Еще раз о локализации города Баласагуна

В 1991 году Известия АН КазССР, серия «Общественные науки» №2, опубликовали мою статью «О локализации города Баласагун», те­перь, в связи с выходом книги «Сокровища древнего и средневекового Тараза и Жамбыл-ской области»(1), которая посвящена историко-культурному наследию названного города и области. Издание состоит из предисловия, введе­ния, девяти глав, заключения и библиографии. Книга написана в соавторстве: К.М.Байпаковым, Г.А.Копековой, Д.А.Воякиным, А.Н.Марьяше-вым. Они постарались описать археологические материалы (артефакты), найденные истори­ческие памятники Жамбылской области, отно­сящиеся к историческим периодам: палеолита, бронзы, железа и средневековья. Не вдаваясь в научную и практическую значимость данной книги, обратим внимание только на VII главу «Города Чуйской долины». (1.С.418-424). В ней говорится о средневековом городе Актобе (Баласагуне).

Авторы книги, под руководством академика К. М. Байпакова, пишут: «Однако в последнее время в литературе появилась еще одна гипо­теза, принадлежащая этнографу У.Х. Шалеке-нову о том, что Баласагун находился на месте городища Актобе Степнинского в среднем те­чении реки Шу». (1.С.422).

Во-первых, авторы этих строк сознательно искажают научную действительность о локали­зации средневекового большого исторического города Баласагуна.

Во-вторых, в этих строках они подчерки­вают, что У. Х.Шалекенов этнограф, а не ар­хеолог. Неужели они не знают, что археологами не рождаются, а в результате воспитания спе­циализируется любой человек, по интересую­щему ему тому или иному направлению. Ар­хеология - это часть исторической науки, изу­чающая древнюю и средневековую историю человеческого общества, в частности, истории казахского народа. Следовательно, казахская археология не является монополией К.М. Бай-пакова, а ею может заниматься любой инте­ресующийся специалист.

Академик А. Х.Маргулан, чье имя носит данный институт, не был «чистым» археологом, он был доктором филологических наук, но за­нимался профессонально историей, археоло­гией, этнографией, искусствоведением, литера­туроведением, являясь ученым широкого про­филя. (2.С.289). Археологический институт с достоинством несет имя великого ученого, обла­давшего колоссальной эрудицией, основавшего археологическую науку страны. Другой видней­ший исследователь древних судеб народов Центральной Азии, академик Академий десят­ков государств С. П.Толстов первое образование получил на биологическом отделении физико-математического факультета Московского госу­дарственного университета имени М.В.Ломо­носова (1923-1928гг), второе - на историко-этнологическом факультете по специальности «Этнография тюркских народов». (1928-1930 гг.). (3.С.164). Эта специальность не помешала С. П.Толстову заниматься археологическими исследованиями на территории Центральной Азии. Заслуги крупного ученого С.П.Толстова узбекские ученые оценили следующим образом: «Большое место в изучении историко-куль­турного прошлого Узбекистана и всей Средней Азии принадлежит организованной в 1937 году комплексной Хорезмской археолого-этногра-фической экспедиции АН СССР, возглавляемой С.П.Толстовым с 1945 по 1969 годы. (Деятель­ность экспедиции была возобновлена после окончания войны и продолжается в настоящее время). С именем С.П.Толстова и экспедиции связаны археологические исследования, открыв­шие принципиально новые страницы истории Узбекистана   и    прилегающих местностей».(3.С.165).

Моя научная деятельность сложилась сле­дующим образом: в конце 1950 года я поступил в аспирантуру Института этнографии АН СССР имени Н. Н. Миклухо-Маклая в г. Москве, ди­ректором которого тогда был С.П. Толстов.

Научным руководителем была доктор исто­рических наук, профессор Т.А.Жданко. Первого декабря 1953 года защитил кандидатскую дис­сертацию по специальности этнография. В годы аспирантуры я периодически участвовал в ра­боте Хорезмской комплексной археолого-этно-графической экспедиции, работающей на терри­тории Хорезмского оазиса и к нему прилегаю­щих степных зонах. Штаб этой экспедиции на­ходится в городе Нукусе (столица Каракалпак­ской республики). В 1952 году проходил архео-лого-этнографическую практику в составе «Па-миро-Алайской археологической экспедиции под руководством доктора исторических наук А.Н.Бернштама (4.С.18). В 1967 году академики А.Х.Маргулан и Я.Г.Гулямов были оппонентами моей докторской диссертации на тему: «Казахи низовьев Амударьи. К истории взаимоотноше­ний народов Каракалпакии в XVIII-XX вв», они дали единогласно высокую оценку научному труду. С 1970 года тесно общался с моим на­ставником Алькеем Хакановичем Маргуланом. Всегда безотказно он давал советы по инте­ресующим меня вопросам. В 1973 году нахо­дился в составе Центральной Казахстанской археологической экспедиции, возглавляемой А. Х. Маргуланом. Он неоднократно был на рас­копках Актобе (Баласагуна) и давал ценные научно-методические советы. А.Х.Маргулан, С.Т.Толстов и Т.А.Жданко были учеными широ­кого профиля, внесшие поистине огромный вклад в изучение древней и средневековой истории народов Центральной Азии. Я искренне благодарен этим корифеям исторической науки за оказание благотворного влияния на мой идейно-теоретический рост. Так же следует отметить, что многие ученые -специалисты сов­местно со своей избранной специальностью занимаются археологией. Например, этнограф, доктор     исторических     наук, профессор

А. Т. Толеубаев усиленно занимается археоло­гией и ведет археологические исследования па­мятников эпохи бронзы и железа. Следова­тельно, археологическая наука вполне доступна тому, кто интересуется этой отраслью исто­рической науки.

После аспирантуры я занимаюсь по сегод­няшний день историей, археологией и этноло­гией. На протяжении 16 лет, работая в Кара­калпакском филиале Академии наук Узбеки­стана, возглавлял сектор «Археология и этно­логия». Со своими коллегами организовывал археологические и этнологические комплексные исследования на территории Каракалпакской Республики и Хорезмской области Узбекистана и Ташаузской области Туркменистана. По ар­хеологии велись комплексные исследования исторических источников, таких как: «Токтау» (Токкала), «Мехтер кала», «Куаныш кала», «Мавзолей Мыздахан», «Мавзолей красавицы Назым», «Султануздаг», «Каракумишан», «Даут ата» и другие. (4.С.20).

