Долгосрочная стратегия энергоэкологического партнерства цивилизации

Научные основы долгосрочной стратегии партнерства цивилизаций

Резолюцией 64-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН от 24.12.2009 г. намечено провести в 2012 г. в Бразилии Конференцию ООН по устойчивому развитию РИО+20.

Международный коллектив ученых, сформированный Международным институтом Питирима Сорокина-Николая Кондратьева, подготовил к Конференции ООН по устойчивому развитию доклад «Основы долгосрочной стратегии глобального устойчивого развития на базе партнерства цивилиза­ций». Сокращенная версия доклада опубликована на русском, английском и арабском языках и раз­мещена в Интернете.

В основу Доклада положен Глобальный прогноз «Будущее цивилизаций» на период до 2050 г., разработанный учеными России, Казахстана и других стран в 2007-2009 гг., опубликованный в 10 частях (включая часть 3 «Энергоэкологическое партнерство цивилизаций», которая обсуждалась на II Цивилизационном форуме в Астане в октябре 2008 г.), представленный на заседании Круглого стола в рамках 64-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН 27.10.2009 и на Цивилизационном форуме «Перспективы развития и стратегия партнерства цивилизаций» в рамках ЭКСПО-2010 в Шанхае 12-14.10.2010.

Авторы доклада исходят из следующих основных положений.

  • С конца XX в. мир вступил в период глубоких глобальных кризисов — энергоэкологического, демографического, технологического, экономического, геополитического, социокультурного. Эти кризисы могут быть преодолены лишь на основе волны эпохальных инноваций II четверти XXI в., итогом которых может быть цивилизационная революция — становление интегральной гуманистиче- ски-ноосферной мировой цивилизации на базе партнерства локальных цивилизаций.
  • В этих условиях нельзя ограничиться частичным улучшением существующего миропорядка на базе ранее принятых решений. Движение по инерционному пути чревато нарастанием угрозы гло­бальных катастроф, социально-политических столкновений цивилизаций. Необходима долгосрочная, научно обоснованная стратегия, ориентированная на радикальные трансформации, инновационный прорыв, мобилизующая усилия цивилизаций, государств, социальных слоев, поколений на преодоле­ние кластера глобальных кризисов и становление интегральной цивилизации — социально-, ноо- сферно- и инновационно-ориентированной.
  • Долгосрочная стратегия партнерства цивилизаций должна быть конкретизирована в стратеги­ях трансформации главных составляющих генотипа цивилизаций — в энергоэкологической, демо­графической и миграционной, инновационно-технологической, становления интегрального экономи­ческого строя и трансформации глобализации, формирования многополярного мироустройства на базе партнерства цивилизаций и государств, становления интегрального социокультурного строя — возвышение науки и креативного инновационного образования, возрождение высокой культуры. Эти стратегии должны опираться на сеть долгосрочных программ и проектов партнерства цивилизаций, на формирование системы институтов и механизмов партнерства цивилизаций и государств при ве­дущей роли ООН, которая в перспективе может быть трансформирована во Всемирную конфедера­цию государств и цивилизаций.

Таким образом, впервые ученые 11 стран, 6 цивилизаций представили свое видение долгосроч­ных тенденций развития цивилизаций и обосновали главные контуры долгосрочной стратегии парт­нерства цивилизаций, позволяющей осуществить оптимистический, инновационно-прорывной сце­нарий преодоления глобальных кризисов и становления интегральной, гуманистически-ноосферной цивилизации.

Энергоэкологический кризис I четверти XXI века

Диагноз кризиса. Современный энергоэкологический кризис не является чем-то случайным и не­предсказуемым. Это закономерный этап цикличной динамики общества и глобального энергосектора.

При его диагностике следует учитывать, что:

-   энергоэкологический кризис является составным элементом общецивилизационного кризиса в период смены отжившей свой срок индустриальной мировой цивилизации ноосферной инте­гральной цивилизацией, которая станет преобладающей в авангардных странах к середине XXI в.;

-   энергоэкологический кризис неразрывно связан с кризисами других составляющих генотипа цивилизаций — технологическим, демографическим, экономическим, геополитическим и со­циокультурным;

-   современный кризис выражает переходную фазу в смене сверхдолгосрочных и долгосрочных энергоэкологических циклов и завершится с переходом от индустриально-энергоэко­логического способа производства и потребления к ноосферному способу производства и по­требления;

-   решающим фактором такого перехода является широкое распространение достижений техно­логической революции XXI в., энергосберегающих, экологически чистых технологий 6-го уклада. В этом плане технологическая и энергоэкологическая революции 2-й четверти XXI в. неразрывно связаны.

Факторы кризиса. Каковы факторы и особенности энергоэкологического кризиса первой четвер­ти XXI в.?

