Влияние семейных отношений на возникновение психосоматических заболеваний

Одной из наиболее актуальных проблем сегодняшнего дня является проблема роста числа пси­хосоматических заболеваний. Это связано, в первую очередь, с общей социальной напряженностью, психологической неурав­новешенностью всего общества. Поляризация доходов, сложное экономическое положение большин­ства семей, отсутствие уверенности в завтрашнем дне ведут к росту тревожности, раздраженности и, как следствие, к росту числа психосоматических заболеваний у взрослых и детей.

Частота психосоматической патологии в структуре общей заболеваемости в последнее время на­столько увеличилась, что некоторые исследователи стали называть современное общество «психосо- матически-ориентированным». Трудно назвать соматическое заболевание, при котором на том или ином этапе не возникали бы психосоматические реакции или расстройства, утяжеляющие его течение и способствующие хронификации.

Среди детей и подростков распространенность заболеваний со сложными взаимосвязанными психическими и соматическими проявлениями значительна и имеет устойчивую тенденцию к росту. До 40 % детей, наблюдаемых педиатрами в странах СНГ, не имеют диагностических верифицирован­ных заболеваний, хотя и предъявляют множество соматических жалоб. Удельный вес таких детей в разных популяциях имеет значительные вариации, в зависимости от этнокультуральных особенно­стей, социального окружения, семейной инфраструктуры, воспитания [1].

Развитие личности получает свое начало в семье. Семья на ранних этапах жизни является един­ственной, а позднее одной из наиболее важных социальных групп для индивида. Семья является пер­вичным и необходимым условием формирования эмоционально стабильной, жизнеспособной, твор­чески ориентированной личности, поскольку базовые структуры психики человека формируются преимущественно на довербальном этапе, в пренатальный и постнатальный периоды, когда ребенок находится в полной зависимости от родителей и требует условий, соответствующих его базовым по­требностям. Ребенок в условиях адекватно функционирующей семьи оптимально удовлетворяет ви­тальные потребности. Он высокоадаптивен, имеет комплиментарные образцы отца и матери, позво­ляющие сделать правильный брачный выбор и воспроизвести адекватные родительские отношения в своей семье [2; 92-94].

За годы существования нашего государства научно-методологическая разработка и проведение исследований по различным проблемам психологии семьи только начали своё развитие, и говорить о серьёзном статусе психологии семьи в современном Казахстане пока рано.

В работах казахстанских психологов З.Ш.Карауловой, З.М.Балгимбаевой, А.Д.Давлетовой, М.П.Кабаковой, С.К.Кудайбергеновой экспериментально изучены психологические особенности се­мейных отношений [3].

Стиль семейного воспитания является своего рода реализацией личности, своеобразной характе­ристикой личности родителя. Можно предположить, что родитель с теми или иными личностными особенностями, как правило, будет реализовывать вполне определенный стиль или близкие стили семейного воспитания.

Наблюдение за воспитанием детей в различных семьях, за поведением родителей позволили психологам дать описание различных родительских установок, позиций, типов поведения, стилей общения и т.п., определяющих специфику детско-родительских отношений. В самом общем подходе к классификации была сформулирована оптимальная и неоптимальная родительская позиция.

Оптимальная родительская позиция отвечает требованиям адекватности, гибкости и прогно- стичности.

  • Адекватность родительской позиции может быть определена как умение родителей видеть и понимать индивидуальность своего ребенка, замечать происходящие в его душевном мире измене­ния.
  • Гибкость родительской позиции рассматривается как способность перестройки воздействия на ребенка по ходу условий жизни семьи. Гибкая родительская позиция должна быть не только измен­чивой в связи с соответствиями ребенка, а предвосхищающей, прогностичной.
  • Прогностичность родительской позиции означает, что не ребенок должен вести за собой роди­телей, а наоборот, стиль общения должен опережать появление новых психических и личностных качеств детей. Только на основе прогностической родительской позиции можно установить опти­мальную дистанцию, можно выполнить требования независимости воспитания.

