Афганский наркотик и безопасность Таджикистана

Безопасность Республики Таджикистан, как и всех стран Центральной Азии, на современном этапе ее развития во многом зависит от тех политических процессов, которые активно идут в этом регионе. В первую очередь это касается становления и распространения исламского радикализма, влияния афганского кризиса и возросшего во много раз производства наркотиков в Афганистане. По­следний фактор особенно значим для безопасности нашей страны. Постоянное увеличение производ­ства наркотиков требовало расширения используемой для этого земли. При этом отметим, что уже в конце 1930-х гг. под выращивание опийного мака использовалось 90 тыс. га.

В Афганистане опийный мак выращивался и поставлялся на внешний наркорынок давно. Благо­приятные природно-климатические условия страны способствуют производству самого качественно­го опиума. В 1980-е гг. прокоммунистический режим Кабула начал борьбу с производством и рас­пространением наркотиков. Была создана Высшая правительственная комиссия, которая занималась разработкой специальной Национальной программы. Моджахедам запретили производство и контра­банду «зелья», а взамен им предоставили семена сельскохозяйственных культур, удобрения, технику для обработки полей. В тот период семена опийного мака, наркотики и сырье изымались у населения сотнями килограммов.

С получением независимости Республика Таджикистан начала строительство новой националь­ной государственности. Распад СССР и последовавший за ним разрыв торгово-экономических связей с бывшими республиками Советского Союза, отток из республики высококвалифицированных кад­ров и, наконец, разгоревшийся вооруженный конфликт привели страну на край гибели. Однако после гражданской войны Республика Таджикистан столкнулась с не менее серьезной проблемой — про­блемой незаконного оборота наркотиков, которая, по словам Президента республики Эмомали Рах- мона, «угрожает не только углублению мирного процесса, безопасности и стабильности в стране, но и в известной степени становится серьезным препятствием на пути становления государственности независимого Таджикистана» [1].

Проблема афганского наркотрафика впервые обозначилась в Центральной Азии в 1992 г. Посте­пенно наркобизнес охватил все страны Центральной Азии, что способствовало росту наркотизации населения. Рост незаконного оборота наркотических средств специалисты связывали с расширением масштабов возделывания и объёма производства наркотиков в соседнем Афганистане и его трафика на внешние рынки [2; 640].

Развал Советского Союза подтолкнул международные наркосиндикаты к поиску новых выгод­ных каналов распространения и транзита зелья, в первую очередь афганского героина. Причины, из- за которых афганские наркодельцы транзитный поток «товара» направили через Центральную Азию в Россию и далее в Европу, нижеследующие: экономическая выгода (широкий, еще не освоенный рынок для героиновой экспансии); политическая нестабильность в Таджикистане (по сути, открытая таджикско-афганская граница); продолжающиеся боевые действия в самом Афганистане, особенно после возникновения движения «Талибан» и противостоящей ему Антиталибской коалиции — воен­ные расходы вызвали естественную потребность в расширении производства, а следовательно, и рынка сбыта наркотиков; стратегические цели исламского экстремизма, направленные на распад СНГ и подрыв территориальной целостности возникших в его рамках государств, в первую очередь Рос­сийской Федерации [3; 60].

В 1990-е годы Афганистан превратился в крупнейшего мирового импортера опиума и героина, что было обусловлено, во-первых, затяжным внутренним вооруженным конфликтом в стране, в кото­рый вмешались и внешние силы, и, во-вторых, расширением посевов опийного мака на афганской территории.

В 80-90-е годы усиление политического и экономического кризиса, расширение масштабов гра­жданской войны в Афганистане привели к тому, что для афганских крестьян продажа наркотиков стала важным, а иногда и единственным источником доходов. Кроме того, большинство группировок моджахедов покрывали свои расходы на войне благодаря продаже наркотического зелья. Согласно докладу комиссии ООН по контролю за наркотиками (UNASP), опубликованному в Исламабаде, Аф­ганистан (по данным 1997 г.) вышел на первое место в мире по производству наркотиков, обогнав своего главного соперника в этой отрасли — Бирму.