Энергетический кризис. Важнейшим фактором высоких темпов роста мировой экономики II половины XX в. было вовлечение в производство новых крупных месторождений нефти и газа. Од­нако к концу века лучшие материковые месторождения уже освоены и быстро истощаются, а добыча перемещается на морские шельфы, что связано с большим экологическим риском и высокими из­держками. Новым ресурсом может быть освоение значительных запасов гидратов, но технологически их добыча пока не разработана. Поэтому исчерпание запасов ископаемого топлива, которое составля­ет сейчас 81 % в мировом балансе потребления энергии, становится все более весомым фактором глобального энергоэкологического кризиса, ограничителем экономического роста.

Следует учитывать, что до середины XXI в. ископаемое топливо останется преобладающим энергоресурсом. Темпы роста альтернативной энергетики под влиянием аварии в Японии замедлятся. Основными путями повышения эффективности этого фактора являются:

-   рост коэффициента нефтеотдачи, что увеличит извлекаемые запасы нефти;

-   применение новых, экологически чистых технологий использования угля и сланцев;

-   разработка эффективных технологий добычи гидратов;

-   изобретение и использование принципиально новых эффективных способов использования то­плива;

-   освоение и распространение энергосберегающих технологий шестого уклада, относительное снижение потребления энергии, затем и абсолютное сокращение в развитых странах, являю­щихся основными потребителями энергии.

Страны с высокими доходами и доходами выше средних, где проживает 27,5 % населения мира, потребляли в 2006 г. 65,4 % энергии, тогда как страны с низкими доходами (19,6 % населения) — всего 5 %.

Использование всех этих факторов смягчит тенденцию исчерпания ископаемого топлива. Но главным путем преодоления энергоэкологического кризиса останется повышение доли в мировом балансе возобновляемых и альтернативных источников. Это базисное направление энергоэкологиче­ской революции XXI в.

Экологический кризис. Если в XX в. экологический фактор не оказывал существенного влия­ния на экономическую динамику, отражаясь, в основном, на локальном уровне, то в XXI в. он приоб­рел глобальный характер и становится все более заметным тормозом экономического роста и улуч­шения качества жизни населения. Это находит выражение в нарастающем потоке выбросов парнико­вых газов в атмосферу, увеличении дефицита пресной воды во многих регионах, вырубке тропиче­ских лесов Южной Америки и Африки, падении естественного плодородия сельскохозяйственных земель, угрозе радиоактивных загрязнений типа аварий на АЭС в Чернобыле и Фукусиме. Соединя­ясь с неблагополучными экологическими изменениями, этот фактор делает все более реальной угрозу глобальной экологической катастрофы.

Осознание этой угрозы вынуждает мировое сообщество вырабатывать резервы снижения загряз­нения окружающей среды на пути к ноосфере, гармоничной коэволюции природы и общества. По­ставлена цель — сократить вдвое выбросы парниковых газов к середине XXI в., но синдром «Фуку- симы» делает достижение этой цели менее вероятным.

Кроме того, подъем экономики в развивающихся странах, как показывает опыт Китая и Индии, связан с многократным увеличением потребления энергии и выбросов парниковых газов. Нарастает поток твердых отходов и загрязнений, особенно бытовых отходов в мегаполисах.

Экологический и энергетический кризисы неразрывно взаимосвязаны, образуют общую нишу энергоэкологического кризиса первой четверти XXI в. Его преодоление возможно во второй четверти века на базе глобальной энергоэкологической революции, перехода к ноосферному энергоэкологиче­скому способу производства и потребления.

Фактор удорожания. Вовлечение в производство новых, более эффективных ресурсов было в предыдущие два столетия важнейшим фактором повышения эффективности воспроизводства, сни­жения стоимости продукции.

С последней четверти XX в. произошел перелом тенденции. Средняя цена нефти поднялась с 2,11 долл. за баррель в 1970 г. до 28,21 долл. (в 13.4 раза) в 2000 г. (при этом, правда, следует учиты­вать и обесценивание доллара). В начале XXI в. эта тенденция продолжилась: в 2008 г. цена достигла максимума в 146 долл., затем упала до 42 долл., но в последнее время вновь начала повышаться, пре­высив в 2011 г. 100 долл. за баррель.

Вместе с быстро растущими экологическими затратами это означает, что общество вынуждено все большую массу и долю труда тратить на удовлетворение потребностей в энергии и охрану окру­жающей среды, что сокращает долю ресурсов, направляемых на рост производства и повышение уровня жизни. К тому же резкие колебания цен на энергоносители служат дестабилизирующим фак­тором в мировой экономике.

Кадровые ограничения. Одним из факторов углубления энергоэкологического кризиса явля­ются кадровые ограничения. Они выражаются в:

-   значительном сокращении темпов роста трудоспособного населения и числа занятых, особен­но в странах, охваченных депопуляцией (число таких стран к середине XXI в., по среднему ва­рианту прогноза ООН, превысит 50);

-   сокращении доли занятых в материальном производстве за счет чрезмерного разбухания сфе­ры услуг, особенно рыночных;

-   отставании в развитии инновационного образования, остром дефиците кадров, способных изо­бретать, осваивать, производить и использовать принципиально новую технику и технологию, осваивать базисные инновации.