В дисгармоничных семьях, там, где воспитание ребенка приобрело проблемный характер, до­вольно отчетливо выявляется изменение родительских позиций по одному или по всем трем выде­ленным показателям. Родительские позиции неадекватны, утрачивают гибкость, становятся повы­шенно устойчивыми, неизменчивыми и непрогностичными.

Нарушение структуры, а следовательно, полноты функционирования семьи влечет за собой ограничение и искажение развития личности детей. У них оказывается сниженной способность к продуктивному социальному взаимодействию, в том числе к семейному образу жизни, вследствие нивелирования эволюционно-дифференцированных, взаимодополняющих качеств мужчины и жен­щины, реализующихся во всем многообразии их полоролевого взаимодействия в семейных отноше­ниях и передающихся из поколения в поколение. Нарушение условий развития ребенка, эмоциональ­ная депривация и фрустрация потребностей приводят к задержке развития, а в особо тяжелых случа­ях — к формированию отрицательных эмоциональных установок и разрушительных тенденций, ко­торые начинают доминировать и мотивируют дезаптивные, деструктивные формы поведения. В дальнейшем асоциальные, невротические формы поведения, неспособность адаптироваться к требо­ваниям окружения приводят к дезадаптации и в семейной жизни. У человека могут проявляться осо­бенности поведения, свойственные возрасту той стадии, на которой произошла задержка развития. Это мешает человеку адаптироваться к наличным условиям, поскольку субъективная реальность его жизни доминирует в силу того, что бессознательное направляет жизненную энергию, чтобы привлечь внимание к комплексам человека, требующим своей разрядки. Более того, выявлено, что структур­ный дисбаланс в семье отражается и на структуре семей последующих поколений, на стабильности браков, на стиле межличностного взаимодействия и адаптивных возможностях человека [4].

В ряде исследований (А.Т.Шмелева, Т.М.Афанасьева) внимание уделялось изучению степени свободы ребенка в семье, или тому, как родители регулируют его поведение. Были выделены два крайних типа — чрезмерная опека и излишняя требовательность [4].

  1. Отношения по типу чрезмерной опеки характеризуются следующей родительской установкой: «Все сделаю для своего ребенка, полностью посвящу ему свою жизнь».
  2. Отношение по типу излишней требовательности. Установка родителей может быть выражена утверждением: «Не хочу ребенка такого, какой есть». Такая установка провоцирует усиленную кри­тику ребенка при отсутствии похвалы и поощрений.

Во многих исследованиях психологи, пытаясь описывать типы семейного воспитания, пришли к выводу, что более точной будет оценка воспитания не в одном, а одновременно в нескольких аспек­тах. Поведение родителя представляется в системе координат, одна из осей которых отражает эмо­циональный аспект отношения к ребенку, а другая — поведенческий. Комбинация крайних значений дает четыре типа воспитания:

  • теплое отношение к ребенку в сочетании с предоставлением ему самостоятельности и ини­циативы;
  • холодное разрешающее воспитание, при котором некоторая холодность к ребенку, недоста­точность родительских чувств сочетаются с предоставлением ему достаточной свободы;
  • теплое ограничивающее воспитание, которое характеризуется эмоционально ярким отноше­нием к ребенку с излишнем контролем за его поведением;
  • холодное ограничивающее воспитание, которое приводит к постоянной критике ребенка, к придиркам, а иногда и к преследованию любого самостоятельного поступка.

Многие работы, посвященные детско-родительским отношениям, опираются на предложенную Д. Баумринд типологию стилей семейного воспитания, описывавшую три основных стиля: авторитар­ный, демократический и попустительский [2; 4].

Авторитарный стиль — все решения принимают родители, считающие, что ребенок во всем должен подчиняться их воле, авторитету.

