Проблемы и перспективы торгово-экономического сотрудничества РК и КНР

Важное место в поступательном развитии всего комплекса отношений Казахстан - Китай занимает торгово-экономическая сфера, значительный прогресс в которой в последние годы во многом связан с такими факторами, как взаимодополняемость экономик, географи-ческая близость, динамичное экономическое развитие и продвижение широкомасштабных реформ в обеих странах. Казахстанско-китайские торгово-экономические отношения  развиваются на основе важных и многочисленных межгосударственных и межправительст-венных договоров и соглашений, определяющих основные принципы и направления взаимовыгодного сотрудничества Республики Казахстан и Китайской Народной Республики. Казахстан является для Китая важным и наиболее крупным рынком на пространстве СНГ после России. Уровень развития торгово-экономических связей между Казахстаном и Китаем приобретает более динамичный характер. За последние годы структура товарооборота между двумя странами расширилась. Благодаря совместным усилиям правительств и предприятий двух стран состояние торгово-экономических отношений являются удовлетворительным. Немаловажными факторами совершенствования в двусторонних экономических связей является улучшение общеэкономической ситуации в Казахстане. В особенности в финансовом секторе, в ряде промышленных отраслей, а именно в нефтяной и газовой. А также приватизация ряда крупных индустриальных объектов негосударственными иностранными и местными компаниями, и стремительное экономическое развитие КНР, вступление Китая в ВТО, увеличение ассортимента производимых Китаем товаров и дальнейший экспорт.  

Важным средством обеспечения национальной стратегии развития была внешняя политика КНР. Её часто квалифицируют как консервативную. Действительно, многие основополагающие внешнеполитические принципы остаются неизменными уже 50 лет. Они касаются, прежде всего, понимания суверенитета страны и основ взаимодействия между государствами, однако необходимо видеть и существенные перемены, ясно отличающие международный курс Китая после начала реформ в конце 1970-х - начала 80-х гг. от линии, проводившейся в годы «культурной революции» (1966-1975 гг.). Современная внешняя политика КНР продолжает обновляться, хотя она в значительной своей части и строится на развитии концептуальных подходов 1980-х гг. Примечательно, еще до развала СССР, китайское руководство выработало достаточно продуктивную парадигму отношений КНР с внешним миром, вполне оправдавшую себя в драматичных обстоятельствах начала 1990-х гг. Процесс модернизации внешней политики Китая был постепенным, что характерно и для китайских реформ. Во многом его ход представлял собой достройку сооружения, состоявшего из проверенных временем элементов и конструкций. Существенной  особенностью китайской внешней политики остается постоянный поиск не силовых, достаточно экономичных и вместе с тем эффективных,  не  исключающих  жесткости,  решений. Соответственно, немалая часть аналитической работы при подготовке тех или иных решений посвящается рассмотрению существующих в мире противоречий, возможности их использования в интересах страны. Китай крайне редко сам выступает с какими-либо крупными международными инициативами. Обыкновенно эта страна не торопится с оценками мировых событий, часто занимая выжидательные и нейтральные позиции. Эволюцию китайской внешней политики в последнее двадцатилетие можно с некоторой долей схематизма представить в виде нескольких продолжающихся трансформаций, меняющихся соотношений, имея при этом в виду существенную разницу в обеспечивающей национальную независимость «статике» внешней политики и ее «динамике», ориентирующейся на поддержание процесса социально-экономического развития.

За последние годы проявляется тенденция непрерывного роста объема товарооборота между РК и КНР. Это служит основой взаимных отношений и дает импульс развитию сотрудничества двух стран во всех областях. Поскольку Казахстан придает большое значение развитию двусторонних отношений с Китаем, со стороны правительства РК предпринят целый ряд мер. По официальным данным, казахстанский экспорт в двусторонней торговле превышает импорт.

Структура товарооборота между Казахстаном и Китаем состоит главным образом из продажи Казахстаном нефти, руды, каменного угля, черных металлов, электролитной меди, никеля, алюминия, а также продукции животноводства. Что касается поставок Китая в Казахстан, то это в основном, товары легкой и текстильной промышленности, электрических машин и оборудования и др. Большую часть товарооборота занимает прямая и приграничная торговля, из которой треть составляет бартер.

