К проблеме конструирования образов: остров святой Елены в сочинении Александра Битсона

Последние годы жизни Наполеон провел на острове Св.Елены. Корабль британского флота «Нортумберленд» доставил туда опального императора 14 октября 1815 г.; там он скончался 5 мая 1821 г. Цель данной статьи состоит не в том, чтобы рассмотреть политические, дипломатические или иные мотивы избрания союзниками столь отдаленной от Европы точки для почетного (относительно) заключе­ния Наполеона, или же проследить перипетии его пребывания, связанные с отношениями с ближайшим окружением или британским губернатором. Об этом говорили современники и писали многочисленные биографы императора. О годах, проведенных Наполеоном на острове, рассказывал Марк Алданов в повести «Святая Елена, маленький остров». Премьер лорд Ливерпуль так суммировал позицию Адмирал­тейства: «Ситуация там вполне здоровая. На побережье острова всего одно место, где могут бросать якорь корабли. На таком расстоянии и в таком месте интриги исключены. В таком отдалении от европейского мира его вскоре забудут» [1]. Но о Наполеоне не забыли. На Св. Елене, считал Е.В. Тарле, начала складываться «наполеоновская легенда». Если посмотреть на нее с точки зрения современных историо­графических позиций, то напрашивается ассоциация с понятием «историческая память». Речь в статье идет не о политике и не о дипломатии, не о «дворе» императора, утратившего власть, не о повседневной жизни на острове в те времена, а о том, что может показаться маленьким кусочком этой легенды, о некоторых механизмах формирования исторической памяти о Наполеоне.

Остров Св. Елены, открытый португальским мореплавателем Жоаном да Нова в 1502 г., в день, празднуемый католической церковью в честь этой Святой, матери императора Константина Великого, расположен в более чем 5 тыс. миль от Европы и почти в 2 тыс. миль от африканского побережья. В прежние времена, когда морские торговые пути в Ост-Индию проходили вокруг Африки, он имел опреде­ленное стратегическое значение и фактически управлялся Ост-Индской компанией. После открытия Суэцкого канала эта роль была почти полностью утрачена. Сегодня исключительным способом добраться туда является, за отсутствием аэропорта, паром из Кейптауна, достигающий столицы и единственного города Джеймстауна за пять дней. До 1815 г. лишь немногие европейцы подозревали о его существова­нии; к 1821 г. «он стал самым знаменитым в мире маленьким островом. Это было место последней побе­ды императора: посмертное завоевание воображения последующих поколений» [2]. Даже погода в день смерти Наполеона играла роль в конструировании легенды. Как заметил английский историк Вудвард, с каждой новой книгой «погода становилась все хуже». В биографии, написанной в 1827 г. Вальтером Скоттом, Наполеон умер во время урагана; в книге, написанной У.Хэзлитом тремя годами спустя, это произошло во время бури, когда на плантациях с корнем были вырваны все камедные деревья. В одной французской книге 1850-х гг. сообщалось, что в ту ночь «страшная буря едва не проглотила роковой остров». Даже академик Тарле воспроизводил эту легенду, написав, что последние слова Наполеона было почти невозможно расслышать из-за того, что «на океане свирепствовал в этот день страшнейший шторм, вырывавший с корнем деревья, снесший несколько домов на острове и сотрясавший всю лонгвудскую усадьбу» (резиденция Наполеона на острове.) [3] А вот К.Вудвард отмечал, что исследование судовых журналов эскадры, расположенной у побережья острова свидетельствует: погода была «прекрасная и спокойная, с эпизодическими порывами ветра» [4]. Рассказ о «непогоде» очень напоминает сведения о том, что творилось ночью в сентябре 1658 г., когда умирал другой великий человек, Кромвель, за душой которого, как считали роялисты, пожаловал сам дьявол.

