ВЛИЯНИЕ МАССОВЫХ ДЕПОРТАЦИЙ И ТРУДОВЫХ МОБИЛИЗАЦИЙ НА ФОРМИРОВАНИЕ КАРАГАНДЫ КАК ЦЕНТРА КАТОЛИЧЕСКОЙ ВЕРЫ В СССР

Католичество в Казахстане имеет давнюю историю. На различных еѐ этапах немаловажную роль играли процессы миграции населения [1]. Ещѐ в дореволюционный период католики были представлены в конфессиональной структуре населения Казахстана. В 1897 г. численность католиков в азиатской части России составляла 13585 человек [2, с.153]. В начале ХХ века с прибытием немецких переселенцев и основанием немецких поселений, численность католиков в регионе возросла. Однако Казахстан, имея в составе своего населения несколько десятков тысяч католиков, всѐ же не принадлежал к числу основных регионов распространения католической веры и не имел на своей территории крупных центров Католической Церкви. Но уже в конце 50-х – начале 60-х гг. казахстанский город Караганда становится таким центром (сначала нелегально, в условиях гонений со строны властей и отсутствия официально зарегистрированных общин, а в 70-е – 80-е гг. легально) не только для Казахстана, но и для всего Советского Союза, получив в народе наименование «второго Рима» [3]. Каким образом это могло произойти?
Превращению Караганды в центр возрождения католической веры и развития Католической Церкви не только республиканского, но и всесоюзного масштаба способствовало сочетание 2-х основных факторов:
I. Значительное увеличение численности католического населения в Караганде, Карагандинской области и близлежащих регионах, с высокой степенью его концентрации в самой Караганде. Этот процесс в свою очередь имел несколько составных:
1.Размещение на территории Карагандинской области польского и немецкого населения, депортированного из приграничных с Польшей районов Украины [4] на основании Постановления СНК СССР № 776-120 сс от 28 апреля 1936 г. «О переселении лиц польской национальности из Украинской ССР» [5, с. 25]. Всего, согласно справки Северо-Казахстанского обкома ВКП(б), на территории Карагандинской области в границах до административной реформы июня 1936 г. было размещено 14048 хозяйств, 63976 человек (взрослых – 55,2 %, подростков – 6,2 %. детей – 38,6 %). Национальный состав переселенцев выглядел следующим образом: поляков – 75, 7 %, немцев – 23, 4%, украинцев – 0,8 % и прочих – 0,1% [6, с. 85]. После разделения Карагандинской области на две, 12008 хозяйств оказались в Северо-Казахстанской области, 2040 хозяйств - в Карагандинской. Следует отметить определѐнную компактность размещения переселенцев. Большая их часть была размещена в новых посѐлках. Всего было основано 37 таких посѐлков (31 в Северо-Казахстанской области и 6 – в Карагандинской). Соответственно, в Северо-Казахстанской области 9150 хозяйств были расселены в новых посѐлках и 2858 приселены в существующие, в Карагандинской – 1769 хозяйств размещены в новых посѐлках и 271 – приселены [6, с. 85].
Польское население – порядка 48000 человек, по своему вероисповеданию было исключительно католическим. Учитывая прежний регион проживания, преимущественно католическим было также немецкое и украинское население. Не имея возможности назвать точную численность размещѐнных в регионе католиков, можно, однако, исходить из цифры не менее 50000 человек.
Следует отметить, что на территории Северо-Казахстанской области было размещено также некоторое число поляков, выселенных в 40-е гг. из западных областей Украинской и Белорусской ССР [7, с. 163].
2. Следующий значительный приток католического населения на территорию Карагандинской области был связан с массовой депортацией немцев в 1941-1942 гг. Первоначально здесь планировалось разместить 29600 немцев-спецпереселенцев [8, с. 139]. По данным на 18 января 1942 г. в области было расселено 20239 человек [8, с. 167]. Основными районами выхода депортированных были: Запорожская область, Москва и Московская область, Тульская область, Куйбышев и Куйбышевская область, Орджоникидзевский и Краснодарский края, Азербайджанская ССР. До депортации в Карагандинской области согласно «Плану расселения эваконаселения» [9, л. 37] и справки НКВД [6, с. 135] проживало 10000 немцев и, таким образом, общая численность немецкого населения составила 30639 человек [6, с. 135].
