Серали Лапин: жизнь и деятельность

Серали Мунайтбасович Лапин, письменный переводчик при военном губернаторе Самарканд­ской области, родился в марте 1869 года вероисповедования магометанского, имел серебряные медали: в память царствования императора Александра коронования их величеств 14 мая 1896 года и тёмно бронзовую медаль за труды по первой всеобщей переписи Российской империи. Бухарские ордена Золотой звезды 3-й степени и Серебряной 1-й степени. Содержания получал в год жалования 500 рублей, столовых 500 рублей. Всего 1000 рублей. Происходил из казахов Перовского уезда Сырдарьинской области. Воспитывался Серали в Перовском городском училище, затем в Туркестан­ской учительской семинарии. В Туркестанской учительской семинарии в1889-1892 гг. состоял ре­петитором местных языков. Тогда же Серали Лапин выдержал полное испытание в Педагогическом совете Ташкентской мужской гимназии на звание домашнего учителя по предмету русского языка.

Его служебная карьера раскручивалась по нарастающей. 1 февраля 1892 года он утверждается в должности переводчика Самаркандского областного суда. Ровно через год, день в день, Лапин прика­зом по Самаркандской области назначен переводчиком при военном губернаторе Самаркандской области. 27 января 1894 года российский император Александр III дал высочайшее соизволение Серали Лапину принять и носить Бухарский орден Восходящей серебряной звезды I-й степени. 14 мая 1896 года Лапину пожалована Серебряная медаль в связи с коронованием Николая II. Приказом по Самаркандской области от 28 августа 1896 года переводчик командируется в распоряжение главного начальника края для сопровождения командующего войсками Туркестанского военного округа генерал-губернатора барона А. Б. Вревского в Керки и в Бухару. Император Николай II в 3-й день февраля 1897 года высочайше соизволил повелеть ему принять и носить Бухарский орден золотой звезды 3-й степени. Военным губернатором Самаркандской области с 21 июня по 23 июля 1897 года он командирован в Искандеровскую волость Самаркандского уезда для изучения ягнобского языка. Им же с 26 мая по 8 июня 1898 года Лапин командирован в Ферганскую и Сырдарьинскую области для сопровождения в качестве переводчика министра путей сообщения России.

По личному распоряжению председателя высочайше утверждённой комиссии о мерах предупреж­дения и борьбы с чумной заразою его высочества принца Ольденбургского Лапин командирован в Искандеровскую волость Самаркандского уезда с известными его высочеству поручениями с 3 по 30 ноября 1898 года. В августе-сентябре 1899 года он командирован для сопровождения его высокопре­восходительства С. М. Духовского в качестве его персонального переводчика при поездке по Закаспийской и Ферганской областям и Бухарским владениям.

Не следует забывать, что Серали Лапин выпускник Туркестанской учительской семинарии, от­крытой в Ташкенте в августе 1879 года, по инициативе генерал-губернатора К.П. фон Кауфмана, про­возгласившего, что «Только натодное обтазование способно завоевать натод духовно: ни отужие, ни законодательство не могут сделать этого, а школа, и только школа может» [1]. В 1877 году адми­нистрацией Туркестанского генерал-губернаторства в Ташкент был приглашён Н. П. Остроумов, для организации системы народного образования в крае. В первую очередь для организации Туркестан­ской учительской семинарии. Именно здесь должна была формироваться лояльная империи национальная интеллектуальная и политическая элита.

19 ноября 1894 года действительный член Самаркандского Областного статистического комитета С. М. Лапин в «Вместо предисловия к первому изданию» к составленному им Карманному Русско-Узбекскому словарю писал: «Настоящий труд является попыткой - ответить на давно назревшую потребность у местного русского населения в «общедоступном» словаре узбекского языка» [2].

