Особенности регулирования гражданских правоотношений в государствах, населявших в древности территорию Казахстана

Древние обычные законы на протяжении тысяч лет регулировали общественный строй народов, населявших территорию Казахстана. В.В. Григорьев в своем труде «О скифском народе -саках» доказывает существование гражданских правоотношений саков с другими народами: «Кочевники Средней Азии, более близкие к Югу, находясь в соприкосновении и сношениях с народами более подвинувшимися на пути промышленности, естественно заимствуют от последних, что могут заимствовать: оружие, одежду, утварь. Эти заимствования от южнейших кочевников переходят мало-помалу к северным соседям, и таким образом устанавливается незаметно между всеми кочевниками одинаковость вооружения, одеяния, украшений» [1, с. 57], т. е. соседствующие народы вступали в торговые, меновые отношения, тем самым развивая законы, регулирующие эту область.

Экономические, политические отношения между соседствующими племенами оказывали влияние и на их внутреннюю социальную жизнь. И это влияние было настолько значительным, что даже когда народы, населявшие опеределенную территорию, переселялись, уходили с политической арены или даже исчезали из истории, в жизни их соседей оставалось много общего с их жизнью. По свидетельству Григорьева В., поэтому, «когда южнейшие кочевники уходят куда-либо с тех земель, которые занимали, и земли эти достаются их северным соседям, эти последние являются и по вооружению, и по костюму, и по обуви, и по другим статьям совершенно похожими на своих предшественников. Сходство же обычаев между теми и другими устанавливается, как сказано уже, одинаковостью условий степной природы, одними и теми же потребностями скотоводства и кочевого образа жизни. Оттого между кочевниками, принадлежащими по крови к совершенно различным племенам, может оказываться в быте их, обычаях и устройстве гораздо более общего, чем между соплеменниками...» [1, с. 57], что подтверждает существование между кочевыми народами гражданских правоотношений, как торговля и мена, еще в далекие времена.

Формирование обычных законов кочевников проходило постепенно в длительном процессе общественного развития, передавалось из поколения в поколение, совершенствуясь в соответствии с реалиями времени. Поскольку кочевое общество, населявшее бескрайнюю степь, жило разрозненно, существовала необходимость защиты прав и интересов родов и племен и их членов в отношениях с другими обществами, что породило действующие нормы, призванные регулировать все сферы отношений. Эти нормы дополнялись и в результате стали обычными законами, регулирующими общественные отношения, которыми была полна динамичная жизнь кочевников. Жизненная необходимость и развитие общества углубляли содержание обычных законов, усиливали его роль, преображали, дополняли и совершенстовали. Степные законы с присущими им природой, спецификой, оригинальностью способствовали всестороннему регулированию общественных отношений в государствах гуннов, усуней, а затем тюрков, населявших в периоды до нашей эры территорию Азии. Установление штрафов за неисполнение торговых, меновых договорных обязательств, различных налоговых платежей свидетельствует о развитии и совершенствовании, дополнении обычных законов, а также говорит о том, что они стали реальной регулирующей силой.

По законодательным нормам, сформированным на основе обычных законов кочевников, гуннские правители имели были вправе иметь владения. Гунны придавали особое значение собственности, оценивая ее как интерес, богатство, честь, власть. Ханы, правившие страной, и их сардары (военачальники) владели лучшими землями и источниками воды. Поля и пастбища, посевные земли, источники воды территорий обитания рода полностью передавались по наследству следующим поколениям, от отца к сыну, следовательно, у гуннов был развит институт собственности. Одним из путей приумножения собственности считалась война, победитель которой возвращался обладателем новых владений, имущества, скота. Кроме того, возникновение рабовладельчества, использовавшее дешевую рабочую силу захваченных в плен людей, также способствовало приумножению их богатства. Существовало две категории рабов, если одни были вчерашними военопленными, т.е. лишенными земли, имущества, скота и свободы, вторую категорию составляли люди, попавшие в рабство из-за долговой кабалы. Также были рабы, пришедшие в составе приданого невесты, которые состояли из сирот и вдов. Рабочая сила рабов использовалась в скотоводстве, для посевных и пашенных работ, для выполнения работ при кочевке.

В регулировании гражданских правоотношений в обществе допускалось передавать рабов взаймы, в качестве оплаты, передавать в залог, использовать для участия в войне. Усуни также считали собственность вечным интересом. В связи с собственностью возникали частные разногласия, которые часто перерастали в межродовые столкновения, а порой приводили к международным конфликтам. Собственность считалась отражением, основой кочевой жизни.