Родители ограничивают самостоятельность ребенка, не считают нужным как-то обосновывать свои требования, сопровождая их жестким контролем, суровыми запретами, выговорами и физиоло­гическими наказаниями. В подростковом возрасте авторитарность родителей порождает конфликты и враждебность. Наиболее активные, сильные дети сопротивляются и бунтуют, становятся избыточно агрессивными. Робкие, неуверенные дети приучаются во всем слушаться родителей, не совершая по­пыток решать что-либо самостоятельно. Если по отношению к старшим детям матери склонны реа­лизовать более «разрешающее» поведение, то авторитарные отцы твердо придерживаются избранно­го типа родительской власти.

Демократический стиль — родители поощряют личную ответственность и самостоятельность своих детей в соответствии с их возрастными возможностями. Родители требуют от детей осмыслен­ного поведения и стараются помочь им, чутко относясь к их запросам. При этом родители проявляют твердость, заботятся о справедливости и последовательном соблюдении дисциплины, что формирует правильное, ответственное социальное поведение.

Попустительский стиль — ребенок должным образом не направляется, практически не знает за­претов и ограничений со стороны родителей или не выполняет указаний родителей, для которых ха­рактерно неумение, неспособность или нежелание руководить детьми.

Хаотический стиль (непоследовательное руководство) — это отсутствие единого подхода к воспитанию, когда нет ясно выраженных, определенных, конкретных требований к ребенку или наблюдаются противоречия, разногласия в выборе воспитательных средств между родителями. При таком стиле воспитания фрустрируется одна из важных базовых потребностей личности — по­требность в стабильности и упорядоченности окружающего мира, наличии четких ориентиров в по­ведении и оценках.

Опекающий стиль — стремление постоянно быть с ребенком, решать за него все возникающие проблемы. Родители бдительно следят за поведением подростка, ограничивают его самостоятельное поведение, тревожатся, что с ним может что-то произойти.

Исследования влияния различных стилей руководства на развитие личности ребенка и формиро­вание детско-родительских отношений показали, что наиболее благоприятное воздействие на воспи­тательный процесс оказывает демократический стиль взаимодействия, в то время как остальные сти­ли приводят к нарушениям личностного развития и дисгармонии межличностных отношений родите­лей и детей [5].

Понятие «родительское отношение» имеет общий характер и указывает на взаимную связь и взаимозависимость родителей и ребенка. Отец и мать по-разному проявляют любовь по отношению к детям. Материнская любовь чаще всего носит безусловный характер. Отцовская любовь, особенно по отношению к сыну, порой носит условный характер: «Я люблю тебя тогда, когда ты оправдыва­ешь мои ожидания, выполняешь мои требования».

Родительское отношение включает в себя субъективно-оценочное, сознательно-избирательное представление о ребенке, которое определяет особенности родительского восприятия, способ обще­ния с ребенком, характер приемов воздействия на него. Как правило, в структуре родительского от­ношения выделяют эмоциональный, когнитивный и поведенческий компоненты. Понятия «родитель­ская позиция» и «родительская установка» используются как синонимы родительского отношения, но отличаются степенью осознанности. Родительская позиция, скорее, связывается с сознательно принятыми, выработанными взглядами, намерениями; установка — менее однозначна [6; 119-126].

Извращенная ролевая структура семьи, где мать излишне мужественна — недостаточно эмоцио­нально отзывчива и категорична, а отец «женственен» — мягок, раним, не способен управлять ситуа­цией, предоставляет ребенку искаженные образцы для идентификации.

Стиль родительского воспитания как социально-психологическое понятие обозначает совокуп­ность способов и приемов общения по отношению к партнеру. Различают общий, характерный и кон­кретный стили общения. В качестве детерминант стиля общения выступают направленность лично­сти как обобщенная, относительно устойчивая мотивационная тенденция; позиция, занятая по отно­шению к партнеру общения, и параметры ситуации общения.

Родительский стиль — это обобщенные, характерные, ситуационно неспецифические спосо­бы общения данного родителя с данным ребенком, это образ действий по отношению к ребенку [6; 119-126].

Немаловажным фактором, влияющим на развитие ребенка, является порядок его появления в семье. З.Фрейд был первым, кто заметил, что позиция ребенка среди сестер и братьев имеет важ­нейшее значение во всей его последующей жизни.