Примечательно, что к Словарю прилагалась «Грамматика узбекского языка». Ранее и много позднее вообще речь не шла об узбекских словарях, узбекской грамматике, применялись понятия сартовский словарь, сартовская грамматика и т. д. Например, В. П. Наливкин и его знаменитый «Русско-сартовский и сартовско-русский словарь. - Ташкент, 1912». Такой подход, был отнюдь не случаен, он выливался в большую дискуссию, которую Лапин будет вести и с Н. П. Остроумовым [3], и с В. В. Бартольдом.

В 1900 г. летом была организована экскурсия туркестанской молодёжи в Москву и Петербург; ездили 19 молодых людей почти из тех же городов Туркестанского края; 13 участников экскурсии были посланы за счёт государства и 6 - на средства родителей. По национальности это были 2 казаха, 2 каракалпака, узбеки и таджики. Из 19 человек 10 - ученики русско-туземных школ разных городов, а 7 - окончившие эти школы. В эту экскурсию ездили подростки и молодёжь в возрасте от 13 до 22 лет. Руководителем поездки молодых людей был переводчик при военном губернаторе Самарканд­ской области Лапин. Эту группу экскурсантов также представляли царю и членам его семьи. Военный министр принял их и дал 400 руб. для пребывания в Петербурге «сверх маршрута». Это дало возможность экскурсантам прожить в Петербурге на неделю дольше и посетить окрестные города и сёла Петербурга. В Казани на обратном пути экскурсанты осматривали университет и его научно-исследовательские учреждения [4].

Экскурсии учащейся молодёжи Туркестана в Россию проводились ежегодно в 1899-1902 гг. Основное ядро их участников составляли учащиеся русско-туземных школ.

Среди них были узбеки, таджики, казахи и киргизы. Значительная часть экскурсантов происходи­ла из трудящихся слоёв населения, не имевших своих средств для того, чтобы оплатить сравнительно большие по тем временам расходы на поездку. Средства на их поездку выделялись Туркестанским учебным округом, или, что, было чаще собирались по подписным листам в тех местах, где проживали экскурсанты [5].

Маршрут экскурсии пролегал через следующие пункты: Самарканд-Красноводск-Баку-Москва-Петербург-Москва-Нижний Новгород-Казань-Ташкент. Длительность экскурсий доходила до двух месяцев. Руководили экскурсиями преподаватели туркестанских «русско-туземных школ».

Во время пребывания в Петербурге участники экскурсии осматривали дворцы и здания, посещали Петергоф и Петропавловский собор, Зимний дворец, а также Казанский и Исаакиевский соборы, знакомились с сокровищами Эрмитажа и Русского музея, посещали оперные и драматические театры.

Участники экскурсии 1901 года в Петербурге осматривали крейсер «Варяг», в то время готовив­шийся к отплытию в Тихий океан. В Москве экскурсанты побывали в Кремле, осмотрели Большой Кремлёвский дворец, Оружейную палату, Царь-колокол и Царь-пушку. Побывали они также в Политехническом русского музее и Третьяковской галерее, где знакомились с бессмертными творе­ниями русского изобразительного искусства.

Наиболее важным и ценным элементом во всех экскурсиях было ознакомление их участников с русской промышленностью, с условиями труда русских рабочих.

Посещение промышленных предприятий, по мнению руководителей экскурсий, давало самый положительный результат, так как экскурсанты общались с простыми классами русского общества. Колониальные власти стремились свести цель экскурсий лишь к внушению учащейся молодёжи местного коренного населения Туркестанского края представления «о мощи русского государства». Впрочем Туркестанский генерал-губернатор генерал от кавалерии Н. Н. Тевяшёв заявил, что не видит «никакой пользы в подобных экскурсиях» [6].

Спустя четыре года после своего выхода в отставку Серали Лапин сдаёт экзамены за юридический факультет Санкт-Петербургского университета начинает карьеру присяжного поверенного и с головой окунается в политическую деятельность. К февралю 1917 года Лапин вполне сформировав­шийся политик. В обстановке нарастающей напряженности в Ташкенте с 16 по 21 апреля 1917 г. проходил I Всетуркестанский съезд мусульман, созванный по инициативе «Шурои Исламия». Серали Лапин был избран в президиум съезда. В повестку дня были включены наряду с другими вопросы, связанные с отношением к Временному правительству, формой правления в России, подготовкой к созыву Учредительного собрания [7].