Китай является одним из главных торговых партнеров Казахстана. Если сравнить двусторонний торговый оборот между двумя странами за последние годы, то очевидно динамичное развитие. Так в 1998 г. экспорт в КНР из РК составлял лишь 484,3 млн. долларов США, когда импорт китайских товаров в Казахстан был равен 78,5 млн. долларов США. В
2001 г. экспорт и импорт между РК и КНР увеличились и составили, соответственно: 1004 млн. долларов США и 567 млн. долларов США. "Только за первый квартал 2003 г. экспорт казахстанских товаров был равен 415 млн. долларов США, а импорт из КНР - 255 млн. долларов США. В 2003 г. товарооборот между двумя странами равен приблизительно 3,3 млрд. долларам США. Что является рекордным показателем в истории торгово-экономических взаимоотношений между двумя странами. В настоящее время товарооборот составляет больше 10 млрд. долларов США [1].

Обе страны располагают дополнительными резервами для взаимного увеличения торговли. В этом плане важно диверсифицировать структуру товарооборота. Особую актуальность в данном контексте имеет развитие прямых экономических связей между регионами и предприятиями обеих стран, проведение ярмарок и презентаций. Для реализации этих задач создан и действует Казахстанско-китайский информационно-консалтинговый центр в Пекине, ведется работа по учреждению постоянно действующего совместного Совета предпринимателей, который в будущем смог бы давать ценные рекомендации правительственным органам обеих стран и Комитету по сотрудничеству по дальнейшему улучшению условий для развития взаимного торгово-экономического сотрудничества. В программе сотрудничества на 2003-2008 годы также указаны конкретные цели продвижения взаимодействия между Казахстаном и Китаем на экономическом направлении.

В целях придания взаимной торговле более цивилизованного характера (доля т.н «челночной торговли» составляет около 20-30% от общего товарооборота), стороны обсуждают пути создания центра или зоны приграничной торговли, в том числе в районе пропускного пункта Хоргос.

Вместе с тем говоря о налаживании регионального сотрудничества в рамках ШОС, необходимо учитывать разность экономических потенциалов стран-участниц, их далеко не одинаковые финансовые возможности. Поэтому процесс продвижения к созданию зоны свободной торговли ШОС будет длительным и достаточно сложным. Необходимо принимать в расчет и то обстоятельство, что Китай и Кыргызстан уже являются членами ВТО, причем условия их вступления в эту международную организацию были отнюдь не одинаковыми. Россия, Казахстан, Таджикистан и Кыргызстан входят в ЕврАзЭс, а Узбекистан участвует в зоне свободной торговли в рамках СНГ. Поэтому   необходима   концентрация   усилий   стран-участниц   ШОС   на реализации конкретных инвестиционных проектов, в которых по мере сил могли бы принимать участие все члены ШОС.

Длительное время Азиатско-Тихоокеанский регион считался периферией мировой политики и экономики, а расположенные в нем страны - объектом колониальной экспансии. Лишь к концу XX века наметился быстрый рост отдельных национальных экономик стран региона. Последнее же десятилетие уходящего века характеризуется резким ускорением социально-экономического развития таких стран региона, как Китай, Южная Корея, Малайзия, Таиланд, Сингапур, Индонезия и др. Усилились и интеграционные процессы в регионе. Экономическая интеграция в АТР рассматривается в качестве действенного средства ускорения социально-экономического прогресса стран региона. Экономическое усиление азиатско-тихоокеанских стран повлекло за собой и рост влияния, оказываемого ими на мировую экономику и политику.

