Проблемы правового положения адвоката как участника судопроизводства

Аннотация

В данной статье проведен анализ проблем правового положения адвоката как участника судопроизводства.

Согласно Концепции правовой политики на 2010-2020 годы, утвержденной Указом Президента Республики Казахстан от 24 августа 2009 года № 858, государство отводит адвокатуре ведущую роль в системе правозащитных институтов и признает ее ядром системы оказания квалифицированной юридической помощи населению.

Однако институт адвокатуры Республики Казахстан в настоящее время, по мнению авторов не лишен и ряда недостатков.

Поскольку в уголовном процессе адвокат выступает на стороне защиты, а также как представитель потерпевшего и свидетеля, гражданского истца и гражданского ответчика, следовательно, в каждом отдельном случае адвокат пользуется определенным кругом прав, которые напрямую связанны с правами его подопечного, и вытекают из его процессуального статуса.

По мнению авторов, круг полномочий адвоката-защитника шире - полномочий адвоката потерпевшего, а полномочия адвоката свидетеля УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V не регламентированы, что приводит на практике к ограничению прав адвоката свидетеля, а, следовательно, и самого свидетеля органом, ведущим уголовный процесс. Например, адвокат свидетеля, по восьми случаям из десяти, лишен права ознакомиться с процессуальным документом, на основании которого мог бы сделать выводы относительного права его подопечного отказаться от дачи показаний, поскольку следователи практически во всех случаях отказывают свидетелям вправе знать - по какому факту и в отношении кого расследуется дело. Чаще всего данным свидетелям только на стадии допроса, из характера заданных вопросов становится известно, что их, либо их близких людей, подозревают в совершении уголовного правонарушения. Следовательно, о праве не свидетельствовать против себя и своих близких свидетели узнают только при подписании протокола допроса, поскольку отдельный протокол разъяснения прав для свидетеля в уголовном судопроизводстве PK не составляется, а предоставляется для ознакомления вместе с протоколом допроса.

Таким образом, на основании вышеизложенного можно сделать вывод, что отсутствие прямого регламентирования прав адвоката свидетеля лишает его возможности оказать надлежащую юридическую помощь своему клиенту.

Что касается представительства адвокатом интересов потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика, то, по мнению авторов, оно не вызывает особых проблем. Однако авторы считают целесообразным предусмотреть в УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V общий круг полномочий адвоката в уголовном процессе, который найдет свое развитие в отдельных статьях о правах защитника, представителя потерпевшего, свидетеля и т.д.

Необходимо отметить, что в настоящее время право граждан на бесплатную квалифицированную юридическую помощь реализовывается в полной мере, так как в случаях, которые прямо предусмотрены уголовно-процессуальным законодательством PK, коллегии адвокатов направляют, а, следовательно, и обеспечивают исполнение постановлений органа, ведущего уголовный процесс.

При этом на практике сложились некоторые трудности с исполнением постановления о предоставлении защитника свидетелю, имеющему право на защиту (ассистированному свидетелю).

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 68 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V по просьбе свидетеля, имеющего право на защиту, участие защитника обеспечивается органом, ведущим уголовный процесс [1]. При этом положения ч. 5 ст. 68 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V не предусматривает обязанность органа, ведущего уголовный процесс, освободить его от оплаты юридической помощи полностью или частично, что, в свою очередь, освобождает территориальные коллегии адвокатов от исполнения постановления органа, ведущего уголовный процесс.

Таким образом, по мнению авторов, если законодатель предусмотрел право на бесплатную юридическую помощь, то существует необходимость внести соответствующие поправки в статью об обязательном участии защитника либо исключить такую норму из круга прав свидетеля, имеющего права на защиту.