Первый ребенок чаще всего вызывает у родителей трепетную любовь и восхищение. На нем концентрируется внимание всей семьи. Старший ребенок сначала воспитывается как единственный. Первенцы, как правило, больше ориентированы на успех и достижения. С другой стороны, такой ре­бенок более зависим от родителей, социально изолирован. Большое влияние на развитие личности первого ребенка оказывает рождение второго. Когда в семье появляется новорожденный, даже те де­ти, которые с нетерпением ждали его, могут чувствовать себя забытыми и отверженными. Вторые дети обычно более дружелюбны, лучше умеют общаться, так как много времени проводят со стар­шими братьями или сестрами. Родители более спокойно относятся ко вторым, третьим детям, потому что ими уже освоена роль родителей. Младшие дети — творческие и самостоятельные, но под покро­вительством и защитой старших у них может сложиться заниженная самооценка и чувство неполно­ценности. Самое сложное положение у среднего ребенка. Оказавшись между старшим и младшим, средние дети чаще других чувствуют себя отвергнутыми, одинокими [7; 32-36].

Широко признана роль семьи в этиологии неврозов. Весьма обширна литература, посвященная значению родительской семьи в возникновении неврозов. Показано, что заболеваемость человека неврозом в немалой степени зависит от условий, в которых он воспитывался, от стиля воспитания. При этом воздействие родительской семьи простирается весьма далеко, проявляясь и в то время, ко­гда индивид уже сформировал собственную семью.

Первые проявления психосоматических состояний взрослого человека, как правило, имеют кор­ни в детском возрасте. У каждого пятого ребенка неустойчиво артериальное давление, и это нередко начало гипертонической или гипотонической болезни взрослого; каждый четвертый ребенок нужда­ется в наблюдении кардиологов, гастроэнтерологов, пульмонологов и эндокринологов, с риском пе­рехода с этими нарушениями под наблюдение взрослой поликлиники. Атеросклероз сосудов начина­ется нередко в 12-14 лет, а вегетативная дистония (психовегетативный синдром) омрачает детство многих детей и каждого третьего подростка.

К возникновению психосоматического риска ведет прежде всего неправильное воспитание. Это, во-первых, дети, ставшие жертвами эгоцентрического воспитания. Им привили мысль, что они спо­собнее, умнее других, а потому имеют право на большее. На вопрос, кем они хотят стать, такие дети убежденно заявляют: космонавтами, командирами, артистами, писателями. Другое для них неприем­лемо. Обычный мальчишка хочет стать шофером, и верх его честолюбия — стать шофером пожарной машины. Обычная девочка, как правило, искренне смущается при таком вопросе, ибо не задумыва­лась над ним, или робко говорит о намерении стать врачом, учительницей, воспитательницей в дет­ском садике. Дети же, воспитывающиеся эгоцентрически, ожесточенно соперничают со сверстника­ми, начиная с детского садика (чаще девочки). Мальчики, как правило, позднее включаются в подоб­ную борьбу [8].

У таких детей завышена неосознаваемая самооценка. Они страдают, если воспитательница редко хвалит их, а за порицание и низкую оценку их усилий непримиримо, не по-детски не любят ее, зави­дуя тем и всерьез враждуя с теми, кто их опережает. В школе соперничество становится еще острее, неудачи переживаются глубже, особенно на фоне удач и успехов соперников.

Данный вариант формирования личности более всего характеризуется неутолимым честолюби­ем. Чем слабее способности, тем ожесточеннее в таких случаях борьба и тем сокрушительнее психо­соматические последствия. Довлеет одна сверхустановка: «Все равно докажу, что я способнее, сильнее, лучше». Эти дети — максималисты, удовлетворяющиеся только первым местом. Болезнь не останавливает их. Усомнившийся в их способностях, как и опережающий, особенно если успех дается ему легко, — непримиримый враг. Каждая неудача переживается как катастрофа, запуская ме­ханизмы болезни, а локализация болезни — ослабленная система организма [2].

