О ГЕНДЕРНЫХ СТЕРЕОТИПАХ

Конец XX в. ознаменовался в лингвистике интенсивным развитием новых исследовательских парадигм, опирающихся на принцип антропоцентризма при изучении языковых явлений. Огромную значимость при изучении человека в языке приобретают индивидуальные характеристики языковой личности, к важнейшим из которых относится пол. Пол определяет социальную, культурную и когнитивную ориентацию человека в мире, в которой язык играет одну из главных ролей.

Вопросы пола оказываются в центре внимания нового междисциплинарного направления гуманитарной науки, именуемого «гендерными исследованиями». Главным понятием категориального аппарата данного направления является «гендер» (социокультурный пол), которое предполагает изучение мужского и женского поведения, мышления, общения.

Гендер обладает всепроникающей способностью, что обусловливает его устроенность в коллективное и индивидуальное сознание. Это дает возможность рассматривать его как когнитивный феномен, в основе которого лежат концепты маскулинности и фемининности. Они рассматриваются как важные элементы концептуальной системы, проявляющие универсальные и культурно-специфичные черты.

Первоначально, по утверждению В.А.Масловой, маскулинность и фемининность были зафиксированы в мифологии как основная бинарная дихотомия, посредством которой интерпретировался весь мир — и славянские представления о Земле-матери и Небе-отце, и древнекитайская концепция Инь и Ян, и древнегреческий миф об андрогинах тому подтверждение [1; 122].

C мужественностью, как в философии, так и в массовом сознании, соотносятся дух, инициатива, власть, активность, разум, культура, рациональность; с женственностью — материя, природа, пассивность, подчинение, эмоциональность, инстинкт.

При анализе концептов «мужественность» и «женственность» необходимо учитывать целый комплекс признаков, охватывающих:

культурно и социально обусловленные представления о личностных и физических свойствах мужчин и женщин;

представления о закрепленных за ними социальных ролях и занятиях (в обществе и семье);

культурно-символическую составляющую концепта «гендер», предполагающую гендериза-цию (соотнесение с мужским и женским началом) предметов, явлений, свойств и отношений, не связанных напрямую с полом.

Их характеристики, составляющие непосредственное содержание гендерных стереотипов той или иной лингвокультурной общности, могут быть изучены через языковые структуры, поскольку гендерная стереотипизация репрезентируется на всех языковых уровнях и отражает определенные оценки.

По мнению А.Г.Фомина, гендер как «психолингвистическая категория представляет собой многокомпонентную структуру, модель социальных отношений, созданную основными институтами общества и построенную самими индивидами в соответствии с их гендерной идентификацией, которая находится в языке и речи» [2; 84].

Гендерная предзаданность языка и речи подразумевает стереотипные ожидания, зависимые не только от биологического пола личности, но и ее гендерного типа. Существование гендерных стерео

типов связано с понятиями «мужественность» и «женственность», рассмотрение которых подразумевает выделение сфер маскулинности и фемининности в гендерных речевых общностях.

В рамках лингвистической парадигмы гендера особо подчеркивается, что представления о «мужественности» и «женственности», наряду с коммуникативным поведением, именно конструируются, а не просто отражаются в языке, поскольку язык представляется способом формирования сознания.

Термин «гендер» введен в лингвистическое описание, с целью подчеркнуть социальные аспекты пола и связанные с ним культурные традиции и стереотипы, которые непосредственно влияют на поведение и самоидентификацию личности. В основе восприятия языковой личности, в том числе и гендерной, лежит система предметных значений и стереотипов. Гендерные стереотипы рассматриваются как закодированные образы, репрезентированные в моделях поведения и находящие выражение в языке гендерной личности.

В качестве поля исследования гендерных стереотипов нами использованы фразеологические единицы, включая и паремиологический фонд языка, поскольку они являются, на наш взгляд, особо информативным материалом для интерпретации гендерного концепта.