Кризис управления. Энергоэкологический кризис усугубляется тем, что системы управления (как корпоративного, так и государственного и международного) оказались неспособными предви­деть кризисные последствия и адекватно реагировать на них, во многом потеряли способность к дол­госрочному стратегическому мышлению и действию. Этому способствовали распространение в кон­це XX в. неолиберальных идей и реформ, иллюзия о необходимости ухода государства из экономики и определяющей роли «невидимой руки рынка». Глобальный энергоэкологический кризис 2008­

2009   гг. развеял эти иллюзии и вынудил государства экстренно направить около 18 трлн. долл. США на спасение терпящих бедствие корпораций, банков, страховых компаний, ТНК. Это привело к зна­чительному росту государственного долга во многих странах и экстренным мерам по экономии ре­сурсов, в том числе выделяемых на инновационные трансформации и социальное развитие, что тор­мозит преодоление кризиса и экономический рост.

Все эти проявления глобального энергоэкологического кризиса снижают жизненно необходи­мые разработки и реализацию долгосрочной научно-образовательной стратегии глобального устой­чивого развития, адекватной условиям XXI в. и ориентированной на партнерство государств и циви­лизаций для адекватного ответа на вызовы нового века.

  1. Основные контуры глобальной стратегии энергоэкологического партнерства цивилизаций

На основе разработанных Международным коллективом ученых Глобального прогноза «Буду­щее цивилизаций» на период до 2050 г. (включая часть 3 «Энергоэкологическое партнерство цивили­заций») и Доклада к Конференции ООН РИО+20 «Основы долгосрочной стратегии глобального ус­тойчивого развития на базе партнерства цивилизаций» можно сделать следующие выводы о необхо­димости и основных контурах глобальной стратегии энергоэкологического партнерства цивилизаций.

Необходимость и особенность долгосрочной глобальной энергоэкологической стратегии

Современный энергоэкологический кризис носит глобальный характер. Ни одна, даже самая мощная, страна, цивилизация или группа стран не могут решить их в одиночку. Только совместными усилиями всего глобального сообщества государств и цивилизаций можно преодолеть весьма опас­ные тенденции и обеспечить переход к ноосферному энергоэкологическому способу производства и потребления. Жизненно необходима глобальная стратегия. Ее особенности состоят в следующем.

Во-первых, эта стратегия должна носить долгосрочный характер — до середины столетия, охва­тывая завершение пятого Кондратьевского цикла, становление и развитие шестого цикла. Это обу­словлено длительностью и глубиной глобальных трансформаций, масштабом переходного периода от индустриальной к интегральной мировой цивилизации. Однако рекомендации «группы 8», «группы 20» ООН, ориентированные на частичное улучшение преобладающего, но устаревшего миропорядка, на среднесрочную перспективу не дают ориентиров для преодоления кризисных фаз долгосрочных и сверхдолгосрочных циклов.

Во-вторых, глобальную стратегию необходимо ориентировать на инновационно-прорывной сце­нарий, на освоение и распространение в глобальных масштабах базисных и эпохальных инноваций, определяющих содержание энергоэкологической революции XXI в. Полумеры, улучшающие псевдо­инновации, способны лишь затянуть кризис, продлить агонию отжившего свой срок индустриального энергоэкологического способа производства и потребления. Однако такой подход наталкивается на барьер узости и инерционности мышления, преобладающего ныне среди лиц, принимающих решения на национальном, корпоративном и международном уровнях, консервативно настроенных представи­телей поколения 90-х годов XX в., срок лидерства которых истекает. Потребуется смена лидеров, пе­ренос центра тяжести в принятии решений на лидеров поколения 20-х годов XXI в., которое будет преобладать в предстоящие три десятилетия.

В-третьих, стратегия должна носить системный характер, обеспечивать сбалансированную трансформацию всех сторон общества, всех составляющих генотипа цивилизаций — энергетической и экологической, демографической и технологической, экономической, геополитической и социо­культурной. Только такой согласованный подход к глубинным трансформациям даст нужный эф­фект, позволит осуществить болезненные трансформации в более короткие сроки и с меньшими рис­ками и потерями.

В-четвертых, по своим масштабам, пространству действия стратегия является общепланетарной, глобальной. Нет ни одной цивилизации, ни одного государства, которое не испытывало бы на себе ощутимое ее влияние, выступая в той или иной роли в процессе осуществления стратегии — экспор­тера или импортера энергии, динамики мировых цен на нее, пользователей.