У усуней пастбищи принадлежали всему роду, но скот считался собственностью отдельных лиц. Потребность в увеличении поголовья скота, перемены в обществе оказали влияние на взгляды людей на собственность, привели к расширению понятия собственности. Теперь нужно было провести границы между собственностью правителя, рода и отдельной семьи, придать стабильный характер завоевательным войнам. Правитель усуней Кунби целенаправленно расширял свою власть на основные производственные инструменты государства - пастбища и источники воды. Это, несомненно, создавало опасность недовольства со стороны глав родов различного уровня да и всего народа, что ставило под угрозу стабильность в стране, незыблемость государственной власти. Поэтому было необходимым закрепить интересы, собственность правителя Кунби и его династии, глав родов на законодательном уровне, на основе обычных законов усуньского государства, таким образом, у усуней существовало владение землей на правах собственности. Для регламентации и легализации данного явления правитель усуньского государства принял беспрецедентные меры, связанные с компетенцией государства, о чем исследователи пишут: «Получила жизнь новая правовая норма, по правовому уровню стоявшая выше обычных законов, исполнение которой обеспечивалось государственной властью. Глава усуньского государства Кунби - Почтенный Кунби издал для всего народа новый закон: «В поле не должно появиться даже наперстка, к табуну не должно присоединиться ни одно животное». Его особенность заключается в том, что среди обычных законов он был законом государства, отличавшимся своей новизной, силой, нормативностью» [2, с. 21].

Посредством этого закона было узаконено право на весенние, летние, осенние пастбища, зимовки, воды, пашенные земли, которые раньше считались владениями всего кочевого народа, т. е. теперь никто не мог каким-либо образом распоряжаться, владеть этими благами. Пастбищные земли и скот считались опорой государства и находились под защитой государства.

Таким образом, у гуннов и усуней собственность правителей и глав родов состояла из земель, имущества, скота и рабов. Право собственности защищалось государственными законами, созданными на основе обычных законов. С течением времени в кочевых государствах происходит совершенствование законов, регулирующих гражданские правоотношения, основанных на обычных законах. В государстве кангюев, населявших Центральную Азию в V-VI века д.н.э., наказание за кражу чужого имущества, скота было в виде возмещения нанесенного вреда. Это указывает на перемены в жизни, рост сознания, уровня культуры, адаптации законов к новым реалиям.

Если владения кочевников обозначались границами, их скот имел метку. В V веке кангюи ставили метки (в виде прорези в ушах) своему скоту, также эта традиция сохранилась и у тюрков. У тюрков каждый род имел свою метку, плюс к этому скот каждой отдельной семьи отмечался своими тамгами. Метки помогали отличать собственный скот от чужого и, главное, служило знаком собственности. Таким образом, скот еще в старые времена относился к собственности, которую можно было передать в долг, отдать в качестве оплаты, в качестве доли, т.е. он являлся движимым имуществом.

В кочевом обществе существовал институт собственности, к которой относились земли, скот, рабы и произведенное ими материальное имущество, который был прочно устоявшимся явлением, подкрепленным законами, изданными государством. Можно предположить, что у кангюев было развито письменное оформление торговых договоров, брачных союзов. Т.е. у кангюев браки заключались в специальных согласительных заведениях, при этом точно определялась ответственность супругов перед друг другом, условия развода, ответственность каждого перед законом. В древних племенах, как гунны, усуни, кангюи, живших в один период, был широко распространен и сохранялся много веков обычный закон аменгерства. Аменгерство считалось производным кочевой жизни и рассматривалось в нескольких аспектах. Вдова считалась «собственностью» определенной династии, за которую уплачен калым, поэтому допускался уход от мужа, но уход из рода был невозможным. Кроме того, аменгер (человек который женится на вдове) происходил из той же семьи, что ее прежний супруг, он наделялся правами аменгерства, потому что считался гарантом благополучия детей покойного.

Аменгерство считалось формой опеки, защиты вдов и сирот, и его невыполнение являлось позором для всего рода. В случае, когда дело об «аменгерстве» вдовы не находило решения, между родами вспыхивал спор «жесір дауы», который нередко приводил к внутриродовым или межродовым конфликтам. Это обусловило необходимость сформировать в кочевом обществе основы законов аменгерства. Самым распространенным видом аменгерства была форма, при которой в случае смерти мужчины его младший брат должен взять в жены его вдову. Т.е. он не просто становился мужем для вдовы своего старшего брата и отцом для его детей, наследником его имущества, но на него возлагалась миссия сохранить семью старшего брата, защитить сирот. Это было особенностью обычных законов, присущей кочевому обществу, и являлось образцом обеспечения кровного родства, гуманизма, доброты, сохранения потомства и непрерывности династии. Этот закон был очень популярен и действовал вплость до начала ХХ века.