Элементом конструирования наполеоновской легенды было формирование негативного образа остро­ва Св. Елены, к чему причастен и сам бывший император, вспомнивший, что еще обучаясь в военной школе, он сделал запись из учебника географии аббата Лакруа « Sainte Helene, petite ile». На этом запись обрывалась. Наполеон, заявлявший, что его губит английская олигархия и ее наемные убийцы, полагал, что Св. Елена выбрана как место его изгнания именно для этой цели. Мемуары гувернера Наполеона Л.-Ж. Маршана, находившегося со своим кумиром до последней минуты, подтверждают такие настрое­ния в окружении изгнанника. Французам, сопровождавшим изгнанника, с первого взгляда остров «показался отвратительным». Маршан писал: «Как бы ни было велико мое желание увидеть остров, я мог рассматривать его как могилу. Посмотрев на остров несколько минут, император, не сказав ни слова, вернулся обратно в свою каюту, никому не позволив догадаться, что творилось в его душе». «Проклятым островом» назвала его графиня Бертран [5]. Однако в биографии Наполеона Е.В. Тарле разъяснял: «Романтическая поэзия и французская патриотическая историография впоследствии рассказывали об этом острове как о месте, специально выбранном англичанами, чтобы поскорее уморить своего пленника. Это неверно. Климат острова Св. Елены очень здоровый. В самом жарком месяце средняя дневная темпе­ратура - около 24' по Цельсию, в самом холодном - около 18 '/ а средняя годовая температура 21'. Теперь там больших лесов сравнительно мало, но сто лет назад на острове их было еще много. Питьевая вода очень вкусная и здоровая, орошение острова обильное, много травы и густых кустарников, зарослей, где водится дичь. Весь остров занимает 122 квадратных километра и базальтовыми темно-зелеными почти отвесными скалами как бы подымается из океана» [6]. Таковы два противостоящих один другому образа Св.Елены, острова «проклятого» и «здорового», даже привлекательного.

Что могло быть источником для суждения Тарле? Судить наверняка трудно, но попробовать опреде­лить происхождение образа «здорового» острова возможно. Упоминавшийся выше Кр. Вудвард упоми­нал о том, что сразу после смерти Наполеона в сознании европейцев существовали сразу две Св. Елены: скалистый тропический остров, на котором проживало три тысячи занятых в сельском хозяйстве и торговле людей, выращивавших камедные деревья и снабжавших корабли; и образ одинокой и заброшен­ной скалы в океане, доминированный единственной фигурой [7]. В этом утверждении английского историка можно увидеть одно проявление субъективности и одну неточность. Субъективность в том, что положительный образ острова выдается им за истинный и объективный; а неточность в том, что оба образа формировались еще до смерти Наполеона, точнее, сразу после его изгнания туда. Я полагаю, что образ «здорового» острова формировался на основе целого ряда трудов английских авторов, публиковав­шихся сразу после 1815 г. Действительно высылка Наполеона породила некоторый поток сочинений об острове Св. Елены, вызвавших несомненный интерес у публики.

В этой статье я ставлю задачу проанализировать один из этих трудов, имеющийся в моем распоряже­нии - книгу бывшего губернатора острова, покинувшего его в 1813 г., майор-генерала Александра Битсона; она вышла в Лондоне в 1816 г. Экземпляр этой книги имеется в Фундаментальной библиотеке Ярославского государственного педагогического университета [8]. Эта книга принадлежала первоначаль­но профессору Герасиму Федоровичу Покровскому, скончавшемуся, по-видимому, в 1841 г. Хотя обстоя­тельства приобретения этой книги Покровским вряд ли могут быть установлены, сам факт наличия свиде­тельствовал об интересе, который эта тема вызывала. В Интернете удалось найти указание на то, что в библиотеках мира имеется 216 экземпляров этой книги, хотя найти список библиотек не оказалось возможным. Вряд ли библиотека ЯГПУ в этом случае учтена. В Интернете выложена сканированная копия книги, сделанная с экземпляра, хранящегося в Гарвардском университете. Гипотеза исследования состоит в том, что цель создания и публикации книги заключалась в формировании и поддержании положительного образа этого острова в сознании англоязычных читателей, а в широком плане у европей­ской публики. Время опубликования работы говорит о том, истинная причина появления издания состоя­ла в противодействии точке зрения, будто бы остров был избран как место ссылки Наполеона, чтобы погубить его.

