконструировано специально для урегулирования взаимоотношений между сособственниками. Оно построено таким образом, что не затрагивает абсолютное правоотношение сособственников с третьими лицами, так как концентрируется именно на отношениях участников между собой.

В отдельных работах обращается внимание на обязательственный характер отношений сособственников. И.У.Жанайдаров, характеризуя право собственности, отмечает, что «вещные права находятся в постоянной связи с иными типами прав. Носитель вещного права обычно вступает в обязательственные отношения, в том числе и в отношении своих объектов собственности»1.

Обязательственную природу в правоотношении общей долевой собственности авторы усматривают во взаимных расходах участников общей долевой собственности по содержанию имущества, находящегося в общей долевой собственности. Так, Р.П.Мананкова пишет: «При внимательном изучении правовых связей между сособственниками обнаруживается, что некоторые отношения по своей природе должны быть признаны обязательственно-правовыми, например, отношения, возникающие при расчетах по произведенным расходам...»19.

Обязательственную природу некоторых отношений между сособственниками в свое время отмечала и М.В.Зимелева. Она указывала, что «отличительной особенностью... отношений между участниками общей собственности... является их обязательственный характер. Право сособственника на возмещение расходов, приходящихся на долю его сотоварищей, не является абсолютным правом. Оно не вытекает непосредственно из признаваемого за сособственником... права собственности на общую вещь. Это дает основание говорить о том, что взаимные расчеты между участниками общей собственности обусловлены особым лежащим на них обязательством»20.

Практическое разграничение вещных и обязательственных правоотношений состоит в том, что вещные правоотношения реализуются непосредственными действиями самого управомоченного, в то время как обязательственные — через исполнение обязанностей должником.

На наш взгляд, правовая связь между сособственниками относительна, но причислять ее к обязательственным вряд ли правомерно, поскольку никаких конкретных обязанностей у одного участника по отношению к другому не возникает. У участников существуют обязанности лишь в отношении несения расходов на содержание общего имущества, но это обязанности не в отношении субъекта, а в отношении объекта, и размер расходов, как правило, координируется с размером доли. Отношения между участниками строятся на основе согласования правомочий участников. Правомочия всех участников общей долевой собственности равны, чего нет в обязательственном правоотношении. Праву одного участника не корреспондирует конкретная обязанность другого. По отношению друг к другу у участников нет конкретных обязанностей, а есть лишь права. Поэтому правоотношение общей долевой собственности — это вещное правоотношение, поскольку интерес собственника удовлетворяется за счет полезных свойств общей вещи путем его непосредственного взаимодействия с вещью, а не за счет определенных действий обязанного лица по предоставлению сособственнику соответствующих материальных благ. Обязательственная природа взаимоотношений сособственников при расчетах по произведенным расходам, предусмотренным ст. 215 ГК, не может служить достаточным основанием для характеристики самого правоотношения общей долевой собственности как обязательственного, поскольку указанные отношения прямо не обусловлены именно субъективным правом либо юридической обязанностью участника общей долевой собственности. Так, М.Г.Шах в своей работе указывал, что «в основе взаимных расчетов по расходам, связанным с необходимыми действиями по обеспечению хозяйственного содержания вещи, лежат вещные права собственников на общую вещь». «Обязательство основано на вещных правомочиях и из них вытекает»21.

Необходимо отметить то, что эти обязательственные отношения связаны с осуществлением права общей долевой собственности, производны от него. Но они возникают не из самого факта принадлежности вещи на праве общей долевой собственности. Поэтому отношения, возникающие вследствие выполнения кем-либо из участников правоотношения общей долевой собственности обязанности, предусмотренной ст. 215 ГК в «объеме, превышающем падающую на него долю...», на наш взгляд, выходят за рамки правоотношения общей долевой собственности, так как для их возникновения, помимо приобретения общей собственности на вещь, необходимы дополнительные юридические факты.

М.В.Самойлова пишет: «Бесспорно, для возникновения обязанности по возмещению расходов последние должны быть произведены, однако наличие такого рода дополнительных юридических фактов отнюдь не свидетельствует о том, что возникающие в связи с ними правоотношения выходят за рамки общей собственности»22. Точку зрения М.В.Самойловой нельзя признать обоснованной. То, что указанные отношения возникают в связи с исполнением одним из участников правоотношения общей долевой собственности юридической обязанности, возложенной на всех сособственников, не имеет решающего значения для определения оснований их возникновения. Юридическую обязанность сособственников следует рассматривать лишь как предпосылку обязательства, основанием возникновения которого является факт неосновательного сбережения имущества за счет средств одного из сособственников.

Вещные и обязательственные — это различные по своей природе права. Правоотношение не может быть одновременно и обязательственным, и вещным. Поэтому вещное правоотношение с признаками обязательственного — это заблуждение, которое не ведет к установлению истинного положения вещей. Носитель вещных прав, конечно, может вступать в обязательственные правоотношения, но это два разных правоотношения, с различными субъектными связями, которые нельзя соединять воедино. И.У.Жанайдаров подчеркивает, что при вступлении носителя вещных прав в обязательственные отношения «возникает параллельное существование двух видов прав …. В отношении всех остальных третьих лиц он — носитель вещного права с соответствующими способами защиты. Поэтому недопустимо вести речь о смешении разновидовых прав или объединении их в новое комплексное право, которое может иметь смешанный характер... речь идет о переплетении вещного и обязательственного права. Однако сколь бы тесным и масштабным не было их переплетение, оно не порождает и не может породить качественно новое право, отличное от вещного и обязательственного»23.