Различное понимание конечных целей национально-освободительного движения лидерами либерально-демократического (джадидского), кадимистского (возглавляемого «Шурои Уламо») и только еще нарождающегося радикал-социалистического направления осложняло консолидационный процесс, порождая в нем центробежные и центростремительные тенденции [8].

Лидер «Шурой Уламо», Серали Лапин неоднократно выступавший на съезде, настаивал на признании приоритетности и верховенства в общественном устройстве края законов шариата и проводящих их органов. Съезд поддержал позицию Серали Лапина, и ему удалось провести свой список кандидатов [9]. 18 октября газета «Улуг Туркистон», анализируя итоги работы съезда, с горечью констатировала, что, по представлению его участников, будущая власть в Туркестане может быть только властью «Уламо» [10].

15 ноября 1917 года в Ташкенте открылся III краевой съезд советов рабочих и солдатских депутатов [11].

На съезде прозвучали два диаметрально противоположных выступления представителей коренно­го населения, выражавших разные направления национально-освободительного движения народов края: лидера «Шуро-и-Уламо» Серали Лапина и делегата от Ходжентского совета мусульманских рабочих депутатов Абдуллы Рахимбаева. Первый не был делегатом III Краевого съезда советов, присутствовал на нем по поручению краевого совещания мусульман и выступил от его имени.

Серали Лапин 18 ноября 1917 г. огласил на съезде резолюцию совещания мусульман об организа­ции краевой власти. Затем он заявил, что мусульманам должно быть предоставлено в ее органах 3/4 мест. «Основываясь на принципе самоопределения... мусульманство могло бы потребовать себе и всей власти, - сказал Серали Лапин, - но оно делает уступку пришлым элементам, допуская их представителей к власти... Путь мусульман самостоятельный... поэтому они не могут примкнуть ни к одной из русских политических партий, но будут поддерживать ту власть, которая, опираясь на все народные организации, приведет к Учредительному собранию...» [12].

Не получив понимания и поддержки, Серали Лапин покинул съезд.

Решения съезда окончательно развеяли иллюзии у тех, кто до него еще надеялся на создание коалиционного правительства.

Эти настроения сказались на работе IV Чрезвычайного краевого мусульманского съезда. Он начал работу 26 ноября 1917 г. в Коканде. При формировании рабочих органов съезда делегаты высказа­лись за включение в их состав представителей всех народов, проживающих в крае. В центре внима­ния съезда встал вопрос о форме управления Туркестаном. Всеми поддерживалась идея объявления автономии и независимости. За три дня работы участники съезда окончательно определили свое видение будущего политического устройства Туркестанского края. В принятой 27 ноября 1917 г. в 12 часов ночи резолюции указывалось, что съезд, «выражая волю населяющих Туркестан национально­стей к самоопределению на началах, возвещенных великой Российской революцией, объявляет Туркестан территориально автономным в единении с Федеративной Российской республикой, предо­ставляя установление форм автономии Туркестанскому Учредительному собранию». Фактически в основу предлагавшейся схемы государственного устройства предполагалось положить принцип пропорционального представительства крупнейших этнических групп.

В состав Национального собрания, избранного съездом, первоначально был включен и лидер «Шуро-и-Уламо» Серали Лапин, но он отклонил свою кандидатуру [13]. Прибывшими из Ташкента войсками Туркестанская автономия было объявлено вне закона, начались повальные аресты. Некото­рых арестованных расстреливали без суда и следствия [14].

После разгрома Кокандской автономии Серали Лапин с помощью немецкого генерального консу­ла принял турецкое гражданство и выехал в Петербург, а оттуда через Псков отправился в Германию и 20 сентября 1918 года прибыл в Берлин [15].