При проведении сравнительно-правового анализа положений, отражающих правовой статус адвоката в УПК PK от 4 июля 2014 года № 23 I-V и УПК PK от 13 декабря 1997 года № 206-1 авторы пришли к выводу, что в действующем уголовнопроцессуальном законодательстве PK произошло сужение возможностей адвоката. Например, УПК PK от 13 декабря 1997 года № 206-1 предусматривал обязательное участие адвоката при условии участия при рассмотрении дела в суде прокурора либо прокурора, поддерживающего обвинение. В настоящее время участие адвоката обязательно только при рассмотрении дела по существу, то есть в судах первой и апелляционной инстанций, а, именно, тогда, когда при рассмотрении дела участвует прокурор, поддерживающий государственное обвинение. В связи с данным изменением законодатель освободил суд от обязанности обеспечить участие адвоката на стадии досудебного производства, за исключением отдельных случаев, прямо предусматривающих участие адвоката.

Следует отметить, что в настоящее время имеет место быть ряд нерешенных вопросов относительно участия адвоката при депонировании показаний свидетеля и потерпевшего следственным судьей.

Не может быть в полной мере реализовано право защитника (и его подзащитного) на обязательное участие в судебном заседании при депонировании показаний свидетелей и потерпевшего.

Несмотря на то, что участие защитника при депонировании показаний свидетеля и потерпевшего обязательно остается нерешенным вопрос относительно обеспечения участия защитника, когда по делу еще не определилось подозреваемое и обвиняемое лицо, т.е. защитник еще не вступил к участию в деле. Суть проблемы состоит в том, что согласно ст, 366 УПК PKot 4 июля 2014 года № 231-V вызов и допрос в суде свидетеля и потерпевшего не проводятся, если их показания депонированы следственным судьей в соответствии с требованиями ст, 217 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V [1]. По мнению авторов, положения данной нормы ведут к ущемлению прав защитника, а, следовательно, прав его подзащитного на защиту, нарушению принципа непосредственности исследования доказательств судом.

По мнению авторов, положительным является нововведение в УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V - возможность проводить опрос свидетелей, с использованием научно-технических средств. Однако данное нововведение имеет ряд вопросов, поскольку дальнейший допрос такого свидетеля не является обязанностью следователя, что противоречит положению ст. 24 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V. Вместо этого адвокату предоставлено право ходатайствовать о приводе лица, который, по сути, еще не является свидетелем.

В соответствии с ч. 1 ст. 152 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V ходатайство о продлении срока содержания под стражей рассматривается следственным судьей единолично при обязательном участии только прокурора. В заседании также могут участвовать защитник, законный представитель подозреваемого, потерпевший, его законный представитель и представитель, неявка которых не препятствует их судебному рассмотрению. Данная норма, по мнению авторов, противоречит принципу равноправия и состязательности сторон, а, следовательно, нарушает право гражданина на защиту. В связи с этим является целесообразным введение императивной нормы об обеспечении судом участия адвоката-защитника как при санкционировании содержания под стражей, так и при продлении срока содержания под стражей, что обеспечит право обвиняемого на защиту.

Положения ст. 122 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V закрепили право адвоката на сбор доказательств. Однако, по мнению авторов, данное право нуждается в дополнительных гарантиях.

Так действующее уголовно-процессуальное законодательство PK предусмотрело в соответствии с ч. 1, ч. 5, ч. 9, ч. 10 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V право адвоката на инициирование на договорной основе производства судебной экспертизы [1]. Так, например, участник процесса, по инициативе которого экспертиза назначается, в качестве объектов экспертного исследования может представить предметы, документы. Однако УПК PK предусматривает правомочие органа, ведущего уголовный процесс, исключить их из числа таковых мотивированным постановлением. Следовательно, даже в том случае, когда экспертиза проводится на основании адвокатского запроса, следователь наделен правом вмешиваться в этот процесс и принимать решение об исключении объектов исследования по своему усмотрению. При этом результаты экспертизы по запросу адвоката направляются следователю, что также указывает на неравенство сторон защиты и обвинения. Авторы исследования считают целесообразным ввести норму о том, чтобы адвокату в обязательном порядке направлялась копия, ведь заключение производится по его запросу.

Необходимо отметить, что в соответствии с ч, 2 ст, 272 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V только постановление органа, который ведет уголовный процесс, следственного судьи о назначении экспертизы обязательно для исполнения органами или лицами, которым оно адресовано и входит в их компетенцию. То есть, адвокатский запрос о производстве экспертизы для исполнения экспертным учреждением не является обязательным.