В соседней Северо-Казахстанской области было расселено 62483 депортированных немцев [8, с. 231]. До войны на территории области проживало 17950 немцев и, таким образом, общая численность немецкого населения составила 80423 человека [8, с. 135].
Всего на территории, включающей Карагандинскую и Северо-Казахстанскую области, оказалось более 110000 немцев. Значительную долю среди них составляли католики.
3.Ещѐ одним значительным источником увеличения численности католического населения в регионе стали массовые мобилизации в промышленность Караганды и Карагандинской области в 1942-1944 гг. Приток населения в данном случае значительно превышал его убыль, вследствии мобилизаций для промышленности других регионов. Так по данным НКВД Каз ССР к концу 1942 года из Карагандинской области было мобилизовано 3739 немцев [6, с. 135], всего же по данным Казвоенкомата с начала войны до 1 мая 1945 г. было мобилизовано 6142 немца(мужчин и женщин) [6, с. 143]. В тоже время, органы НКВД соответствующих регионов получили указания о проведении мобилизации немцев мужчин с направлением их на предприятия треста «Карагандауголь» из следующих пунктов: Новосибирская область – 4000 человек, Омская область – 4000, Иркутская область – 100 [10, с. 253]. Заместитель Наркома угольной промышленности в своѐм письме на имя заместителя НКВД Круглова от 21 октября 1942 года просил: «В целях избежания излишних перевозок в счѐт мобилизуемых немцев согласно постановлению ГОКО для Карагандинского угольного бассейна в количестве 8000 чел. направить 4000 чел. из Казахской ССР – Карагандинской обл., а для комбината «Челябуголь» 4000 чел. из Новосибирской обл., вместо ранее выделенных из Казахской ССР» [10, с. 254].
Справка отдела кадров ЦК КП(б)К от декабря 1942 г. сообщает о 4143 немцах, прибывших по мобилизации в Караганду [6, с. 134]
Следствием прибытия мобилизованных немцев, в том числе и католиков, стало увеличение их концентрации в самой Караганде и еѐ окрестностях.
4. Процесс мобилизации для работы в промышленности вызвал ещѐ одну волну миграции населения на территорию Карагандинской области, а именно поток семей мобилизованных немцев и поляков, по численности превышавший поток самих мобилизованных. В письме начальника комбината «Караганда уголь» Шибаева секретарю ЦК КП(б) Казахстана Шаяхметову отмечается: «Согласно постановлению Совнаркома СССР от 23 августа 1943 г. за №15067-рс семьи мобилизованных рабочих в угольную промышленность должны быть соединены с главами семей по месту их работы. Несмотря на большое желание рабочих, до сего времени из общего числа мобилизованных на шахты комбината «Карагандауголь» завезено семей только 30 процентов. Дальнейший завоз семей тормозится исключительно по причине задержки их местными органами. Указанные мобилизованные рабочие являются немцами, поляками и прочим спецконтингентом. В областях республики проживает 4351 семья, в том числе: в Акмолинской области - 1809, Кустанайской области – 1812, Павлодарской области – 403, Северо-Казахстанской области – 241, Семипалатинской области – 86. Прошу Вас дать указание Министерству внутренних дел республики и секретарям обкомов [партии] указанных областей о безоговорочном отпуске семей мобилизованных рабочих в угольную промышленность» [6, с. 144]. За этим последовало соответствующее телеграфное предписание МВД Каз ССР о соединение семей [6, с. 144].
Кроме того, в регион прибывали и члены семей мобилизованных из других регионов страны. Не имея данных о количестве человек, но исходя из данных о численности мобилизованных и количестве семей, прибывших на воссоединение, мы всѐ же можем представить себе объѐм миграционной волны, включавшей в себя и значительную долю католического населения.