В-пятых, важнейшим долгосрочным ориентиром стратегии должно быть существенное сокра­щение нарастающего разрыва в уровне энергоэкологического, технологического, экономического и социального развития между богатыми и бедными странами и цивилизациями. Полюсами богатства и бедности в современном мире являются, с одной стороны, североамериканская, западноевропейская и японская цивилизации, с другой — большая часть стран мусульманской и буддийской цивилизаций

и, особенно, африканская цивилизация. Пропасть между ними достигла крайнего предела, что ставит под вопрос их будущее. Только на основе партнерства цивилизаций возможно сократить этот опас­ный разрыв.

В-шестых, любая стратегия, а тем более долгосрочная, глобальная, может быть успешно осуще­ствлена лишь при наличии эффективной системы управления ее реализацией. Сейчас такой системы управления практически нет. Единственный глобальный орган, представляющий все цивилизации и почти все государства мира, — ООН — ослабила свою стратегически-инновационную функцию, концентрируясь на выполнении ранее принятых решений, хотя они во многом не отражают реалии и противоречия новой исторической эпохи. Группировки ведущих государств — «группа 8» и «группа 20» — пытаются частично улучшить преобладающую ныне систему, исходя из собственных интере­сов. Еще более консервативный подход международных экономических организаций — Междуна­родного валютного фонда, Всемирного банка, ВТО, которые, в основном, представляют и защищают интересы развитых стран и ТНК. К обоснованию стратегических решений в минимальной степени привлекается наука.

Для осуществления долгосрочной глобальной стратегии потребуется сформировать эффектив­ную долгосрочную систему управления, включающую институты и организации, ориентированные на научную базу стратегических решений.

Содержание и структура экономической стратегии

Основным содержанием управления реализацией стратегии является система долгосрочных мер, обеспечивающих преодоление глобального энергоэкологического кризиса, крупномасштабное освое­ние энергетических, экологически чистых технологий шестого уклада и повышение энергоэффектив­ности, становление ноосферного энергоэкологического способа производства и потребления и со­кращение пропасти в уровне энерговооруженности и энергообеспечения богатых и бедных на базе институтов и механизмов партнерства государств и цивилизаций.

Содержание Стратегии должно быть конкретизировано при построении дерева целей, преду­сматривающего в долгосрочной перспективе стабилизацию уровня энергопотребления, повышение доли альтернативных и возобновляемых источников энергии до 30-35 %, снижение выбросов парни­ковых газов в полтора-два раза к середине века, сокращение в 3-4 раза разрыва в энерговооруженно­сти труда и энергопотреблении между странами с высокими и низкими доходами.

Важнейшим направлением реализации Стратегии является переход к энергосберегающему типу потребления — в производстве, жилищно-коммунальном и домашнем хозяйстве, отказ от энергорас­точительных технологий, особенно в развитых странах, стабилизация, а затем снижение общего объ­ема потребления энергии по планете (чему будут способствовать сокращение темпов прироста насе­ления и освоение энергосберегающих технологий). В то же время для бедных стран с низким уров­нем энергопотребления важнейшей задачей остается его повышение как основы экономического рос­та и преодоления отсталости.

Поскольку ископаемое топливо останется преобладающим источником энергии, необходимо предусмотреть меры по его сбережению с учетом интересов будущих поколений, повышению степе­ни извлечения из недр и глубины переработки, освоению новых источников (гидратов, сланцев и т. п.).

Магистральным направлением реализации Стратегии является расширение использования во­зобновляемых и альтернативных источников энергии, прежде всего наукоемких — водородной энер­гии с топливными элементами, солнечной энергии, биотоплива новых поколений и т.п.; наряду с ма­лыми автономными энергогенераторами, включая малые ГЭС, ветровые станции, возможно также сооружение крупных приливных станций по берегам Охотского моря.

Следует ожидать сокращения темпов роста, а возможно, и сокращения объема и доли в произ­водстве энергии АЭС под влиянием аварии в Фукусиме.

Постепенное сокращение выбросов парниковых газов в атмосферу требует радикальных пере­мен как в структуре энергопотребления, так и в сфере массового использования безотходных и мало­отходных технологий, а также при отработке механизма стимулирования снижения выбросов, введе­ния платежей за загрязнения как инструмента изъятия экологической антиренты и ее использования для финансирования освоения и распространения экологически чистых технологий, особенно в раз­вивающихся странах. Потребуется создание системы экомониторинга, измеряющего источники и объемы загрязнений.

Механизмы и институты реализации Стратегии

Механизмы реализации стратегии

Чтобы Стратегия стала выполняемым документом, а не суммой добрых пожеланий, надо создать эффективные механизмы ее осуществления. Каковы основные элементы этих механизмов?