В 1970 году по конкурсу меня приняли на работу в Шымкентский педагогический инсти­тут культуры Казахской ССР. В августе 1973 года по результатам конкурса принят на долж­ность профессора в Казахский государственный университет имени С.М.Кирова (ныне КазНУ имени аль-Фараби) во вновь организованную кафедру «Археологии и этнологии». Снова при­ступил к научно-педагогической деятельности по своей специальности. Много лет заведовал кафедрой «Археологии и этнологии» и работал деканом исторического факультета. Моя скром­ная научно-педагогическая деятельность была оценена КазНУ имени аль-Фараби по достоин­ству, мне присуждены почетные звания: «Заслу­женный деятель Республики Казахстан» (1984 г.), «Почетный заведующий кафедрой КазНУ» (2000 г.). С 1973 года по сей день работаю про­фессором кафедры «Археологии и этнологии» и ежегодно читаю студентам курс по археологии и этнологии и спецкурс в магистратуре. Подгото­вил десятки кандидатов и докторов наук по археологии и этнологии. Таким образом, я не оставался ограниченным ученым, в рамках только своей узкой специальности. Моя спе­циальность способствовала занятию историей более широко. Я думаю, каждый специалист не должен замыкаться рамками своей узкой спе­циальности.

Из вышеизложенного очевидно, Карл Мол-дахметович, что я «нерожденный археологом», как вы, а сформировавшийся в результате многолетнего труда. В итоге я стал историком широкого профиля. Об этом свидетельствует более 700 опубликованных научно-педагоги­ческих статей и монографий. Следовательно, Карл Молдахметович, археологом не рож­даются, а формируются в результате научной деятельности. Эти азбучные истины вам пора бы знать. Так что, вы меня неуместно упрекаете, что я только «ограниченный этнограф».

Теперь остановимся на основном вопросе по локализации города Баласагуна. Одним из таких всемирно известных городов, погребенных под землей, является исторический Баласагун. Поиском его точного местонахождения восто­коведы стали заниматься с Х^века. Но он не увенчался успехов. Согласно достоверным источникам, Баласагун был столицей Западно-Тюркского каганата: Тургешского(Сарыуйсунь-ского), Карлукского, Караханидского и Каракы-тайского (Каракиданского). Он являлся крупным политическим, экономическим и культурным центром. В моей монографии (5.С.40-69) во II главе «Описание грода Баласагуна в истори­ческой литературе», где говорится о Баласагуне в период раннего средневековья, нового и со­ветского времени. По мнению средневековых ученых, многие города Семиречья и между­речья Шу и Таласа, включая Баласагун, потеряв­шие историческую значимость, с течением вре­мени исчезли с лица земли, а их названия и места расположения стерлись в памяти местных жителей. Лишь в некоторых источниках сохра­нились свидетельства об их существовании.

Поиск затерянного Баласагуна возобновился с новой силой в новое время истории. Из­вестный востоковед В.В.Бартольд уделял при­стальное внимание истории Баласагуна и тайне его местонахождения. Считаем уместным при­вести его мнение дословно: «Баласагун - город в Средней Азии, местонахождение которого не удается точно установить... Город,по-видимому, следует искать в западной части русской об­ласти, называемой ныне Семиречье, вероятно на Чу, где и поныне можно увидеть много горо­дищ. На это же, кажется, указывают сведения, приводимые Абу - л - Фида» (6.С.355). Так по -немногу копились различные наблюдения, поис­ковые сведения и гипотезы, касающиеся города Баласагуна. Но эта загадка так и не была решена до Великой Октябрьской революции.

В годы советской власти ученые продолжали искать местонахождение города Баласагуна. В 1938-1939 года ленинградский (ныне Санкт-Петербургский) ученый А.Н.Бернштам органи­зовал от Института материальной культуры Се-миреченскую   археологическую экспедицию.

Она провела небольшую разведочную шур-фовку на рабаде средневекового городища Ак-бешим, расположенного около города Токмака Киргизской Республики. Основываясь на арте­фактах, найденных в Акбешиме в ходе архео­логических шурфовок, он объявил данный па­мятник Баласагуном. В составе этой экспедиции находился археолог Л.Р.Кызласов, впоследст­вии ставший доктором исторических наук, про­фессором Московского государственного уни­верситета имени М.В.Ломоносова. Как участник раскопок Акбешим, он писал: «В 1938-1939 годах разведочную шурфовку городища, а так­же сравнительно небольшие раскопки на рабаде произвела Семиреченская археологическая экс­педиция ИИМК под руководством А. Н.Берн-штама. Последний, опираясь на некоторые до­бытые при этих работах археологические мате­риалы, более категорично, чем В.В.Бартольд высказался за отождествление городища Ак-Бешим с древним Баласагуном и впоследствии во всех своих работах называл это городище не иначе, как Баласагун». (17.С.157).

Известно, что в 1953 году в СССР Киргиз­ская комплексная археолого-этнографическая экспедиция и ее Чуйское археологическое отде­ление провели широкомасштабное археологи­ческое изучение средневекового городища Ак-бешим. Вышеназванное отделение возглавлял Л.Р.Кызласов, он впервые в 1953-1954 годах организовал на Акбешиме обширные архео­логические раскопки. Если под руководством А. Н. Бернштама с разведывательной целью были разрыты несколько шруфов и проведены не­значительные раскопки на рабаде, то Чуйское археологическое отделение вело крупные по объему стационарные раскопки в пяти точках Акбешима: на цитадели, шахристане и рабаде. В результате исследований столь крупного мас­сива, Л.Р.Кызласов сделал научное заключение, которое приводим дословно: «Все вышеизло­женное приводит к выводу, что отждествление городища Акбешим с историческим Баласагу-ном, сделанное еще В.В.Бартольдом, а впослед­ствии поддержанное А. Н.Бернштамом, который при этом опирался на так называемое «караки-даньские» памятники из своих раскопок 1940 года в рабаде, не может быть принято. Исто­рический Баласагун - блестящая столица Кара-ханидов XI-XII вв, город, просуществовавший, согласно письменным источникам, вплоть до XIV в., - надо искать в другом месте».(7.С.236).