Так как большую часть католического населения, оказавшегося в Караганде и Карагандинской области, составляли немцы, то некоторое представление о его численности могут дать сведения о немцах-спецпоселенцах. В 1949 г. на территории Карагандинской области проживало 67210 немцев-спецпоселенцев [11, с. 386] (примерно 1/3 их была католического вероисповедания). К концу 50-х гг. численность немецкого населения возросла и составила по данным ВПН 1959 г. 111044 человек, основная его доля (83605 человек) размещалась в городах Карагандинской области [12, с. 124-143]. Следует отметить и довольно высокую численность немецкого населения в соседних областях. К примеру в Северо-Казахстанской области в 1959 г. проживало 35246 немцев, в Кокчетавской – 67781 [12, с. 124-143].
В последующие десятилетия наблюдался неуклонный рост численности немецкого населения в регионе, что было связано как с естественным приростом населения, так и с миграционным притоком немцев в Караганду и Карагандинскую область. В 1970 г. численность немецкого населения в Карагандинской области составила 121169 человек (+24364 немцев – в Джезказганской обл.) [13, с. 205-224], в 1979 г. - 130863 (23729 – в Джезказганской) [14, с. 233-308].
Численность польского населения в Карагандинской области была не столь значительна и составляла в 1970-1979 гг. около 7000 человек. В тоже время отмечалась довольно высокая численность поляков в Северо-Казахстанской (24133 чел. в 1959 г.), а после административной реформы – в Кокчетавской (порядка 25000-27000 чел. 1959-1979 гг.)областях [15, с. 518]. Однако, как уже отмечалось выше, польское население по своему составу было исключительно моноконфессиональным.
Таким образом, следствием массовых депортаций и трудовых мобилизаций стало значительное увеличение численности польского и немецкого католического населения на территории Карагандинской области, со значительной концентрацией в Караганде и еѐ окрестностях.
Но одного лишь массового присутствия католического населения в регионе, даже при его значительной концентрации, было явно недостаточно для возрождения практики религиозной жизни. Конечно, можно было осуществлять тайные собрания верующих на дому для совместных молитв, но основой полноценной жизни в католической вере являются именно церковные Таинства (крещение, исповедь, миропомазание, причастие, брак, священство, елеопомазание больных). В этом отношении верующим католикам было гораздо сложнее, чем представителям какой-либо христианской общины или объединения. Полноценную жизнь церковными Таинствами могла дать только Церковь в лице своих священнослужителей, и именно их наличие в этот период в Караганде стало вторым, неразрывно связанным с первым, условием возрождения католической веры и практики религиозной жизни, а в последующем и формирования Караганды как своеобразного католического центра.
Именно Караганде суждено было стать местом, где отбывали заключение и ссылку многие католические священнослужители, начиная ещѐ с 30-х гг.
В 1951-1954 гг. в Степлаге, в Джезказгане отбывал второй этап своего заключения священник отец Владислав Буковинский (1905-1974 гг.) [16, с. 270-271]. После освобождения он был сослан в Караганду, где 2 года тайно осуществлял священническое служение. Затем Буковинский снова был арестован по обвинению в том, что «в 1954-1958 гг. на частных квартирах и в организованном по его указанию молитвенном доме в гор. Караганде проводил нелегальные сборища верующих католиков с привлечением значительного количества молодѐжи, в том числе детей школьного возраста, которым внушал религиозный фанатизм и отрывал молодѐжь от коммунистического воспитания и участия в общественно-политической жизни страны», а также в том, что «приобретал, хранил и пользовался реакционной литературой антисоветского содержания». Буковинский осуждѐн Судебной коллегией по уголовным делам Карагандинского областного суда по ст. 58-10 часть б УК РСФСР к лишению свободы сроком на три года [17. с. 8-9]. После освобождения в 1961 г. о. Владислав Буковинский снова стал жить и осуществлять пастырское служение в Караганде среди немецкого и польского населения. Впоследствии он вспоминал: «Провидение Божие действует иногда и через атеистов, которые сослали меня туда, где нужен был ксендз. Уже в сентябре 1954 года я знал, что меня ожидает огромная душепастырская работа» [18, с. 213]. 20-летнее самоотречѐнное служение о. Буковинского Богу и людям в условиях постоянных преследований и гонений со стороны властей составило мощную страницу истории католической веры в Казахстане. Его по праву называют «Апостолом Казахстана»[19, 9-16]. Отец Владислав оставил «Воспоминания о Казахстане» [18, с. 199-283], представляющие собой ценный источник для исследований. Он был личным другом папы Иоанна Павла II, который во время своего визита в Казахстан в 2001 году, сказал: «Первым источником информации о Казахстане был для меня отец Буковинский» [20, с. 110]. о. Владислав Буковинский умер в Караганде и похоронен у стен Карагандинского Кафедрального Собора. В настоящее время начат процесс его беатификации (причисление к лику блаженных).
