Абу бакр бен Ас-саррадж и Абу наср Аль-фараби: язык и логика

Одной из важнейших причин появления ин­тереса к изучению своего языка у арабов, как считает большинство ученых, является их стремление к знанию языка Корана и сохране­нию его чистоты. Уже первые школы арабской словесности, зародившиеся в Куфе и Басре (VII-VIII вв.) и далее в Багдаде (начало Х в.), кладут начало разработке языка. В результате научных поисков ученых этих школ происходит установ­ление нормативности языковых выражений, понятийного аппарата грамматических явлений и терминологии, завершается формирование арабских грамматических учений в самостоя­тельные разделы.

В развитие арабской языковедческой тради­ции свой немалый по значению вклад внес из­вестный представитель багдадской школы, уче­ник аль-Мубаррада, Абу Бакр бен ас-Саррадж, большой ученый в области научных разработок арабской грамматики, почитаемый и признан­ный во всем арабском мире. С именем Абу Бак-ра бен ас-Саррджа связаны определенные мо­менты жизни Абу Насра аль-Фараби. Послед­ний обучался у ас-Сарраджа теории грамма­тики. Поскольку труды ас-Сарраджа до сегодняшнего дня не стали предметом исследо­вания ни наших, ни зарубежных востоковедов, постольку мы позволили себе в данной статье дать некоторые сведения о жизни и деятель­ности Абу Бакра.

Как уже было сказано выше, Абу Бакр бен ас-Саррадж был учеником аль-Мубаррада, но в тоже время он находился под сильным влия­нием другого своего учителя аз-Заджаджа, кото­рый передал ему руководство басрийской шко­лой вскоре после смерти аль-Мубаррада. Отно­шения между Аббасом аль-Мубаррадом и Абу Бакром бен ас-Сарраджем были отношениями не учителя и ученика, а скорее друзей, занимав­шихся одним делом, они вместе проводили вре­мя за чтением книг.

Среди учеников Абу Бакра были такие из­вестные грамматисты, как ас-Сирафи, аль-Фари-си, ар-Румани, аль-Кали, аль-Азхари и другие не менее известные ученые в области языкознания.

Большинство источников, в которых имеют место биографические данные ас-Сарраджа, ни­чего не говорится о личной жизни ученого, а лишь сообщается о дате смерти. Он умер в месяце зу-ль-хиджа 316 года по летоисчисле­нию Хиджры в Багдаде во время правления халифа аль-Муктадира в возрасте 56 лет.

Полное имя ас-Сарраджа Абу Бакр Мухам-мад Бен ас-Саррадж. Его принадлежность баг­дадской школе неоспорима, хотя он впитал в себя дух традиции басрийской школы. Его поз­нания не ограничивались объемом знаний своей эпохи, он прекрасно разбирался в учениях глубокой древности, особенно античной. Сам же он писал трактаты не только по языку и его грамматике, но и по музыке, поэзии, риторике, арабской каллиграфии. Отдельные его грамма­тические сочинения были написаны в рифмо­ванной форме, поскольку он был сведущ в искусстве красноречия и поэзии. Его перу при­надлежат и трактаты по логике.

Своими знаниями логики ас-Саррадж обя­зан аль-Фараби, о чем Ибн Абу Усейбиа писал: «Истории известно, что аль-Фараби встречался с Абу Бакром Бен ас-Сарраджем, который обучал Абу Насра искусству грамматики, сам же он обучался у последнего искусству логики» [1]. При объяснении суждений, приводящих к заключению, Абу Бакр пользовался логическим силлогизмом, который в творчестве Абу Насра аль-Фараби актуализируется в способе достиже­ния и обретения знания, дифференцированно получаемого через различные виды искусств: поэтика, риторика, софистика, диалектика и аподейктика. На самой низшей ступени среди познавательных искусств находится поэтика. Поэтические рассуждения, используемые для подтверждения чего-либо применяются только в беседе, когда вовлекаемый в эту беседу человек либо по незнанию, либо по своей неуверенности прибегает к тому, что его воображение о вещи опережает его рас­суждение, а поэтому знание, получаемое через поэтическое искусство, аль-Фараби называет воображаемым. Под углом зрения познава­тельного искусства Абу Насром рассмат­ривается и риторика, целью которой является убедить человека в реальном наличии всех десяти высших родов и их познании. Риторика так же, как и поэтика, по мнению аль-Фараби, дает знание, но оно уже называется убедительным, поскольку, убеждая людей, риторы создают у них мнение, которое сродни знанию.