После данного заключения Л.Р.Кызласова, археологи и историки Республики Кыргызстана, в частности казахский археолог К.М.Байпаков, провели аналогии Баласагуна с городищем Бурана, расположенного в пяти километрах от Акбешима. Этот памятник значительно меньше по величине Акбешима. Бурана располагается по обе стороны речушки с одноименным назва­нием в 15 км южнее города Токмак, восточнее аула Дон-Арык. С востока на запад протяжен­ность городища 570 м, южная сторона - 600 м, восточная - 500 м. Бурана окружен крепостным валом (рвом). С восточной стороны он в два раза, с запада - в один. Дугообразной формы. Сохранившаяся высота вала 1,5-1,7 м, ширина 14 м, общая протяженность - 11 км. (См. работу Кожемяко П.Н. «Раннесредневековые города Чуйской долины». Фрунзе. 1959 г.)(5.С.62).

На наш взгляд, Акбешим и Бурана являлись составными частями Суяба. Это соответствует историческим источникам. К примеру, Кудама -Ибн-Жафар в своем труде «Китаб аль-Харадж» пишет: «Суяб состоит из двух городов (посе­лений). Один называют Кубалом, второй -Сагур Кубалом. От Сагур Кубала до Борсхана и далее до границы Китая - на верблюде сутки пути.» (8.С.77). Итак, Бурана не может быть Баласа-гуном, поскольку его географические коорди­наты не совпадают по широте и долготе с со­хранившимися в исторических документах координатами Баласагуна, а Бурана не соответ­ствует по своим параметрам столичному го­роду. К этому стоит добавить, что записанные М. Кашгари исторические названия мест были обнаружены в окрестностях Актобе (Баласа-гуна): гора Баласагун, (гора Аулие), гора Бакыр (Бакыртау), Юн арык(Жон арык).

До 1974 года студенты исторического фа­культета Казахского государственного универ­ситета были знакомы с археологией теорети­чески, не проходили полевую археологическую практику. Оттого талантливый, обладающий организаторскими способностями ученый и рек­тор О.А.Жолдасбеков дал поручение нам найти подходящий памятник, где студенты истори­ческого факультета могли бы проходить прак­тику. Выполняя поручение ректора, я вместе с преподавателями кафедры «Археология и этнология» рассматривали несколько средневе­ковых городищ Чуйской долины Жамбылской области. И мы остановились на остатках боль­шого средневекового городища Актобе, распо­ложенного на территории колхоза имени Ка­линина Чуйского района Жамбылской области. С 1973-1974 учебного года мы начали архео­логическую студенческую практику, с участием археологов кафедры. С этого времени ежегодно студенты первого курса исторического факуль­тета с участием преподавателей кафедры прово­дят раскопки на этом памятнике (Актобе). Впоследствии была организована Археологи­ческая экспедиция университета (АЭУ), в состав которой входили ведущие археологи кафедры А.М.Оразбаев, А.Т.Толеубаев, М.Е.Елеуов, Н. О.Алдабергенов и другие. Бессменным руко­водителем был автор этих строк.

С того времени прошло 38 лет. Наша экспе­диция комплексно и широкомасштабно прово­дила археологические раскопки на памятнике Актобе. Для ведения археологических раскопок в первую очередь необходимо выяснить стра­тиграфию памятника, с этой целью стоит ис­пользовать аэрометод(аэросъемку Актобе) с самолета. В мае 1980 года летчики принесли в спецотдел университета два экземпляра аэрофо­тоснимков на планшетах, выполненные в два пакета. Один экземпляр хранится в специаль­ном отделе КазНУ имени Абу Насыр аль-Фараби. Второй экземпляр использовался в научных целях. На основе аэроснимков были составлены макро и микрокарты городища Ак-тобе. Они оказали огромную помощь в изучении тайн древнего города. Аэрокарта выявила, что центральная часть Актобе занимает площадь 70 кв. км, его длина с юга на север 10 км, с запада на восток - 7 км.

В свое время Актобе был неприступной кре­постью, окруженный рвом (крепостным валом) наподобие кольца. Укрепления города были сооружены из блоков пахсы (глины). Ширина между опорными стенами рва составляла 16-18 м, высота стен 7-8 м. Окружавшие Актобе укрепления состоят из трех частей: внешний ров имеет длину 25 км, средний 17 км, внутренний -10 км. Общая протяженность укреплений - 52 км (5.С.65-95).

Структура Актобе состоит из трех частей: цитадель (кухендиз), шахристан и рабад. В те­чение десятилетий археологи со своими уче­никами вели раскопки на трех частях города. Найденные артефакты изложены в монографии «Город Баласагун в V-XIII веках».

Остановимся только на некоторых артефак­тах, найденных на памятнике Актобе.

В IX - начале XIII века Баласагун достиг наивысшего расцвета. Правителями его была Караханидская династия. На основании китай­ских источников XIII в. Архимадрит Палладий писал: «Резиденция каракитайская расположена была на долине, огражденной с двух сторон гороми и исчерченной водопроводами; в 1259 году здесь видны были остатки замечательных построений  и окопов».(9.Т. С.379). Речь здесь идет о каракитайской резиденции города Бала-сагуна. Действительно в ходе раскопок нами обнаружены водопроводные линии на террито­рии Актобе. Водопроводная линия снабжала питьевой водой не только цитадель и шах-ристан, но и весь город. По крайней мере, многие усадьбы, находившиеся на рабаде, поль­зовались водопроводом. В цитадели и шахри-стане обнаружены канализационные трубы, баня, ремесленный центр, минареты, мечетьи другие объекты.

Несколько слов о монетах, найденных на раскопках Актобе. Из них 35 являются подъем­ным материалом, остальные найдены в куль­турных слоях рабада, шахристана и цитадели. По датам изготовления монеты относятся к следующим хронологическим периодам: VII -VIII^., XI-ХПвв. Монеты VII-VIII вв. лучшей сохранности и представлены чеканом - тухусом (6 экз.) и тюргешами (3 экз.). Самую значи­тельную часть монетных находок на Актобе представляют караханидские дирхемы XI-XII вв. общим числом 25 экз.

