Психологические факторы изменения маскулинности

Реалии современной повседневной жизни показывают, что население испытывает большие психологические проблемы. По нашему мнению, именно психологические проблемы — один из ос­новных факторов трансформации маскулинности. Одним из главных психологических факторов яв­ляются гендерные стереотипы — стандартизированные представления о моделях поведения и чертах характера, соответствующих понятиям «мужское» или «женское». Считаем, что гендерные стереоти­пы — внутренние установки каждого человека в отношении места в обществе функций и социальных задач женщины и мужчины.

Именно гендерные стереотипы являются главными определителями жизненного пути, жизнен­ных стандартов, стандартов образа жизни. В то же время гендерные стереотипы отражают общест­венное мнение на ожидаемое от мужчин и женщин поведение. Они (гендерные стереотипы) являются барьером в установлении подлинного гендерного равенства в нашем обществе, играют большую роль в оценке индивидом как себя, так и других и нередко формируют у личности ошибочные представле­ния и знания людей, процессов.

Именно изменение социальной гендерной роли мужчин и женщин в современном обществе может стать причиной мужского гендерно-ролевого стресса, который, по мнению Бурдье, проявляет­ся в тех ситуациях, когда мужчине сложно поддерживать стандарт мужской роли или когда обстоя­тельства требуют от него проявления женских моделей поведения (заботы, сопереживания и др.). Эти качества отсутствуют или запрещены мужской гендерной ролью. Это и является основной предпо­сылкой к формированию стресса [1; 186].

Далее автор пишет: «Мужской гендерно-ролевой стресс — это стресс, возникающий, когда муж­чине трудно поддерживать стандарт традиционной мужской роли или он вынужден проявлять пове­дение, характерное для женской роли...» [1; 187].

По мнению исследователя, причиной гендерно-ролевого стресса может являться гендерно­ролевой конфликт — психологическое состояние, проявляющееся в ситуациях, когда ригидные, сек- систские или ограничивающие гендерные роли имеют негативные последствия или оказывают нега­тивное влияние на человека и тех, кто с ним контактирует [1; 187].

Гендерные конфликты в основном вызваны потребностью в перераспределении традиционных женских и мужских ролей. Добавим к сказанному, что гендерный конфликт, например в кыргызском обществе, может возникнуть, когда мужчина ограничивает свое поведение и поведение других, исхо­дя из традиционных гендерных ролей, когда общество, родители, друзья оказывают на него давление за нарушение «нормативной» маскулинности, когда он подавляет себя или окружающих из-за того, что они не стараются соответствовать роли. В качестве примеров можно привести те же самые ген­дерные стереотипы, которым подчиняется кыргызский мужчина, например: настоящий мужчина должен иметь сына, уметь добывать деньги, построить дом, не должен плакать и т.д. Тем более муж­чина не должен делать то, что, по кыргызской традиции, должна делать женщина — готовить, сти­рать, убирать в квартире, ухаживать за детьми, сидеть дома и т. д. Таким образом, мужчина должен соответствовать нормам кыргызской маскулинности.

Модель гендерно-ролевого конфликта, по мнению Бурдье, включает в себя ряд паттернов:

1)   ограничение эмоциональности — трудность в выражении своих собственных эмоций или от­рицание права других выражать эмоции;

2)    гомофобия — боязнь гомосексуалов, включая стереотипы о последних;

3)   социализация контроля, власти и соревнования;

4)    ограничение сексуального поведения и демонстрация привязанности;

5)   навязчивое стремление к соревнованию и успеху;

6)   проблема с физическим здоровьем, возникающая из-за неправильного образа жизни [1; 188].

Этот конфликт отражается, по его мнению, как во внутриличностной, так и в межличностной

сфере. Тревожность, депрессия, снижение самооценки, стресс, проблемы в отношениях, конфликты на работе, физическое и сексуальное насилие — все это возможные результаты гендерно-ролевого конфликта [1; 188].

Мы согласны с автором, и в качестве примера отметим то, как везде и всюду слышим о том, что мужчина должен быть сильным, волевым, смелым, однозначным и непоколебимым при принятии решений. Он не должен плакать и проявлять свои эмоции в присутствии людей, прощать измены и т.д. Но реалии сегодняшней повседневной жизни в Кыргызстане показывают, что в обществе наблюдаются тенденции того, как пересматриваются те основные мужские качества, которые были заложены многим, если не всем, кыргызским мужчинам с детства и формировались в процессе со­циализации. Считаем, что биологические и социальные факторы, влияющие на половую идентич­ность, сильно взаимосвязаны. К примеру, когда в семье появляется ребенок, самым главным является желание поскорее узнать его пол. Узнав пол ребенка, с момента его рождения все, сознательно или бессознательно, относятся к нему в зависимости от половой принадлежности.