Концепт «Женщина» относится к одному из базовых концептов культуры. Как показывает анализ, прототипические черты женщины, составляющие ядро концепта, создают весьма негативный стереотип женщины, в котором среди прочих пороков и недостатков выделяется ряд определенных признаков.

Собственно ментальный признак «ум» представлен на уровне фразеологии крайне бедно. ФЕ woman's wit, woman's reason характеризуют женский ум как нерациональный, алогичный, основанный на интуитивном познании окружающей действительности, а не на использовании интеллектуальных способностей, н-р.:

The first advice, based on intuition, is more reliable than the second, based on inferior reasoning — букв. «Первый совет, основанный на интуиции, более надежен, чем второй, основанный на неполноценном рассуждении».

Женская интуиция, как единственно социально одобряемый атрибут женщины в когнитивной сфере, противопоставляется на уровне обыденного сознания мужскому разуму, несколько ограниченному исключительной рациональностью: Woman's instinct is often truer than a man's reasoning — «Женский инстинкт обладает большей точностью, чем мужская уверенность».

Широко распространенное в последние десятилетия явление этноцентризма повлияло в определенной степени на формирование стереотипа женщин. Как известно, женщин во многих культурах считают неспособными к усвоению сложных специальностей. Считается, что женщины не умеют логически мыслить.

Концепт «женщина» характеризуется в целом ментально отрицательным признаком «глупость»: dumb dame «глупая женщина», dumb Dora: a stupid or scatter-brained woman. В английском языковом сознании, как правило, пожилая женщина ассоциируется с существом, обладающим неразвитым умом: A woman of sixty, the same as girl of six, runs to the sound of the timbrel — «Шестидесятилетняя женщина все равно что шестилетняя девочка, бегущая на звуки бубна».

Ряд фразеологизмов характеризуют внешние данные женщины. Образ «прекрасной дамы» обозначается в английском языке при помощи термина lady. Ср.: like lady, ladylike behaviour, to live like a lady. Особый интерес представляет тот факт, что этимологически lady означало «изготовительница хлеба» от hlaf («буханка хлеба») и dige («тестомес»), связанного с готским deigan («месить»), т.е. «глава семьи женского пола» — «housewife». До сих пор это значение используется в вульгаризме «your good lady» в значении «ваша жена».

Общей характеристикой для непривлекательной женщины является thunder chicken, где chicken (курица) обозначает женщину, а thunder — гром, т.е. женщина, встреча с которой шокирует как гром средь ясного неба, настолько она некрасива. В английской образно-метафорической системе зооним hen употребляется по отношению к женщине-матери, продолжательнице рода. Образное сравнение базируется на специфичной для курицы повадке суетливо носиться с яйцом, придавая при этом специфичные звуки. Ср.: as fussy as a hen with one chick «носиться как курица с яйцом».

В английском обществе пожилых дам, одевающихся не по возрасту, иронически называют mutton dressed like a lamb — «овца, разодетая как ягненок». В характеристике внешних данных порой описываются детали, которые привлекают внимание мужчин: all tits and teeth, фразеологическое сравнение — flat as a flounder, означающее a small-breasted woman.

В целом физическая привлекательность оказывается релевантной чертой лишь для представительниц «второго» пола: A man is as old as he feels, and a woman as old as she looks — «Мужчине столько лет, насколько он себя чувствует, женщине — столько, насколько она выглядит».

Среди ФЕ не обнаружено ни одного примера, содержащего для данной лингвокультурной общности стереотипные признаки женской красоты. Языковой материал содержит лишь общие оценки, н-р.: as pretty as a picture, as fresh as a rose (daisy). Фактор красоты обладает градуированной релевантностью: он признается одной из желательных, но не обязательных характеристик для молодой незамужней женщины — невесты: A fair bride is soon busked (blessed), and a short horse is soon whisked.

Английское языковое сознание не относит привлекательную внешность женщины к значимым ценностям. Важна не столько красота, сколько морально-нравственные характеристики. В первую очередь ценятся такие качества, как добродетель, хозяйственность, играющие более существенную роль в оценке женской личности: A fair woman without virtue is like palled wine.