  1. Система долгосрочного и среднесрочного прогнозирования и стратегического планирования. Периодически (примерно раз в 5 лет) необходимо разрабатывать и уточнять долгосрочные прогнозы развития мирового энергосектора, происходящих в нем сдвигов, а также проводить мониторинг со­поставления прогнозных и фактических траекторий. На этой основе определяется система приорите­тов для реализации инновационно-прорывного сценария прогноза и разрабатывается долгосрочный (с горизонтом 10-15 лет) стратегический план, который концентрирует ресурсы на сбалансированной трансформации энергосектора мира, а также отдельных стран. Эта работа может осуществляться на базе глобального и национальных энергоэкологических балансов.
  2. Долгосрочные глобальные, международные и национальные программы являются основными инструментами реализации Стратегии. Так, в США были приняты долгосрочные программы по водо­родной и альтернативной энергетике; в ЕС — водородная платформа, с горизонтом до 2050 г. Меж­дународный коллектив ученых предлагает для реализации Стратегии глобальную программу «Чистая энергия» и международную энергоэкологическую программу «Энергия Арктики», которая может реализоваться при координирующей роли Ямало-Ненецкого автономного округа и при содействии Международного стратегического инновационно-технологического альянса.По каждой программе необходимы логично построенное дерево целей, система проектов, обеспечивающих достижение целей, источники финансирования, система управления выполнением программ.
  3.  Финансирование программ — необходимое условие их успешного выполнения, реализации Стратегии энергоэкологического партнерства. Для этого могут быть использованы как средства Гло­бального экологического фонда, так и инвестиции заинтересованных государств и компаний, креди­ты Всемирного банка и ведущих международных и национальных кредитных организаций. При этом следует учитывать, что проекты в области энергетики обычно отличаются длительностью сроков окупаемости, а в области экологии вообще могут быть не осуществлены без государственной и меж­дународной поддержки. Следует воспользоваться предложенным Международным стратегическим инновационно-технологическим альянсом механизмом проведения международных конкурсов и аук­ционов инновационных проектов на базе Международной биржи инновационных проектов.

На заседании Круглого стола в рамках Всемирного саммита РИ0+20 в Йоханнесбурге в 2002 г. автор статьи предложил механизм финансового обеспечения глобального устойчивого развития за счет отчислений от рентных доходов — мировой ренты, экологической антиренты и финансовой ква­зиренты. Это предложение было поддержано участниками заседания Круглого стола, но не получило отклика в ООН. Стоило бы вернуться к этому вопросу и учесть вероятность введения для финансиро­вания глобальных и международных программ и проектов за счет изъятия мировой экологической антиренты — своего рода «зеленого налога», подобно тому, который введен в Индии. Это потребует от государства и компаний снижать выбросы парниковых газов и в то же время создает достаточные источники финансирования глобальных и международных экологических программ, а также для под­держки энергоэкологических программ в бедных странах. Подобное предложение обосновано в док­ладе Нобелевского лауреата по экономике Джозефа Стиглица на XV Всемирном конгрессе Междуна­родной экономической организации в Страсбурге в июне 2008 г.

Нынешние резкие колебания мировых цен на энергоносители во многом носят спекулятивный характер, ведут к крупным масштабам международных перераспределений фондов, делают ненадеж­ными перспективные расчеты эффективности структурных сдвигов, использования новой техники и технологий в энергосекторе. Цены перестают быть измерителями стоимости и эффективности, пре­вращаются в инструмент биржевых спекуляций, источник хаотических колебаний. Поэтому необхо­дима выработка механизмов международного регулирования динамики мировых цен, чтобы повы­сить их устойчивость и предсказуемость.

Институты реализации глобальной энергоэкологической стратегии

Предложенные механизмы реализации долгосрочной глобальной международной стратегии должны опираться на сеть адекватных масштабам стратегии и ее механизмам международных орга­низационно-правовых институтов. О каких институтах идет речь?

Необходимо создать единый глобальный международный орган, который мог бы выступить за­казчиком глобальных энергоэкологических программ и проектов и отвечал за их использование. Возможны два варианта: либо создать по решению Всемирного саммита или Генеральной Ассамблеи ООН новую специализированную энергоэкологическую организацию, либо значительно расширить компетенцию ЮНЕП, поставить под ее эгиду Глобальный экологический фонд. Второй вариант представляется более подходящим и быстро реализуется, но он потребует радикального пересмотра компетенции и структуры ЮНЕП. В функции этого органа можно ввести формирование глобального механизма реагирования на чрезвычайные ситуации и природные катастрофы типа землетрясений в Гаити, Японии, цунами в Тихом океане, извержения вулканов в Исландии, экологической катастрофы в Мексиканском заливе и т.п.

Глобальное энергоэкологическое право — новая отрасль международного права, регулирующая систему правовых отношений в области взаимодействия государств и ТНК, в том числе при реализа­ции энергоэкологических программ и проектов, а также реакцию на чрезвычайные ситуации в этой сфере.

Ряд элементов этого права уже существует, например, в виде международных соглашений о за­прете испытаний и распространения ядерного оружия и других средств массового уничтожения. По­требуются также специализированные международные судебные органы для разрешения споров в этой сфере, органы исполнения судебных решений и контроля за соблюдением принятых норм гло­бального экологического права (типа экологической полиции).