В настоящее время существует необходимость в обеспечении прямого доступа адвоката к определенной информации. По мнению авторов, доступ к определенной информации адвокатам необходимо упростить, например, посредством обеспечения их такой же программой как у судебных исполнителей, нотариусов и прокуратуры, что позволит сэкономить не только время адвокатов и их клиентов, но исполнителей запросов, а, следовательно, ускорит процесс рассмотрения дела в суде.

По мнению авторов, остается открытым вопрос относительно сроков рассмотрения ходатайства стороны защиты. Так положения и. 9 ст. 17 Закона PK от 5 декабря 1997 года № 195-1 «Об адвокатской деятельности» обязывают предоставить ответ на адвокатский запрос в течение десяти рабочих дней [2]. В лучшем случае - это две недели, если не считать праздников. Если сравнивать, например, со сроками предоставления запрашиваемой информации представителями СМИ, то данный срок сравнительно ниже - не позднее трех дней с момента получения запроса.

Авторы считают несколько необоснованным вопрос о сроке истребования защитником справки, характеристики и иных документов, установленном ст. 122 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V, а именно, десять суток.

При рассмотрении вопроса о санкционировании меры пресечения в виде содержания под стражей истребуемые справки, характеристики и иные документы представляются защитнику в течение двух суток.

В случае отказа в исполнении запроса либо непринятия решения по нему в течение трех суток адвокат вправе обжаловать отказ следственному судье. Следовательно, адвокат вынужден тратить еще один день, чтобы обжаловать отказ.

Необходимо отметить, что постановление суда об удовлетворении ходатайства или отказе подлежит обжалованию и опротестованию в вышестоящий суд, что ведет к затягиванию его исполнения.

По мнению авторов, необходимость в опротестовании и обжаловании данных ходатайств не лишает стороны права в будущем вновь обращаться с подобными ходатайствами и возражениями.

Таким образом, можно сделать вывод, что данные нормы ставят адвоката в невыгодное положение, поскольку, адвокату, в конечном счете, можно отказать, ссылаясь на одну норму, и избежать ответственности за несвоевременное предоставление информации, ссылаясь на другую.

В целом, адвокат осуществляет защиту путем заявления ходатайств, в связи с чем, авторы считают необходимым обеспечить быстрое и качественное их рассмотрение.

Между тем, в соответствии с и, 13 ч, 2 ст, 70 УПК от 4 июля 2014 года № 231-V адвокат вправе быть заблаговременно извещенным органом, ведущим уголовный процесс, о времени и месте производства процессуального действия с участием подзащитного, а также обо всех судебных заседаниях, связанных с рассмотрением жалоб стороны защиты, ходатайств о применении меры пресечения, продлении срока содержания под стражей, депонировании показаний. Однако уголовно-процессуальное законодательство Республики Казахстан не содержит четкого определения времени извещения, которое расценивалось бы как заблаговременное.

Проблемы оказания юридической помощи в настоящее время усугублены участившимися случаями отказа адвокату в допуске в здания судов и учреждений уголовно-исполнительной системы без предварительного осмотра и проверки адвокатского производства, средств мобильной связи и т.д. по мотиву борьбы с терроризмом.

Так, в соответствии с Правилами посещения учреждений уголовноисполнительной системы, утвержденными Приказом Министра внутренних дел Республики Казахстан от 20 августа 2014 года № 535 адвокаты допускаются в административные здания уголовно-исполнительной системы, а также находятся на территории режимного объекта учреждения, только после предъявления документа удостоверяющего личность [3]. Однако уголовно-процессуальное законодательство Республики Казахстан определяет, что адвокат вступает в дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера, удостоверяющего его полномочия на защиту конкретного лица. В свою очередь ст. 17 Закона Республики Казахстан от 30 марта 1999 года № 353-1 «О порядке и условиях содержания лиц в специальных учреждениях, обеспечивающих временную изоляцию от общества» содержит положения о том, что свидания предоставляются с адвокатом, участвующим в деле в качестве защитника, - по предъявлению им документа, подтверждающего принадлежность к адвокатуре, и второго экземпляра ордера, удостоверяющего полномочия адвоката на ведение конкретного дела.