С появлением движения Талибан, декларировавшего бескомпромиссную борьбу против выра­щивания и производства наркотиков, появилась надежда, что наркобизнесу в Афганистане будет по­ставлена серьезная преграда. В начале 1999 г. лидеры движения создали специальную комиссию по выявлению и уничтожению всех лабораторий, производящих героин на контролируемой ими терри­тории. В сентябре того же года мулла Омар издал указ о запрете производства наркотиков, в резуль­тате чего было уничтожено несколько лабораторий [4]. Из опубликованных материалов (1998 г.) в Женеве по делу Беназир Бхутто становится очевидным, что наркомафия Пакистана профинансирова­ла операцию талибов по захвату Герата с тем, чтобы установить контроль над плантациями опиума и контрабандой готовых наркотиков, а определенный процент от полученной при этом прибыли посту­пил на швейцарские счета Бхутто и ее мужа после победы талибов в этой провинции [5].

По данным экспертов ООН и Интерпола, талибы в 1997 г. контролировали до 45 % мирового подпольного рынка героина, а общая стоимость только этого наркотика, поставляемого из Афгани­стана на черный рынок, составляла 70-75 млрд. долл. США.

Значительная часть афганских наркотиков в конце 90-х годов (по неофициальным данным — до 80 %) переправлялась в Европу через Таджикистан, который в условиях 1998-1999 гг. не имел воз­можности эффективно бороться с наркобизнесом. Несмотря на все усилия таджикских таможенников и российских пограничников, контрабанда наркотиков здесь превратилась в общенациональную про­блему, с которой Душанбе не смог бы справиться без технической и финансовой помощи междуна­родных организаций. В связи с тяжелым экономическим положением республики и политической нестабильностью все большее число таджиков вовлекалось в сферу наркобизнеса. При этом до 40 % из них составляла молодежь. Наркомафия Таджикистана энергично интегрировалась с зарубежной, налаживала пути транспортировки наркотиков в другие страны СНГ, что способствовало развитию коррупции во всех сферах общества [6; 58].

Одной из основных причин роста наркобизнеса в Таджикистане, особенно в 90-е годы, стало стремительное падение уровня жизни местного населения. Значительные же финансовые средства, которыми оперировала и оперирует наркомафия, дали ей возможность вербовать себе в помощники местных жителей, сотрудников правоохранительных органов, таможни и пограничников.

Представитель Генерального секретаря ООН по Афганистану (в 2000 г.) господин Ф.Ведрелла отмечал, что наркотическая проблема отягощается тем, что у простых людей очень мало легальных возможностей для заработков. Также он подчеркнул, что «это замкнутый круг. Талибы закрывают глаза на производство наркотиков и на их вывоз из страны, поскольку это для них реальный источник доходов — один из немногих, которые они имеют. Здесь налицо противоречие. Ведь одной из причин того, что они разрешают выращивание наркотического зелья и его экспорт, является их политическая изоляция» [7; 5].

После событий 11 сентября 2001 г. в Афганистане складывается новая военно-политическая си­туация, которая ознаменовала собой начало нового мирового порядка. В результате стратегически важным стало для США политическое и военное присутствие их войск в Центральной Азии. До кон­ца 90-х годов американцы не решались войти на территорию Афганистана. Они лишь обеспечивали афганских моджахедов оружием. В результате долгих политических торгов США все же удалось взять Афганистан под контроль и поставить во главе государства угодного им политического фигу­ранта в лице Хамида Карзая.

Для Таджикистана и других стран Центральной Азии, несомненно, очень важно, чтобы США и их союзники, преследующие в регионе и свои стратегические цели, продолжали сотрудничество с центральноазиатскими странами. Сотрудничество международной коалиции в борьбе с терроризмом и постконфликтном восстановлении Афганистана может значительно облегчить центральноазиат­ским странам, особенно Таджикистану, их борьбу против современных вызовов. Казалось бы, что появление новых игроков в Большой игре [8; 13] должно было помочь ограничить посевы опийного мака и преградить путь распространения наркотиков. Вызывает озабоченность тот факт, что за 3 года пребывания вооруженных сил НАТО и США в Афганистане сокращения объёма производство нар­котиков в этой стране не произошло. США и коалиционные силы не приняли практических мер по сокращению производства наркотиков и пресечению наркотрафика.

По экспертным оценкам ООН и других международных институтов ежегодно в Афганистане производится более 2/3 мирового незаконного производства опия-сырца (с 1979 г. производство опия увеличилось более чем в 15 раз). В международной торговле афганским опием принимает участие более полумиллиона человек. Ежегодный оборот от этой торговли составляет около 300 млрд. долл. США [9; 34].