После 10 лет исправительно-трудовых лагерей был сослан в Казахстан священник Александр Штауб (1870-1961 гг). В 1956 г. он был освобождѐн из ссылки и проживал в Караганде, делая для своих верующих всѐ, что ещѐ было в его силах. Отец Александр умер в 1961 г. в Альт-Майкудуке [16, с. 297].
В этот же период в Караганде находился греко-католический священник о. Алексий Зарицкий (1912-1963) [21, с. 6-9]. В период преследований и гонений, он не поддался принуждениям перехода в православие и оставался верным Риму. Осуждѐнный «Особым совещанием при МВД СССР» по ст.54 на 8 лет ИТЛ, он отбывал заключение в лагерях Кемеровской, Омской и Карагандинской областей. После освобождения в 1954 г. был сослан в Караганду, где он в 1955-1956 гг. служил тайно Мессу не только для греко-католиков, но и Литургию латинского обряда для немцев и поляков (биритуал). О. Алексий также тайно совершал миссионерские поездки по Уралу, Сибири и Казахстану. Митрополит Иосиф Слипый назначил его Апостольским Визитатором Казахстана с резиденцией в Караганде [21, с. 7]. В 1962 г. после возвращения в Караганду он снова был арестован и приговорѐн «за волокитство», на самом же деле за активную религиозную деятельность к 2 годам лишения свободы в лагере Долинка (Караганда) [21, с. 9], где пережил мученичество и умер 30 октября 1963 г. [22, с. 16-23]. 27 июня 2001 г. о. Алексий Зарицкий причислен к лику блаженных священномучеников [21, с. 8]. 24 сентября 2006 г. в Пришахтинске (Караганда) состоялось освящение нового храма в честь блаженного Алексия Зарицкого [23, с. 10-12].
Караганда стала местом заключения и последующей ссылки ещѐ одного греко-католического священника епископа Александра Хиры (1897-1983 гг.) [24]. Преследуемый за отказ предать свои католические убеждения, он пережил тюремное заключение, с последующим запретом на возврат в Прикарпатье. 5 лет заключения Александр Хира провѐл на угольных шахтах Караганды. С Казахстаном связаны последние 25 лет его жизни и героического священнического служения. Епископ Хира также был биритуальным священником. Более 20 лет католическая община во главе с отцом Хирой боролась за легализацию и свободную религиозную деятельность. Лишь в 1977 г. община добилась официальной регистрации. В 1978 г. епископ Хира освятил построенный храм [25, с. 119-120]. Свой земной путь епископ Хира завершил в Караганде. Он похоронен у стен освящѐнного им храма [24]. С именем епископа Хиры связана целая эпоха в истории Католической Церкви Казахстана. «Апостол наших времѐн»[26] - он один из тех, кто заложил фундамент Караганды как центра католической веры в СССР и долгие годы строил на этом фундаменте Католическую Церковь.
С Карагандой связаны также имена и годы душепастырской работы священников, прибывших после освобождения из тюремного заключения - Бронислава Джепецкого, Иосифа Кучинского [18], Иосифа Свидницкого [27, с. 9], Михаила Стонеса, Петра Бенгаса, Иосифа Шабана, Стефана Пришлака [28, с.12].