В 1984 году в одном из помещений на шах-ристане Актобе найден клад численностью около четырех тысяч монет эпохи Караханидов IX-XII вв. Общий вес клада в неочищенном виде - 21 кг. В количественном отношении дан­ный клад является крупнейшим из найденного на территории Средней Азии и Казахстана.

Нумизматический материал из городища Актобе не выделяет его среди других ранне-средневековых городов Чуйской долины, имев­ших общую закономерность в своем развитии: возникнув в V-VII веках, они достигали рас­цвета в XI-XII веках. Найденные монеты в ком­плексе с археологическим материалом свиде­тельствуют, что в VIII-XII веках была развита денежная торговля, которая усиливала общение оседлого и кочевого населения юга Казахстана.

Баласагун был также центром ремесленного хозяйства, торговли и городской культуры. Через него проходил Великий Шелковый путь, имевший важное знгачение для развития эко­номики и культуры города. В эпоху Караха-нидов усилилась связь Баласагуна с соседними и дальними городами, особенно с культурными центрами Средней Азии и Южного Казахстана, Северной Киргизии. Многочисленные археоло­гические находки из городища Актобе свиде­тельствуют о высокой городской культуре осед­лого населения Чуйской долины. Эта культура развивалась на автохтонной основе.

Баласагун (городище Актобе) погиб в ре­зультате междоусобных феодальних войн. В разрушительном виде Баласагун оставался до прихода монголов в 1218 году и после. Поэтому жители Баласагуна не могли оказать сопро­тивления войскам Чингисхана, которые заняли его без боя.

Следует отметить, когда мы начали изучать памятник Актобе, нам и в голову не приходило мнение, что эти остатки средневекового города Актобе являются историческим Баласагуном. Отождествление Актобе с Баласагуном воз­никло в результате длительного археологи­ческого и этнографического изучения Актобе. Стратиграфия, структура и найденные богатые артефакты на городище Актобе подтверждают историческим городом Баласагуном. К этому добавим ономастические материалы, упомяну­тые в труде М.Кашгари: гора Баласагун (Аулие-тау или Священная гора), Бакыртау(гора Бакыр), Юн-Арык (Жонарык). Эти исторические места находятся вокруг Актобе (Баласагуна). (См. 5.С.164-178). В ходе раскопок была найдена крышка хума IX-XII вв. с арабской надписью, которое прочел О.Бекжан: «Баласағұн балықы» (город Баласагүн). Это веское доказательство локализации города.

В июне 1989 года, чтобы определить исто­рические названия местности, находящиеся во­круг Актобе, мной были организованы спе­циальные этнографические исследования. Взяв с собой местных знатоков У. Асатова и И.Ку-саинова, которые хорошо знают окресности рек Шу и Таласа. Объездил с ними вдоль и поперек Шуйский и Меркенский районы Жамбылской области. В этой поездке мы посетили истори­ческие местности, обозначенные М.Кашгари: гору Баласагун, гору Аулие, гору Бакыр, Юн-арык (Жон арык) и собрали богатые археолого-этнографические материалы. Следовательно, моя узкая специальность способствовала их найти. На основе источниковых фактов, мы пришли к выводу, что исследованное нами сред­невековое городище Актобе является истори­ческим затерявшимся городом Баласагуном. Таким образом, наш вывод совпадает с утверж­дением покойного крупного тюрколога, про­фессора Л.Р.Кызласова, который писал: «Таким образом, ни городище Акбешим, ни городище Бурана не могут ассоциироваться с истори­ческим Баласагуном. Их забытые имена еще предстоит установить историкам Киргизии». (7.С.236). Исходя из этого вывода, киргизские историки вместе с К. М. Байпаковым должны искать Баласагун в другом месте. Мы сомне­ваемся, что их поиски увенчаются успехом. В Шуйской долине таких городищ, как Актобе (Баласагун) найти очень трудно.

Теперь остановимся на необоснованных упреках наших оппонентов во главе с К. М. Бай-паковым, которые пишут: «Однако У.А.Шале-кенов, на наш взгляд, не учитывает ряд обстоя­тельств, о которых сказано выше. Кроме того, имеется основной аргумент, опровергающий эту точку зрения. Баласагун существовал в XIII - начале XIV века, следовательно, как горо­дище, которое с ним сопоставляют, должен быть археологическим материалом того времени. На Актобе его нет: верхняя граница жизни горо­дища относится к XII - началу XIII в.» (1.С.422).

Мы на этот вопрос отвечаем. Во всех наших публикациях писали, что Баласагун существовал в V-XIII веках, а его кульминационным пе­риодом была эпоха Караханидов. Артефакты, найденные во время раскопок на Актобе в самом верхнем слое памятника, относятся к времени Караханидов. Такого слоя не находили на Ак-бешиме. На этом памятнике еще другого слоя не может быть. Потому что в 1210 году пра­витель Баласагуна каракиданский властитель Гурхан, проиграв битву при реке Талас Муха-меду Хорезмшаху, 16 дней осаждал собствен­ную столицу Баласагун, где укрылись взбунто­вавшиеся жители, а взяв город, подверг его разрушению и трехдневному пожару. Следы этой рукотворной катастрофы зафиксированы в верхнем слое цитадели, шахристана и рабада. В результате жестокой расправы были убиты 47 тысяч жителей, а город разрушен до основания. Оставшиеся в живых, пытаясь спасти, разбе­жались, куда глаза глядят. Оставшийся в руинах Баласагун, так и не смог большн возродиться. Итак оставался в руинах этот город, в 1218 году он добровольно сдался чингисханскому полко­водцу Жебе-нояну. Другого загадочного слоя на Актобе не удалось обнаружить, может быть удастся найти К. М. Байпакову со своими едино­мышленниками. Потому что после катастрофы 1210 года город не восстановился и постепенно превращался в руины. Об этом В.В. Бартольд пишет: «При монгольском владычестве Бала-сагун упоминается редко. Баласагун был из­вестен под прежним названием еще в первом десятилетии XIV века. как и все города на Шу, Или и Таласе. Баласагун, вероятно, погиб в результате бесконечных распрей и борьбы за престол в XIV веке». (10. С.357).