Дальнейшее развитие Туркестана Серали Лапин связывал с Германией, с её интересами на всём Среднем Востоке.

Однако приступ психического расстройства, происшедший с Серали Лапиным 17 декабря 1918 г., вследствие которого он был госпитализирован в институт Эдель, окончательно подорвал к нему доверие.

Он умер в 1919 году в Самарканде и похоронен на кладбище Шах-и Зинда [16].

 

Литература

  1. К истотии натодного обтазования в Туткестанском ктае. Константин Петтович фон Кауфман. Усттои-тель Туткестанского ктая. Личные воспоминания Н.Осттоумова (1877-1881 гг.). - Ташкент: Типо-Литогтафия т.д. Ф. и Г. Бт. Каменские, 1899. - С. 54-55.
  2. См., наптимет, Катманный тусско-узбекский словать. 4000 слов для обыденного тазговота с оседлыми туземцами Туткестанского ктая. С птиложением ктаткой гтамматики узбекского языка. Издание Саматканд-ского Областного Статистического Комитета. Составил Действительный член Статистического Комите­та. СА. Лапин. - Саматканд: Типогтафия газеты «Русская Октаина», 1907. - 63 с.
  3. Осттоумов Н.П. Русские не выдумывали слово «сатт» (По поводу заметки «Птоисхождение слова «сатт») //Туткестанские ведомости. 1912. №я241.
  4. Бендтиков К.Е. Очетки по истотии натодного обтазования в Туткестане (1865-1924). -М.:Издательство Академии педагогических наук РСФСР, 1960. - 512 с. С. 219.
  5. Центтальный Госудатственный атхив Республики Узбекистан (далее ЦГА РУ), ф. Р-2866 (Личный фонд Г.Л. Дмиттива), оп. 1, д. 35, л.11.
  6. 6.ЦГА РУ, ф. Р-2866, оп. 1, д. 35, л.10-14.
    Туткестан в начале XX века: К истотии истоков национальном независимости // Коллектив авт.: Абдуллаев РМ., Агзамходжаев С.С., Алимов ИА. и дт. - Ташкент: «Шатк», 2000. - С. 30.
  7. Туткестан в началеXX века: К истотии истоков национальноой независимости // Коллектив авт.: Абдуллаев Р.М., Агзамходжаев С.С., Алимов И.А. и дт. - Ташкент: «Шатк», 2000. - С. 57.
  8. Улуг Туткистон, 1917, 18 октябтя. 
  9. Улуг Туткистон, 1917, 18 октябтя.
  10. Наша газета, 1917, 18 ноябтя.
  11. Атхив АппататаПтезидентаРеспублики Узбекистан (ААПРУ), ф. 60, оп. 1, д. 1, лл. 1-2.
  12. Улуг Туткистон, 1917, 13 декабтя.
  13. Туткестан в началеXX века: К истотии истоков национальноой независимости // Коллектив авт.: Абдуллаев РМ., Агзамходжаев С.С., Алимов И А. и дт. - Т.: «Шатк», 2000. - 672 с.
  14. Вотобьёв П.П. Экономические и политические интетесы Гетмании в Стедней Азии (началоXX в. - 40-е гг.XX в.). - Машинопись истотика Петта Петтовича Вотобьёва (1964-1994). - 121 л. Личный атхив истотика В.А. Гетманова.
  15. Кахтамон Раджабов, Мутодилла Хайдатов. Лапин Шетали (Сетали) Мунайтпасович (1868, Окмачит -1919, Саматканд). Узбекистон миллий энциклопедияси. Т.5. Конимех - Митзокуш. - Тоошкент: «Узбекистон миллий энциклопедияси ». Давлат илмий наштиёти, 2003. - Б. 227.
Фамилия автора: Э.Азретбергенова
Год: 2012
Город: Алматы
Категория: История
Яндекс.Метрика