Интеграция является одной из главных особенностей современного развития мирохозяйственного комплекса. Она имеет множество форм и уровней. Сейчас это уже не только развитие торговых отношений, но и интеграция производства, создание региональных и межрегиональных производственных комплексов [2]. Несмотря на успешное развитие торгово-экономического сотрудничества с КНР (оценка, которую разделяет и китайское руководство), уровень и содержание этого сотрудничества не в полной мере отвечает имеющимся возможностям. Прежде всего, необходимо отметить, что торгово-экономические отношения Казахстана в основном ограничиваются рамками одной из самых отсталых провинций Китая – СУАР, что предопределено как территориальной близостью СУАР, так и политикой пекинского руководства, которое, по имеющимся данным, роль основного торгово-экономического партнера Казахстан в Китае отводит именно этой провинции. Такое положение не может быть признано удовлетворительным и для дальнейшего развития торгово-экономических отношений  Казахстана с Китаем актуальным является установление более тесных торгово-экономических отношений с наиболее развитыми районами и свободными зонами Китая.

Например, учитывая сильную политику льгот для иностранных инвесторов в СЭЗ и зонах технико-экономического развития КНР, можно было рассмотреть возможности создания совместных предприятий и компаний со 100% казахстанским капиталом на территории этих зон. Особенно перспективным представляются проекты, не требующие капиталовложений в СКВ. Так, в Китае проявляют интерес к использованию опыта и достижений Казахстана в области цветной и черной металлургии, станкостроения.

Возможны и другие формы инвестиций. К примеру, в г. Янчжоу (провинция Цзянсу) создается международный город-биржа электрических и электронно-механических изделий с участием ведущих фирм Японии, Южной Кореи, Австралии, стран Юго-Восточной Азии. Вклад иностранного участника может быть внесен товарами по согласованию сторон. Участники проекта, помимо последующего получения части прибыли от деятельности биржи, получают доступ к международной прибыли от деятельности биржи, получают доступ к международной  компьютерной сети обмена информацией и право приобретения недвижимости.

Несмотря на успешное и динамичное развитие торгово-экономического сотрудничества в целом, существуют  и проблемы  в двусторонней инвестиционной деятельности: например, недостаточный и незначительный объем прямых инвестиций Китая в Казахстане и, наоборот, Казахстана в Китае, деформированность в структуре китайских инвестиций, около 70%
прямых инвестиций Китая сосредоточено в нефтегазовом секторе. Главным
экономическим интересом Китая в Казахстане является доступ к казахстанским источникам нефти и газа в целях обеспечения энергетической безопасности. Низкая эффективность для Казахстана китайских инвестиций в связи с практическим отсутствием отраслевых цепочек добавленных стоимостей. Пример: в Казахстане наблюдается прирост поголовья КРС, появился спрос на шку­ры. Но они не перерабатываются, а как сырье экспортируются, в основном нелегально в КНР. В западных провинциях их перерабатывают, далее отправляют на юго-восток, где производят изделия, например, кожно-меховые изделия, пос­ледние продаются на внутреннем рынке и экспортируются по всему миру, в том числе в страны СНГ и Европу. При создании цепочек добавленных стоимо­стей в Казахстане затраты на логистику могут быть сокращены, неразвитость приграничной инфраструктуры, высокий уровень коррупции.

В энергетическом сотрудничестве между Казахстаном и Китаем по проекту "Западный Казах­стан-Китай" необходимо обратить внимание на такие моменты как большая протяженность нефтепровода, которая вызовет удорожание цены на нефть, что скажется на ее конкурентоспособности, неопределенность энергетических запасов Таримского бассейна в СУАР итая, так как в случае открытия крупнейших источников они могут существенно повлиять на цену казахстанских углеводородов. При условии возведения внутренних трубопроводов китайской сторо­ной стратегический контроль сохраняется за Китаем, что даст определен­ные рычаги политического влияния на Казахстан. Объем товарооборота не соответствует потенциальным возможнос­тям торгово-экономического сотрудничества, отсутствие должного регулиро­вания и контроля при экспортно-импортных операциях. Казахстан экспортирует в КНР в основном изделия из неблагородных металлов (рафинированная медь, медный лом) и минералы, а из Китая получает машины и оборудование, продукцию химической промышленности и изделия из текстиля, слабая приграничная инфраструктура, запреты, технические барьеры со стороны Китая при транспортировке грузов. Необходимо отметить, низкую пропускную способность автодорог и придорож­ной инфраструктуры, связанную с их проектной мощностью и техническим со­
стоянием; изношенность материально-технической базы транспортного потен­циала; неразвитость водного транспорта, в частности речного; структурная деформированность; слабое развитие приграничной инфраструктуры; беспрецедентная коррупция на границе; затягивание унификации международных норм и правил.