Википедия приводит такие данные о Битсоне: родился в Шотландии в 1759 г., долгое время служил в Индии, в частности, в Мадрасе, участвовал в войнах, которые вела Ост-Индская компания против прави­телей Майсура Хайдара Али и Типу-Султана, во взятии Серингапатама в 1799 г. Звание полковника получил в 1801 г. Как видно из работы Битсона, индийский опыт даром не прошел - в ней есть многочис­ленные ссылки на примеры, прежде всего хозяйственного характера, связанные с этой страной. После окончания службы в Индии был направлен на остров Св. Елены, где находился в качестве губернатора с 1808 по 1813 г. Ко времени его прибытия положение на острове было крайне неблагоприятным, посколь­ку незадолго большая часть населения вымерла вследствие эпидемии кори, и новый губернатор был вынужден привлекать новых иммигрантов, причем не только из Англии, но и рабочих-кули из Китая. Политика Битсона привела в 1811 г. к восстанию на острове, которое было подавлено во многом благода­ря его твердости. Звание майор-генерала он получил в бытность губернатором в 1810 г.; звание лейте­нант-генерала сразу после окончания службы на острове, в 1814 г. После возвращения в Англию прожи­вал в графстве Сассекс, где занимался сельскохозяйственными экспериментами, до которых был весьма охоч и на острове. Рассматриваемая книга - это, несомненно, самое известное сочинение Битсона, но не единственное. Еще в 1800 г. был опубликован «Взгляд на причины и ход войны против Типу Султана». В 1820 г. вышло его главное агрономическое сочинение «Новая система культивации земель . как она практикуется на ферме Нол (Knol Farm) в Сассексе». Отдельные незначительные дополнения публиков­ались им и к книге о Св. Елене, и к агрономическому труду 1820 г.

«Трактаты, относящиеся к острову Св. Елены» открываются словами, подписанными автором 1 января 1816 г.: «Достопочтенному Совету директоров по делам Объединенной Ост-Индской компании следую­щие трактаты, имеющие отношение к острову Св. Елены, с почтением посвящаются их самым верным, преданным и покорным слугой Александром Битсоном». Структура книги такова: сначала следует преди­словие, после него оглавление, затем вводная статья. Хотя даты написания предисловия и введения не указаны, надо полагать, что они подготовлены непосредственно перед выходом книги, т.е. тогда, когда место ссылки Наполеона стало известно. Поэтому в ракурсе задач моего исследования эти разделы текста имеют первостепенное значение. Текст книги разделен автором на две части: первая состоит из тридцати секций, каждая из которых является трактатом, написанным Битсоном во время его губернаторства, и опубликованном в местной газете «Сент Хелен Реджистер». В секциях имеются и некоторые письма автора, написанные в то же время. Все трактаты расположены не тематически, а в хронологическом порядке, в соответствии с датами их написания. Первый из них датируется 20 сентября 1810 г.; двадцать восьмой трактат 20 мая 1813 г. В двух последних трактатах этой части, 29-м и 30-м, датировка написания отсутствует. Вторая часть книги именуется «Описание мятежа в декабре 1811 года» и содержит документы, относящиеся к этому событию, в том числе доклад автора Совету директоров Ост-Индской компании, его приказы и инструкции, а также, в качестве приложения, сообщения иных лиц. Завершается книга четырьмя приложениями: в первом приведен лист произрастающих на острове растений на основании исследования доктора Роксбурга, осуществленного в 1813-14 гг., во втором помещены таблицы численно­сти населения и поголовья скота. Например, численность населения в 1683 г. (вскоре после перехода острова из-под власти Голландии под власть британской короны, точнее, Ост-Индской компании) состав­ляла 490 человек, в 1769 г. 1055 человек, в 1799 г. 1645 человек, в 1803 г. 1563 человека (от кори умерло примерно 160 человек), в 1812 г. 1732 человека (заметим, что эти цифры существенно расходятся с приво­димыми самим данными в отчете о восстании). Из пояснений автора видно: хотя компания разрешала освобождать рабов, если они не становились обузой для прихода, число рабов на острове с 1803 по 1812 г. мало изменилось (1127 и 1150 соответственно), а число свободных черных несколько возросло (331 и 448). Также было указано, что первая группа китайских кули количеством 270 человек прибыла на остров в 1810 г. Третье приложение содержит информацию об урожайности разных видов зерна в 1814 г. В четвертом приложении дан список 74 видов рыбы, вылавливаемой у берегов Св.Елены. В книге помеще­ны семь иллюстраций, в том числе карта острова - о них ниже будет сказано особо. Структура книги создает впечатление принадлежности ее к естественно-научному жанру, нарочито отвергается связь с Наполеоном, имя которого даже не упоминается. Пожалуй, в ней есть только один намек, почему она может быть интересна широкой публике. В предисловии говорилось: «Понимая, что исследования приро­ды интересны только немногим, и есть определенные причины, по которым информацию о Св. Елене ожидает публика, я адаптировал ее для более широкого круга читателей» [9]. С этой целью и была написана вводная глава.