Если будет принято решение о введении механизма возмещения экологического ущерба (изъя­тие мировой экологической антиренты), то потребуется специальный механизм мониторинга объема экологических загрязнений и их конкретных источников.

Потребуется специализированный орган и для выполнения функции международного монито­ринга и регулирования динамики мировых цен на энергоресурсы, применения глобального антимо­нопольного законодательства в этой сфере.

Экспериментальной базой для создания механизмов будущего глобального права может служить нормативно-правовая база Европейского Союза в регулировании энергетики и экологии. Следует с этой точки зрения изучить накопленный опыт, возможности и перспективы его использования в гло­бальных масштабах.

Финансовые институты — необходимое условие реализации Стратегии энергоэкологического партнерства цивилизаций, ее программ и проектов. Сейчас функцию регулирования глобальных фи­нансово-кредитных отношений выполняют в основном Международный валютный фонд, Всемирный банк и менее известный Фонд финансовой стабильности. Существует ряд организаций типа Между­народной финансовой корпорации, Европейского банка реконструкции и развития и т.п. Но во всех этих организациях превалируют и «заказывают музыку» богатые страны, внесшие наибольший фи­нансовый вклад в фонды этих организаций. Интересы стран, представляющих большинство челове­чества, нередко игнорируются либо нарушаются. Насущной задачей является демократизация дея­тельности этих организаций. Шаги в данном направлении, предложенные «группой 20», оказались малодейственными.

Стоит обсудить вопрос о создании, наряду с Глобальным экологическим фондом, Всемирного энергоэкологического банка реконструкции и развития, возложив на него функции поддержки не только экологических проектов, но и проектов по преодолению поляризации в этой сфере, развитию энергетической базы и энергоэкологических технологий в отстающих, бедных странах («полюса бед­ности») с учетом экологических требований.

Кадровое обеспечение реализации Стратегии, ее программ и проектов должно опираться на сеть существующих и вновь создаваемых образовательных и консультативных институтов. Речь идет как о кадрах разработчиков и исследователей энергоэкологических программ и проектов, так и о кадрах национальных и международных чиновников и руководящих работников корпораций, осуществляю­щих руководство, выступающих в роли их заказчиков и приемщиков полученных результатов и практического использования этих результатов.

Энергоэкологические программы и проекты, тем более международные, обладают значительной спецификой и требуют специальных знаний. Сейчас таких знаний не хватает, что служит источником многочисленных ошибок и просчетов, провалов ряда проектов при осуществлении базисных иннова­ций в этой сфере.

Исправить положение можно было бы как использованием специальных программ образования в ведущих университетах мира, так и путем организации переподготовки и дополнительного профес­сионального образования на базе Глобального инновационного Интернет-университета (ГИИУ) в партнерстве с ведущими университетами. По энергоэкологической программе «Энергия Севера» на­мечается организовать профессиональное образование на базе создаваемого Арктического научно­образовательного комплекса в партнерстве с ГИИУ и Санкт-Петербургским государственным поли­техническим университетом.

Что касается международных чиновников, то здесь может оказаться полезным Университет ООН с его филиалами. В любом случае стоило бы установить порядок, согласно которому к управле­нию в международной энергоэкологической сфере допускаются по результатам публичных экзаменов после специализированного профессионального обучения.

Формирование механизмов и институтов реализации долгосрочной стратегии энергоэкологиче­ского партнерства цивилизаций поможет достижению целей Стратегии в более сжатые сроки и с от­носительно меньшими затратами, будет способствовать более быстрому преодолению кризиса и ста­новлению ноосферного энергоэкологического способа производства и потребления не только в аван­гардных странах, но и в масштабах планеты.

Глобальный энергоэкологический баланс

Разработка и выполнение долгосрочной глобальной стратегии энергоэкологического партнерст­ва цивилизаций потребуют создания и использования новых прогнозно-аналитических инструментов, ведущее место среди которых займет глобальный энергоэкологический баланс в разрезе цивилизаций и ведущих стран. Его главное преимущество — интегральный подход к сбалансированной динамике процессов энергетической, экологической, экономической, технологической, демографической дина­мики.

Развивая идеи моделей input-output и мировой экономики Василия Леонтьева и используемого на практике топливно-энергетического баланса, энергоэкологический баланс идет значительно даль­ше, пронизывая всю структуру экономики и предоставляя критерии для оценки сбалансированности принимаемых стратегических решений и результатов их осуществления.