Важной составляющей в китайско-казахстанских отношениях остаётся проблема трансграничных рек. Вода – это такая же ценность, как нефть и другие природные ископаемые. Она необходима для сельскохозяйственных нужд, для промышленности и для личных нужд людей. В Китае с его многомиллиардным населением в последнее время остро ощущается нехватка воды, а к 2010 году китайские эксперты прогнозируют первый серьезный “водяной кризис”.

Вопросы использования ресурсов трансграничных рек - сфера отношений, недостаточно урегулированная на международном уровне. Документы ООН по этой проблематикеподписали лишь 37 стран, а ратифицировали лишь 20, причем среди участников соглашения нет Китая, который вообще никогда не имел ни с кем договоров о трансграничных реках. В международном праве не существует никаких запретительных или ограничительных положений на использование водных ресурсов рек в границах территории своего государства. Водные отношения строятся только на основе взаимных договоренностей. Однако оговорено право других прибрежных государств на информацию и консультации о планируемых или выполняемых водохозяйственных мероприятиях на международных реках с тем, чтобы эти государства могли своевременно осуществить меры, компенсирующие негативное влияние. Водный Кодекс КНР, принятый в июле 1988 года, в статьях 51 и 52, признавая в качестве превалирующих положения возможных международных соглашений об использовании водных ресурсов трансграничных рек, оставляет за КНР и её территориальными органами управления право решать вопросы использования вод в пользу китайской стороны.

Проблему нехватки воды в северном Китае хотят решить путём переброски части вод Янцзы. Но в западном регионе страны эту проблему можно будет решить только за счет использования трансграничных рек Синьзцян-Уйгурского Автономного Округа (СУАР) и Казахстана. А это неизбежно порождает затруднения в отношениях между Китаем, РК и РФ. Многие реки, берущие начало в Китае, протекают по территории Казахстана и его водоснабжение зависит от степени использования этих рек Китаем.Большинство трансграничных рек берут начало в Китае. Выделяется три бассейна: бассейн р. Иртыш, бассейн р. Алаколь и бассейн р. Или.

Ведутся переговоры о рациональном использовании двух рек: Или и Иртыша. Исток Иртыша находится на южных склонах Алтая. Это единственная река СУАР, имеющая сток в океан. Длина Черного Иртыша (так он называется на территории КНР) до границы с Казахстаном - 672 км, на территории Казахстана он впадает в озеро Зайсан, площадью
1800 куб. км. Из озера Зайсан вытекает собственно Иртыш, в который далее впадают притоки Ишим и Тобол. На Иртыше действует плотина Бухтарминской ГЭС. Суммарная нагрузка на водную экосистему района уже на 21% превышает располагаемые водные ресурсы. К тому же вода Иртыша сильно загрязнена.

В Казахстане на реке Иртыш построены и paботают Бухтарминская, Усть-Каменогорская и Шульбинская ГЭС. Водохранилище Бухтарминской ГЭС емкостью
49.0. ку6. км. осуществляет многолетнее регулирование стока реки, а Шульбинской РЭС - сезонное. Водный режим реки в пределах Омской области в настоящее время целиком зависит от pегулирования его каскадом ГЭС в Казахстане. Балхаш-Алакольский гидроузел Казахстана также связан с Китаем. 54% притока озера Балхашзависят от Китая. Более 50 % суммарного объема поверхностных вод Балхаша формируются в бассейне реки Или, большая их часть приходит с территории КНР.