Из этого высказывания В. В. Бартольда оче­видно, что Баласагун потерял былую славу в XIII веке, уже в начале XIV века он окон­чательно сошел с исторической сцены. В такой обстановке новый археологический слой искать неуместно.

Еще мои оппоненты пишут: «Кроме того, Актобе лежит в стороне от главной трассы Великого Шелкового пути.» (1. С.422). Это огульное заявление археологов, которые сами толком не знают, где прохождила главная трасса Великого Шелкового пути. Северная ветка этого пути проходила через Тасоткил, расположен­ного на северной границе Баласагуна. На левом берегу Тасоткила находятся поселения Кырыкуй и Каракыршын, которые являются необъем-лемыми частями Баласагуна. Отметим, что все большие и малые дороги на восточной и южной территории Центральной Азии К.М.Байпаков называет Великими Шелковыми путями.(См. его монографию 11.С.58). Тем самым, автор искажает действительность, дезинформирует читателей, поскольку Великий Шелковый путь имел строгую и четкую линию с Востока на Запад. Советую внимательно посмотреть на карту, опубликованную в 3 томе «Советской исторической энциклопедии». (М.1963. С.147). К этой главной трассе присоединялись большие и малые тоговые дороги, которые имели свои определенные названия: Калмакжолы, Семей-жолы и так далее. Такое легкое, поверхностное отношение к фактам не украшает ученого. Факт - это святое понятие. О Тасоткеле говорится в моей книге «Город Баласагун в V-XIII веках». (С.179-180). Только отмечу некоторые моменты, связанные с Тасоткил. С древних времен по Та-соткилю через реку Шу переправлялись кара­ваны, другие средства передвижения и наши путники, поскольку здесь пролегал маршрут Великого Шелкового пути. В этом месте при­рода выложила дно реки Шу камнями, что создало благоприятные условия для переправы. Оттого это место назвали - Тасоткелем (камен­ная переправа) или Иткешу (собачий брод). Другими словами, эти места мелкие, что даже собаки могут перейти вброд с одного берега на другой.

Наконец, остановимся на последнем упреке моих оппонентов: «. площадь, занимаемая са­мим городищем Актобе (Центральные разва­лины) в пять раз меньше, чем площадь Баласа-гунского городища. Обратимся к фактическому материалу: общая площаль былого города (Бу­рана - У. Ш.), окруженного стеной, от которой сохранились следы виде оплывших валов, была определена В.Д.Городецким, примерно в 20 кв. км». (12.С.21). В этой книге читаем: «Л.Р.Кыз-ласов отрицает возможность миграции старого города, располагавшегося на месте Акбешима, на новое - Бурану - ввиду незначительной тер­ритории последнего и отсутствия на нем кера­мики XII-XIV вв. Поэтому, - полагает автор,- ни то, ни другое городище не может быть со­поставлено    с    историческим Баласагуном»(12.С.43).

Выше мы говорили, что мнение профессора Л.Р.Кызласова о Баласагуне полностью поддер­живаем, в том числе и данное высказывание ученого. Итак, общая занимая территория Ак-тобе (Баласагуна) составляет 150 кв.км со сто­рожевыми башнями, расположенными вокруг Баласагуна, площать центральной части Бала-сагуна - 70 кв.км, а Бурана - лишь 20 га. По параметрам эти два города не подлежат срав­нению. По нашему убеждению, никто не может научно доказать, что Бурана и есть Баласагун. В этой связи, своим оппонентам напоминаю на­родную пословицу: «Утопающий цепляется за соломинку». Дорогие коллеги, не стоит цеп­ляться за Бурана. Бесполезно его отождествлять с Баласагуном.

Не совсем понимаю критику в отношении города Баласагуна со стороны группы ученых, возглавляемой К.М.Байпаковым. В последние годы К.М.Байпаков как-будто бы поддерживал нас относительно местонахождения Баласагуна, мне предложил должность на 0,5 ставки в руко­водимый им институт археологии, исследуемую мной тему по Актобе (Баласагуну) включил в план работы института на 2007-2009 годы. Спо­собствовал тому, чтобы исследование Актобе (Баласагуна) включили в программу «Культур­ное наследие» на 2008-2009 годы и искал средства для продолжения работ на городище. Благодаря этому на городище Баласагун были возобновлены раскопочные работы. В 2009 году во время раскопок к западу от цитадели в 50 метрах обнаружен минарет из кирпича (8,65х 8,5 м). Но продолжить работы не удалось, по­скольку с 2010 года раскопки Актобе (Баласа-гуна) приостановлены. В 2010-2011 годах на этом памятнике продолжил работы Республи­канское государственное предприятие «Казре-ставрация». Итак, помощь, выделенная инсти­тутом, оказалась непродолжиельной. Только те­перь понимаю, что это было организовано для отвода глаз.

В результате проведенных на памятнике Ак-тобе (Баласагун) исследовательских работ стала вышедшая в издательстве «Жибек Жолы» под эгидой Казахского Национального университета имени Абу Насыр аль-Фараби и Института ар­хеологии имени А.Х. Маргулана книга «Город Баласагун в V-XIII веках». В 2006 году моно­графия издана на казахском языке тиражом 500 экземпляров и в 2009 году на русском языке тиражом 2000 экземпляров. Эта монография единогласно была поддержана ученым советом под руководством К.М.Байпакова и передана в печать в издательство. В русском издании, вышедшего в 2009 году, помещены отзывы пяти ученых о книге «Город Баласагун в V-XIII ве­ках». (5.С.241-263). Мнение К.М.Байпакова о книге «Город Баласагун в V-XIII веках» можно прочитать в названной монографии на стра­ницах 242-243. К монографии «Казахская циви­лизация», вышедшая в 2009 году, предисловие также написал К. М. Байпаков.