В казахском обществе споры, связанные с правом наследования, собственности, аменгерства, земельные споры, спор о вдове (жесір дауы), возникавшие внутри отдельного рода, рассматривались в соответствии с интересами этого рода и регулировались действующими обычными законами. С распространением в казахской степи ислама в регулировании гражданских правоотношений в обществе, особенно, в решении вопроса о праве наследования произошли значительные изменения, например, теперь девушки получили право наследования, были установлены степени и очереди наследования. Положения о праве наследования нашли отражение в аятах Корана, хадисах и изречениях пророка Мухаммеда [3, с. 84-85].

Прежние обычаи и традиции обрели мусульманский характер. В результате распространения исламской религии наблюдается обогащение политических, духовных, гражданских законов, почитаемых как отдельной личностью, так и всем обществом. Владение имуществом, распоряжение имуществом, полученным от отца в наследство, регулировались по исламским канонам, поддерживая справедливое, честное и гуманное разделение наследства. Об этом в 123 хадисе пророка Мухаммеда указано: «1 При разделе имущества не допускайте недобросовестности. 2 Будьте скромны. 3 На войне не допускайте трусости. 4 Не совершайте зла по отношению к военным трофеям и чужому имуществу. 5 Защитите бедного от злодея. 6 Никогда не обманывайте сироту» [4, с. 19].

В регулировании гражданских правоотношений прежние обычные законы были дополнены и обогащены посредством принципов, призывающих к честности в торговле, весах, честности в сделке, справедливости в делах, отказе от взяток, верности обещаниям, к высоким гуманным качествам, но их основное содержание в общем осталось неизменным.

После монгольского нашествия в казахской степи установилис законы Ясы, изданные Чингисханом, впитавшим в себя обычаи, верования, традиции древних тюрков, и они охватывали все вферы общественной жизни. Традиционное напутствие было призвано пресекать нарушение этих законов, обеспечивать строгий контроль их признания и соблюдения. В законах были положения, предусматривающие военную дисциплину, определяющие условия заключения правителем договора, отправления послов в другую страну, запрещающие шпионизм и измену [5].

Законы, регулировавшие внутренние отношения в государстве, призванные обеспечить прочность брака, указывали: «независимо от того, намерен прелюбодей жениться или нет, он приговаривался к смертной казни». Т.е., изнасилование женщины, склонение к сожительству замужней женщины, вступление замужней женщины в любовные отношения с другим мужчиной, всякое прелюбодеяние, независимо от того, кто его совершил, мужчина или женщина, жестоко наказывалось. Заслуживает внимания статья закона, указывающая на необходимость ответственного отношения и предприимчивости в торговле: «Кто берет товар и терпит крах, а затем снова берет товар и снова терпит крах, того после третьего раза следует приговорить к смерти» [6, с. 36].

Относительно кражи в законах говорится: «Тот, у кого будет обнаружена ураденая лошадь, должен вернуть ее хозяину и отдать впридачу девять таких же лошадей, если же он не в состоянии уплатить этот штраф, вместо лошадей следует забрать его детей, а если нет детей, следует заколоть его самого как овцу» [7, с. 39].

Похожие по своей жестокости на законы древнего Востока эти законы противоречили казахским обычным законам. По этой причине они не нашли поддержки в казахском обществе. Как известно, у казахов в случае, если виновный не в состоянии уплатить штраф, его уплачивали всем родом. О наследственном праве указывается: «Дети, рожденные вне брака (от наложницы), считаются законорожденными и по указу отца получают соответствующую долю в наследстве. Раздел имущества основывается на следующих положениях: старший получает больше младшего; младший сын наследует (получает во владение) отцовское хозяйство» [8, с. 41].