В 2004 г. опийный мак был засеян на 131 тыс. га; 10 % населения Афганистана занимаются вы­ращиванием и контрабандой наркотика. По последнему отчёту ООН в 2004 г. Афганистан вновь воз­главил список основных стран-производителей наркотиков. Согласно отчёту эта страна производит 78 % мирового опия. В 2003 г. было произведено 3600 т, а в 2004 г. — более 4200 т наркотиков. Ранее посевные площади опийного мака в Афганистане имелись в 6 провинциях, а ныне — в 13. Сейчас в приграничных с Пакистаном территориях располагается неподконтрольная правительству, так назы­ваемая «зона свободных племен»; активизировалась антиправительственная деятельность движения «Талибан». Если в 2006 г. опийный мак был засеян на 165 тыс. га земли, то в 2007 г. — уже на 193 тыс. га [10; 34]. Доходы от экспорта афганских наркотиков в соседние страны в 2007 г. выросли на 29 % и достигли 4 млрд. долл. США, что соответствует 53 % всего валового внутреннего дохода страны, который, по данным Азиатского банка развития, в истекшем году составил 7,5 млрд. долл США [10; 38].

В последние годы продолжает набирать темп опасная тенденция смещения основных маршрутов транзита наркотиков в сторону стран центральноазиатского региона, продолжается рост масштабов культивирования опийного мака в северных провинциях, расположенных вдоль границ стран Цен­тральной Азии. Здесь же разворачиваются сети минилабораторий по производству героина. Напри­мер, до последнего времени на севере опиум выращивали только в провинции Бадахшан. Однако в 2003-2004 гг. практически во всех провинциях севера началось выращивание опийного мака, а в Ба- дахшане в 2003 г. посевные площади под наркосодержащие культуры увеличились на 55 %. Афган­ская частная газета «Андараб» обвиняет в расширении посевных площадей опиума на севере Афга­нистана «специалистов» из южных приграничных провинций, особенно из провинции Нангархар. По сообщению газеты нангархарцы ведут активную работу по привлечению крестьян севера к выращи­ванию опиума. Они выступают в роли фьючеров, обучают крестьян, бесплатно поставляют семена и даже выдают предоплату за будущий урожай [11].

К наркопроизводству и наркоторговле имеют отношение практически все политические силы Афганистана и множество никому не подконтрольных преступных сообществ. В целом на территории, подконтрольной в те годы движению «Талибан», функционировало порядка 400 лабораторий, спо­собных производить в год свыше 100-110 т героина. Большое количество сырья перерабатывалось в огромных лабораториях и даже на заводах в районе Джелалабада и пакистанского Пешавара [12].

Территория Таджикистана, в силу своего геополитического положения, стала одним из путей транзита наркотиков в страны СНГ и Европы. Из Афганистана в Таджикистан проложены 5-6 основ­ных маршрутов наркотрафика, тогда как по территории Узбекистана непосредственно из Афганиста­на пролегает один маршрут: Афганистан — Сурхандарьинская область — г. Ташкент — Казахстан — Россия [13; 49]. Поэтому основная нагрузка по предотвращению наркотрафика лежит, прежде всего, на пограничниках, охраняющих таджикско-афганскую границу. Показательно, что 62 % наркотиче­ских средств изымается при попытке их контрабандного перемещения именно через таджикско- афганскую госграницу [9; 27].

Анализ наркоситуации в Афганистане свидетельствует о том, что сфера наркобизнеса в этой стране находится под контролем полевых командиров, с которыми сотрудничают и коалиционные силы. Следует отметить, что подразделения пограничной группы Российской Федерации внесли зна­чительный вклад в борьбу против незаконного оборота наркотиков и в целом в защиту государствен­ных границ Таджикистана. Только за 2002 г. из 6724 кг наркотиков, изъятых из незаконного оборота, 4 тысячи кг было изъято российскими пограничниками [9; 19, 30]. Ими были предотвращены десятки попыток вооруженного нарушения таджикско-афганской границы.

Как известно, на основе соглашения, подписанного в ходе официального визита в Республику Таджикистан Президента Российской Федерации В.В.Путина, к концу 2004 г. все оставшиеся под контролем российских пограничников участки таджикско-афганской границы в ГБАО (это Ишка- шимский, Хорогский, Калай-Хумбский участки) перешли под контроль таджикских пограничников. В 2005 г. и до весны 2006 г. таджикским пограничникам были переданы также участки таджикско- афганской границы в Хатлонской области.