Главный приоритет женщины — семья. В описании образа жены подчеркиваются ее трудолюбие, смирение, хозяйственность, т.е. те качества женщин, которые оказываются полезными для мужчин или обеспечивают им спокойное и комфортное существование: A house without a woman and fire is like a body without soul and spirit;

The wife that expects to have a good name, is always at home as if she were lame; and the maid that is honest, her chiefest delight is still to be doing from morning to night.

В английской культуре доминирует мысль о необходимости брака, как для женщин, так и для мужчин: A man without a woman is like a ship without a sail — «Без женщины мужчина, что вода без плотины». Более того, даются даже некоторые советы по выбору спутника жизни, например: Choose a wife on a Saturday rather than on Sunday. I rather would a husband wed with a beetle brow than a bettle head.

Компаративных фразеологизмов о плохой или злой жене гораздо больше, что способствовало формированию стереотипа «покорной жены». Женщина, недовольная своим положением и выступающая против мужского деспотизма, подвергалась резкому осуждению. Избиение женщин когда-то было широко распространенным явлением в Англии, например: Women, like gongs, should be beaten regularly. A woman, a dog and a walnut tree, the more you beat them the better they be. Подобное отношение и насилие над женщинами оправдывалось стремлением мужчин держать женщин в повиновении. Довольно жесткое обращение с женщиной поощрялось как залог семейно счастья.

Точка зрения мужчины на женщину как на сексуального партнера определяется исключительно «мужским» дискурсом: A woman that loves to be at the window is like a bunch of grapes on the highway.

Наибольшее количество фразеологических сравнений посвящено психологическому аспекту характера женщины, в которых наблюдается явное преобладание отрицательной коннотации. Наиболее отмечаемыми чертами женского характера являются следующие.

Болтливость: A woman's tongue wags like a lamb's tail — «язык женщины как ягнячий хвост»; to chatter like a magpie — «трещать как сорока». Основной семой является пустословие и бессодержательность женских разговоров. Коннотации, закрепленные за теми или иными образами, демонстрируют, что болтливость вызывает неодобрение, пренебрежение, раздражение.

Сварливость, вздорность: Women are like waspes in their anger; to swear like a fishwife — «ругаться как жена рыбака».

Коварство, хитрость, опасность, исходящая от женщин: Sorrow for a husband is like a pain in the elbow, sharp and short.

Большое влияние на содержание современных гендерных стереотипов оказала христианская традиция, рассматривающая женщину как источник зла. Базовая метафора для стереотипа женщины: «женщина — опасность, зло, причина мужских страданий и бед». При этом четко прослеживается связь женщины с дьяволом, чертом: A woman can do more than the Devil — «Женщина способна на большее, чем дьявол». Женщина, как существо морально и интеллектуально неполноценное, оказывалась прекрасным инструментом в руках дьявола: поэтому далеко не случайно, что именно женщины составили основной контингент жертв инквизиции.

Образы женщин-ведьм можно было встретить во многих сказках. Это коварные женщины, колдуньи, произносящие магические заклинания. И самое страшное, что в былые времена многие верили в реальное существование этих женщин — сообщниц дьявола. Если ребенок или животное заболевали, людям часто казалось, что на них наслали проклятие. Они искали виновницу — ведьму. В XVII в.

охота за ведьмами стала манией. В Англии всего за два года было повешено более 200 женщин, обвиненных в колдовстве [3; 69].

Существует ряд гендерно-маркированных фразеологических единиц, восходящих к библейским текстам и церковным догматам. В мифологии женщин порой сравнивали с гарпиями — богинями-похитительницами, которых изображали в виде неких чудовищ, наполовину птиц, наполовину женщин, сравнивали с горгонами — страшными женщинами со змеями вместо волос, с крыльями и страшными зубами, например: Hell has no fury like a woman scorned — «Фурия в аду ничто в сравнении с брошенной женщиной». Fury — злая женщина, одна из трех богинь в греческой мифологии со змеями вместо волос, которая наказывала людей за преступления.