Продолжая тему о психологических причинах трансформации маскулинности, нам хотелось бы остановиться на такой острой проблеме нашего общества, как семейное насилие. Попытаемся дать гендерный анализ данной проблемы в контексте темы нашего исследования. Насилие в семье пред­полагает жестокое обращение с любыми членами семьи (дети, престарелые родители, братья, сестры, другие близкие родственники, супруги).

Ежегодно 25 ноября в Кыргызстане, как и во всем мире, по традиции, отмечают Международ­ный день против насилия по отношению к женщинам. В эти дни проводится огромное количество различного рода мероприятий как правительственными, так и неправительственными организациями. Все источники СМИ публикуют материалы о том, как каждый день во всех уголках планеты тысячи женщин становятся жертвами разного рода насилия, в частности насилия в семье. Однако среди этой огромной информации редко найдешь статьи, в которых поднимается вопрос о мужчинах как жертвах домашнего насилия.

Само супружеское насилие включает в себя два процесса: насилие мужей над женами и насилие жен над мужьями. В Кыргызстане часто поднимается вопрос насилия по отношению к женщинам, но не секрет, что вопросы насилия по отношению к мужчинам не рассматриваются вообще. Пришло время поднимать данную проблему и не только тем, кто имеет дело с насилием в семье, но и в наде­жде, что можно исправить серьезное недоразумение относительно этой очень важной проблемы. Считаем, что явным примером психологической причины трансформации мужчин является именно насилие со стороны женщин по отношению к мужчинам, или так называемое супружеское насилие.

В Кыргызстане исследований по данному вопросу еще не проводилось. Наоборот, проблема до­машнего насилия была искажена и политизирована «гендерными войнами». В большинстве отчетов, касающихся семейного насилия, говорится о женщинах, детях и престарелых членах семьи как жерт­вах жестокого обращения, при этом накладывается табу на сам факт возможности возникновения си­туации, где пострадавшим будет молодой здоровый мужчина. По этой причине было бы уместным разграничивать домашнее насилие на виды — насилие над детьми, супружеское насилие, насилие в отношении престарелых членов семьи и др. Без системного подхода к проблеме насилия в семье можно только отдалиться от реальной ситуации и затруднить ее анализ. При рассмотрении супруже­ского насилия правильно не только выделить его из всего комплекса домашнего насилия, но и не со­единять друг с другом такие явления, как насилие мужа над женой и жены над мужем.

Проблема женского супружеского насилия в нашей стране актуальна по следующим причинам. Изменения, произошедшие в социально-экономической сфере, стали причиной изменений в системе ценностных ориентаций, т.е. появляются примеры, когда в силу различных обстоятельств мужчина в семье не является основным «добытчиком». В современной семье между мужчиной и женщиной права и обязанности обговариваются, перераспределяются. Реалии сегодняшнего дня показывают, что уже не существует жесткого закрепления какой-то определенной роли за каждым из супругов. Это, по нашему мнению, постепенно способствовало общему росту напряженности как внутри семьи, так и среди родственников со стороны жены, а также в межличностных отношениях. В результате появляются такие примеры, когда мужчина становится «жертвой» различного рода насилия, а жен­щина, ее родственники становятся «насильниками».

Однако такие ситуации редко учитываются, если не сказать; что совсем не учитываются, в об­щественном осмыслении семейного насилия. Ведь не секрет, что до сих пор в обществе семейное на­силие воспринимается исключительно как насилие мужчин по отношению к женщинам.

На наш взгляд, актуальность проблемы определяется необходимостью гендерного анализа про­блемы женского насилия в современном обществе. Такой анализ возможен при проведении различ­ных научных исследований проблемы совместными усилиями социологов, психологов, конфликтологов, юристов и др.

На наш взгляд, при анализе женского насилия непроработанными остаются такие аспекты, как отсутствие полной и достоверной статистики, социально-экономические, правовые и морально­этические факторы одностороннего рассмотрения проблемы, механизмы предотвращения жестокого обращения в семье в отношении мужчин.

Настало время отказа от одностороннего подхода к анализу супружеского насилия. Это позволит усовершенствовать систему социальной защиты населения, главной целью которой является оказание необходимой квалифицированной, своевременной помощи пострадавшим в трудной жизненной си­туации, независимо от пола. Позволим себе сказать о том, что разница между насилием над женщи­ной и насилием над мужчиной в семье состоит в том, что насилие над мужчиной чаще всего проис­ходит психологическое насилие.