По существу, главная идея работы была сформулирована уже в первых строках предисловия: «В течение долгого времени считалось, что Св. Елена - это скалистый и непродуктивный остров, основная часть которого лишена почвы, скудно снабженный водой, место жестоких и необычных засух, изобилую­щий крысами, совершенно неприспособленный для интенсивного земледелия или улучшения. Здесь не место расследовать, то ли эти утверждения содержались в ранних сочинениях, то ли эти слухи распрос­траняли проследовавшие через него путешественники, или они были сознательной ложью, преследовав­шей определенные цели. Достаточно сказать, что они были широко распространены и в Англии, и на Св. Елене, когда я был привлечен к управлению. Вскоре после моего прибытия, убедившись, что это не подтверждается ни фактами, ни наблюдениями, я счел своей обязанностью исследовать ситуацию в полной мере, чтобы убедиться, действительно ли существуют препятствия для улучшений» [10]. Во введении Битсон рассуждал о вулканическом происхождении острова и подчеркивал, что наличие значи­тельной равнинной части, покрытой плодородной землей, на которой могут выращиваться различные сорта зерна и картофель, контрастирует с другими частями острова и представляет загадку, заставляя предположить, что это остаток первоначальной земли, почему-то не затронутый последовавшими природными катаклизмами. Геологическая структура острова представляет, по мнению автора, немалый интерес для науки. Глубина почвы, достигающая 25 футов, на равнинах Лонгвуд и Дэдвуд, «без сомнения удивит тех, кто привык считать, что Св. Елена - это бесплодная и неплодородная скала» [11]. Автор писал, что до приезда на остров и сам разделял некоторые ошибочные идеи, «происходившие, возможно, от того, что у их авторов было слишком мало времени для изучения острова или от того, что они не были способны к получению информации». Он представлял себе остров как обрывистую скалу, круто возвы­шавшуюся над поверхностью океана, имеющий лишь две бухты, Джеймсбэй и Сэндибэй. На самом деле есть еще Рупертсбэй и Лемон Уоллей, и все эти части побережья надежно защищены. Остров - не отвес­ная скала, а «остроконечная башенка, возвышение на ложе океана, постепенно поднимающееся из бездонных глубин до 2700 футов выше уровня моря - это высота Пика Дианы, самой высокой горы на острове» [12]. В подтверждение своего мнения Битсон приводил слова исследователя острова Фостера: «Со стороны моря Св. Елена, особенно в местах, где корабли бросают якорь, ужаснее и более пугающа, чем остров Вознесения, но по мере приближения эта земля выглядит менее запущенной, и большая часть острова покрыта зеленью, деревьями, растениями» [13].