При решении вопроса об аменгерстве, чтобы молодая жена (токал - младшая жена) не ушла к другому человеку, сын умершего главы семейства, рожденный от старшей жены (байбише) женился на младшей жене своего отца, либо по его решению ее отдавали в жены кровному родственнику его отца. Чингисхан узаконил этот порядок своими законами Ясы. Однако по казахскому обычному праву вопрос аменгерства решался по-иному. Младшая жена отца считалась матерью для его детей независимо от ее возраста, и они были обязаны оказывать ей такие же почести, как своей родной матери. Очевидно, что в основе казахских обычных законов лежат принципы гуманности, духовности. Поэтому законы Ясы Чингисхана не нашли распространения в казахской степи, не оказали влияния на сознание народа, не смогли изменить его бытие. Однако «в этом плане можно заметить, что кочевые тюрко-монгольские народы, объединившиеся под девятихвостым стягом Каганата, созданного Чингисханом, одинаково применяли правовые обычаи в области государственной власти», - указывают исследования [9, с. 96].

В ханский период регулирование всех сфер гражданских правоотношений осуществлялось по Своду законов хана Касым («Қасым ханның қасқа жолы»), в котором были точно установлены:

«1 Закон об имуществе (правила разрешения споров о скоте, имуществе, земле).

2 Уголовный закон (наказание за убийство, нападение на селение, угон скота, кражу).

3 Военный закон (формирование войска, воинская повинность, кун за убийство мужчины, скаковая лошадь).

4 Посольские традиции (осведомленность, ораторское мастерство, вежливость, этика в международных отношениях).

5 Общественный закон (бесплатная раздача пищи и вещей, правила во время проведения поминок, тоя, праздника, обязанности жасаулов, бекеулов, туткаулов (исполнителей поручений при военном ведомстве)» [10, с. 19].

В том числе законом об имуществе полностью охватывались гражданские правоотношения, определяя порядок владения, пользования, распоряжения имуществом. Механизмы разрешения земельных споров, вдовьих споров и вопросов наследования, выделение доли женатого старшего сына, аменгерство, выдача замуж дочери с приданым ясно указывают положение, которое занимал глава семейства в казахском традиционном обществе. Свод законов хана Есима «Есім ханның ескі жолы» принес новшество в систему права, закрепив следующее: «да будет хан и законы, достойные хана; пусть будет обязательным избрание мудреца, пусть будет бий, и пусть будет дом для бия», через это положение была указана необходимость в справедливом законе, который регулировал бы внутренний и внешний порядок ханства, закреплен авторитет мудрецов, охраняющих духовное богатство народа, и биев, вершителей правосудия. Что касается гражданских правоотношений, они регулировались имущественными законами, изданными при хане Касыме. Свод законов хана Касыма, разработанный на основе старых обычных законов, применявшихся для регулирования гражданских правоотношений в ханский период (с учетом перемен в обществе, политического и социального положения) был дополнен в пяти главах. Каждая статья, все положения и регулятивные функции законов соответствовали реалиям того времени. Закон способствовал единению, национальной сплоченности народа. Свод законов «Жеті жарғы» в основном решал наиболее актуальные вопросы гражданских правоотношений, как земельные споры, вдовьи споры, дела о выплате куна, вопросы о воспитании детей и брачно-семейные отношения, а также вопросы уголовной ответственности, межродовых отношений, национальной безопасности [11, с. 34].

Законами «Жеті жарғы» были закреплены родовые тамги (гербы), что упрочило отношения собственности. Об этом известный ученый-юрист С. Озбекулы пишет: «Одним из вопросов государственной важности было закрепление тамги каждого рода. Тамга, утвержденная Курултаем, признавалась символом рода. А в ходе владения, пользования, распоряжения собственностью каждая семья имела собственную метку, которая проставлялась на ушах принадлежавшего ей скота. Если тамга использовалась в племенном, родовом масштабе, метка служила личным знаком семьи» [12, с. 50]. Т.е., в регулировании отношений собственности тамги и метки служили для обозначения не только коллективной, но и частной собственности, строго защищая права владени и распоряжения ею. Нормы закона, решавшие важные для общества вдовьи споры, возникавшие из-за неправильного решения вопроса аменгерства, регулировавшие брачно-семейные отношения, вопросы воспитания, вопросы владения и пользования пастбищами, направленные на обеспечение внутреннего согласия, единения народа, несколько веков служили всему народу, и их последние проявления были уничтожены декретами и законами, принятыми в советсткое время [13, с.5].

Подытоживая наши мысли, следует отметить, что традиционное право, являющееся ровесником истории народов всего мира, занимает особое место в истории каждого из этих народов и отличается широтой сферы применения и решения вопросов. Обычные законы справлялись с тяжелой задачей регулирования вопросов государственного управления, удовлетворяя права всех членов общества. Современное законодательство всех стран мира берет начало в традиционном праве.