Сложившаяся ситуация свидетельствует, прежде всего, о том, что мужчины являются жертвами предрассудков, которые делают из них виноватых, а из женщин — вечных жертв. Возможно, борьба против семейного насилия стала бы более справедливой, если бы не опиралась на социальные стерео­типы и не приписывала заранее мужчинам роли «преступников», а женщинам — «жертв»? Уверены, что от этого многие выиграли бы.

Важно обратить внимание на исследования, проведенные во многих странах. К сожалению, от­метим, что основную часть опубликованных работ по проблеме женского супружеского насилия про­должают составлять материалы зарубежных исследований. Так, например, первые исследования по проблеме жестокого обращения в семье по отношению к мужчинам были проведены в США, евро­пейских странах. Немало исследовательских работ по данной проблеме было проведено российскими исследователями. Постараемся привести примеры некоторых исследований о насилии по отношению к мужчинам, которые мы нашли.

К примеру, из СМИ мы узнали, что в 2010 г. во Франции 28 мужчин умерли от последствий на­силия в семье [2]. Далее в материале отмечается следующее: «Справедливости ради надо сказать, что за тот же период и по тем же причинам погибли 140 женщин. Именно это неравное соотношение по­зволяет ассоциациям по защите прав женщин утверждать, что насилие над мужчинами, конечно, су­ществует, но представляет собой менее важную проблему [2].

Еще одна интересная статистика приведена в интернете по поводу насилия в семье со стороны женщин. Был проведен опрос среди пользователей интернета. Проголосовали всего 15 человек, из них считают:

  • насилие над мужчинами — это выдуманная проблема — 13 %;
  • это реальная проблема, с которой надо бороться, — 6 %;
  • мужчины сами виноваты, ибо это уже не мужики, раз такое позволяют, — 46 %;
  • это проблема воспитания и общества в целом и решать ее нужно глобально — 33 % [2].

Следует, однако, отметить, что в последнее время в кыргызском обществе постепенно меняется

отношение к проблеме домашнего насилия, как и в мировой общественности. Но все же есть много причин, которые затрудняют решение данного вопроса. Например, сбор статистических данных, от­сутствие специальных исследований — мы не обладаем достоверной информацией о масштабах и факторах женского супружеского насилия в Кыргызстане. В отечественной науке отдельные сведе­ния по этой теме можно получить исключительно из материалов по уголовному праву, по кримино­логии, которые касаются только уголовно наказуемых преступлений, например убийство мужа. На наш взгляд, неохваченными остаются многочисленные повседневные случаи проявления насилия со стороны женщин.

Мы согласны с мнением российского исследователя Е.А.Брайцевой, которая считает, что одно­сторонний подход к осмыслению женского супружеского насилия определяется такими факторами, как:

  • недостаток исследований по проблеме женского насилия обусловлен доминирующими куль­турными стереотипами о невозможности проявления любых форм агрессии со стороны женщины как представительницы «слабого пола»;
  • информация по инцидентам супружеского насилия собирается на основании данных, полу­ченных, как правило, от женщин, что дает искаженную картину ситуации, произошедшей в семье;
  • последствия мужского супружеского насилия гораздо серьёзнее и опаснее, чем женского вследствие большей физической силы мужчин;
  • женское супружеское насилие трактуется исключительно как самооборона, а не «возмездие за прошлые обиды» или целенаправленное нанесение вреда здоровью;
  • в отличие от женщин мужчины, пострадавшие от насилия со стороны жены, реже обращают­ся за помощью в правоохранительные органы и соответствующие социальные учреждения;
  • на стороне женщин общественное мнение местных сообществ и средств массовой коммуни­кации, отношение которых к данной проблеме гендерно зависимо [3; 16].

Автор считает, что женское супружеское насилие обусловливается следующими причинами:

  • реакция на насилие со стороны мужа может проявляться как в качестве самообороны, так и в качестве целенаправленного нанесения вреда здоровью супруга из-за мести;
  • реакция на распределение семейных ролей (рост независимости женщин в общественной жизни, в первую очередь в экономическом плане, способствует увеличению конфликтов на бытовой почве, касающихся обязанностей каждого из супругов по ведению домашнего хозяйства);
  • реакция на общие условия жизни (например, безработица обоих или одного члена семьи, ма­лый семейный доход и, как следствие этого, низкий уровень и качество жизни; девиантное поведение супруга (пьянство, бродяжничество и др.); супружеская измена; наличие больных детей или родст­венников, требующих постоянного ухода, ослабление культуры семейного общения, пренебрежение правилами уважительного топа, манипулирование во взаимоотношениях и т.п.) [3; 17].