В конце 1995 года в китайской прессе (в основном в газетах, выходящих в СУАР) стали появляться публикации, посвященные планам строительства канала Иртыш-Карамай общей протяженностью около 300 км с забором воды из Черного Иртыша для последующей переброски его в г. Карамай, один из центров нефтедобычи в Синьцзяне, и для увеличения площади орошаемых земель. Строительство канала началось в 1997 году и окончилось в 1999 году.

Начиная с 1996 года, эта тема постоянно присутствовала на переговорах президента Казахстана Н. Назарбаева с председателем КНР Цзян Цзэминем. С учетом российской заинтересованности казахстанская сторона неоднократно высказывалась за выработку совместных действий по данной проблеме и подключению России к переговорному процессу с КНР совместно с Казахстаном и, по возможности с привлечением Киргизии. Астана и Пекин уже достигли договоренности о создании групп экспертов для проведения двусторонних консультаций. Первый раунд состоялся во второй половине 1999 года. Кроме того, эта проблема была затронута в ходе официальных визитов в КНР в июле, октябре 1999 года заместителя премьер-министра, главы внешнеполитического ведомства Казахстана
К. Токаева и президента Н. Назарбаева.

Переброска части вод Черного Иртыша, а также Или имеет своей целью обеспечить водными ресурсами быстро развивающийся экономический рай­он Западного Китая, где растущая промышленность, прежде всего, нефтяная, а также строящиеся населенные пункты испытывают острую нехватку воды. Кро­ме того, рост потребления воды связан с планирующимся в Синьцзяне значи­тельным увеличением посевных площадей под зерно и хлопок.

Из-за чрезвычайной актуальности проблемы нехватки водных ресурсов в Центральноазиатском регионе целесообразно выделить следующие негатив­ные моменты: при реализации строительства канала "Черный Иртыш-Карамай" дли­ной более 300 километров и шириной 22 метра, а также при вводе его в эксплуа­тацию китайская сторона намерена осуществлять ежегодный забор воды из Иртыша в объеме более 450 млн кубометров. В перспективе предусмотрено увеличение водозабора до 1,5 млрд. кубометров. При этом общий объем вод­ных ресурсов Иртыша достигает примерно 9 млрд. кубометров. Увеличение водозабора до 10% крайне негативно отразится на деятельности стратегически важных индустриальных объектов Казахстана, расположенных в Восточно-Ка­захстанской и Павлодарской областях, а также в Омской области России. Нега­тивное воздействие может вызвать остановку ряда промышленных предприя­тий, а также резкое уменьшение запасов питьевой воды в столице Казахстана городе Астане, в Усть-Каменогорске, Семипалатинске, Караганде и в других городах республики. Существует угроза экологическому равновесию в зоне озера Зайсан (Восточный Казахстан). Кроме того, ухудшится эпидемиологичес­кая обстановка в этих регионах. В случае строительства водозабора, аналогичные последствия могут коснуться и реки Или. Река Или обеспечивает пресной водой крупнейшее по вели­чине озеро Казахстана Балхаш, которое играет важную роль в экономике страны, обеспечивая водой предприятия металлургической и энергетической промышленности. В крайне затруднительном положении окажутся аграрный сектор и рыбное хозяйство страны. При этом обмеление и засоление озера Балхаш негативно отразятся на климатическом балансе всей юго-восточной и центральной части Казахстана, осуществляемые китайской стороной ирригационные проекты окажут негативное воздействие на экологию не только СУАР, но и близлежащих госу­дарств [3].

Для решения сложившихся проблем правительствам Казахстана и Китая целесообразно разработать комплекс мер по рациональному использованию водных ресурсов и улучшению их качества.