В связи с этим Республиканская коллегия адвокатов обратилась с просьбой о принятии незамедлительных мер по проведению разъяснительной работы среди сотрудников Комитета уголовно-исполнительной системы, в части применения нормативных актов более высокого уровня по вопросам соблюдения гарантий адвокатской деятельности.

24 февраля 2017 года адвокатское сообщество Республики Казахстан обратилось с открытым письмом к Президенту Республики Казахстан по факту участившихся нарушений судами и органами, которые осуществляют уголовное преследование, основных прав человека, принципа законности осуществления правосудия.

Адвокатское сообщество выразило беспокойство относительно вопроса невозможности полноценного исполнения своего профессионального долга средствами и способами, которые общеприняты в демократических правовых государствах.

Председатель Республиканской коллегии адвокатов А. Түгел отметил, что, несмотря на то, что Президент Республики Казахстан Н.А. Назарбаев провозгласил в «Плане нации 100 шагов» идею о развитии суда присяжных и судебном контроле, гуманизации административного и уголовного законодательства, снижения санкций за правонарушения в предпринимательской сфере, декриминализации экономических составов с невысокой степенью общественной опасности; его политическая воля в настоящее время правоприменительной системой не исполняется; уголовный процесс носит обвинительный характер, о чем свидетельствует низкий процент оправдательных приговоров.

Так, по мнению адвокатского сообщества Республики Казахстан, принятое 22 декабря 2016 года Нормативное постановление Верховного суда Республики Казахстан № 14 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за прикосновенность к преступлению и пособничество в уголовном правонарушении» содержит нормы явно выражающие попытку оказать давление на адвокатуру. В данном нормативном правовом акте Республики Казахстан определены условия, при которых адвокаты привлекаются к уголовной ответственности в качестве пособников своих подзащитных. Однако как показывает судебная практика число уголовных дел, по которым адвокаты укрывали бы преступников или иным образом пособничали в совершении правонарушений, крайне незначительно. В связи, с чем возникает вопрос относительно причин включения данного вопроса в нормативное постановление Верховного суда Республики Казахстан.

Не менее острым вопросом открытого письма является тот факт, что сравнительно недавно совместным приказом Верховного суда Республики Казахстан и Министерства внутренних дел Республики Казахстан введён запрет на использование адвокатами в судах телефонов и компьютеров. По мнению адвокатского сообщества это противозаконное и бессмысленное ограничение прав адвокатов и представляемых ими граждан. Следует отметить, что авторы поддерживают вышеуказанную позицию и считает, что данные ограничения должны быть прекращены, а статус адвокатуры должен быть не ниже, а, как минимум, равным статусу прокуратуры.

Таким образом, на основании вышеизложенного авторы считают необходимым согласиться с предложениями Республиканской коллегии адвокатов о внесении следующих изменений в действующее законодательство Республики Казахстан, исключающее нарушения прав адвокатов:

  • исключить п. 5 из Нормативного постановления Верховного суда Республики Казахстан от 22 декабря 2016 года № 14 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за прикосновенность к преступлению и пособничество в уголовном правонарушении»;
  • отменить правила досмотра адвокатов при прохождении в здания судов и государственных органов, изъятия у адвоката телефона, ноутбука и иных технических средств, необходимых ему для оказания гарантированной конституционными нормами квалифицированной юридической помощи.