Исторические документы, исследования ученых подтверждают, что казахское государство издавна было в числе стран, имевших свои законы. Судя по исследованиям, в казахских землях еще до нашей эты существовала система обычных законов, которые, как и законы Вавилона, Рима, Египта, Греции, регулировали общественные, гражданские отношения, а именно, право собственности, наследования, брачно-семейные отношения и т.д. в соответствии с особенностями государственного устройства [14, с. 115].

Правовые нормы, действовавшие на территории нынешнего Казахстана, основанные на обычных законах, имели свои отличия от законов Вавилона, Рима, Греции, Китая и даже некоторые преимущества. Если в восточных законах человека, совершившего кражу, подвергали жестокому наказанию в виде отсечения руки, ноги и пр., в казахском традиционном праве наказание в форме членовредительства отсутствует, вместо этого применялось публичное порицание, экзекуция, наложение штрафа, что несло в себе большую воспитательную функцию.

Помимо всего прочего, это налагало ответственность на родителей виновного, членов его рода. В народе высоко почитались честность, верность слову, обязательность, ответственность, от соблюдения которых во многом зависел авторитет всего рода. Нормы, регулировавшие гражданские отношения в государстве, находились в процессе постоянного совершенствования для соответствия реалиям времени и сохранения актуальности. Кочевники, населявшие территорию нынешнего Казахстана, издревле вступали в экономические, культурные, политические отношения с другими народами, и в соответствии с предписаниями законов защищали права отдельных людей, а порой и всей страны, когда возникала угроза ее интересам, тем самым охраняя политический строй, правовую систему кочевого государства.

Древняя правовая система, регулировавшая отношения в родовом обществе, дает начало современному гражданскому законодательству. Так же и система казахского обычного права, призванная обеспечивать права и интересы всех членов общества в гражданских правоотношениях, во всех сферах, будь то права собственности, наследования, брачно-семейные отношения, торговля или мена, изначально зародилась как регулятивные нормы, прошла многовековой опыт применения и стала источником гражданских норм следующих поколений.

 

Литература

  1. Григорьев В.В. О скифском народе - саках. - Алматы: ТОО «ХАНТ» , 1998 256 с.
  2. Сапарғалиев Ғ.С., Ғаббасұлы Ғ. Қазақ көшпелі қоғамының эдет заңдарының бастауы туралы // Мемлекет жэне құқық журналы. - 2001. - № 1. - С. 19-23.
  3. Смағұлова А.С.Қазақ эдет-ғұрып құқығындағы мұра мен мұрагерлік жэне оныңқоғамдағы орны. Заңғылымдарының кандидатығылыми дэрежесін алу үшін дайындалған диссертация. - Алматы, 2004. - 136 б.
  4. Мейірманов З. Мұхаммед пайғамбардыңөмірі, таңдамалы хадистері. - Арқалық, - 119 б.
  5. Хамза Көктэнді. Шыңғыс хан шығарған ұлы жосық заң (Білік - Иосын, Джасак) танымдық зерттеу, -ІГІымкент: «Қасиет», -48 бет.
  6. Левшин А.И. Описание киргиз-казачьих, или киргиз-кайсацких орд и степей. - Алматы: Санат, 1996. - 656 с. 
  7. История государства и права Казахской ССР. Под редакцией Сартаева С.С. - Алма-Ата, 1982. - Ч.1. - 182 с.
  8. Кенжалиев З.Ж. Көшпелі қазаққоғамындағы дэстүрлі құқ^іқт^іқ мэдениет: (теориялық мэселелер, тарих тағылымы), - Алматы, 1997. - 192 б. 
  9. Садри Максуди Арсал. Тюркская история и право. Перевод с турецкого языка Рафаэля Мухаммединова. -Казань: Издательство «Фэн», 2002. 412 б.
  10. Мыңжан Н. Қазақ хандығының заңдары // Вестник Верховного суда РК - 1995. - декабрь. - № 4. - С. 19-23.
  11. Өсерұлы Н. Жеті-Жарғы, Алматы, 1995, 80 б.
  12. Өзбекұлы С. Көшпелі қазақөркениетіндегі құқық. Право кочевой цивилизации казахов: монография. - Алматы,
  13. - 224 б.
  14. Проблемы казахского обычного права. - Алма-Ата: Наука, 1989, - 144 с.
  15. Омарханов К. Алтын Орда дэуіріндегі хан жарлықтары // Тураби. - 1999. - № 1. - 110-115 бб.
Фамилия автора: А.С. Смагулова
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция
Яндекс.Метрика