Огромную роль в духовной жизни католиков Караганды сыграл священник-иезуит из Литвы о. Альбинас Думбляускас, впервые приехавший сюда в 1961 г.. Затем были годы миссионерских поездок по всему Советскому Союзу. После запрета на душепастырскую работу в Кустанае, о. Альбинас с 1975 г. обосновывается в Караганде. По просьбе епископа Хиры в 1977 г. он стал официально зарегистрированным священником нового костѐла – настоятелем прихода св. Иосифа [28, с. 12]. Отец Альбинас также тесно работал с сѐстрами-евхаристками [29, с.3].
В 50-е гг. в Караганде возобновила свою работу община сестѐр III Ордена святого Франциска. В 1958 г. община насчитывала около 100 членов, в 1976 г. - 64 сестры [25, с. 119].
С 1976 г. в Караганде служат сестры-монахини «Служительницы Иисуса в Евхаристии». Ими был основан новициатский дом, где тайно готовились послушницы [29, с. 2-3].
Караганда стала местом сосредоточения мощного духовного потенциала – духовных кадров необходимых для сохранения католической веры и возрождения Церкви. Тысячи католиков, оказавшихся в этот период в Караганде и еѐ окрестностях жаждали этого.
Уже в середине 50-х гг. в Караганде было 3 католических церкви (часовни), открытых без разрешения властей. Одну церковь для немцев открыл в 1956 г. один литовский священник, украинский священник открыл церковь для греко-католиков, а о. Владислав Буковинский в пригороде для поляков. Но просуществовали они недолго, и в течении 1957 г. все 3 были закрыты властями [18, с. 248].
Условия душепастырской работы священников, находившихся в этот период в Караганде, мало чем отличались друг от друга. Наиболее точно она обрисована в «Воспоминаниях» о. Владислава Буковинского: «Очень часто ксендзы мне задают вопрос: как можно проводить душепастырство без церкви? Можно! Ведь за 12 лет моей работы в Караганде только один год у меня была церковь, а 11 лет я работаю без всякой церкви и дома молитв»[18, с. 248].
Священники ходили по домам, служили Святую Мессу у надѐжных верующих, на кладбище, часами исповедывали, проводили катехизис – подготовку к крещению, первому Причастию, венчанию. И это был поистине гигантский труд, ибо десятилетиями верующие были лишены церковных Таинств. Основу паствы составляли поляки (священник Буковинский выделяет Караганду с еѐ окрестностями как третий после Кокчетавской, Целиноградской областей и окрестностей Алма-Аты, самый маленький центр поляков [18, с. 224]) и немцы, которых, как отмечает Буковинский, «в самой Караганде, и вообще в тех краях, намного больше, чем поляков» [18, с. 225], были также и украинцы. Все священники, находившиеся в это время в Караганде, строили свою работу без церкви.
Период середины 50-х- конца 70-х гг. в истории католичества в Казахстане в целом и в Караганде в частности, характеризуется отсутствием Церкви как полноценной структуры и как культового сооружения. В создавшихся условиях центральной фигурой становился священник – своеобразная, находящаяся в постоянном движении нелегальная «церковь» и одновременно податель всех еѐ Таинств.
Самоотречѐнное служение ссыльных священников, постоянно рисковавших своей жизнью, вскоре принесло свои плоды. Караганда превратилась в центр католической веры (хотя пока и нелегальный). Именно это стало одной из основных причин, вызвавших ещѐ одну волну миграции католического населения, преимущественно немцев, в Караганду и еѐ окрестности не только из других областей Казахстана, но и всего Союза. Так сестра Клара Риттер вспоминает: «Мы жили 15 лет на севере под комендатурой. Когда еѐ сняли, отец поехал по родственникам, чтобы посмотреть, куда было бы лучше переехать. Вернувшись, он сказал: «Везде можно жить, но в Караганде – там вера». И мы решили поехать туда, где вера» [3, с. 16]. Священник Буковинский также отмечает: «В течение последних 15 лет немцы заселили всю Караганду. Конечно же, они приезжали сюда и по той причине, что здесь легко найти работу, но, прежде всего, их сюда привлекало то, что в нашем городе есть католические ксендзы» [18, с. 227]. А. Пекарь в своей работе о епископе А. Хире пишет: «Прослышав о том, что в Караганде живѐт католический священник, многие католики немецкой национальности останавливали свой выбор относительно места жительства в пользу этого быстро растущего шахтѐрского города в Центральной Азии» [30, с. 10]. Переписи населения 1959 [12], 1970 [13], 1979 [14], 1989 [31] гг. свидетельствуют о быстром росте немецкого населения Карагандинской области, прочно занявшей по его численности первое место среди всех областей Казахстана.