Климат на острове, «возможно, самый мягкий и благотворный для здоровья, чем где-либо еще на земле, он замечательно подходит для человека. Не будучи слишком жарким или слишком холодным, он позволяет в любое время года сохраняться умеренной температуре, которая всегда приемлема» [14]. Однако температуры могут существенно различаться в разных частях острова. Для подтверждения суждения о полезности местного климата для здоровья, Битсон приводил свидетельство «покойного губернатора Брука» об англичанине, приехавшем на остров на последней стадии туберкулеза, и уже через три месяца вернувшемся на родину полностью выздоровевшим и сохранившим здоровье на многие годы. Что касается засух, то остров, возможно, испытывал их не реже, чем любая другая страна, что может вести к гибели скота, однако выход состоит в правильном ведении сельского хозяйства и культивирова­нии зеленых трав. Далее автор рассматривал деревья и растения острова и возможности их применения в хозяйстве и на производстве. Битсон особо подчеркивал собственные заслуги в развитии экономики острова. К их числу он относил привлечение рабочих рук китайцев, внедрение английских методов веде­ния сельского хозяйства, расширение посадок картофеля. Автор даже полагал, что Св. Елена более цен­ное владение Британии, чем захваченный незадолго Мыс Доброй Надежды. Единственное преимущество последнего он видел в том, что мясо, мука и вино могут производиться в более благоприятных условиях. Касаясь стратегического значения острова, он писал: «Климат Св. Елены замечательным образом приго­ден для здоровья и полностью исключает бури и штормы. На нем в изобилии чудесная вода и безопасные возможности для кораблей бросать якорь с подветренной стороны под охраной батарей. Так как Св. Елена сама по себе отличным образом укрепленное место, и она расположена на прямом пути из Индии, то невозможно представить порт, лучше пригодный для целей, за которые он столь долго ценится» [15].

В тридцати трактатах основной части книги содержались разнообразные предложения Битсона по вопросам хозяйствования на острове, преимущественно его интересовали сельскохозяйственные вопро­сы. Какие средства он использовал, чтобы убедить читателя, как конструировался положительный образ острова? Можно назвать несколько способов, к которым прибегал Битсон для конструирования положи­тельного образа острова в сознании читателей. Во-первых, это ссылки на авторитеты и свидетельства. Он считал нужным для обоснования своих идей опираться на мнения или даже на простые ремарки тех, кого считал научным и политическим авторитетом. Например, рассуждения о важности внедрения культуры картофеля он начинал с цитирования знаменитой книги Адама Смита «О богатстве народов». По словам последнего, возможно, в британских владениях самые красивые женщины, в том числе «несчастные женщины», живущие проституцией в Лондоне, самые сильные мужчины - это те, кто происходит из низших классов Ирландии, это благодаря тому, что они питаются, в основном, картофелем [16]. Той же цели служат помещенные в книге письма автора, адресованные знаменитому ученому-ботанику, прези­денту Королевского общества Дж. Бэнксу [17]. Их два: первое (другой адресат этого письма секретарь правительственного Комитета по сельскому хозяйству Дж. Синклэр) повествует о замечательном качестве древесины приморских сосен, выращенных из семян, привезенных из Англии; во втором рассказывается об успехах в выращивании кормовой свеклы с использованием петушиного помета. Как можно судить по тексту этого письма, Бэнкс проявил заинтересованность в обсуждении этого вопроса. В другом трактате Битсон ссылался на письмо «выдающегося человека» Уоррена Гастингса в Комитет по сельскому хозяйству - в письме говорилось об успехах и значимости выращивания ячменя [18]. В ряде трактатов Битсон ссылался на мнения исследователей и путешественников, в том числе посетивших Св. Елену.