С искусством софистики аль-Фараби связы­вает ошибочное знание и тем не менее за софис­тикой сохраняется признание ее в качестве познавательного искусства. За софистикой сле­дует диалектика, которая является способом подготовки и содействия появлению достовер­ного знания, которое, в конце концов, можно получить только при посредстве аподикти­ческих искусств. Последнее дает знание, абсо­лютное верное и не вызывающее никакого сом­нения, оно содержит в себе искомую истину.

Все перечисленные выше искусства исполь­зуют в равной мере логический метод вывод­ного знания, что соответственно и представляет собой силлогизм. В определении силлогизма аль-Фараби имеет в виду два положения: первое - силлогизм есть рассуждение, или высказы­вание; второе - в силлогистическом рассуж­дении вывод из двух исходных положений следует необходимо. Различаются же все виды силлогистических искусств способом построе­ния силлогизмов, их логической структурой.

Следуя учению аль-Фараби о силлогизме Абу Бакр Бен ас-Саррадж принимает полностью проблему суждения своего Учителя. Эта проб­лема понимается Абу Бакром так же, как и Абу Насром, в ключе гносеологии, отражающей истинную или ложную формы действительнос­ти. Теория суждения аль-Фараби и следующего этой теории Абу Бакра подчеркивают виртуоз­ную технику мышления человека в его позна­вательной деятельности.

Абу Бакр бен ас-Саррадж оставил после себя огромное научное наследие, которое насчиты­вает более пятнадцати книг по многим отраслям знаний, существовавших в его время. Но основ­ным и самым значительным по своему содержа­нию сочинением по грамматике арабского языка является его «Основы грамматики». Значение книги выражено афоризмом, имевшим хожде­ние еще при жизни автора: «Грамматика про­должала быть наполненной глупостями, пока Ибн ас-Саррадж не придал ей смысл благодаря своей книге «Основы грамматики». Сочинение могло сравниться разве что с «Книгой» Сиба-вейхи, с «Импровизацией» Абу Аббаса аль-Мубаррада и «Морфологией» Абу Османа аль-Мазини [1].

«Основы грамматики» представляют собой предел совершенства и максимум информации, в ней он охватил все проблемные вопросы ку-фийцев и спорные мнения басрийцев по вопро­сам арабской грамматики. В качестве исследуе­мого материала Абу Бакр использует в своем сочинении поэзию различных арабских племен, говорящих на разных арабских наречиях. Кроме арабской поэзии Абу Бакр использует в боль­шом объеме исследования своих предшествен­ников, он упоминает их имена и цитирует их. Среди них встречаются такие имена, как Халил бен Ахмад аль-Фарахиди, Юнес бен Хабиб, Абу Зейд аль-Ансари, Абу Аббас аль-Мубаррад и другие.

Ибн ас-Сарраджа можно сравнить с совре­менными исследователями, он старается макси­мально верно истолковать текст, высветить его темные места с тем, чтобы у читателя не воз­никло никакого сомнения относительно иссле­дуемых проблем. Уже беглое прочтение его «Основ грамматики» дает нам право утверж­дать, что ас-Саррадж обладал методом объек­тивного взгляда на изложение предмета своей книги. Его книга строится на выявлении точ­ности формулировки темы и ее содержания.

Материал в «Основах» Абу Бакра распо­ложен по мере логического продвижения от простого к сложному. Абу Бакр начинает свое сочинение с объяснения расположения букв в арабском языке, затем переходит к рассмот­рению трехбуквенных основ имени и глагола, морфологических показателей отглагольных имен, положения сказуемого и подлежащего, дополнения, определения и обстоятельств, син­таксических связей слов в предложении.

Такой же схемы рассмотрения проблем язы­ка придерживается и его ученик Абу Наср аль-Фараби, который в своем трактате «Классифи­кация наук» начинает с самой важной для человеческого рода дисциплины - это язык. Схема логической последовательности в рас­смотрении языковых явлений просматривается в рассуждениях Абу Насра следующим образом. Сначала он берет в качестве объекта анализа простые слова. Затем переходит к сложным словам и словосочетаниям.