Следует упомянуть также о католиках временно пребывавших в Караганде. Ксендз Буковинский по этому поводу пишет: «В Караганде много душепастырской работы с постоянными жителями этого города. Добавляется ещѐ работа с приезжими. Речь идѐт не о тех приезжих, которые из близлежащих районов, так как они в основном исповедуются. Речь идѐт о приезжающих из далека, которые часто приезжают за несколько тысяч километров, лишь бы найти священника. Среди католиков очень широко разрослись слухи, что в Караганде всегда можно найти священника. Не говоря уже о самом Казахстане, люди едут с севера и из республик Средней Азии. Едут с севера, иногда даже из Архангельска, хотя оттуда намного ближе до Москвы, чем до Караганды. Едут с Запада, даже с Поволжья. Едут с востока, из глубины Сибири. Едут к родственникам и одновременно к ксендзу» [18, с. 251-252].
Созданными в Караганде общинами католиков руководили так называемые «двадцатки», в которые входили представители различных групп, объединявших верующих по признаку места проживания или национальности [32, с. 12].Организованная епископом Александром Хирой католическая община численностью около 1500 человек, преимущественно ссыльных немцев, как уже упоминалось в 1977 г., наконец, получила официальную регистрацию и разрешение на строительство храма [33, с. 7], в основание которого были положены жертвенное, мученическое служение многих священников и сохранѐнная в суровых испытаниях вера тысяч католиков. Строительство и освящение храма закрепило за Карагандой роль католического центра в масштабах всего Союза. О Караганде знал каждый верующий католик даже в отдалѐнной на тысячи километров казахстанской деревушке. Могу судить об этом по моим воспоминаниям детства. Из Караганды бабушка получала через родственников и знакомых освящѐнные крестики, медальоны, соль, образки фотографии религиозных процессий и многое другое. «Нам писали письма: «Караганда – это второй Рим». Здесь были священники, которые тайно служили людям» [3, с. 16].
Германский исследователь Герд Штриккер также отмечает: «Регион Караганды в Казахстане с может быть полумиллионом депортированных разных национальностей стал центром католицизма в Советском Союзе, «Ватиканом Советского Союза», как называли город депортированные. После смерти Сталина в 1953 г. открылись ворота многих размещавшихся там лагерей. Среди них находилось значительное число священников, которые после своего освобождения ещѐ некоторое время оставались в Караганде. Так в середине 50-х гг. в Караганде было одновременно пять-шесть, некоторое время даже двенадцать подпольных священников» [34, с. 408].
К началу 80-х гг. в Караганде насчитывалось уже 12 официально зарегистрированных католических общин общей численностью порядка 150000 верующих [33, с. 7]. Вплоть до 90-х гг. Караганда была крупным центром католической веры в рамках Казахстана и СССР вцелом и неслучайно восстановление структур Католической Церкви в Казахстане происходило именно на базе Караганды – ставшей местом размещения престола установленной официальным документом Ватикана Апостольской Администратуры Казахстана и Средней Азии [35, с. 6].