Женщина как воплощение распутства, принадлежащая в мифологии к дьявольским силам: Better dwell with a dragon than with a wicked woman — «Лучше иметь дело с драконом, чем с порочной женщиной».

К одному из женских пороков относится также расточительство, например: A woman can throw out on a spoon more than a man can bring on a shovel. A woman can throw out of the window more than a man can bring in at the door. «Жена не сбережет, так мужу и подавно не сберечь».

Слезливость всегда являлась действенным орудием в отношениях и критических ситуациях: A great pity to see a woman cry as a goose goes barefoot.

Положительная коннотация в английских фразеологизмах, посвященных образу женщины, гораздо менее распространена. В категории характера порой отмечается присущая женщинам отвага: Women in mischief are wiser than men.

Феминистическое движение, связанное с прогрессивным отношением к женщине как таковой, внесло существенные изменения в брачный союз мужчины и женщины и в традиционное распределение гендерных социальных ролей. Для женщин открылись новые возможности в управлении, образовании, финансах. Бизнес, крупный и малый, предлагает весьма привлекательные условия, чтобы вытянуть их из домов. «Ты можешь все!» — говорят современной женщине. В связи с подобным перераспределением ролей отмечается тенденция к росту частотности описания женщины как уверенной в себе, независимой, имеющей успех и т.д., например:

A woman needs a man like a fish needs a bicycle;

A woman without a man is like a fish without a bicycle;

Like a self-respecting modern woman.

Если в начале XX в. фемининность была представлена двумя противопоставленными полюсами — роль добропорядочной женщины и роль проститутки, то в начале XX в. роли сменились (роль домохозяйки и роль женщины, стремящейся к продвижению в карьере).

Относительно ролевых различий ситуация в общественной жизни, на наш взгляд, достаточно противоречива. Британия — одна из первых европейских стран, в которых высокие посты премьер-министра и спикера парламента занимали женщины. Сейчас для женщин открыты практически все общественные институты страны. Но все же существуют несколько организаций, которые не принимают женщин. К их числу относятся Оксфордский и Кембриджский клубы в Лондоне, ассоциация выпускников этих двух университетов.

Как свидетельствуют примеры, понятие «женщина» в английской культуре весьма расплывчатое. Набор гендерных стереотипов, лежащих в основе концепта «женщина», определяет специфику культурной репрезентации пола в языке. Подавляющее большинство ФС атрибутируют женщине негативные морально-нравственные качества и низкий интеллект. Акцентуализация на женское коварство в английском языке способствует восприятию ее как представительнице «другого» мира.

Языковое сознание англичан в значительной степени было сформировано под влиянием иудей-ско-христианских и античных традиций, а также в результате меньшей контаминированности народных и религиозных воззрений, связанной с ранней урбанизацией и просвещенностью английского общества. Все это явилось причиной антиженской тенденции в языковой объективации образа женщины и отсутствием женского взгляда на мир. Закрытость семейной жизни обусловила слабую тема-тизацию женских ролей и в целом невидимость женщины в английской языковой картине мира.

Интересно отметить, что «способности» и «усилия» могут иметь различные оценочные значения при объяснении поведения женщин и мужчин. Например, если при объяснении успеха женщины фактор усилий рассматривается как «нестабильный» и в целом имеет некоторую отрицательную оценочную окраску, то применительно к профессиональным успехам мужчины этот фактор интерпретируется как «стабильный» и имеющий положительную оценочную валентность как необходимое условие естественной мужской потребности в достижении.

В гендерной картине мира англоязычного общества образ мужчины формируется за счет понятий «мужественность», «обеспеченная жизнь», «власть».