Такой ребенок нервный: плаксивый, обидчивый, ранимый. У него головные боли, бессонница, повышенное давление. Жизнь и устремления, переживания не по возрасту приводят к недомоганиям, характерным для работающего сверх сил взрослого человека. Такой ребенок может быть и трудным: вспыльчивым, требовательным, конфликтным,

Психическое развитие ребенка происходит наиболее интенсивно в отдельные периоды его жиз­ни. Условно этими периодами считают возраст 2-4 года, 7-8 лет и 12-16-18 лет. В эти периоды, или, как их называют, возрастные кризы, дети бывают особенно ранимы, эмоционально неустойчивы и требуют к себе особенно внимательного отношения.

Первый период (2-4 года) характеризуется усиленным ростом тела. Ребенок становится все бо­лее ловким и самостоятельным. Нередко родители в силу своей занятости и недостатка терпения по­давляют его стремление к самостоятельности (быстрее и проще накормить, одеть ребенка самому). Это вызывает у некоторых детей бурный протест в виде громкого крика. Другие дети смиряются с волей родителей и становятся вялыми, пассивными, безвольными, но начинают действовать испод­тишка [9].

Очень часто родители, знакомя малыша с окружающим миром, перегружают его память слож­ными названиями, событиями, истощая, таким образом, еще несозревшую нервную систему. Это, как правило, ведет к нарушению сна, ночным страхам, заиканию. Возраст от 2 до 7 лет является колы­белью неврозов. Отмечаются две основные причины их возникновения: острый неожиданный испуг и длительная конфликтная ситуация в семье.

Второй период жизни ребенка (7-8 лет) характеризуется завершением развития речи, развитием еще большей самостоятельности, возникшей потребности товарищества, повышенным интересом к окружающему миру. У детей впервые появляется умение сдерживать себя — «властвовать собой».

Родительская семья и собственная семья пациента могут способствовать понижению толерант­ности к стрессовым ситуациям, сенсибилизации к «утратам значимого объекта» и наклонности к со- матизированным депрессиям.

Исследователями были выделены три типа отношений родительских семей и больных с психо­соматическими расстройствами:

  • «связывание» — характеризуется жесткими стереотипами коммуникаций; дети инфантилизи- руются, их эмоциональное развитие отстает;
  • «отказ» («отвержение») — ребенок как бы «отказывается» от своей личности, развиваются аутизм и тенденции к автономности;
  • «делегирование» — у родителей происходит сдвиг в ожиданиях по отношению к детям. Ис­тинные достижения детей родители игнорируют, перемещая на них свои несбывшиеся надежды, т.е. манипулируют ими как со своеобразными продолжениями своего «Я» (H.Stierlin, 1978) [4].

Одним из главных факторов, влияющих на формирование психосоматических заболеваний явля­ется наличие эмоционально-стрессового состояния. Стресс — реакция неспецифическая, ее проявле­ния идут на физиологическом, психологическом, поведенческом уровнях, возникают при влиянии сильного раздражителя, а организм реагирует запуском адаптационных механизмов.

Длительное время проблема психосоматических расстройств разрабатывалась в основном по­следователями З. Фрейда, предлагавшими психогенетическую трактовку этих состояний, основываясь на психоаналитической концепции. В последнее время эти задачи всё чаще решаются с позиций пси­хосоматического направления (Исаев Д.Н., 2004). Понятие «психосоматические расстройства» следу­ет использовать для тех расстройств функций органов и систем, в происхождении и течении которых ведущая роль принадлежит воздействию психотравмирующих факторов (накоплению отрицательных эмоций). Эти расстройства, как отмечает Д.Н.Исаев (2004), являются болезнями адаптации (цивили­зации). Их нередко называют также стресс-зависимыми, что подчёркивает важную роль в происхож­дении психосоциальных влияний.