Одной из проблем в двусторонних торгово-экономических отношениях являются причины появления граждан КНР в качестве трудовых мигран­тов на территории Казахстана.  Это, во-первых,  необходимость трудоустройства «избыточной рабочей силы» и наличии незанятых ниш в сферах возможного приложения труда китайских мигрантов. Отсюда - преобладание китайских трудовых мигрантов в сфере услуг, оптовой торговли, закупочной деятельности и т. д. Во-вторых, более комфортные по сравнению с КНР условия ведения бизнеса и большие возможности по приобретению «стар­тового капитала». В-третьих, не исключаемая перспектива выезда через террито­рию Казахстана в третьи страны. В-четвертых, нельзя исключить и такой версии (в большей сте­пени гипотетической), что китайская трудовая миграция в Казахстан призвана создать условия для реализации доктрины «транснацио­нального хозяйствования», когда китайская диаспора (хуацяо) в виде китайских землячеств и мелкого китайского бизнеса формируется в целях экономической и геополитической экспансии. Наконец, относительно либеральный (особенно в середине 1990-х-начале 2000-х гг.) режим регистрации и контроля над деятельнос­тью предприятии, созданных с участием иностранного капитала.

На сегодняшний день, по данным Министерства юстиции, в Казахстане аккредитовано 78 представительств китайских компа­ний, зарегистрировано 3964 предприятия с участием китайского капитала и 65 их филиалов. Цифры впечатляющие, но еще более впечатляющими они становятся с учетом того обстоятельства, что ханьцы предпочитают нанимать на работу по преимуществу ханьцев, и вполне объяснимо, что с ростом числа совместных предприятий растет и численность занятого на них китайского персонала, а следовательно, и масштабы регистрируемых в Ка­захстане граждан КНР. Но самое любопытное при анализе данных Минюста по пред­приятиям с участием китайского капитала заключается не в этом. И даже не столько в том, что большая их часть представлена пред­приятиями, специализирующимися на закупочной деятельности и оптовой торговле. А в том, что по более чем 28 % из них, кроме регистрационных данных, нет никакой иной информации, а 65,9 % зарегистрированных предприятий бездействуют с момента регис­трации. При этом даваемое пояснение о том, что действующие компании включают в себя и такие категории, как «предприятие еще не действует» (недавно возникло и еще не сдавало отчетность) и «предприятие не действует временно» (т. е. находится во временном простое), фактически ничего не объясняет. В числе предприятий, входящих в эти категории, значительную часть составляют пред­приятия, зарегистрированные в конце 1990-х - начале 2000-х гг., а порой встречаются и такие, дата регистрации которых относится к периоду начала 1990-х гг. По сравнению с периодом начала - середины 1990-х гг., сегодня география китайского присутствия в Казахстане значительно расширилась. Очень трудно ответить на вопрос, что представляет собой китайский трудовой мигрант и каковы цели его пребывания в Казахстане, поскольку исследований, аналогичных россий­ским, в Казахстане не проводилось. Единственное исключение - анкетирование работающих в г. Астане граждан КНР, проведенное старшим научным сотрудником кафедры международных отноше­ний Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева С. Кожировой.

Что характеризует «новых» китайских мигрантов на территории Казахстана? Во-первых, большая их часть (65% среди мужчин и 80% среди женщин) - лица в возрасте от 18 до 40 лег, получившие хорошее (по китайским меркам) образование (полная средняя школа и выше). Практически все они имели и в КНР «хорошую работу» и «относи­тельный достаток». Большая их часть (70% среди мужчин и 60% среди женщин) не состоят к браке. Во-вторых, главная цель их прибытия в Казахстан - бизнес. В случае, если они прибыли по межвузовскому обмену на учебу, последняя всегда совмещается с ведением личного бизнеса либо работой на совместном казахстанско-китайском предприятии. Главная цель бизнеса - сколотить «стартовый капитал» для орга­низации своего дела в Китае либо для реализации более значимой цели - выезда в третью страну. Последняя тенденция характерна для не состоящих в браке мужчин в возрасте до 35 лет и женщин в возрасте до 30 лет. Старшие возрастные категории стремятся получить либо коммерческую визу в Казахстане, либо вернуться в КНР. Причем, как и в России, деятельность китайцев в Казахстане в значительной мере проходит в сфере «теневой» экономики, что в основном связано с недостатками в законодательстве и деятельности органов власти. В-третьих, практически все они многократно посещали Казахстан и прожили на его территории не один год. Это говорит о том, что среда китайской трудовой миграции относительно устойчива и с учетом ограниченности сфер приложения усилий и свободных ниш практически уже сформировалась в виде торгового меньшинства. Четвертая характерная особенность состоит в том, что женатые мужчины и незамужние женщины проживают в Казахстане у родственников. Причем с учетом того обстоятельства, что география миграции из Китая довольно обширна и не ограничивается только СУАР КНР, эти родственники представ­лены получившими гражданство СССР бывшими гражданами КНР более ранних миграционных волн (1940-1960 гг.). Однако, как и китайские мигранты в России, работающие в Казахстане китайцы стремятся к компактному расселению и сохранению своей нацио­нальной идентичности. Отсюда в-пятых, среди них полностью отсутствует стремление к приобретению казахстанского гражданства и в очень редких случаях (в основном у людей старше 40 лет) присутствует стремлениек браку с гражданином(-кой) Казахстана. Большинство же рассматривают такого рода браки для ханьцев противоестественными. С учетом того обстоятельства, что у большинства граждан Казахстана к китайцам (более широко - гражданам КНР вне зависимости от их этнической принадлежности) сохраняется настороженное отношение, они придерживаются аналогичной точки зрения, а потому процесс интеграции китайцев в казахс­танское общество будет весьма затруднительным, если вообще возможным.