Наличие уходящих в глубокую древность корней католичества в Казахстане, а также конкретных исторических реалий, в условиях которых на территории Казахстана сложился крупный центр католической веры, свидетельствуют о том, что католичество не является чем-то чуждым для этой страны и еѐ культуры, и Католическая Церковь не строит сегодня на пустом месте, не возводит нечто никогда не имевшее места, а восстанавливает и возрождает разрушенное. Это признаѐтся и в официальной позиции казахстанского государства, высказанной президентом Н.А. Назырбаевым: «Католицизм в Казахстане имеет давнюю историю. Много новой информации, проливающей свет на исторические события почти тысячелетней переписки руководителей Ватикана с ханами и другими правителями государств, существовавших на территории нынешнего Казахстана и Средней Азии в период средневековья. Поэтому Католическая церковь для нас не является чужеродной реальностью, привнесѐнной извне. Она продолжает и обновляет те культурные и духовные традиции, которые развивались в далѐком прошлом» [20, с.24]. Католическая вера - это вера народов, чья история оказалась самым тесным образом связанной с Казахстаном. И цель Католической Церкви в Казахстане как нельзя более точно определил папа Иоанн Павел II: «Восстановить храм Господа: вот та миссия, к которой вы призваны и которой вы посвятили себя» [20, с. 156].
Подводя итоги исследования о влиянии массовых депортаций и трудовых мобилизаций на формирование Караганды как католического центра, следует отметить следующее:
1. Массовые депортации и трудовые мобилизации вызвали значительные изменения в конфессиональной структуре населения всего Казахстана и особенно региона Караганды.
2. Значительное увеличение численности католического населения с высокой степенью его концентрации, вследствие целого ряда сложных процессов, имевших место в 30-е - 40-е гг., создало условия для формирования и
29
развития Караганды в конце 50-х -80-х гг. как центра возрождения и сохранения католической веры.
3. В тоже время, не следует абсолютизировать влияние этих процессов, так как вторым неотъемлемым условием возрождения и сохранения практики религиозной жизни в католической вере было наличие в регионе мощного потенциала духовных кадров. Жертвы и лишения, пережитые десятками тысяч людей в ходе массовых принудительных перемещений населения, вопреки разрушительной политике тоталитарного режима, в итоге принесли благой плод для всей Католической Церкви в СССР. Массовые депортации и трудовые мобилизации создали соответствующие условия, в которых верующие католики, мужественно исповедовавшие свою веру, и свято исполнявшие свой долг священники, способствовали превращению Караганды в центр возрождения и сохранения католической веры в СССР.
4. Формирование и развитие Караганды как центра католической веры - «второго Рима», не только в рамках Казахстана, но и всего Советского Союза, имело своим следствием новую волну миграции католического населения на территорию региона.
5. Сформировавшись как центр католической веры – веры народов, исторически связанных с Казахстаном, в советский период, Караганда стала базой для восстановления структур Католической Церкви в Казахстане и Средней Азии в постсоветский период.
*Статья впервые опубликована в сборнике: Этнодемографические процессы в Казахстане и сопредельных территориях: сборник научных трудов VIII Международной научно-практической конференции, Усть-Каменогорск, 2-3 февраля 2007 г. - Усть-Каменогорск: «Медиа-Альянс», 2007. С. 59-69. ISBN 978-601-7005-01-6

Примечания

1. Бургарт Л.А. Влияние миграционных факторов на формирование и развитие Католической Церкви в Казахстане //Этнодемографические процессы в Казахстане и сопредельных территориях. Сб. науч. трудов VII международной научной конференции. Усть-Каменогорск, 2006. С. 54-61.
2. Дабжанова Ж.Б. Социокультурное развитие конфессиональных образований(на примере немецкой, еврейской и корейской диаспор) //Роль религиозных конфессий в жизни немцев Центральной Азии. Сб. материалов международной научной конференции. Алматы, 2002. С 152-161.
3. «Караганда – второй Рим» //Кредо. Газета Римско-католической Церкви Казахстана, № 3 (115), март 2005. С. 14-16.
4. Грибанова Е.М., Зулкашева А.С. Из истории депортации немцев в Казахстан. 1936 год: переселение и обустройство (по документальным источникам) //История немцев Центральной Азии. Материалы международной научной конференции. Алматы, 1998. С. 222-228.
5. Deportation, Sondersiedlung, Arbeitsarmee. Deutsche in der Sowjetunion 1941-1956. /Hrsg. A. Eisfeld, V. Herdt. Köln, 1996.
6. Из истории немцев Казахстана. 1921 – 1975. Сборник документов. М., - Алматы, 1997.
7. Депортированные в Казахстан народы. Алматы, 1998.