Стресс может быть физиологическим (нарушение питания, переутомление, наличие хроническо­го очага инфекции) или психологическим (информационным или эмоциональным). В возникновении эмоционального стресса главное значение имеют отрицательные эмоциональные состояния, возни­кающие в результате психического перенапряжения. Иначе говоря, состояние организма, возникаю­щее в результате психологической оценки ситуации как неприемлемой, негативной, отвергаемой при невозможности избежать ее, может быть квалифицировано как эмоционально-стрессовое [4].

Причиной возникновения эмоционального стресса могут быть как позитивные, так и негативные события. С. А.Разумов (1976) разделил стрессоры, непосредственно или косвенно участвующие в ор­ганизации эмоционально-стрессовой реакции у человека, на четыре группы:

  • стрессоры активной деятельности (экстремальные, производственные, психосоциальной мо­тивации);
  • стрессоры оценок деятельности («старт»-стрессоры и стрессоры памяти, побед и поражений, зрелищ);
  • стрессоры рассогласования деятельности (разобщения, психосоциальных и физиологических ограничений);
  • физические и природные стрессоры.

Здесь следует отметить, что сам факт воздействия ещё не означает стресса.

Наиболее важную роль в механизме развития эмоционального стресса играют первичные рас­стройства в отделе гипоталамуса, базально-латеральной области миндалины, перегородке и ретику­лярной формации. Именно рассогласование деятельности в этих структурах приводит к изменению нормального функционирования сердечно-сосудистой системы [8].

Соматические заболевания, вызванные нервным перенапряжением (стрессом), дают выход ряду имеющихся у человека эмоций, а также помогают получить некоторые из них. Через соматическое заболевание происходит выход затаенных обид, чувства вины и др. Соматическое заболевание даёт вторичные «выгоды болезни», т.е. болеть иногда выгодно, так как:

а) болезнь «дает разрешение» уйти от неприятной ситуации или от решения сложной проблемы;

б) болезнь предоставляет возможность получить заботу, любовь, внимание окружающих;

в) появляются условия для того, чтобы переориентировать необходимую для разрешения про­блемы психическую энергию или пересмотреть свое понимание ситуации;

г) появляется стимул для переоценки себя как личности или изменения привычных стереотипов поведения;

д) отпадает необходимость соответствовать тем высочайшим требованиям, которые предъявля­ют к вам окружающие и вы сами.

Исходя из представлений П.К.Анохина (1970), стрессовые ситуации с наиболее мощными пси­хосоматическими последствиями возникают на основе оборонительного возбуждения и произвольно­го подавления его моторных проявлений, что принципиально сходно с неотреагированными эмоция­ми человека, и понятие «стресс» включает всю сумму реакций организма на нанесение чрезвычайно­го раздражения [8].

Ю. А. Александровский (1997) считает, что возникновение состояний психической дезадаптации происходит при нарушении функциональных возможностей всей адаптационной системы организма в целом, а не отдельных подсистем. И при этом происходит прорыв барьера психической адаптации [10].

Человек наделен врожденным репертуаром эмоционального реагирования на дистресс, вне зави­симости от соматической или психосоматической природы последнего. Эти реакции регулируются подкорковыми центрами и не формируются путем подражания.

Детско-родительские отношения как важнейшая детерминанта психологического развития ре­бенка могут быть определены следующими интегративными показателями:

  • родительская позиция, определяемая характером эмоционального принятия ребенка, мотивами и ценностями воспитания, образом ребенка, образом себя как родителя, моделями ролевого роди­тельского поведения, степенью удовлетворенности родительством;
  • тип семейного воспитания, определяемый параметрами эмоциональных отношений, стилем общения и взаимодействия, степенью удовлетворения потребностей ребенка, особенностями роди­тельского контроля и степенью последовательности в его реализации;
  • образ родителя как воспитателя и образ системы семейного воспитания у ребенка. В последней четверти XX в. в общественном сознании основой является пересмотр концепта детско-родительских отношений в сторону все большего учета позиции самого ребенка как активного творца этих отно­шений.