На наш взгляд, женское супружеское насилие имеет общие и специфические формы проявления. Общие формы — психологическое, физическое, сексуальное и экономическое насилие; специфические

—   социально-статусное насилие, когда лишают мужчину статуса отца путем запрета общения, или ко­гда женщина обращается в правоохранительные органы с жалобой о насилии со стороны мужчины, хотя такого не было. Часто в практике бывают случаи, когда жена пренебрегает бытовыми потребно­стями мужа, что именуется как бытовое насилие. Примеры бытового насилия: частые ссоры супруги с родителями мужа; жена настраивает мужчину против его родителей, родных, родственников.

Н.Дубинин отмечает, что он нашел интересную цитату из брошюры для женщин: «Что является домашним насилием? Домашнее насилие — все более и более видимая социальная и юридическая проблема, где женщины злоупотреблены их партнерами» [4]. Заметьте, что в ней не говорится, что это один из аспектов домашнего насилия. Из нашего опыта с персоналом кризисных центров для женщин, пострадавших от семейного насилия, это типичное отношение. И после использования термина «физическое насилие» в качестве темы, чтобы начать обсуждение насилия, многие работни­ки убежищ продолжают упоминать все другие типы насилий, которые мужчины совершают в отно­шении женщин (например, эмоциональное и психологическое). Трудно повернуть тему беседы, что­бы посмотреть на любой тип насилия женщин над мужчинами, даже при том, что во множестве науч­ных исследований отмечается: женщины, по крайней мере, в домашних битвах в той же степени применяют насилие в отношении мужчин [5; 57].

А.Никонов пишет, что многие из центров для женщин не признают данные научных исследова­ний, даже при том, что они претендуют быть «экспертами по домашнему насилию» и часто проводят «обучение» для государственных органов. Большинство лидеров в женском движении вполне осве­домлены и понимают, что насилие в семье имеет более широкие аспекты, но предпочитают придер­живаться догмы: «злодей-мужчина — жертва-женщина» [6].

Складывается мнение, что имеются много путаницы относительно тех, кто верит в дебаты о супружеском насилии. С одной стороны, мы имеем гендерных активистов, кто полагается на офи­циальную статистику, с другой — социологов, опирающихся на проведенные исследования. Но, к большому сожалению, результаты научных исследований не получили достаточного внимания у представителей средств массовой информации.

Мы вынуждены по-прежнему констатировать, что насилие существует во всех странах, во всех культурах и во всех классах общества и негативно влияет на все сферы нашей жизни. Но вряд ли мы услышим от мужчины, пострадавшего от своей жены, о том, что он получил физические поврежде­ния от рук женщины.

Рассмотрев вопросы психологических причин трансформации маскулинности, сделаем следую­щие выводы. Стремительное внедрение научно-технического прогресса в повседневную жизнь, соци­ально-экономические преобразования — признаки современного общества. Несмотря на все это, все же сохраняются и патриархальные признаки. Везде и всюду слышим, что мужчина должен обеспечивать семью, быть сильным, волевым, смелым, однозначным и непоколебимым при принятии решений. Он не должен проявлять свои эмоции в присутствии людей, прощать измены и т.д., однако в обществе наблюдаются тенденции пересмотра тех основных мужских качеств, которые были зало­жены в любом мужчине с детства и формировались в процессе социализации. Изменились социаль­ные гендерные роли мужчин, как следствие — гендерно-ролевой стресс, который проявляется в тех ситуациях, когда мужчине сложно поддерживать стандарт мужской роли или когда обстоятельства требуют от него проявления женских моделей поведения (заботы, сопереживания и др.). Многие мужчины испытывают гендерно-ролевой конфликт — психологическое состояние, проявляющееся в ситуациях, когда сексистские или ограничивающие гендерные роли имеют негативные последствия или оказывают негативное влияние на мужчин и тех, кто с ними контактирует.

References

1      Bern C. Gender Psychology, St.Petersburg: Prime-EVROZNAK, 2001, 320 p.

2      Domestic violence: victim — a man? French-Russian online magazine / tete-a-tete-magazine.fr/ru/societe/? ID=558

3       Braitseva E.A. Social structure, social institutes and processes: abstract.: Dis. kand. Sociology. Science / E.A.Braitseva, Nizhny Novgorod, 2008, 25 p.

4      menalmanah.narod.ru/mw/domviol-1.html

5      Dubinin N.P. Philosophical sociological aspects of human genetics // Problems of Philosophy, 1971, № 1.

6      Nikonov A. End of feminism. The woman is different from the person / knigosite.ru/library/read/3983

Фамилия автора: А.К.Эшиев, Г.А.Анарбаева, К.А.Смадияров
Год: 2013
Город: Караганда
Категория: Психология
Яндекс.Метрика