Теоретико-методологические аспекты глобализации: изученность, состояние, перспективы

Исследование в любой области начинается с изучения теоретико-методологических основ данной проблематики. Проблема глобализации сегодня одна из самых актуальных тем как в странах Западной Европы и США, так и в Казахстане и других странах СНГ. Что сегодня разработано в теории глобализации? Данной проблематике посвящены работы философов, социологов, политологов, экономистов. Попробуем представить эволюцию теории глобали­зации как теории развития общества. Современные социологи отмечают, что в 50-60-е годы прошлого столетия господствовали модернизационные теории. Это - концепции направлен­ного развития, построенные на основе признания универсальности западного общества, превращения его в образец для всех народов, желающих ускорить свою естественную эволю­цию. Модернизация - это ответ незападных стран на вызов Запада, переход из традицион­ного общества в современное. Модернизация осуществлялась в формах колонизации, вестер-низации, догоняющей модели развития. Модернизационные теории предполагали, что есть общий путь для всего человечества, на который не все общества вступают одновременно.

Однако проведенные исследования и сама практика показала, что не все страны пошли по пути модернизации. Здесь выделились несколько направлений. Если говорить о России, Казахстане и некоторых других постсоветских стран, то здесь явно обнаруживается теория догоняющего развития. Хотя четкого определения цели и направления не прослеживалось, тем не менее, многие страны развивались в форме догоняющей модели. Казахстан в 90-е годы считается самой модернизированной страной из всех постсоветских республик. Однако модернизация не всегда и не во всех сферах имела успех. Например, банковская система Казахстана одна из самых модернизированных, но в период кризиса оказалась не совсем устойчивой. В системе высшего образования, переход к Болонской системе не обеспечил должного уровня качества образования, как ожидалось. Провозглашение догоняющей модели модернизации не учитывало изменений самого Запада. Ведь сегодняшний Запад - это постиндустриальный, информационный Запад, где из всех источников инновации самые эффективные - рынок и наука - являются не просто носителями инноваций, но их социальными институтами [1].

Модернизационные теории не приняли развивающиеся и некоторые развитые страны мира. Они пошли по пути развития антимодернизации, поставив под сомнение названные типы социальных теорий. Появились постмодернизационные социальные теории, которые основывались на собственных традициях и культуре. Особенно это заметно в странах Юго-Восточной Азии, где не ставится вопрос о том, чтобы быть похожими на европейцев или американцев. Эти страны даже и не стремились к подражанию Запада. Для них более «приличным» считалось быть похожим на себя. Это проявилось во всех сферах развития общества, в том числе и особенностях национальной экономики.

Есть страны, недовольные своим сегодняшним положением в глобальном мире. Они выбирают неомодернизм - новый виток модернизации. На постсоветском пространстве стали появляться модели «евразийства». Сегодняшнее обращение к идеям «евразийства» - это повторяющиеся мировоззренческие и геополитические постулаты начала ХХ столетия, но получающие различные интерпретации.

По мнению российских ученых модернизационная интерпретация евразийства учитывает только один аспект - то, что эти страны, будучи отстающими, традиционными, пытаются сменить свою идентичность на западную, европейскую. Социалистическая интерпретация трактует СССР как успешный евразийский опыт, социализм - как евразийский (незападный) путь. Постмодернизационная интерпретация видит в евразийстве своеобразную конверген­цию ценностей традиционного («азиатского») и современного (западного) общества. Неомо-дернизационная трактовка жестко повторяет аргументы модернизационной теории, однако не считается с ее уроками. Имеется так же антимодернизационная интерпретация, рассматривающая евразийские черты как препятствие модернизации. На фоне сменяющихся и взаимодействующих социальных теорий западные и российские социологи считают, что «евразийство» не является самостоятельной теорией, а представляет собой некоторый фактор, получающий различные интерпретации. Хотя с этим можно не согласиться. Развивая концепцию евразийства можно предположить, что это весомая, в противовес всем негативным последствиям глобализации, возможно в будущем теория.

Основным недостатком теории модернизации была концентрация на изменениях внутри отдельных обществ или государств и сравнениях между ними - с западными обществами в качестве главной точки отсчета - при недостатке внимания к их взаимосвязанности, взаимозависимости и роли, которую играют «незападные» страны в развитии Запада. Одним из первых кто стал критиковать теории модернизации был американский социолог и историк, ныне профессор Йельского университета Иммануэль Валлерстайн, который в противовес ей разработал свой миросистемный подход. Миросистемный анализ И.Валлерстайна придал серьезный импульс развитию теории глобализации [2].

Таким образом, в конце прошлого века в мире существовали несколько теорий развития. Модернизационная, антимодернизационная, неомодернизационная и, наконец евразийская концепция. Как и когда же появляется глобализация?

Теория глобализации во многом вытесняет описанные теории. Термин "глобализация" возник в результате развития информационных технологий и транснационализации произ­водства и капитала, для которых площадкой деятельности стал весь мир. Резко нарастая в последние десятилетия именно эти факторы, сделали прозрачными для финансово-инфор­мационных систем национально-государственные границы и обеспечили преимущество тем, кто вступил в технологическо-информационную революцию. Глобализация - есть случив­шийся факт. Ее перспективы и угрозы, необходимо исследовать. Но, прежде всего необхо­димо сказать о ее сущности: глобализация означает победу капитала и информационной сво­боды над национальными интересами, создание транснациональных систем. Впервые появ­ляется опасность раскола основ мирового порядка как системы наций-государств. Прави­тельства многих стран сейчас обеспокоены последствиями глобализации, которая может сте­реть не только национальные границы, но и уничтожить все национальные культуры. Поэто­му мы и наблюдаем активное выступление против форумов и решений G-20 и G-8 (Сиэтле, Давосе и др.). Глобализация возникла как феномен, явление, сопутствующее процессам транснационализации производства и капитала. Она требует теоретических исследований. Хотя некоторые известные экономисты России убеждены в том, что глобализация это детище Уолл-стритта.

Одним из утвердившихся предположений в теории глобализации считают ее обязатель­ное рассмотрение во взаимосвязи с локализацией. Вот что говорит П. Дуткевич профессор, доктор, директор Института Европы и России при Карлтонском университете «Я привык рассматривать процесс глобализации и саму категорию глобализации не изолированно ... И рядом с тенденцией глобализации я обязательно выстраиваю концепцию новой регионали­зации и новой локализации». П.Дуткевич толкует триаду «глобализация - регионализация -локализация» следующим образом: «абсолютно справедливо, эта триада функционирует. Только мой аналитический подход заключается в том, что, во-первых, глобализация порож­дает локализацию по принципу «акция-реакция». Глобализация порождает локализацию, и как следствие борьбы между глобализацией и локализацией получается регионализация. Глобализм и локализм в своей борьбе порождают регионализацию» [3]. Он утверждает, что следствие борьбы глобализации и локализации появляется на региональном уровне, как модернизированная в сторону локализации глобализация. На примере исламского фундаментализма он поясняет связь локализации, глобализации и регионализации.

Известный социолог современности, профессор университета Абердина (Шотландия) Р.Робертсон, внесший фундаментальный вклад в теорию глобализации, трактует глобализацию   как   ускоряющееся   «сжатие»   современного   мира   и интенсификацию восприятия мира в качестве целостности, «единого организма». Сжатие превращает мир в единое пространство ввиду глобального распространения и власти комплекса идей, который представляет уникальность общественных и этнических идентичностей и традиций неуместной за рамками локальных контекстов и научных дискуссий [4].

Дж. Розенау проводит различие между содержанием понятия "глобализация" и близких ему терминов "глобализм", "универсализм" и "сложная взаимозависимость". Сценарием возможного развития глобализации может стать фрагмеграция, под которой Дж. Розенау подразумевал сочетание процессов интеграции и фрагментации. Фрагмеграция предполагала формирование и укрепление блоков и союзов национальных государств в виде сложных иерархических систем, которые должны были повести борьбу за скудеющие ресурсы [5].

По мнению М.Мунтяна в международно-политической науке существуют много разли­чающихся трактовок глобализации: «последователи реалполитической парадигмы понимают ее в духе "столкновения цивилизаций" (С. Хантингтон), как результат победы Запада в "холодной войне" против СССР и закономерный процесс распространения гегемонии США на весь мир (Г. Киссинджер), как геополитическое переустройство мира, включая пересмотр политики союзов (Ф. Сашвальд) т.д.; неолибералы рассматривают глобализацию как "конец истории" (Ф. Фукуяма) окончательную победу в распространении на весь мир западных цен­ностей (рыночной экономики, плюралистической демократии, индивидуальных прав и сво­бод человека); как все более широкое распространение во взаимодействия государств норм международного права (М. Закер); как процесс постепенного преодоления государствами своих узкоэгоистических национальных интересов и становления "сообщества цивилизо­ванных стран", являющегося результатом взаимо-проникновения национальных экономик, интернационализации финансов, усиления роли ТНК и ТНБ в мировой экономике, роста непосредственной конкуренции предприятий и фирм, независимо от их национальной при­надлежности (Р. Липшуц); неомарксисты считают, что термин "глобализация" означает не что иное, как целенаправленную стратегию монополистического капитала и американского империализма, имеющую целью окончательное закрепление экономического неравенства в мире и эксплуатации периферийных и полупериферийных регионов крупнейшими монопо­лиями центра (Р. Кокс). С. Амин рассматривает глобализацию как понятие, заменяющее термин "империализм", содержанием которого является политика мирового капитализма, направленная на подчинение мира потребностям своего собственного развития» [6] .

Таким образом, на основе существующих разработок и прогнозов ряд зарубежных авторов выдвигают базовые сценарии глобализации, которые на стадии глобальной неопределенности могут реализовываться одновременно в различных зонах планеты.

Первый из таких сценариев может быть обозначен как «глобализация-вестернизация», предусматривающий, скажем так, повсеместное установление евроатлантической цивили­зации. Предполагается, что все немодернизированные территорий должны подвергнуться глобальной цивилизации. Становление глобальной цивилизации с единой, общей, цивили­зованной культурой и доминированием либеральных ценностей; с глобальными финансово-экономическими институтами типа МВФ, ВТО, ВБ и т.д., призванными регулировать отношения между корпоративными игроками, среди которых находятся и национальные государства, и межгосударственные образования, и иные региональные союзы, - конечная цель такого сценария. В основе такого сценария лежит концепция "конца истории" как результат всемирной победы либерализма.

Второй сценарий - «локализации» предполагает консолидацию этнических и цивилиза-ционных образований на основе фундаменталистских идеологий, проводящих политику культурной изоляции как суррогатной формы культурной и социальной нетерпимости. Это сделает невозможным формирование глобальной цивилизации, так как в экономике будут доминировать тенденции восстановления традиционных способов ведения хозяйства, в том числе и под флагом защиты окружающей среды и необходимости экономии природных ресурсов. В основе этого сценария - метатенденция обособленности, обусловленная стремле­нием к сохранить локальные культуры  с их собственными системами ценностей. Однако,как отмечал З. Бауман, «локальность в глобализируемом мире - это знак социальной обездоленности и деградации. Неудобность локализованного существования усиливается тем, что в условиях, когда общественные пространства отодвинулись далеко за рамки «локальной» жизни. Понятие локальность теряет свой смыслообразующий потенциал, все больше попадая в зависимость от направляющих и объясняющих действий, которые на локальном уровне не поддаются контролю» [7].

В связи со сценариями фрагмеграции и локализации встает вопрос о возможности формирования и природе потенциальных мировых суперрегионов или региональных интеграций. По мнению некоторых ученых - это признак нового политического устройства мира. Суперрегионы движутся в направлении интеграций - наднациональных политических объединений со своей валютой, моделями экономического регулирования, правовыми институтами, структурами управления, системами безопасности. Поэтому в данном случае в перспективе можно говорить если не о государствах, то о каких-то формах квазигосударственных образований или региональных интеграциях.

Третий сценарий «глокализации» предполагает сочетание процессов модернизации местных культур с достижениями формирующейся глобальной мультикультурной цивили­зации. Это происходит в результате «культурной гибридизации», то есть конструктивного сотрудничества и взаимообогащения культур в рамках культурных регионов, что возможно при условии институализации сетевых форм самоорганизации и межкультурной коммуника­ции, что, в свою очередь, ведет к изменению социальной стратификации мира и формирова­нию новых культурных регионов. Регулировать развитие глобальной цивилизации должны институты глобального гражданского общества. Глокализации, по И. Валлерстайну, соот­ветствует сценарий «децентрализованного и справедливого мира». Однако критически наст­роенные исследователи отмечают поверхностный характер гибридизации культуры - «куль­туры на глобализированной вершине социальной пирамиды» - и выражают серьезную обес­покоенность в связи с усилившимся нарушением связи «между всеми более глобализиро­ванными, экстерриториальными элитами и остальным населением, «локализация» которого постоянно усиливается». Глокализация - это повсеместно расспрос-транённый вариант гло­бализации, проявляемый в способности основных тенденций в сфере производства и потреб­ления универсальных товаров перевоплотиться в региональные формы. Термин «глокализа-ция» для обозначения этого процесса предложил социолог Роланд Робертсон. Он утверж­дает, что глобальные и локальные тенденции в конечном счете взаимо-дополняемы и взаимо­проникают друг в друга, хотя в конкретных ситуациях могут прийти в столкновение. В основе глокализации лежит идея децентрализованного мира. Модели глокализации разраба­тываются, опираясь на сетевые формы самоорганизации и межкультурную коммуникацию. Локальные культуры осознают, что они могут сохраниться и развиваться, лишь играя свою особую роль в глобальном пространстве - изоляционизм их погубит. А субъекты глобальной экономики, в свою очередь, понимают, что всеобщая универсализация жизненных стандар­тов только вредит динамике рынка. У.Бек формулирует это даже более радикально. По его мнению, унифицированная культура, в которой, с одной стороны, отмирают локальные культуры, а с другой - все потребляют (едят, спят, любят, одеваются, аргументируют, мечтают и т.д.) по одной схеме, даже если разделять все это в строгом соответствии с доходами той или иной группы населения, означала бы конец рынка, конец прибылей [6].