Не прошло и двух лет, К.М.Байпаков будто прозрел, и вернулся к своей прежней точке зрения, что Актобе не может быть Баласагуном, вместо него называет кыргызский городок Бу­рана. Выше мы говорили и доказали на арте­фактах неверность подобного утверждения. Ученому не подобает быть двуликим, не красит, когда опираются на сомнительные материалы и документы. Вместо того, чтобы радоваться, что древний Баласагун обнаружен на территории Казахстана, этот ученый прикладывает немало сил, чтобы свести всю работу на «нет». Под­ытоживая сказанное выше, можно придти к следующему выводу: у К. М. Байпакова нет твер­дой позиции в науке, потому что поверхностно рассматривает артефакты. В результате он при­ходит к субъективному мнению. Он не может смириться, что город Баласагун расположен на его родине, когда твердит о Буране, который по масштабам меньше даже части Баласагуна.

В Алматы 13-14 декабря 2011 года прохо­дила международная конференция на тему: «Археология Казахстана в эпоху независимости: итоги и перспективы», посвященная 20-летию независмости Республики Казахстан и 20-летию Института археологии имени А. Х. Маргулана». На этом форуме принимали участие археологи Казахстана и зарубежных стран. В работе кон­ференции не принимал участия бывший дирек­тор Института археологии К.М.Байпаков, воз­главлявший в течение 20 лет это научное учреж­дение. На наш взгляд, он известный археолог, и должен был присутствовать на этом форуме и прислушиваться к позитивным и негативным мнениям специалистов. И из услышанной ин­формации сделать нажлежащие выводы для дальнейшего развития археологической науки Республики Казахстан. За 20 лет независимости Республики Казахстан археологическая наука достигла значительных успехов. В этом деле неоценимую роль сыграла программа «Куль­турное наследие», созданная по инициативе пре­зидента Н. А.Назарбаева. Несмотря на экономи­ческие затруднения страны, правительство вы­делило большие средства для охраны и изучения археологических и архитектурных памятников древности и средневековья. Благодаря заботе президента РК археологи широко развернули изучение археологических памятников и на­копленные богатые артефакты, относящиеся к различным периодам истории древности. Эти накопленное вещественное и духовное наследие казахского народа войдут в научный оборот и тем самым восполнят пробелы в нашей истории.

Несмотря на это в деятельности археологи­ческого института имеются существенные не­достатки, тормозящие дальнейшее развитие ар­хеологической науки.

Остановимся на некоторых немаловажных недостатках, имеющихся в Институте археоло­гии имени А.Х. Маргулана.

В 1991 году был организован институт ар­хеологии, который носит имя академика А. Х. Маргулана. Тогда мы надеялись, что он станет археологическим, научным центром, координирующим работу всей археологической службы РК. Эта надежда не оправдалась. Для этого не хватило организаторских способностей бывшего директора института К.М.Байпакова. В результате Институт археологии не стал круп­ным научным центром археологической службы и открылись археологические центры во всех регионах Республики Казахстан, которые рабо­тают автономно.

Институт не смог оказать сущетвенную по­мощь этим археологическим центрам в органи­зации исследования памятников, находящихся в различных регионах Казахстана. В результате такой разобщенности, ежегодно обнаруживае­мые артефакты, находятся в распыленном со­стоянии. В таких условиях весьма затруднено обобщение и охранность этих материалов. Ис­ходя из этого, мы считаем целесообразным ор­ганизовать археологический Музей в Астане или Алматы, где должны сосредотачиваться ар­тефакты и там могли бы экспонироваться для всех граждан.

Об охране и изучении археологических и архитектурных памятников Казахстана. Эта кар­динальная проблема оставляет желать лучшего. В 1992 году был принят Закон «Об охране и изучении памятников РК», который не работает. Исходя из сегодняшних требований, этот закон необходимо обновить и принять в новом фор­мате. В этом деле должен проявить активность новое руководство Института. На сегодняшний день археологические памятники РК находятся в запущенном состоянии. Кому не лень, тот ведет по-своему раскопки, и разбазаривает на­родное состояние. Известный антрополог, док­тор исторических наук, профессор О.Смагулов в своей монографии «История антропологии казахского народа», вышедшей в свет в конце 2011 года пишет о подобной работе археологов и называет ее не иначе, как «вандализм». Ду­маем, что ученый правильно сформулировал сегодняшнее состояние археологических памят­ников РК. Эти памятники изучаются не плано­мерно.

Большинство наших археологов работало на одном или нескольких исторических памят­никах. Но ни один из них до конца не ис­следован. За эти 20 лет ни один город на Великом Шелковом пути не стал центром посещения туристов. К примеру, много лет К. М. Байпаков руководил раскопочными ра­ботами на нескольких исторических памятниках одновременно: Койлык (Коялык) в Алматинской области, город Тараз, Акыртас, Кулан в Жам-былской области, Отырар, Сауран, Алтынтобе, Жамбактобе, Куйрыктобе, Мардан и другие в Южно-Казахстанской области, город Жент в Кзыл-Ординской области и других средневеко­вых памятниках. Позволительно спросить, к ка­ким этносам относятся перечисленные города. Артефакты, найденные в ходе археологических раскопок, к каким народам относятся. Все эти вопросы остаются открытыми в трудах К. М. Байпакова.

С обретением независимости Институт ар­хеологии должен быть нацелен на удаление «белых пятен» со страниц нашей истории. Исторические памятники являются бесценным наследием казахского народа. Их необходимо беречь, как зеницу ока, исследовать на научной основе. В цивилизованных странах подобные памятники систематизированы, приведены в хронологическую систему. Они внесены в мно­голетние программы по тщательному научному исследованию, охраняются государством. Наши археологи тоже должны работать в этом направлении. Никому не разрешено разбаза­ривать национальное културное наследие. То, что не успели изучить и исследовать наше поколение, продолжат последующие поколения археологов.

Глава государства не зря часто произносит фразу, что «Сила в единстве». Потому что единство - основа плодотворной деятельности, стимул к работе. Поэтому нужно не разделять и властвовать, а объединить усилия отечествен­ных археологов всех регионов для решения более глобальных задач нашей истории.

К примеру, пересмотрев полную «белых пятен» I и II тома «Историю Казахстана», ар­хеологи могли бы внести весомую лепту, чтобы представить читателям полноценную энцикло­педию. В настоящее время собрано много богатейших артефактов. Сколько они будут пылиться в запасниках? Они могут убедить мир в том, что тюрки, среди них казахи, обладают уникальной древнейшей оседлой цивилизацией, что их предки не были кочевыми народами, как трактуется сегодня. Задача историков, фило­логов обощить собранные материалы в много­томные издания, чтобы они стали достоянием людей, интересующихся своей историей и историей человечества.