Абу Наср простые слова подразделяет, как и все арабские филологи средневековья, на имя, глагол и частицы. Но эта традиция деления простых слов на имя, глагол и частицы восходит к античной традиции и в частности к Аристотелю. Однако нужно отметить, что греческий мыслитель не разграничивал категорий языка и категорий мышления, грамматические категории были рассмотрены им как логические. Что же касается аль-Фараби, то он язык рассматривает и как предмет языкознания   и   как  предмет  логики, четко фиксируя понятийный аппарат языка и логики и термины, обозначающие категории грамматики и категории логики.

Для примера возьмем такую категорию, как «слово». «Слово» является основной структур­но-семантической единицей языка. Под «сло­вом» обычно понимают единство звукового комплекса и его значения. У аль-Фараби слово наполнено смыслом, определяющим свойство предмета. Он так же, как и Аристотель, особое внимание уделил семантической стороне слова, его отношению к обозначаемому предмету и к идее об этом предмете.

Но слово представляет собой понятие. Если говорить о понятии в широком смысле слова, то оно закрепляется в лексическом значении слова. Научное же понятие, выражаемое тем или иным словом, играет и роль значения этого слова и роль мысли, раскрывающей сущность предмета, обозначаемого этим словом. Проблема понятия в логической теории аль-Фараби в том виде, как она у него изложена, представляет собой одну из самых важных и сложных, поскольку связана с вопросами онтологии и гносеологии, логики и грамматики.

Возвращаясь к проблеме «понятия», мы, безусловно, можем констатировать, что «поня­тие» есть логическая категория, неразрывно связанная с языковой оболочкой - словом и предложением. Но понятия не тождественны словам, ибо понятия, по мнению аль-Фараби, есть реально существующие предметы, мысли­тельно заключенные в словах. Отношение же между словом и понятием можно выразить как формальное отношение грамматической катего­рии с логической категорией, ибо никакое поня­тие нельзя обозначить ничем, помимо слова.

Размышляя над проблемой соотношения ло­гики и грамматики, аль-Фараби, все же как истинный философ, отдает предпочтение логии-ке, хотя и прекрасно владеет законами и прави­лами грамматики арабского языка. Аль-Фараби проводит четкое разделение между терминами, обозначающими категории грамматики и категории логики.

Если же они берутся как грамматические категории, то они в логике аль-Фараби обретают совершенно другое понятие. Например, грамма­тическая категория «лафз» - «слово» исполь-уется как «речь», «высказывание», но если его употребить вместе со словом «далла», то оно , будет обозначать «осмысленное речение». Осмысленные речения бывают двух видов: простые и сложные.

К простым относятся имя, глагол, и частица, которые в логике аль-Фараби выступают как логические категории, не имеющие никакого отношения к грамматике. Что же касается слож­ных речений, то к ним аль-Фараби относит суждения, являющиеся логической формой грамматического предложения. Но логические суждения не есть грамматические предложения и между ними нельзя поставит знака равенства. Существенным признаком различия между ло­гическим суждением и грамматическим предло­жением является несовпадение логических категорий субъекта и предиката (мауду и мах-мул) с грамматическими категориями подлежа­щего и сказуемого (мубтада и хабар) ни с точки зрения их понятийного содержания, ни с точки зрения структуры, ни с точки зрения терминологического обозначения.

Вообще, проблема соотношения граммати­ческого предложения и логического суждения всегда вызывала споры между арабскими шко­лами лингвистов и логиков. Эта проблема про­должала волновать и философов Нового време­ни. Так, например, Кант утверждал, что он су­дит о чем-то еще до того, как в сознании поя­вится предложение. По его мнению, суждение возникает до и вне предложения.

В действиительности же ни одно суждение не может возникнуть и существовать вне предложения, являющегося непосредственной материальной оболочкой суждения. Но кате­горически утверждать абсолютное тождество суждения и предложения или же их различие ни в коем случае нельзя, ибо логическое суждение и грамматическое предложение имеют в той или иной степени общие и частные характеристики.

Подводя итог сказанному выше, можно говорить об успешном союзе двух ученых, лин­гвиста Абу Бакра Бен ас-Сарраджа и философа Абу Насра аль-Фараби, которые будучи совре­менниками, тесно общаясь друг с другом, об­менивались мнениями о проблеме соотношения языка и логики, и каждый, обогащаясь мыслями другого, излагал свои рассуждения относи­тельно этой проблемы, оставаясь каждый пре­восходным специалистом в своей области: Абу Бакр - лингвистом, Абу Наср - философом.

Фамилия автора: К.Х. Таджикова
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Востоковедение
Яндекс.Метрика