В 1995 г. ООН в соответствии с Международной Программой по контролю над наркотическими средствами (МПКНС ООН) была принята программа альтернативного развития сельского хозяйства в Афганистане. В ходе выполнения программы было израсходовано 8,5 млн. долл., однако разработчи­ки программы пришли к выводу, что она не имела успеха [14; 7]. Прибыли крестьян от выращивания наркотиков, конечно, оказались значительно выше. По данным Агентства по контролю за наркотика­ми (АКН) РТ среднегодовой доход одной афганской семьи в 2003 г. составил 3900 долл. США при среднем доходе на душу населения 594 доллара. Совокупный доход (производство крестьянами плюс оборот) составляет 50 % ВВП Афганистана (который, по сведениям Азиатского банка развития, со­ставляет 4,4 млрд. долл. США) [9; 39]. Но, учитывая колоссальные масштабы выращивания наркосо- держаших культур, производства и контрабанды наркотиков, можно констатировать, что Афганистан без международной помощи никогда не сможет эффективно бороться с незаконным оборотом нар­котиков. Ещё в июне 1998 г. на Сессии Генеральной Ассамблеи ООН Эмомали Рахмон предложил создать «Пояс безопасности» вокруг Афганистана. Опыт Таджикистана по борьбе с наркотиками свидетельствует, что меры, принятые Правительством, и помощь, оказанная мировым сообществом в укреплении технического потенциала правоохранительных органов и силовых структур республи­ки, помощь российских пограничников дали определенные положительные результаты. По данным АКН при Президенте Республики Таджикистан за 4 последних года из незаконного оборота изъято свыше 32 т наркотиков, в том числе около 16 т героина. Это позволило оградить от наркозависимости около 19 млн. жителей планеты [9; 4]. Например, из 500 т чистого героина можно приготовить 5 млрд. доз (по дозе почти на каждого жителя Земли) стоимостью более 100 млрд. долл. США. Такое количество наркотиков может поставить на колени весь мир без единого выстрела.

Героиновые наркоманы — это обреченные люди, они, как правило, умирают после 3-5 лет упот­ребление наркотика. После начала героиновой зависимости страны региона уже начинают терять мо­лодое поколение. Речь идет не только о спасении генофонда нации, но и самой нации.

Необходимо отметить и тот факт, что борьба против наркобизнеса в Таджикистане не даст же­лаемого результата до тех пор, пока в Афганистане не будут уничтожены (или хотя бы сокращены) плантации наркосодержащих культур, пока различные военные-политические силы Афганистана са­ми не будут заинтересованы в уничтожении производства наркотиков.

Таджикистан — это только один путь трафика наркотиков из Афганистана. Наркотики идут также через границы всех соседствующих с Афганистаном стран, в том числе Узбекистана и Туркме­нии. Таджикистан, по сути, стал объектом экспансии международного наркобизнеса, но несмотря на сложность ситуации с наркотиками Правительство страны делает все возможное для того, чтобы снять наркоугрозу, нависшую над обществом.

Раньше наркотрафик из Афганистана в Европу шел кратчайшим путем — через Иран и Пакистан опиум переправлялся в Восточную Турцию, где в подпольных лабораториях перерабатывался в вы­сококачественный героин. Дальше «товар» по знаменитому «Балканскому пути» доставляли в Запад­ную Европу.

Наркотики из Афганистана провозят в основном по шести главным маршрутам: два идут через Иран и Пакистан; четыре — через Центральную Азию, из которых один проходит через Туркмени­стан и три — через Таджикистан. Наиболее освоенные наркотрассы действуют в районе города Хо­рог в Горном Бадахшане, а также через города Пяндж и Московский район Хатлонской области на юго-западе республики [15; 5-6].

После исламской революции 1979 г. власти в Тегеране объявили наркотикам джихад и стали придерживаться политики «нулевой толерантности» к ним. В соответствии с этой стратегией власти Ирана создали максимально возможные условия для успешной борьбы с незаконным оборотом нар­котиков, вплоть до строительства дорог, специальных фортификационных сооружений и физических препятствий во всех горных ущельях на пути контрабанды. 30 тысяч сотрудников специальных орга­низованных спецслужб прикрывали участок границы с Афганистаном. Для их содержания государст­во выделяло около 1 млрд. долларов. И основная масса наркокурьеров стала обходить Иран стороной. Наряду с Ираном ужесточил меры борьбы (вплоть до смертной казны) и Пакистан, где удалось пре­кратить производство героина.