Методология построения энергоэкологического баланса предусматривает выделение четырех блоков:

-   основные макроэкономические показатели — динамика численности населения, ВВП по ППС в постоянных ценах (объем и на душу населения), средний технологический уклад (экспертная оценка);

-   энергетический баланс — потребление энергии в тоннах нефтяного эквивалента (объем и на душу населения), доля ископаемого топлива в структуре энергопотребления, чистый импорт (экспорт) энергии в % к ее потреблению;

-   экологический баланс — эмиссия CO2 (объем, на душу населения и на тонну энергопотребления);

-   энергоэкологическая эффективность — ВВП по ППС на тонну потребления энергии, на тонну эмиссии CO2 и на сумму потребления энергии и эмиссии CO2.

Данные для построения баланса в ретроспективе (кроме среднего технологического уклада) имеются в публикациях Всемирного банка, ООН и Международного энергетического агентства.

На основе данных демографического прогноза ООН, прогноза Международного энергетического агентства и данных Всемирного банка разработан (с участием аспиранта РАГС П.В. Ермолаева) экс­периментальный глобальный энергоэкологический баланс на перспективу до 2050 г. (табл.).

Таблица

Долгосрочный прогноз динамики глобального энергосектора на основе энергоэкологического баланса (А — инерционный сценарий, Б — инновационно-прорывной сценарий)

 

1990 г.

2000 г.

2007 г.

Сценарий

2020 г.

2030 г.

2040 г.

2050 г.

2050 г. в % к 2007 г.

I блок

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Население, млн. чел.

5259

6057

6610

А

7675 7851 78000 88500 10160 11210 4,1

8309

8801

9150

138

 

 

 

 

Б

4,3

8752

9686

10461

158

ВВП по ППС, млрд.

35968

47971

63092

А

 

95000

108000

120000

190

долл.

 

 

 

Б

 

108500

131000

153000

243

На душу населения,

6913

7883

9530

А

 

11430

12270

13110

138

долл.

 

 

 

Б

 

12400

13520

14630

153

Средний технологиче­

3,6

3,8

3,9

А

 

4,3

4,5

4,7

113

ский уклад(оценка)

 

 

 

Б

 

4,7

5,0

5,2

133

II блок

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Потребление энергии,

8556

9733

11665

А

14000 13100 1,82 1,67

17000

18600

19500

168

млн. т.н.э.

 

 

 

Б

79

15000

16000

16200

138

на душу населения,

1,63

1,61

1,76

А

76

2,05

2,11

2,13

121

т.н.э.

 

 

 

Б

 

1,91

1,65

1,55

88

Доля ископаемого топ­

81

80

81

А

 

77

75

71

88

лива, %

 

 

 

Б

 

71

64

57

70

III блок

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Выбросы С0о, млн.т на душу населения, т, на 1 т потребления энергии, т

22520

4,3

2,63

24688

4,1

2,54

30749

4,6

2,64

А

Б

А

Б

А

Б

36400 31000 4,7 4,0 2,60 2,37

38800 26000 4.7 3,62 2.28 1,53

37000 21000 4,2 2,2 1,99 1,25

34200 16000 3.7 1.5 1.75 0,99

111

52

81

33

66

 

 

 

 

 

 

 

 

37

IV блок

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Энергетическая эффек­

 

 

 

А

5,57 6,76

5,59 7,23

5,81 8,19

6,15 9,44

113 174

тивность, долл./т.н.э.

4,20

4,92

5,44

Б

 

 

 

 

 

Экологическая эффек­

 

 

 

 

2,14 2,84

2,45 4,17

2,92 6,24

3.51 7,56

170

тивность, долл./ т СО-, Энергоэкологическая эффективность, долл./

1,42

1,21

1,94

1,39

2,05

1,49

А

Б

А

1,55 1,98

1,70 2,65

1,94 3,54

2,23 4,75

466

150

319

т.н.э. + т СО-,

 

 

 

Б

 

 

 

 

Стоимостные показатели (ВВП по ППС) приняты в постоянных ценах 2005 г., которые могут су­щественно отличаться от показателей в текущих ценах или при иной временной базе. Средний техно­логический уклад определен на базе экспертной оценки. Темпы роста ВВП на перспективу дифферен­цируются с учетом падения темпов в первой четверти XXI в. (на нисходящей фазе пятого Кондратьев­ского цикла) и ускорения темпов на восходящей волне шестого цикла во второй четверти наступившего столетия. Исследование тенденций и перспектив развития мирового энергосектора на базе блоков гло­бального энергоэкологического баланса показало следующие результаты.

В перспективе темпы прироста населения в мире существенно сократятся (с 1,18 % в 2005­ 2010  гг. до 0,34 % по среднему варианту прогноза ООН в 2045-2050 гг.), что будет способствовать со­кращению темпов роста потребления энергии. В то же время падение доли населения в трудоспособном возрасте (особенно в странах с депопуляцией — России, Украине, Японии, большинстве стран Западной и Восточной Европы) станет тормозом роста ВВП и, следовательно, энергоэкологической эффектив­ности. При инновационно-прорывном сценарии это противоречие может быть разрешено на основе многократного повышения темпов роста производительности труда в результате широкого распро­странения технологий шестого уклада. Темпы прироста ВВП в реальном измерении также замедлятся по сравнению со II половиной XX в. при обоих сценариях. Это обусловлено замедлением темпов рос­та населения и притока занятых, а также все более ощутимым влиянием ограниченности и удорожа­нием вовлекаемых в производство минеральных и других природных ресурсов и растущими вложе­ниями в экологические проекты.