Также следует отметить, что Институт ар­хеологии имени А.Х.Маргулана в основном русскоязычное научное учреждение. По-преж­нему научные отчеты, статьи и книги в основ­ном издаются на русском языке, а затем неко­торые некачественные переводятся на государ­ственный. В дальнейшем надо уделять языко­вой проблеме больше внимания в коллективе и издавать труды преимущественно на казахском языке.

Хотел бы коротко остановиться на научных взглядах К. М.Байпакова, которые не претер­пели измений по отношению к тюркской, в частности, к казахской истории за 20 лет обретения независимости. Он придерживается евроцентристских взглядов, здесь мы даже не говорим, что он не владеет казахским языком. Он слишком вольно обращается с фактами и датами, этническими названиями. Евроцен-тристы переиначивали так, как им было удобно, к примеру, писали Центральная Азия и Ка­захстан. Такой позиции до сих пор придержи­вается К. М.Байпаков.

В 2006 году К.М.Байпаков и Ж.К.Тайма-гамбетов издали книгу «Археология Казах­стана». В III главе «Памятники Казахстана эпохи бронзы» (13.С.81-117) они написали, что эпоху бронзы на территории Казахстана основал андроновский этнос. «Длительное время в казах­станских степях исследователи выделяли одну культуру - андроновскую. В науке она получила название «андроновский» по месту находки первого памятника у села Андронова близи г.Ачинска в Западной Сибири».(13.С.80).

Разве так можно писать? Андронов - назва­ние русского села Западной Сибири. Культуру эпохи бронзы создавали не в селе, а этнические рода и племена. Необходимо писать названия родов и племен, действительно живших в тот период и основавших эпоху бронзы. Античные авторы эти названия оставили для нас в своих трудах: арии, катиары, даи, паралаты, набианы, панксаны, сираки, тянксандры, аорстары, скифы, саки, хорезмцы, массагеты и многие другие». (14.С.60-62). Эти этнические группы являются прямыми предками тюркских народов, созда­вавшиеся богатой культурой в глубокой древ­ности в Центральной Азии.

Своим евроцентристским взглядом К.М.Бай-паков разделяет территорию единого казахского народа на две части: оседлая и кочевая. К первой относит южный Казахстан и западное Семиречье, а оставшаяся большая территория РК - к кочевникам. «В период раннего средне­вековья, в VII- первой половине IX вв. выде­ляются два района развития городской культуры - Южный Казахстан и Юго-Западное Семи­речье». (1.С.308).

Судя мнению автора, большая часть терри­тории казахского народа является кочевой. Тем самым, он разделяет евроцентристские взгляды B. В.Бартольда и А.Н.Бернштама, цитируя их мнение: «Опираясь на сведения письменных источников, В.В.Бартольд пришел к выводу, что земледельческая культура на территории Семи­речья появилась в результате согдийской коло­низации. А.Н. Бернштам памятники оседлой культуры Семиречья относил к согдийцам, а памятники    кочевой    культуры    - тюркам.

C. Г.Кляшторный пишет о федерации согдий­ских городов в Семиречье, подчеркивая их политическую и экономическую самостоятель­ность». (1.С.309).

Подобная евроцентристская концепция от­вергается артефактами. Разве не находят ар­хеологи на территории Казахстана постоянные поселения и города эпохи бронзы, железа и средневековья? К примеру, А. Х.Маргулан в Центральном Казахстане обнаружил постоянные поселения эпохи бронзы, а К.А.Акишев открыл миру город Бузык. О чем они написали в своих трудах. И можно ли игнорировать эти факты? Археолог А.Бейсенов в последние годы обнару­жил в Центральном Казахстане более 30 круп­ных поселений эпохи бронзы. В последние годы А. Т. Толеубаев на Алтае в районе Шилектинских курганов обнаружил постоянные поселения эпохи бронзы. Во втором номере газеты (13. 01. 2012г) «Қазақ әдебиеті» опубликована статья А.Дуйсенбаева «Туркі топонидері» (Тюркские топонимики), где на карте обозначены этно­нимы современных малых и больших городов на территории Центральной Азии, Сибири до Се­верного побережья Черного моря. Все они про-тотюркские топономики Евразии. Следова­тельно, оседлые поселения на этих территориях были в глубокой древности. Подобные посе­ления находят на всей территории Центральной Азии, и нет сомнения, что и в будущем эти факты умножатся. Из года в год появляются материалы, подтверждающие наличие с древ­нейших времен оседлой тюркской цивилизации. Я сам за последние годы издал три книги, касающиеся оседлой тюркской цивилизации: «Тюркская оседлая цивилизация». Алматы. 2003 год, «Казахская цивилизация», Алматы, 2009 год, «Арийская цивилизация Центральной Азии», Алматы, 2011 год. В этих трудах говорится о тюркоязычных народах, основавших древней­шую цивилизацию на территории Центральной Азии, оказавших благоприятное влияние на ближних и дальних соседей. Почему в трудах К. М. Байпакова нет упоминаний о тюркской, казахской оседлой цивилизации. Разве это не является одной из актуальных проблем совре­менного тюркского мира? В Астане открылась Академия тюркоязычных народов, в Туркестане действует Казахско-турецкий международный университет имени А.Яссауи.

В исторических документах нет сведений, что согдийцы (иранцы) колонизировали в сред­ние века народы Цетральной Азии и это далеко от истины. Много артефактов и материалов, свидетельствующих о согдийцах, мирно зани­мавшихся в средневековых городах на Великом Шелковом пути торговлей, ремеслами. Евроцен-трист А.Н.Бернштам относит средневековые го­рода Семиречья согдийцам, а курганы к кочев­никам. Это не личное утверждение автора. Получается, что в одном регионе автономно властвовали два этноса: оседлое и кочевое. По всем параметрам, это искусственно выдуманные мнения, не присущие наукам.

