Он был нашим мыслителем

Мне безусловно повезло. Я поступил на философский факультет, когда его деканом был Агын Хайруллович Касымжанов. Этим стоило гордиться, так же как и учиться у него. По другому стечению обстоятельств нашим куратором был Акылбек Кельбуганов (наш Алёша, как мы его называли). И вроде бы не было в этом для нас, семнадцатилетних, ничего особенного, и только по прошествии времени мы поняли, как нам всем повезло. Касымжанов и Кельбуганов открыли нам философию в её глубинном и подлинном измерении: как науку о мышлении. Культура мышления оказалась тем важным, чем стоило овладеть, чтобы жить и творить (как бы пафосно сегодня это не звучало).

О культуре мышления. Книжка с таким названием, небольшого формата, вышедшая в серии «Философская библиотечка для юно­шества», - стойкое воспоминание со времён поступления на философский факультет и первых годах студенческой жизни. Ничего тогда ещё не смыслив в философии, впрочем, наверное, как и сейчас, тогда, 30 лет назад стало очевидно, что философия занимается самой способностью мышления, условиями при которых это самое мышление в принципе возможно. Стало ясно, что философ - это не киник с его экзотическим ars vital, а платоник, мыслитель в чистом виде. История давала огромное число примеров таких мыслителей, на любой вкус и для всех поколений: Платон, Августин, Кант, Гегель, Ницше, Хайдеггер, Сартр, Бодрийар... Однако, первым и нагляд­ным примером такого философа-мыслителя, причём не где-то там, в истории, воплощением мысли «как таковой» стал именно он, автор книжки «О культуре мышления», профессор Агын Хайруллович Касымжанов.

Его органика была особенной, ярко индивидуальной. Сосредоточенная медитатив­ная манера, взгляд обращенный не на слушаю­щих его, а немножко в сторону, в глубь вещей. Его разительно отличала от многих профессоров редкая, и сегодня и тогда, манера размышления вслух. Он всегда говорил рассуждая, без менторства, эффектно вводя в свой философ­ский дискурс остроумные выражения и живые эмоции. Единственным авторитетом для него была истина. Перед другими авторитетами он не заискивал никогда. Помню как с трибуны фило­софского конгресса, проходившего в Алма-Ате, на котором мы, студенты, впервые увидели весь цвет философской мысли, Агын Хайруллович первым делом сказал: « а теперь хотелось бы подлить уксуса в розовую водичку конгресса.» И все затаённо внимали критическим мыслям Философа. А для нас впервые стало наглядно очевидно, что в Науке и в Философии не может быть лицемерия, заискивания и раболепства. Так же как и другая очевидность, которая с годами только множилась: Касымжанов - это образец Философа.

70-е и 80-е. Это был расцвет алма-атинской школы диалектической логики. И к этой диалектической логике как мышлению через противоположность и сводилась культура мыс­ли, философия как методическое размышление и «общетеоретическое умозрение» (именно так определял её А.Х. Касымжанов на наших лекциях). Уже потом, постигая декартовское cogito и читая гегелевскую статью «Кто мыслит абстрактно», мы понимали, что критерием истины является противоречие, и что сама истина относительна (ярким примером этого постулата чуть позже для меня стал фильм Акиры Куросавы «Расёмон»). Пытаясь ухватить истину, философ или мыслитель при этом вводит интеллигибельные сущности, он объясняет видимое невидимым (идеей), отвечая тем самым на вопрос: что это? Честно говоря, тогда никто из нас особо не задавался вопросом о том, что мышление, разум и интеллект - вещи несколько разные. Мы считали их синонимами, обозначающими одну и ту же способность человеческого сознания. На самом же деле разница есть и она существенная.

В первом приближении, которое можно было постичь уже тогда, в студенческие годы, разница между сознанием (мышлением) и разумом (интеллектом) заключалась в том самом противоречии, в котором, по Гегелю, и состоял критерий истины. Сознание может и должно себе противоречить (человек весь состоит из таких противоречий и парадоксов, включая главный экзистенциальный парадокс человека, эта двойственность или амбивалетность -природа человека), человек почти всегда не бывает тем, кто он есть, он может быть лучше или хуже себя, слабее или сильнее. В свою очередь, разум исключает любое противоречие, он «хомо-номичен», просчитывая все шансы и возможности. Именно поэтому его атрибут -вычисление. В то время как атрибутами мышления (сознания) являются изображение и воображение. Человеческий мир как мир сво­бодного, спонтанного сознания, это мир воображения,   иллюзий  и  грёз. Иллюзорное сознание, способное к самоактуализации - есть Человек. И поэтому Художник как тип самоактуализирующегося иллюзорного созна­ния является в искусстве тем провокатором, который возвращает человеку человеческое, не позволяя умереть его антропологической способности к воображению, а значит, и мышлению.

Мысли эти появились уже позже, но начало их было заронено уже тогда. В обыкновенной учебной аудитории, в которой мы встретились с первым в нашей жизни Мыслителем - Агыном Хайрулловичем Касымжановым.

Фамилия автора: О.М. Борецкий
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Экономика
Яндекс.Метрика