Деликатная тема в двусторонних отношениях – положение этнических казахов, проживающих в Китае. Как известно, в КНР насчитывается около 1,5 млн. казахов. Руководство Казахстана не ставит перед собой цели добиваться их массового переселения. В этом нет ни политической, ни практической необходимости. Речь идет об обеспечении и соблюдении их прав, сохранении языка, культуры. Что касается желания казахов вернуться на историческую родину, то это должно рассматриваться через призму уважения законов обеих стран. В таком ракурсе рассматривались эти проблемы в ходе переговоров на высшем уровне. Итогом неоднократных обращений Н. Назарбаева по этому вопросу стала позиция Пекина: китайское правительство не будет чинить препятствия тем, кто хотел бы по своей воле вернуться в Казахстан. Однако готовность к поиску конструктивных решений, к взаимовыгодным компромиссам отличает дипломатические отношения Китая и Казахстана.

Одним из перспективных направлений казахстанско-китайского сотрудничества является новый уровень взаимодействия, региональный и многосторонний. В качестве нового этапа торгово-экономических отношений между РК и КНР выступает Шанхайская организация сотрудничества.

В рамках Первой встречи Глав правительств 2001 г. в Алматы по инициа­тиве китайской стороны состоялась также встреча министров, отвечающих за внешнеэкономическую и внешнеторговую деятельность. По итогам переговоров сто­роны пришли к единому мнению о создании механизма встреч министров торговли и экономического сотрудничества. Ка­захстанская сторона вышла с предложением об обмене на­циональными законодательствами, регулирующими внешне­экономическую деятельность между сторонами, а также с предложением разработать долгосрочную программу регио­нального торгово-экономического сотрудничества, предусмат­ривающую его главные направления и приоритеты. Кроме того, министры согласились с предложением ки­тайской стороны о создании комиссии старших должностных лиц на уровне директоров департаментов и управлений мини­стерств, образовании рабочих групп экспертов в сферах та­можни, транзитных перевозок, энергетики и др. Также китай­ской стороной было высказано пожелание - провести первую встречу министров торговли и внешнеэкономического сотруд­ничества в первой половине 2002 г. в Китае.

Созданием ШОС положено начало формированию принципиально новой системы субрегионального сотрудниче­ства через тесное взаимодействие шести государств с воз­можным последующим присоединением других стран с уче­том их согласия следовать принципам и обязательствам, за­ложенным в основу ШОС. В этом контексте открытый ха­рактер деятельности новой организации имеет перспектив­ное значение. Несомненен и тот факт, что решающее значение для процесса объединения государств в региональную организа­цию имеет существование внешних угроз и вызовов благопо­лучию, стабильности и безопасности государств региона.