8. Депортации народов СССР (1930-е – 1950-е годы). Ч. 2. Депортация немцев (сентябрь 1941 – февраль 1942 гг.). Сост. О. Л. Милова. М., 1995.
9. ЦГАРК Ф. 1987. оп. 1. св. 3. д. 14.
10. «Мобилизовать немцев в рабочие колонны... И. Сталин». 1940-е годы. Сборник документов. Сост. Н.Ф. Бугай. М., 1998.
11. Зулкашева А. Дискриминация лиц немецкой национальности в различных сферах общественной жизни Казахской ССР (1941-1955 гг.) //Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие. 1941-1955 гг. Материалы 7-й международной научной конференции. М., 2001. С. 383-396.
12. Население Казахской ССР. Итоги Всесоюзной переписи населения на 15 января 1959 года. Алма-Ата, 1960.
13. Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года по Казахской ССР. Алма-Ата, 1974.
14. Итоги Всесоюзной переписи населения 1979 года по Казахской ССР. Алма-Ата, 1982.
15. История Казахстана. Народы и культуры: Учебное пособие /Масанов Н.Э. и др. Алматы, 2001.
16. Книга Памяти. Мартиролог Католической Церкви в СССР/ Прелат Бронислав Чаплицкий, Ирина Осипова. М., 2000.
17. Святой Отец был его другом //Кредо, № 76, ноябрь 2001.
18. Буковинский Владислав. Воспоминания о Казахстане//Шченсный Анджей. Отцы Церкви. Отцы наших отцов. Мы дети нашего Отца. Караганда, 2000. С. 199-283.
19. Три дня общения со святостью. Дневник Международного симпозиума //Кредо, № 1 (113), январь 2005.
20. Визит Святейшего отца Иоанна Павла II в Казахстан. Караганда, 2001.
21. Блаженные Казахстана. Отец Алексий Зарицкий //Кредо, № 8 (74-75), сентябрь-октябрь 2001.
22. Eine verborgene Perle Kasachstans. Der selige P. Aleksij Sarytskij (1912-1963) //Triumph des Herzens, № 78, 2006.С. 16-24.
23. Первый храм в честь блаженного Алексия Зарицкого //Кредо, № 10-11, октябрь-ноябрь 2006.
24. Пекарь А. Епископ Александр Хира //Кредо, февраль 2002. С. 7; март-апрель 2002. С. 10-11; май 2002. С. 12-13; июнь 2002. с. 89; июль 2002. С. 10-11; август-сентябрь 2002. С. 12; октябрь 2002. С. 12-13; ноябрь 2002. С. 17.
25. Schnurr Joseph. Die Kirchen und das religiöse Leben der Russlanddeutschen. Katholischer Teil. Stuttgart, 1980.
26. Воспоминания об Апостоле наших времѐн отце Епископе Александре Хире //Кредо май-июнь 1998. С. 3;июль-август 1998. С. 5.
27. История пастырской работы о. Иосифа Свидницкого //Кредо, январь 2001. С. 9-10.
28. До этого времени они собирались тайно //Кредо, март-апрель 2002. С. 12
29. 25 лет деятельности сестѐр Евхаристок //Кредо, июнь 2001. С. 2-3.
30. Пекарь А. Епископ Александр Хира //Кредо, июль 2002. С. 10-11.
31. Национальный состав населения СССР по данным Всесоюзной переписи населения 1989 г. М., 1991. С. 104-113.
32. О «двадцатках» и строительстве Карагандинского Собора //Кредо, ноябрь 2005. С. 12-14.
33. Пекарь А. Епископ Александр Хира //Кредо, февраль 2002. С. 7.
34. Deutsche Geschichte im Osten Europas. Russland. Hrsg. G. Stricker. Siedler Verlag. Berlin, 1997- S. 408-415.
35. Официальный документ Ватикана об установлении Апостольской Администратуры Казахстана и Средней Азии //ЗОВ, № 1, 1992. С. 6.

Фамилия автора: Л.А. Бургарт Л А
Год: 2012
Категория: Религия
Яндекс.Метрика