Компонент «мужчина» встречается в основном в тех случаях, когда нужно выделить особый акцент о мужской внешности, его состоятельности, взаимоотношениях мужчин и женщин:

большую ценность для англичан представляет социальное положение, занимаемое мужчиной в обществе, а вместе с ним деньги и богатство: to live like a lord, as rich as a king, to feel like a king, to be educated like a gentleman, as good as a man as ever trod shoe-leather;

внешние данные: built like a brick «косая сажень в плечах», as fat as an alderman «тучный, с брюшком»;

положительной коннотацией наделяется формируемое фразеологизмами качество смелости в мужском поведении: brave as a lion, like a Troan;

в стереотипных представлениях мужчины являются носителями сексизма, а женщины рассматриваются в качестве жертв. Порой образ мужчины предстает в негативном свете, осуждаемый обществом: (there is) no fool like an old fool — «седина в бороду, бес в ребро». Интересно, что подобное изречение, впервые появившееся в 1546 г. в собрании пословиц Джона Хэйуда, остается актуальным и по сей день.

Современное общество выработало стереотипы, порождающие набор негативных ожиданий по отношению к старению. Даже в древних цивилизованных странах старение рассматривалось как негативный процесс. Во многих развитых странах люди преклонного возраста страдают от снижения статуса и доходов, неблагоприятного социального климата.

Английская культура принадлежит к культуре с мужской доминантой, провозглашающей превосходство мужа над женой. Некоторые фразеологизмы, актуализирующие черту лидерства, связаны с главенствующим положением в семье: A man is a king in his home — «Мужчина — король в своем доме».

В английском языке пословицы с компонентом man встречаются гораздо реже. По всей видимости, это объясняется тем, что антропоцентрический фонд паремиологии, за исключением так называемых женских пословиц, воспринимается как мужской. В английском языке man, кроме значения «мужчина», имеет значение «человек» и не имеет мужского грамматического рода и потому использование его с местоимениями he, his, him, himself ведет к тому, что вся пословица воспринимается, как сказанная о мужчине. Сравните:

Look rather on the good of evil men than on the evil of good men — «Лучше видеть доброе в плохих людях, чем злое в хороших»;

A man can do no more than he can — «Выше головы не прыгнешь»;

His room is better than his company — «Предпочитать не видеть кого-либо»;

As the touchstone tries gold, so gold tries men — «Золото пробуют кислотой, а человеказолотом».

Итак, гендерные отношения, фиксируемые в языке в виде культурно обусловленных стереотипов «маскулинности» и «фемининности», при всей общечеловеческой универсальности данных стереотипов имеют определенную национально-культурную специфику. На основании анализа фразеологизмов-стереотипов, связанных с отражением концепта пола в английском языке, можно заключить, что в гендерной картине мира англоязычного общества образ мужчины формируется за счет таких понятий, как «мужественность», «карьера», «обеспеченная жизнь»; женскому образу предписываются понятия — «социально-биологические функции женщины», «возраст», «хозяйка».

Несмотря на существование в языковой картине мира устойчивых образов женщин и мужчин, современному английскому языку свойственно преобладание в лексико-фразеологическом фонде фемининной лексики, что подчеркивает значимость и многофункциональность женщины в различных сферах жизнедеятельности. Стереотип женственности определяется четче, нежели стереотип мужественности. В большей степени фиксируются личностные, а не биологические характеристики. Анализ ФЕ свидетельствует о высокой релевантности ментально отрицательных признаков концепта «Женщина», закрепленных в англоязычном сознании, менталитете и культуре и объективируемых в языке на уровне фразеологии. Негативная оценка предписаний женских качеств по отношению к мужчине свидетельствует о сохранении пережитков признания мужского преимущества.

Список литературы

  1. Маслова В.А. Лингвокультурология. — М.: Academia, 2001. — 208 с.
  2. Фомин А.Г. Психолингвистическая концепция моделирования гендерной языковой личности. — Кемерово: Кузбасс вузиздат, 2003. — 236 с.
  3. Большая энциклопедия / Пер. с англ. У.В.Сапциной, А.И.Кима, Т.В.Сафроновой и др. — М.: ООО «Росмэн-Издат»,2001. — 664с.
Фамилия автора: Исина Г И
Год: 2009
Город: Караганда
Категория: Филология
Яндекс.Метрика