При инерционном сценарии можно ожидать увеличения объема ВВП к 2050 г. в 1.9 раза (на ду­шу населения — на 38 %), при инновационно-прорывном — в 2,43 раза (на душу — на 53 %). Ука­занные выше ограничения будут частично компенсироваться ускорением и повышением эффектив­ности научно-технического прогресса в связи с освоением и распространением шестого технологиче­ского уклада.

2. Темпы прироста потребления энергии на душу населения сейчас чрезмерно высоки и в пер­спективе должны быть минимизированы, а к середине века принять отрицательное значение в ре­зультате распространения энергосберегающих технологий, уменьшения энергорасточительства в раз­витых странах, особенно на транспорте, в энергетике и жилищно-коммунальном хозяйстве. Общий объем потребления энергии в мире за 43 года увеличится на 68 % по инерционному сценарию и на 38 % — по инновационно-прорывному в связи с высокими темпами роста потребления энергии в от­стающих и быстро развивающихся странах и цивилизациях.

В условиях нарастающего дефицита ископаемого топлива во второй четверти XXI в. энергетиче­ский баланс может быть поддержан лишь за счет опережающего роста использования возобновляе­мых и альтернативных источников энергии, доля которых к концу периода может достигнуть 30 % при осуществлении инновационно-прорывного сценария.

3. Эмиссия парниковых газов в атмосферу в ближайшие десятилетия будет увеличиваться за счет роста в быстро развивающихся странах (при снижении в развитых странах). Во второй четверти века вероятен перелом тенденции, хотя достичь поставленной цели снижения эмиссии на 50 % про­тив 2007 г. к середине века чрезвычайно сложно из-за роста энергопотребления и эмиссии в быстро развивающихся странах.

4. Увеличение глобальной энергоэффективности в долгосрочной перспективе вряд ли будет су­щественным в связи с замедлением темпов прироста ВВП, существенным приростом потребления энергии. В то же время будет наблюдаться опережающий рост экологической эффективности, осо­бенно при инновационно-прорывном сценарии (в 4,66 раза). Это обусловит высокие темпы повыше­ния энергоэкологической эффективности (в 1,5 раза по инерционному сценарию и в 3,2 — по инно­вационно-прорывному).

В ближайшие полтора-два десятилетия, вероятно, будет преобладать инерционный сценарий. При формировании и последовательной реализации глобальной стратегии энергоэкологического партнерства цивилизаций возможны реализация инновационно-прорывного сценария и достижение поставленных стратегических целей. Опыт Германии показывает, что перелом негативных тенденций возможен. При инерционном сценарии и отсутствии глобальной стратегии будут нарастать противо­речия и конфликты, угрозы экологической катастрофы.

Список литературы

1      Энергоэкологическое будущее цивилизаций. Ч. 3 Глобального прогноза «Будущее цивилизации» на период до 2050 года. — М.: МИСК, 2009.

2      Прогноз и стратегия энергоэкологического партнерства России, Казахстана и ЕврАзЭС. Ч. 10 Глобального прогноза «Будущее цивилизаций» на период до 2050 г. — М.: МИСК, 2009.

3      КузыкБ.Н., Яковец Ю.В. Глобальная энергоэкологическая революция. — М.: ИНЭС, 2007.

4       КузыкБ.Н., Яковец Ю.В. Россия: Стратегия перехода к водородной энергетике. — М.: ИНЭС, 2008.

5      Назарбаев Н.А. Стратегия радикального обновления глобального сообщества и партнерство цивилизаций. — Астана, 2009.

6      Возобновляемая и альтернативная энергетика: анализ мировых тенденций, опыт использования, энергоэкологиче­ский баланс. — М.: РАЕН, 2010.

7      Яковец Ю.В. Глобальные экономические трансформации XXI века. — М.: Экономика, 2011.

8      Яковец Ю.В. Долгосрочный прогноз развития энергосектора мира и России на базе энергоэкологического баланса. — М.: МИСК, 2011.

9      Основы долгосрочной стратегии глобального устойчивого развития на базе партнерства цивилизаций: Докл. Между- народ. коллектива ученых. Сокр. версия. — М.: МИСК, 2011.

10. Долгосрочная стратегия партнерства цивилизаций. Электронная хрестоматия. — М.: МИСК-ИНЭС, 2011

Фамилия автора: Ю.В.Яковец
Год: 2011
Город: Караганда
Категория: Экономика
Яндекс.Метрика