Были археологи, не поддерживавшие евро-центристских взглядов К.М.Байпакова, об этом он написал в своей книге следующее: «Наряду с миграционной существует противоположная, автохтонная модель происхожденияй город­ской культуры Семиречья. Согласно Г.И. Агеевой регион Семиречья «был не объектом колониза­ции Согда, а самостоятельным экономическим и культурным регионом, сыгравшим значитель­ную роль в исторических и экономических судьбах народов Средней Азии». По мнению Т. Н. Сениговой, население Тараза и городов его округи формировалось из тюркско-карлукских племен». (1.С.309).

В советский период археологи Г.И.Агеева и Т. Н. Сенигова исследовали средневековые го­рода региона Шу, Таласа. Они правильно пред­полагали, что средневековые города южного и восточного Казахстана являлись тюркскими. Цитируя мнение этих археологов, К. М. Байпаков не пишет своего предположения об этническом составе средневековых городов Семиречья. Сле­довательно, он считает, что эти города принад­лежали согдийцам.

В своей поэме «Благодатное знание» (Кұтты білік) наш земляк, великий ученый средневе­ковья Юсуф Баласагуни пишет о бурлившей в далеком прошлом жизни:

«Было много городов и народов

Все похоронило время, развеяло в прах.

Было у нас много племен и селений,

А теперь попробуйте найти их следы» (5.С.49)

В приведенном отрывке говорится, что у тюрков с древнейших времен были города, то его современник сообщает, что в средневековых городах на Великом Шелковом пути были районы (кварталы) согдийские: «Жители Бала-сагуна говорят на согдийском и тюркском языках, так же, как и население Тараза и Байзы. Язык жителей Исфиджаба (Сайран) до появ­ления Баласагуна, как и других городов Аргу, был пестрым. В Кашкарии есть аулы, говорящие на кянглакском языке. Внутри большого города люди общаются тюркизмами Хакании». (16.С.14).

Они вышли на историческую сцену при­мерно 2000-2500 лет назад. С древнейших вре­мен соседями тюрок были согдийцы (иранцы), которые мирным путем прибывали в тюркские города. Население говорило на двух языках: тюркском и согдийском. Поскольку согдийцы длительное время жили среди тюрков, оттого доверяли им. Поэтому у тюрков сохранилась пословица: «Без шапки головы не бывает, без согдийца тюрка не бывает». Много документов, свидетельствующих о мирном сосуществовании двух этносов.

Итак, стоит лишь сожалеть, что взгляды ака­демика К.М.Байпакова на историю тюрков и в том числе казахов, не изменились, несмотря на появившиеся за эти годы новые артефакты. Более 50 лет он ведет археологические раскопки в средневековых городищах на юге Казахстана и Семиречье, где найдены богатые артефакты, ха­рактеризующие оседлую культуру тюрков. Сле­довательно, эти города были созданы автох­тонным населением - тюрками.

В вышеназванном труде ученого в первой главе есть тема: «Природа и человек. Степная цивилизация». Эта концепция не подтверждена с научной точки зрения. Часть книги «Мон­гольское нашествие и образование Монгольской империи» написана с устоявшейся евроцен-тристской точки зрения. Не просматривается и новый взгляд на деятельность Чингисхана, су­ществующий сегодня в современной историо­графии. Действительно, в настоящее время собран колоссальный богатый материал, имею­щий прямое отношение к нашей истории. Не­смотря на это К.М.Байпаков твердо стоит на евроцентристкой позиции. В этой связи вспоми­нается мнение известного востоковеда Л.Н.Гу­милева о труде ученого А.Н.Бернштама: «Мало принесли науке статьи и книги А. Н. Бернштама из-за слишком вольного обращения к фактам и датам». (17.С.93).

В целом, научным трудам К.М.Байпакова можно дать ту же оценку, которую высказал из­вестный ученый Л.Н.Гумилев в отношении А. Н. Бернштама.

Из вышесказанного очевидно, что судьба Института археологии имени А. Х. Маргулана не безразлична общественности Республики Казах­стан. Учитывая достижения и недостатки инсти­тута за 20 летнюю деятельность, новое руковод­ство должно приложить все усилия для разви­тия археологической науки Казахстана и пре­вратить этот институт в крупный научный, ко­ординирующий центр по древней и средневе­ковой истории казахского народа.

 

Список литературы

  1. Байпаков К.М., Капекова Г.А., Воякин Д.А., Марьяшев А.Н. Сокровища древнего и средневекового Тараза и Жамбылской области. Тараз. 2011.
  2. Биобиблиография обществоведов Казахстана. Ал-маты. 1986.
  3. Биобиблиографические очерки. О деятелях общест­венных наук Узбекистана. II. Ташкент. 1977.
  4. Биобиблиографиялық  корсеткіш. Шәлекенов У.Х.Алматы. 2009.
  5. Шалекенов У. Х.-Баласагуни. «Город Баласагун в V-XIII веках». Алматы. «Жибек Жолы». 2009.
  6. Бартольд В.В. Соч.Т.Ш. М.1965.
  7. Кызласов Л.Р.Работы Чуйского археологического отряда в 1953-1954 гг.//КСИЭ .Археологические исследова­ния на городище Ак-Бешим. Сб.№3.Фрунзе.1958.
  8. Волин С. Сведения арабских источников IX-XIV вв. О долине реки Талас и смежных районах. // ТИИИАЭ. Т.VIII. Алматы, 1960.
  9. Туркестанский сборник. Т.77
  10.  Бартольд В.В. Баласагун. Соч. Т.Ш., М., 1965.
  11.  Байпаков К.М. Қазақстанның ежелгі қалалары.Аруна LTD. 2005.
  12. Массон М.Е., Горячева В.Д. Бурана. Фрунзе. 1985.
  13. Байпаков К.М., Таймагамбетов Ж.К. Археология Казахстана. Алматы. 2006.
  14. Шәлекенов У.Х. Орталық Азиядағы арийлердің өркениеті. Алматы. 2011.
  15. Қазақстан тарихы. Ті. Алматы. 1996.
  16. Қашқари М. Түбі бір түрік тілі. Алматы. 1993.
  17. Гумилев Л.Н. Көне Түріктер. Алматы. 1994.
Фамилия автора: У. Х. Шалекенов
Год: 2012
Город: Алматы
Категория: История
Яндекс.Метрика