Таким образом, несмотря на то, что в юридической литературе широко распространено мнение о том, что в большинстве своем вещные правоотношения абсолютны, а обязательственные — относительны, необходимо признать, что в сфере гражданского права существуют относительные правоотношения, которые при всем желании нельзя признать обязательствами. В указанных правоотношениях нет, как в обязательстве, отношений между двумя противостоящими друг другу сторонами, участников нельзя назвать ни кредиторами, ни должниками, соглашение между ними направлено на достижение общей цели — владение, пользование и распоряжение общим имуществом. На наличие в гражданском праве группы вещных относительных правоотношений указывает в своих работах и М.К.Сулейменов. Он пишет, что «в гражданском праве существует ряд относительных правоотношений, не являющихся обязательствами»24. В числе таковых М.К.Сулейменов рассматривает отношения, вытекающие из виндикационного и негаторного исков, которые хотя и строятся по модели обязательства (имущественный характер, наличие управомоченной и обязанной сторон, которые можно назвать кредитором и должником), таковыми не являются, несмотря на то, что в принципе теоретически возможно распространение на них понятия обязательства. Но, как указывает М.К.Сулейменов, есть и такие относительные правоотношения, которые никак нельзя признать обязательствами. Это отношения, возникающие между соавторами — авторские относительные правоотношения, между наследниками — наследственные относительные правоотношения, и другие. Таковым по своей юридической природе, как было доказано выше, является и правоотношение общей долевой собственности.

Таким образом, правоотношение общей долевой собственности — это вещное относительное правоотношение.

 

Список литературы

     1.   Жанайдаров И.У. Право собственности как вещное право // Вещные права в Республике Казахстан / Отв. ред. М.К.Сулейменов. — Алматы: Жеті Жарғы, 1999. — С. 40.

     2.   Мананкова Р.П. Правоотношение общей долевой собственности граждан по советскому законодательству. — Томск: Изд-во Том. ун-та, 1977. — С. 9.

     3.   Генкин Д.М. Право собственности в СССР. — М.: Госюриздат, 1961. — С. 37.

     4.   Генкин Д.М. Право собственности как абсолютное субъективное право // Советское государство и право. — 1958. — № 6. — С. 93–98; Керимов Д.А., Шейндлин Б.Н.Некоторые вопросы теории правоотношения // Учен. зап. Ленингр. ун-та. Сер. юр. наук. — 1958. — Вып. 10. — С. 81–85.

     5.   Генкин Д.М. Право собственности как абсолютное субъективное право... — С. 93–98; Кечекьян С.Ф. Норма права и правоотношение // Советское государство и право. — 1955. — № 2. — С. 22–26.

     6.   Нерсесянц В.С. Общая теория права и государства: Учебник для вузов. — М.: Норма-Инфра-М, 2000. — С. 516–517.

     7.   Флейшиц Е.А. Соотношение правоспособности и субъективных прав // Вопросы общей теории советского права. — М.: Госюриздат, 1960. — С. 262.

     8.   Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности. — М.: Юрид. лит., 1968. — С. 92

     9.   Иванов И.И. Право собственности и товарно-денежные отношения: Автореф. … канд. юр. наук. 12.00.03. — Л., 1991. — С. 9.

  10.   Маметова Р.А. Право собственности как субъективное гражданское право // Право и собственность в Республике Казахстан / Отв. ред. М.К.Сулейменов. — Алматы: Жеті Жарғы, 1998. — С. 33–34.

  11.   Генкин Д.М. Право собственности как абсолютное субъективное право. — С. 93.

  12.   Райхер В.К. Абсолютные и относительные права (к проблеме деления хозяйственных прав // Известия эконом. ф-та Ленингр. политех. ин-та. — 1928. — Вып. 1. — С. 273–306.

  13.   Мананкова Р.П.Указ. раб. — С. 13.

  14.   Самойлова М.В. Элементы относительности в абсолютном праве общей долевой собственности // Правоведение. — 1978. — № 4. — С. 103.

  15.   Покровский Б.В. Право общей собственности // Гражданское право: Учебник для вузов (академ. курс). Т. 1 / Отв. ред. М.К.Сулейменов; Ю.Г.Басин. — Алматы: Изд-во КазГЮА, 2000. — С. 420.

  16.   Алиханова Г.А. Субъекты права общей собственности // Субъекты гражданского права / Отв. ред. М.К.Сулейменов. — Алматы: НИИ частного права КазГЮУ, 2004. — С. 428.

  17.   Тулеугалиев Г.И. Право общей собственности // Гражданское право Республики Казахстан: Учеб. пособие (Ч. Общая). / 2-е изд., доп. и изм. — Алматы: Ин-т междунар. права и междунар. бизнеса «Данекер», 1999. — С. 429.

  18.   Червонный Ю.С. Понятие и виды общей собственности по советскому праву // Вопросы государства и права развитого социалистического общества. — Харьков, 1975. — С. 103.

  19.   Мананкова Р.П. Указ. раб. — С. 16.

  20.   Зимелева М.В. Общая собственность в советском гражданском праве // Учен. зап. ВИЮН. — Вып. 2. — М., 1941. — С. 49.

  21.   Шах М.Г. Общая собственность по советскому гражданскому праву: Дис. … канд. юр. наук. — Л., 1953. — С. 205.

  22.   Самойлова М.В. Указ. раб. — С. 106.

  23.   Жанайдаров И.У. Указ. раб. — С. 41.

  24.   Сулейменов М.К. Субъективное гражданское право и средства его обеспечения в Республике Казахстан // Юрист. — 2005. — № 10. — С. 74.

Фамилия автора: А.С.Киздарбекова
Год: 2006
Город: Караганда
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика