Стратегический вероятностный прогноз эколого-экономического развития Казахстана

Рассмотрены факторы стратегической матрицы Казахстана и дана оценка вклада составляющих в развитие государства. Предлагается при комплексной оценке взаимодействия объектов природной, социальной, экономической среды учитывать риски дестабилизации системы. 

На динамику развития государства влияет комплекс факторов, включая девять наиболее репрезентативных /1/: управление, территория, природные ресурсы, население, экономика, культура и религия, наука и образование, армия (вооруженные силы), внешняя политика (геополитическая среда). Перспективы развития государства в соответствии с факторами стратегической матрицы будут определяться параметрами, численные значения которых находятся в диапазоне от 1 до 10. Сверхдержаве, находящейся на уровне выше среднего, приписывают значение 10, на среднем уровне - 9, ниже среднего - 8. В группе великая держава, аналогично 7-5, региональная держава, 4-2 и малое государство - 1.

Управление - параметр, оценивающий общую функцию социальной системы как в регулировании общественных отношений внутри государства, так и при осуществлении связей с внешним миром. Оценка качества управления является одной из наиболее динамично меняющихся характеристик в зависимости от следующих параметров: устойчивости государственного управления, адаптивности системы, способности к лидерству и эффективности элитообразования. Для различных периодов государственного и общественного развития динамика изменения этих параметров и их сочетаний неодинакова. По экспертной оценке, показатель «Управление» для Казахстана в начале процесса присоединения к России (1822 г.) составил 3,1 и в эпоху ее наивысшего расцвета (1913 г.) этот показатель - 3,3 (табл. 1). В советский период (1924-1991 гг.) фактор «Управление» стратегической матрицы оценен на уровне 2 единиц, а к началу 80-х годов прошлого столетия - 3 единиц. В период 2004-2005 гг. Казахстан позиционируется как великая держава: система государственного управления страны создает высокую устойчивость ее развития за счет благоприятных взаимоотношений с основными мировыми и региональными центрами. Основные возможные пути развития Казахстана (до 2030 г.) рассматривают с позиций четырех базовых сценариев /1/: «Евроазиатская интеграция» - тесная интеграция со странами постсоветского пространства; «Гибкий баланс» - построение системы взаимодействий   со   всеми   основными   центрами   силы,   оказывающими   влияние на формирование обстановки в Центральной Азии; «Вхождение в сферу влияния Китая»; «Евроатлантический выбор».

В эпоху наивысшего расцвета, в первой четверти XVI века, площадь территории Казахского ханства достигла 600-900 тыс. км , что соответствует статусу региональной державы /1/. В дальнейшем территория Казахского ханства то расширялась, то уменьшалась (табл. 1). В этот период происходило постепенное формирование из различных племен и родов единой казахской народности. До XVII века при выставлении оценок по фактору «Природные ресурсы» не учитывались экологические показатели. По качеству природных ресурсов (5,1 - по состоянию на 2005 г.) Казахстан может быть отнесен к категории великих держав (табл. 1). В экономике Казахского ханства сочеталось несколько хозяйственно-культурных типов, где преобладало кочевое и полукочевое скотоводство. Этот вид хозяйственной деятельности человека сложился в результате тысячелетней адаптации обитателей степной зоны Центральной Азии к природно-климатическим и экологическим ее особенностями /1/.

 Параметры стратегической матрицы Казахстана

Грядущая экологическая революция должна изменить приоритеты и ценностные ориентиры, а мерой целенаправленной общественной организации станет степень согласованности стратегии общества со стратегией развития Природы /2/. Лидером станет то государство, которое в качестве объекта управления примет эколого-экономическую систему и признает подчинение человечества экологическому императиву.

Существующие подходы оценки конкурентоспособности отличаются существенными недостатками, особенно в части обоснования и объективности критериев. Национальная конкурентоспособность до 2005 года оценивалась Индексом роста конкурентоспособности (ИРК), а затем по методике расчета Индекса глобальной конкурентоспособности (ИГК) ВЭФ /3/. По итогам 2006 года Казахстан занимает 56 место в рейтинге ИГК, тогда как в предшествующем году позиция республики по ИРК была предпочтительнее (51 место). Наилучшие показатели Казахстан имеет по макроэкономике (10 место) и рыночной эффективности (44 место), а хуже всего дело обстоит в области здравоохранения и начального образования (86 место), институтов (75), развитости бизнеса (72) и инноваций (70). Средние позиции Казахстан имеет по таким параметрам, как высшее образование, технологическая готовность (66) и инфраструктура (68), хотя два последних параметра также вряд ли отвечают адекватно потенциалу страны. Казахстан, занимая по показателю ВНД/ППС на душу населения 99-е место в мировом рейтинге ($ 6980), относится к государствам со средним доходом (пороговое значение которого в 2004 г. составило $ 6480)/3/.

Разработан Экологический Индекс Устойчивости (ESI, версия 2005) /4/, с помощью которого можно оценить эффективность способности наций (государств) защитить окружающую среду от антропогенного воздействия. В результате анализа и объединения 76 наборов данных, получены величины 21 индикатора экологической устойчивости. Для ряда стран, имеющих на территории пустыни (Казахстан входит в их число), связь величин Экологического Индекса Устойчивости с показателем чистые сбережения (СЧС) имеет значение коэффициента корреляции равное 0,57 (вероятная ошибка 0,10), и оно наиболее весомо по сравнению с другими факторами. По данным /5/, Индекс географической составляющей потенциальных потерь (ISg) имеет высокую тесноту связи с плотностью населения (коэффициент корреляции 0,84±0,04), а с валовым национальным доходом (ВНД) на душу населения имеет коэффициент корреляции 0,29±0,13 и с величинами СЧС -0,12±0,14. Для рассматриваемых стран (с пустынями) среднее значение ВНД на душу населения составляет $ 4900, что выше принятого международного порога $ 3035 /6/. Взаимосвязь значений двух индексов (ESI и ISg) с учетом поля риска современного вектора природопользования позволяет увеличить информацию, примерно, на 70% /5/.

Оценка риска для объекта или субъекта в виде возможных потерь за определенный период времени является перспективной альтернативой критерия предельных состояний. Экономический потенциал за 100 лет вырос в 500 раз, а за период 1970-1999 гг. произошло удвоение валового мирового продукта (ВМП) - от $ 14300 до $ 29995 млрд. /2/. Предположительная экономическая ценность экологических услуг оценивается от $ 16000 до $ 54000 млрд. в год, что в среднем составляет $ 33000 млрд. в год /2, 7/. По нашим оценкам /5/, мировой «экологический капитал» превышает $77000 млрд., и он отнесен к ежегодным потенциальным потерям (по существу является не учтенным в экономике) при существующей тенденции вектора направленности природопользования. По данным ГЭП-3 (2004), суммарный экономический ущерб, нанесенный за 30 лет (1972-2001 гг.) природным системам, окружающей среде и через них здоровью людей, оценивается в $ 65-80 трлн. /2/.

Республика Казахстан, по экспертной оценке /8/, обладает значительным природным капиталом (порядка $ 66000 на душу населения), значительно превышающим потенциал многих развитых стран мира (в том числе США и Великобритании). Стратегия 1 предполагает слабую устойчивость геоэкосистемы (вероятность выигрыша 0,065) и довольно высокую ее уязвимость (вероятность потерь 0,261), причем для развития природопользования Казахстана при современных тенденциях потребуется bпочти 60% природного капитала (что составит $ 40000 на душу населения) /5/. Столь высокая эксплуатация природного капитала нынешним поколением при существующих технологиях даст положительный эффект в виде ожидаемой денежной оценки (ОДО) лишь при уровне ВНД на душу населения не ниже $ 20000 (табл. 2). В данной стратегии развития природопользования разница между средними величинами дохода и потерь все равно склоняется в пользу последних с признаком деградации природной среды (в среднем на 12%).

Положение стран, стремящихся повысить свой экономический рейтинг за счет увеличения эксплуатации природного капитала (до 95%), в долговременной перспективе обречено на неустойчивость геоэкосистемы, несмотря на высокие темпы роста потребительной стоимости продукта (13,9%). Для этой стратегии характерны очень высокие потери (32,4%) и даже при уровне ВНД на душу населения не ниже $ 20000 потенциальный ущерб превышает в 2 раза.

 Прогнозирование изменения роста ВНД на душу населения и потерь с учетом эколого- экономических рисков, определяющих ожидаемые денежные оценки (ОДО) и цену природного капитала Республики Казахстан при современных международных тенденциях вектора направленности природопользования

При стратегическом выборе дальнейшего пути развития необходимо не только вписаться в мировую экономическую систему, но и в логику развития природы. В этой связи можно констатировать тот факт, что применение стратегий развития природопользования по предлагаемым нами вариантам (стратегии 1 и 2) следует отнести к рисковой предпринимательской деятельности, которая ведет к деградации природной среды (экологической катастрофе) при несовершенной технологии и традиционной системе управления (экономический кризис). В условиях глобализации развития экономики и предпринимаемых намерений достичь ее устойчивости наиболее приемлемым и целесообразным вариантом является нами спрогнозированная Стратегия 4 (табл. 2). Здесь предусматривается соблюдение приблизительного равенства - шансов удовлетворения минимальных потребностей людей и потерь от предпринимательской деятельности их обеспечивающих, что позволяло бы поддерживать соотношение между уровнем благосостояния людей и возможностями восстановления природных ресурсов. Потенциальное потребление последних не должно превышать 30% при полной стоимости богатства общественной системы в размере $ 20500, из суммы которой 97% составляли бы ВНД на душу населения и лишь 3% потери, связанные с несовершенством технологий и управления системой /5/. Средняя ожидаемая денежная оценка имеет положительное сальдо ($4600) для системы с ограничениями Стратегии 4. Для устойчивого развития природопользования эта стратегия наиболее рациональная с допустимой степенью экологического риска.

Стратегию 3 можно отнести к варианту слабо развитой макроэкономики, когда доля использования природного ресурса не превышает 15% (в 2 раза меньше, чем при стратегии 4) при полной стоимости богатства общественной системы в размере $ 10000. В этих условиях положительный эколого-экономический эффект появляется при доходе населения в $6000 (выигрыш) и при причиняемом ущербе в $ 4000 (потери).

При современных экономических отношениях равновесный доход от использования земли может достигать 33% от полной стоимости товара /5/. При антропогенном воздействии на геосистемы потребуются более жесткие ограничения природопользования и степень надежности (0,999998) к системе, что скажется на увеличении полной стоимости и равновесной цене продукта (38 %). Экологическая потенциальная ценность в полной стоимости товара (природы) наибольшая при малой величине риска (в естественных условиях достигает 65%), но при высоких природных рисках она уменьшается до 50% /5/.

Выводы.

1)   Модель устойчивого развития государства должна включать репрезентативные факторы и формализованные показатели (индексы, баллы). При этом важно с системных позиций определить влияние значений показателей на свойства системы «общество-природа».

2)   При принятии государственных стратегических решений необходимо учитывать взаимосвязи между факторами развития государства и эколого-экономический эффект современных международных тенденций вектора направленности природопользования.

 

Список литературы

  1. Агеев А.И., Байшуаков А.Б., Куроедов Б.В. Стратегическая матрица Казахстана: ретроспектива, современность и сценарии будущего развития. - М.: ИНЭС- Ц, 2006. - 328 с.

  2. Акимова Т.А., Хаскин В.В. Экономика Природы и Человека. - М.: ЗАО Экономика, 2006. - 334 с.

  3. Конкурентоспособность национальной экономики: критерии оценки и пути повышения / О. Сабден, А.К. Кошанов, Б. Д. Хусаинов и др. / Под ред. О. Сабдена. - Алматы: Экономика, 2007. - 175 с.

  4. Экологическое Сообщение об Индексе Устойчивости / Йельский Центр Экологического Закона и Политики.-   2005. - 503 с. (yale.edu/esi)

  5. Таланов Е.А. Региональная оценка эколого-экономического риска от водной эрозии и селей. - Алматы, 2007.-   352 с.

  6. Состояние окружающей среды: статистический справочник Всемирного банка. - М.: Весь мир, 2005.-   240 с.

  7. Бобылев С.Н., Ходжаев А.Ш. Экономика природопользования: учебник. - М.: ИНФРА, 2004. - 501 с.

  8. Корчевский А.А., Бекжанов Ж.Л., Кыстаубаев А.К., Кудрявцева Т.А. Разработка методов эколого-экономической оценки природных объектов и экономической эффективности природоохранных мероприятий // Научно-прикладные исследования в области охраны окружающей среды: сб. научных трудов МООС РК. - Алматы: ЦОЗиЭП, 2006. - Т. 2. - С. 187-192.

Фамилия автора: Е.А. Таланов
Год: 2010
Город: Алматы
Категория: География
Яндекс.Метрика