Уголовно-процессуальным законодательством Республики Казахстан введена новая процессуальная фигура - свидетель, который имеет право на защиту. Однако права данного субъекта уголовно-процессуальных отношений, по мнению авторов, недостаточно регламентированы. Например, в ст. 67 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V в перечне лиц свидетель, имеющий право на защиту не указан. Также ч. 1 ст. 217 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V, предусматривающая, что ходатайство о допросе свидетеля, потерпевшего могут заявлять прокурор, подозреваемый или его адвокат, не относит к их числу свидетеля, имеющего право на защиту [1]. Положения ст. 26 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V не наделили свидетеля, имеющего право на защиту правом на данную защиту, предусмотренном в отношении подозреваемого и обвиняемого; ч. 1 ст. 107 УПК PK от 4 июля 2014 года № 231-V - правом обжалования постановлений следственного судьи. Часть 3 ст. 78 УПК PK предусматривает право такого свидетеля давать показания в присутствии (но не с участием) своего адвоката. При этом, как устанавливает закон, неявка адвоката, не препятствует проведению допроса свидетеля. Такая формулировка приведет к тому, что даже уважительная неявка защитника не будет препятствовать проведению допроса.

В институте адвокатуры имеет место быть и проблема, возникающая при оказании адвокатом бесплатной юридической помощи в виде устного или письменного консультирования, составления документа правового характера, не связанного с ведением конкретного дела. C целью получения данной помощи лицо, обратившееся к адвокату, должен представить удостоверение личности и документ, который является основанием для оказания юридической помощи. В связи с этим по инициативе Республиканской коллегии адвокатов Министерство юстиции Республики Казахстан вышло с предложением к Министерству здравоохранения и социального развития Республики Казахстан о рассмотрении вопроса относительно предоставления адвокатам доступа к базе данных в отношении пенсионеров или инвалидов, для того, чтобы они могли получить данные о таких лицах и оказать юридическую помощь в момент обращения, без бюрократических проволочек. Однако эта инициатива поддержана не была.

Гражданско-процессуальное законодательство Республики Казахстан 2015 года ввело правомочие адвоката на проведение партисипативной процедуры. Однако, следует отметить, что в настоящее время ни гражданско-процессуальное законодательство Республики Казахстан, ни законодательство Республики Казахстан об адвокатской деятельности не регламентируют круг лиц, в интересах которых адвокаты должны проводить такую процедуру. При этом следует отметить, что обеспечение качества юридической помощи главным образом может быть достигнуто только лишь при материальной заинтересованности адвоката. Однако положениями Закона Республики Казахстан от 3 июля 2013 года № 122-V «О гарантированной государством юридической помощи» не установлена обязательность участия всех адвокатов в оказании бесплатной юридической помощи, в нем могут участвовать лишь желающие [4]. Так на практике из числа адвокатов, которые включены в список участвующих в оказании гарантированной государством юридической помощи, фактически принимают участие всего лишь 2371 адвокат, что объясняется низкими расценками оплаты труда адвокатов.

При этом на оплату труда адвокатов, а, следовательно, и на качество юридической помощи отрицательно влияют факты отказа органами следствия и судами в оплате времени ожидания начала следственных действий, судебных разбирательств, отложения судебных процессов, посещения подзащитных в следственных изоляторах, ознакомления с материалами дела, составления различных документов и т.д.что нарушает действующее законодательство Республики Казахстан.

Таким образом, на основании вышеизложенного можно сделать вывод, что государство отводит адвокатуре ведущую роль в системе правозащитных институтов и признает ее ядром системы оказания квалифицированной юридической помощи населению. Однако институт адвокатуры Республики Казахстан не лишен и ряда недостатков, к числу которых авторы относят, проблемы процессуальной формы обеспечения права защитника на собирание и представление доказательств, пробелы уголовно-процессуального законодательства Республики Казахстан и т.д.

 

Литература:

  1. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 4 июля 2014 года № 231-V // https://online.zakon.kz.
  2. Правила посещения учреждений уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом Министра внутренних дел Республики Казахстан от 20 августа 2014 года № 535 // https://online.zakon.kz.
  3. Закон Республики Казахстан от 5 декабря 1997 года № 195-1 «Об адвокатской деятельности» // https://online.zakon.kz.
  4. Закон Республики Казахстан от 3 июля 2013 года № 122-V «О гарантированной государством юридической помощи».
Год: 2017
Категория: Юриспруденция