Наркопоток пошел по так называемому «Северному пути» — через страны СНГ, чему способст­вовали сохранившаяся после распада Советского Союза прозрачность границ между новыми незави­симыми странами и появившиеся негативные тенденции: ослабление режима охраны государствен­ных рубежей, резкий рост преступности, коррупции, сложности переходного этапа, в том числе сни­жение уровня доходов населения, массовая безработица.

Решить глобальную проблему наркотрафика можно только общими усилиями международного сообщества, и в первую очередь необходимо принять меры по политическому урегулированию си­туации в Афганистане. Без этого даже создание «антинаркотиковой линии безопасности» вокруг Аф­ганистана не может стать препятствием на пути трафика наркотиков в другие районы, в том числе и в Европу.

Понятие безопасности раньше воспринималось лишь с военной точки зрения — как возмож­ность начала новой мировой войны с применением оружия массового уничтожения. С формировани­ем нового мира на международной арене появились нетрадиционные угрозы безопасности, и под­польный наркобизнес относится именно к таким угрозам. Конечно, ни одно государство в мире не в состоянии локализовать эту угрозу собственными усилиями. Между странами центральноазиатского региона подписан ряд межправительственных соглашений. Тесно взаимодействуют между собой и с Интерполом органы внутренних дел Таджикистана, Узбекистана, Казахстана и Кыргызстана, налажен межгосударственный обмен информацией о распространении наркотиков. Президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмон признал тот факт, что окончательно решить проблему своими силами Таджикистан не мог и не может, несмотря на все усилия, прилагаемые Комитетом по охране государ­ственной границы (КОГГ) и Федеральной пограничной службой (ФПС) России. В 1998 г. Таджики­стан получил финансовую помощь от ООН и создал новую структуру — Агентство по контролю над наркотиками. По словам Президента, новая структура — это «объявление наркомафии войны, причем раз и навсегда» [16].

27 мая 2002 г. АКН и представители Афганистана подписали в Душанбе протокол о совместной борьбе с контрабандой наркотиков. Этот документ предусматривает развитие сотрудничества между Душанбе и Кабулом, в частности, речь идет о предоставлении разведданных в этой области и о под­готовке афганских специалистов. Реализация же этого пакта о сотрудничестве во многом зависит от помощи международных организаций, например, в рамках проекта ООН по контролю над наркоти­ками [17]. Один из командиров российской пограничной службы в Таджикистане генерал Рамазан Джафаров отмечал: чтобы с корнем вырвать этот бизнес, который практически легально процветает более десятков лет, необходимы серьёзные усилия всего международного сообщества, включая и со­юзников по антитеррористической коалиции [18]. В итоге на официальном открытии областного от­деления АКН в Хороге присутствовали представители правоохранительных органов Франции, Гер­мании, Великобритании, Программы ЕС по контролю над наркотическими средствами в Централь­ной Азии и Программы ООН по контролю над наркотиками [19].

Проблема безопасности, связанная с увеличивающимся потоком наркотиков, незаконно пере­правляемых через таджикско-афганскую границу, стала одной из тех проблем, которые весьма ощу­тимо влияют на политическую нестабильность государств Центральной Азии. В 2001 г. оценки мас­штабов незаконного оборота наркотиков были неоднозначными. Так, по мнению официальных вла­стей РТ, собственными силами им удается задерживать на границе примерно 10-12 % зелья. Однако согласно данным, представленным Международной программой ООН по контролю над наркотиками (ЮНДКП), этот показатель составляет от 3-6 % [20].

Для эффективного противодействия наркоугрозе, исходящей из Афганистана, необходимо акти­визировать совместные усилия мирового сообщества в борьбе с наркотизмом; повысить уровень ко­ординации в борьбе с контрабандой наркотиков из Афганистана; создавать и укреплять «пояса анти- террористической безопасности» вокруг ИРА, одновременно оказывая этой стране помощь в станов­лении национальных учреждений, борющихся с незаконным оборотом наркотиков, и подготовке спе­циалистов и, естественно, установить действенный контроль за оборотом прекурсоров с целью недо­пущения их незаконного поступления в Афганистан.

Республика Таджикистан неукоснительно выполняет обязательства, вытекающие из междуна­родных конвенций по борьбе с наркотическими средствами, психотропными веществами и прекурсо­рами, и осуществляет строгий контроль за их оборотом. Одной из форм контроля за оборотом пре­курсоров, которая направлена на предотвращение утечки этих веществ в незаконные каналы, являет­ся лицензирование. В 2007 г. Лицензированной комиссией было выдано 23 лицензии на деятельность, связанную с прекурсорами, и 12 свидетельств на их ввоз в Таджикистан [10; 45].