Второй способ убедить читателя связан с характером представления научной информации. Речь об использовании статистических данных. Битсон давал в книге много таблиц, касавшихся аграрных, финан­совых и иных вопросов, призванных подтвердить правоту его суждений и предложений, касавшихся изменений в ведении сельского хозяйства. То, что автор прибегал к статистике для доказательства право­ты своей политики на острове, является не случайным подходом, а отражает тенденцию, характерную для конца XVIII - начала XIX в., рассмотренную, в частности, в статье немецкого историка Л.Бериша [19]. Именно тогда обнаруживается генезис «политической арифметики» как идеи и метода приложения математики к политике, а именно идеи квантификации экономических и социальных феноменов и использования результата для дальнейших сравнений и подсчетов».

Третья «научная» стратегия обоснования «правильности» собственных идей в управлении островом и одновременно конструирования его положительного образа заключалась в ссылках на эксперименты, в том числе на собственную экспериментальную работу в сфере земледелия, растениеводства и скотовод­ства (с. 78-80, 106-107 и др.) О своих успехах в ведении сельского хозяйства английскими методами Битсон информировал публику систематически. Он прямо утверждал, что «самое искреннее желание отстаивать интересы острова заставило меня отдать все свое свободное время различным сельскохозяй­ственным экспериментам, о которых я время от времени пишу в «Сент Хелен Реджистер» [20]. Одному из трактатов автор предпослал цитату из Дж. Аддисона о «бесчисленных предубеждениях против тех, кто отваживается проектировать» (читай: экспериментировать). И в случае с экспериментами обнаруживает­ся, что данная описательная стратегия отражает общую тенденцию, связанную с ростом значения экспе­риментального знания, с формированием концепта «веры в науку» в общественном сознании.

Другими способами, с моей точки зрения, более традиционными, были: доказательство посредством обращения к истории (в книге немало упоминаний о более ранних этапах британского владычества над Св. Еленой и о действиях предшественников, в том числе достаточно отдаленных, на губернаторском посту); и доказательство посредством ссылки на авторитет Ост-Индской компании. В таких случаях упоминались государственные бумаги, связанные с управлением островом, и решения Совета директоров компании. Несомненным аргументом для Битсона были публикации в английской агрономической прессе («лучших авторов по вопросам сельского хозяйства») и те сведения, которые он приобрел на службе компании, знания об особенностях занятия сельским хозяйством на Востоке, в частности, в Индии. У Битсона не было сомнения в том, что «английские методы земледелия, признанные фермерами Св. Елены, превосходят то, что они делали прежде» [21]. Тема противодействия и неверия в новые методы, видимо, сильно задевала автора, который писал: «Не стоит удивляться, что некоторые мои предложения к улучшениям кое-кто, особенно те, кто ни разу в жизни не побывал на полях и не удосужился полюбопыт­ствовать на великолепный урожай у Плантатион Хауз и на фермах Лонгвуда, называют химерой. Эти люди полагают, что лучшие способы обработки земли те, с которыми они знакомы, которым их обучили их предки. Они добавляют: то, что хорошо в Англии, непригодно для острова из-за сухого времени года, нехватки рабочей силы. Прибегая к объяснениям такого рода, они настаивают на такой системе ведения хозяйства, которая является и будет в дальнейшем, если ее продолжать, разрушительной и для них самих и для достопочтенной компании» [22].

Наконец, свою роль в конструировании привлекательного образа Св. Елены должны были сыграть помещенные в книге иллюстрации, гравюры, выполненные УДаниелом (Daniell) с рисунков С.Дависа (Davis), эсквайра. Попутно заметим, что умение рисовать, которым обладал Давис, рассматривалось как достоинство джентльмена, еще Д.Локк рекомендовал обучать мальчиков этому искусству. Уильям Даниел (1769-1837) был достаточно известным английским художником, пейзажистом и маринистом. Кроме того, он провел много лет в Индии, что дает возможность предположить, что вид Св. Елены мог быть ему знаком. Читатель получал представление о том, как остров выглядел с моря, там, где в бухте находилась его столица Джеймстаун (илл.1). Высокие скалистые берега создавали впечатление неприступной крепости. Оно еще более усиливалась благодаря изображению набережной Джеймстауна, надежно защищаемой пушками (илл.2). Узкий выход к морю, ограниченный высокими скалами, вид на Джейстаун сверху, с дороги на Лонгвуд (место, где и будет проживать Наполеон) (илл. 3) подтверждали, что изгнан­ник надежно «заперт» в отдалении от Европы. Наконец, изображение живописного плато в направлении Сэндибэй (илл. 4) подкрепляло суждение автора о преимуществах и возможностях ведения сельского хозяйства на острове, о том, что остров - это не одни только скалы.