Глобализации противостоят помимо регионализации еще такие тенденции, как диссоциация и ассоциализация. При этом в качестве различающего признака глобализации называется ее связь с цивилизацией, а регионализации - с культурой. Наиболее последова­тельно эта неразрывность связи глобализации и локализации, а также их взаимное усиление отражены в концепции «глокализации» З.Баумана, рассматривающего процессы глобализа­ции и локализации совместно и считающего, что они тесно связаны между собой и взаимно усиливают друг друга. Его вывод о том, что конечный результат такой тесной взаимосвязи есть не увеличение взаимозависимости мира, а, напротив, ее уменьшение, вызванное тем, что в эпоху новейших информационных технологий развитые страны становятся все более самодостаточными, а потому испытывают все меньшую потребность в развивающихся странах. Одним из аргументов в пользу такого вывода можно назвать то, что в последнее время происходит существенное снижение объема прямых иностранных инвестиций развитых стран в экономику стран третьего мира, что неизбежно ведет к увеличению разрыва их социально-экономического развития с передовыми странами Запада.

Следует отметить особую позицию У. Бека, предлагающего различать глобализм, с одной стороны, и глобальность и глобализацию - с другой. Под глобализмом он понимает, что «мировой рынок вытесняет или подменяет политическую деятельность», навязывая идеологию господства мирового рынка, идеологию неолиберализма. Неолиберальные идеи сводят многомерность глобализации только к одному, хозяйственному измерению, которое мыслится к тому же линеарно, и обсуждает другие аспекты глобализации - экологический, культурный, политический, общественно-цивилизационный, - если вообще дело доходит до обсуждения, только ставя их в подчинение главенствующему измерению мирового рынка» [8]. У.Бек указывает также на то, что подобное сведение глобализации к одному -экономическому измерению помимо очевидного для него несоответствия многомерности глобализационных процессов, оказывает негативное влияние на сознание оппонентов, согласных с таким одномерным пониманием глобализации, но выступающих с разных позиций против такого положения вещей.

Таким образом, на основе проведенного обзора научной литературы можно констати­ровать, что на сегодня нет четкой, сложившейся теории глобализации, тем не менее, доста­точно большое количество научных исследований в области социологии, политологии, экономике и финансов свидетельствует о важности и необходимости глубокого осмысления этого вопроса для сохранения мира на планете и развития общества. Положительный является то, что в формировании теоретических основ есть разные взгляды, позиции, толко­вания. Но многие сходятся в одном: глобализации началась с информационной революции и транснационализации производства и капитала. И исследование этих вопросов означает исследование самого ядра глобализации как явления и факта. Это суперактуальная проблема с точки зрения развития и теории глобализации и необходимых практикам предложений и рекомендаций, выражающих интересы не отдельного государства, а решения глобальных проблем.

 

Литература

 

  1. Делягин М. Россия в глобальном и внутреннем мире //Независимая газета. 2001.02.21  delyagin.ru/citation/1846.html 
  2. Чернецкий Ю. Не так страшна глобализация, как ее малюют. Или Единого Мира бояться - по миру отшельником пойти. Опубликовано Geo-GEN в ПТ, 04/10/2009 - 13:31 Международные отношения Планета. politiki.net.ua/node/1178
  3. Дуткевич П. Глобализация и посткоммунизм. Стенографический отчет круглого стола «Петербургской политологической экспертизы».2000.net.ua/next issue/61458 Robertson R. Globalization, in: Global Modernities /Featherstone M. u.a. (Hg.). London. 1995
  4. Rosenau J. Turbulance in World Politics, Brighton: Harverster. 1990
  5. М.Мунтян. Глобализация, международные отношения и мировая политика. viperson.ru/wind.php?ID=282843&soch=1
  6. Бауман 3. Глобализация, или кому глобализация, а кому локализация. // Российский журнал «Социология». 2000. №1.
  7. Бек У. Что такое глобализация? Ошибка глобализма - ответы на глобализацию. / Пер. с нем. А.Григорьева и В.Седельника.- М.:Прогресс-Традиция, 2001. С.26-27

 

Фамилия автора: С.И. Мендалиева
Год: 2010
Город: Алматы
Категория: Экономика
Яндекс.Метрика