Каждый год в Республике Таджикистан проводится операция под названием «Мак». Результаты операции «Мак» свидетельствуют о сокращении фактов незаконного посева наркосодержащих расте­ний и их площадей и о том, что наша страна не является производителем наркотиков. За последние 3 года доля изъятого героина сократилась с 68 % в 2005 г. до 38 % в 2007 г. Уменьшилось его процент­ное соотношение к общему количеству изъятых наркотиков с 50,8 до 29,4 % [10, 17].

Сегодня борьба с незаконным оборотом наркотических веществ проводится не только при под­держке Управления ООН и международных организаций, аккредитованных в той или иной стране, но и с помощью глав государств-членов Организации Договора по коллективной безопасности (ОДКБ) и в рамках Совета командующих Пограничными войсками стран-участников СНГ. Так, с 28 августа по 3 сентября и с 27 ноября по 3 декабря 2007 г. в соответствии с решением глав государств-членов ОДКБ на территориях Армении, Белоруссии, Кыргызстана, Казахстана, России, Таджикистана и Уз­бекистана была проведена международная оперативно-профилактическая операция «Канал-2007». В качестве наблюдателей в операции участвовали представители антинаркотических ведомств Азер­байджана, Афганистана, Ирана, Китая, Латвии, Литвы, США, Украины, Финляндии, Эстонии и Туркмении.

Список литературы

1     Из выступления Президента Э.Ш.Рахмонова на 20-й специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН 8 июня 1998 г. // Народная газета. — 1998. — 26 июня.

2      Князев А.А. Афганский кризис и безопасность Центральной Азии (ХІХ - начало ХХІ вв.). — Душанбе, 2004. — 640с.

3     Жмуйда И. «Золотой полумесяц» и Центральная Азия: основные потоки героиновой экспансии // Центральная Азия и Кавказ. — 2002. — № 4(22). — 208 с.

4     Однако по данным того же UNASP в 1997 г. 94 % опия-сырца было выращено в провинциях, контролируемых тали­бами, которые, как и моджахеды, значительную часть своих расходов на вооружение и содержание своих отрядов покрыва­ли за счет налогов с продажи наркотиков.

5      Седых И. Б.Бхутто и афганские талибы обязаны друг другу. — Сегодня. — 1998. — 26 авг. — № 188.

6      Искандаров К. Влияние афганского кризиса на ситуацию в Таджикистане // Центральная Азия. — 1998. — № 2 (14).

7      Соколов В. Замкнутый афганский круг // Дипкурьер НГ. — 2000. — № 4.

8      Гаджиев К.С. Геополитика. — М., 1997.

9      Обзор наркоситуации в Республике Таджикистан за 2003 год.

10  Обзор наркоситуации в Республике Таджикистан за 2007 год.

11 Мирдод Х. Взгляд на причины расширения площадей для выращивания наркосодержащих культур// Андараб. — Ка­бул, 2003. — 10 дек. (на языке дари).

12  Независимое военное обозрение. — 2000. — № № 17, 19; — 2001. — № 4.

13  Информационный бюллетень о наркоситуации. Центральноазиатский регион. OSCE, 2004.

14  Олкотт М., Удалова-Зварт Н. Наркотрафик на Великом шелковом пути: безопасность в Центральной Азии. — М.: Центр Карнеги, 2000.

15  Central Asia: Drugs and Conflict. International Crisis Group (ICG) Asia Report. No. 25, Osh/Brussels. November 26, 2001.

16 UN Press Release. Tajik President Opens Crime Commission, Signs Agreement for New Drug Control Agency // SOC/NAR/798. April 29. 1999.

17  ИТАР-ТАСС. — 2002. — 27 мая.

18  ИТАР-ТАСС. — 2002. — 12 февр.

19  Первый канал Таджикского телевидения. — 2002. — 30 мая.

20  Burke J. Tajikistan Daily Digest // Eurasianet, 5 February, 2001 [eurasianet.org/resource/Tajikistan/ hyper- mail/200102/0005.html]; также см.: сайт «UNDCP».

Фамилия автора: Э.С.Рамазонов
Год: 2010
Город: Караганда
Яндекс.Метрика