Вторая часть книги содержит описание восстания, произошедшего на острове в декабре 1811 г., в котором приняла участие часть военного гарнизона. Как можно понять из доклада Битсона Совету дирек­торов Ост-Индской компании, главной причиной, вызвавшей возмущение, было нежелание администра­ции снабдить солдат спиртными напитками, до которых «каждый пьяница на острове имеет глубокий и теплый интерес» [23]. Тем не менее, слова губернатора свидетельствовали: причина восстания крылась в противодействии реформам, которые «были необходимы и которые я был твердо намерен осуществить». Битсон утверждал: 3600 человек, проживавшие на острове в 1808 г., когда он был назначен губернатором, привыкли существовать за счет общественных фондов, поэтому и обработкой земли, и промышленно­стью пренебрегали. Данная часть книги в большей степени служила оправданию действий Битсона во время восстания, в подавлении которого его несомненная заслуга, чем формированию положительного образа острова. Судя потому, что по возвращению в Англию Битсон получил повышение в звании, Ост-Индская компания его заслуги оценила.

В заключении отметим, что книга Битсона не была единственной, изданной в те же годы о Св.Елене. Незадолго, в 1815 г. вышла книга Дж. Белласиса «Виды острова Св.Елены». Немногим позднее, в 1817 г. появилась книга Дж. Барнса «Тур через остров Св.Елены». В 1821 г. была издана «Иллюстрированная серия видов острова Св.Елены». Само по себе это свидетельствует: интерес к данной теме не был случай­ным, фактором, его вызвавшим, была отправка на остров свергнутого императора. Даже названия упомя­нутых книг показательны: облик острова играл главную роль в формировании представлений о том, справедливо или жестоко отнеслись союзники, прежде всего англичане, которым Наполеон сдался, к побежденному императору. Конструирование положительного образа Св. Елены в книги Битсона прелом­лялось через дискурсы его времени, в том числе патриотический (английский пример образцовый в аграрно-хозяйственной сфере, прежде всего привлекавшей автора).

 

Литература

  1. Woodward Chr. Napoleon's Last Journey //History Today. July. - P. 52.
  2. Тарле Е.В. Наполеон. - М.: Наука, 1991. - С. 394.
  3. Woodward Chr. Op. cit. - 52.
  4. Маршан Л.-Ж. Мемуары. Наполеон. Годы изгнания. - М.: Захаров, 2003. - С. 356-358.
  5. Тарле Е.В. Указ. соч. - С. 384-385.
  6. Woodward Chr. Op. cit. - 52.
  7. Beatson A. Tracts Relative to the Island of St. Helena; Written During a Residence of Five Years. Illustrated with Views Engraved by Mr. William Daniel, From the Drawings of Samuel Davies, Esq. L.: W. Bulmer and CO, 1816 -XX+LXXXVIII+330p
  8. Beatson A. Op.cit. VIII. 
  9. -P. VII.
  10. -P.VIII.
  11. -P. XII.
  12. -P.XV.
  13. Ibid - XXXIII.
  14. -P. LXX.
  15. -P. 36.
  16. -P. 47-50.
  17. 59.
  18. Бериш Л. Политическая статистика в эпоху позднего Старого порядка //Диалог со временем. 2011. - №37. -С. 88-100..
  19. Beatson A. Op. cit. 124.
  20. -P. 176.
  21. - P. 81.
  22. - P. 209.
Фамилия автора: А.Б. Соколов
Год: 2013
Город: Алматы
Категория: Литература
Яндекс.Метрика