К высшему уровню психологического развития — креативному — можно отнести детей с устойчивой адаптацией к среде, наличием резерва сил для преодоления стрессовых ситуаций и ак­тивным творческим отношением к действительности. Такие дети не нуждаются в психологической помощи.

К среднему уровню — адаптивному — отнесем детей, в целом адаптированных к социуму, т.е. по результатам диагностических проверок проявляющих лишь отдельные признаки дезадаптации, несколько повышенную тревожность. Такие дети могут быть отнесены к группе риска, поскольку не имеют запаса прочности психологического здоровья и нуждаются в групповых занятиях профи- лактически-развивающей направленности.

К низшему уровню — назовем его ассимилятивно-аккомодативным (дезадаптивным) — отнесем детей с нарушением баланса процессов ассимиляции и аккомодации и использующих для разрешения внутреннего конфликта либо ассимилятивные, либо аккомодативные средства. По результатам диаг­ностических проверок такие дети проявляют много признаков дезадаптации и сильно повышенную тревожность. Дети, отнесенные к данному уровню психологического здоровья, нуждаются в индиви­дуальной коррекционной работе с ними [5].

Для разрешения внутриличностного конфликта ученые предлагают следовать следующим про­стым рекомендациям:

1)  овладение навыками расслабления, релаксации и визуализации здоровья. Этот процесс приво­дит к формированию положительных ожиданий;

2)   формирование положительных мыслительных образов. Создание образов-процессов борьбы с болезнью;

3)  преодоление затаенных обид. Затаенная обида оказывает постоянное стрессовое воздействие. Методы работы с обидами;

4)  постановка целей. Формирование будущего.

Мы рассмотрели некоторые подходы к классификации детско-родительских отношений. Их анализ показал, что в основе выделения типов отношений лежит позиция родителей, особенности их установок, ценностей, целей. За рамками рассмотрения остается еще один очень важный вопрос—   отношение ребенка к сложившейся системе семейных отношений. Этот аспект проблемы детско- родительских отношений остается недостаточно изученным.

Итак, детско-родительские отношения составляют важнейшую подсистему отношений семьи как целостной системы и могут рассматриваться как непрерывные, длительные и опосредованные воз­растными особенностями ребенка и родителя отношения.

References

1    Eidemiller E.G. Family psychotherapy in psychopathy, accentuation of nature, neuroses and neurosis-like states: Methodical recommendations. — Мoscow: Medicine, 1980. — 192 p.

2    Kabakova M.P. Psychology of family and marriage: problems of its development in psychological science of Kazakhstan // Bulletin NAPK. — 2005. — № 2. — P. 16-24.

3    Smehov V.A. The experience of psychological diagnostics and correction of the conflict communication in the family // Ques­tions of psychology. — 1985. — № 4. — P. 92-94.

4    Shermyazko E.I. Family and personality / Under the edit. of prof. E.I.Shermyazko. — Мoscow: Mogilev: MGU named after A.A.Kuleshova, 2003. — 101 p.

5    Psychology of family relations with the basics of family counseling /study guide for doctors and psychologists... / The drafters of the publication: E.I.Abramova, E.V.Ekzhanova, E.V.Ziryanova. — Мoscow: Academy, 2002. — 245 p.

6           Nikolaeva V.V., Arina G.A. Clinico-psychological problems of psychology of physicality // Psychological journal. — 2003. — Vol. 24. — № 1. — P. 119-126.

7           Antropov J.F. Features of clinical manifestations of psychosomatic disorders in children and adolescents // Pediatrics. — 1996.— № 1. — P.32-36.

8    EidemillerE.G., Justichii V.V. Psychology and psychotherapy family. — St. Petersburg: Piter, 2001.- 192 p.

9    Isaev D.N. Psychosomatic disorders in children: a guide for physicians. — St. Petersburg: Piter, 2000. — 145 p.

10    Mendelevich V.D. How to prevent neurosis. — Kazan: Znanie, — 175 p.

Фамилия автора: А.Б.Тулебаева, Р.К.Курбанов
Год: 2012
Город: Караганда
Категория: Психология
Яндекс.Метрика