Другой важный элемент ШОС заключается в том, что на всех этапах продвижения процесса для государств-участ­ников главным был высокий уровень доверия между всеми сторонами, взаимодействие и партнерство двух постоянных членов СБ ООН - России и Китая, что при поддержке Казах­стана должно служить основой укрепления созданной орга­низации. Встречи в Шанхае, как в многостороннем, так и в дву­стороннем форматах, явились свидетельством возрастающе­го авторитета Казахстана, прагматизма его внешней полити­ки, направленной па достижение конкретных результатов [4].

ШОС имеет хорошие возможности для развития регионального экономического сотрудничества. Координированные усилия и конкретные действия стран-участ­ниц ШОС позволят путем укрепления регионального экономического сотруд­ничества проложить современный "Шелковый путь", ведущий к общему развитию и процветанию шести стран.

Одной из привлекательных и перспективных отраслей двустороннего казахстанско-китайского сотрудничества является химическая промышленность, где налажены постоянные контакты с китайскими партнерами, проводится работа по привлечению китайского капитала для инвестирования химических предприятий Казахстана. Сделаны практические шаги по осуществлению долгосрочной программы по производству и поставке минеральных удобрений в КНР в объеме 300 тыс. тонн в год путем создания совместных предприятий и инвестирования, развития и технического перевооружения производства минеральных удобрений в стране. Казахстан заинтересован в возобновлении торгово-экономических связей с крупными фирмами южных провинций и свободными экономическими зонами, что могло бы положительно отразиться на обеспечении населения качественными товарами.    

В перспективе намечается сотрудничество в области поиска и разведки месторождений твердых полезных ископаемых, в сфере нефтяной геологии, гидрогеологии, исследований технологий поисков и техники разведки подземных ресурсов, а также в области обмена геологической и технической информацией [5].

Кроме того, следует отметить, что стратегическое значение Каспийского региона заключается не столько в объемах его запасов углеводородного сырья, сколько в местоположении – он расположен между основными сегодняшними и перспективными рынками сбыта нефти и нефтепродуктов (Европа и Азия), с одной стороны, а также между основными сегодняшними поставщиками жидкого топлива (Ближний и Средний Восток, Северная Африка, Россия) на рынки Восточного полушария, с другой. Центральная Азия и Закавказье могут стать маршрутом воссоздаваемого Великого Шелкового Пути, то есть наземных коммуникационных путей, которые должны связать Китай и Европу, укрепив самое слабое звено сегодняшнего глобального рынка.

Таким образом, можно свидетельствовать о том, что нынешняя динамика развития взаимного сотрудничества в торгово-экономической, инвестиционной, энергетической, транспортной и многих других сферах позволяет с оптимизмом оценивать перспективы дальнейшего наращивания взаимодействия между Казахстаном и Китаем в этих областях. Уверенность в этом дополняется тем, что поступательное закрепление данной положительной тенденции соответствует интересам народов двух соседних и дружественных стран.

Торгово-экономические связи Казахстана с Китаем имеют хорошую долгосрочную перспективу. Нет никаких сомнений в том, что быстро развивающаяся экономика Китая будет требовать все больше и больше нефти. И поэтому КНР будет рассматривать Казахстан как одного из наиболее предпочтительных для нее поставщиков энергетического сырья. В свою очередь и Казахстан будет нуждаться в емком китайском рынке.

 

 Список литературы

1. almaty.keden.kz/zakonadat.zakon/cgi?doc=960 официальный сайт Агентства таможенного контроля РК.

2.Приоритетные направления экономического сотрудничества Казахстана с Китаем.  Экономическое сотрудничество Казахстана и Китая. Сборник статей и документов. Алматы-Урумчи, Май, 2004. с18

3.panorama.kz - официальный сайт «Панорамы».

4.China oil and gas sector (Энергетический и газовый сектор Китая)// eande.161.gov.chinaenergy.cn

5.Программа сотрудничества между Республикой Казахстан и Китайской Народной Республикой на 2003-2008 годы. kazembchina.org - официальный сайт посольства РК в КНР.

Фамилия автора: А.А. Акатаева
Год: 2009
Город: Алматы
Яндекс.Метрика