Функционального состояния печени и ее роль в развитии дислипидемии и изменении терморегуляции при бактериальной эндотоксинемии у крыс

Актуальность. Известно, что функциональное состояние печени влияет на выраженность и исходы различных интоксикаций экзо- и эндогенного происхождения. Помимо этого, функциональная недостаточность печени нередко сопровождается нарушением обменных процессов, особое значение среди которых имеет изменение метаболизма липидов [3, 5]. Липиды, а также их производные необходимы для пластических и энергетических потребностей организма, принимают участие в развитии лихорадки, воспаления, процессов детоксикации, гемостаза, регуляции активности иммунокомпетентных клеток и т. д. [1, 2, 4].

Цель исследования. Выяснение значимости функционального состояния печени в развитии дислипидемии и изменении терморегуляции при бактериальной эндотоксинемии.

Материалы и методы. Эксперименты проведены на ненаркотизированных 20 белых нелинейных крысах обоих полов массой 200±20 г. Для достоверности условий исследования опыты выполнялись после 12-ч. голодания крыс при свободном доступе к питьевой воде. Эндотоксинемия моделировалась путем однократного внутрибрюшинного введения бактериального липополисахарида (ЛПС) – эндотоксина E.Coli (серия О111:В4, «Sigma», США) в дозе 2,5 мг/кг.

У животных проводилось измерение ректальной температуры при помощи электротермометра («Microlife», Швейцария). Кровь и ткань печени забирались сразу после декапитации крыс, которая проводилась через 24 ч. после введения ЛПС.

О тяжести поражения печени судили по изменению соотношения активности АлАТ/АсАТ и показателя тимоловой пробы в сыворотке крови. Из сыворотки крови выделялась суммарная фракция ЛПОНП+ЛПНП и ЛПВП по методике M.Burstein, J.Samaille. После экстракции липидов из фракций ЛП и тканевых гомогенатов по методу М.Креховой, М.Чехрановой в липидных экстрактах определялось содержание ХС колориметрическим методом. Полученные в ходе исследования данные подвергались обработке общепринятыми методами вариационной статистики. Значения р<0,05 рассматривались как достоверные.

Результаты исследования. Выявлено, что через 24 ч. после внутрибрюшинного введения животным ЛПС в дозе 2,5 мг/кг температура ректальная у крыс повысилась на 2,3°С с 36,6±0,16°С до 38,9±0,11°С (р<0,001, n=10).

Показано, что действие эндотоксина через 24 ч. привело к увеличению массы печени крыс на 22% с 7,83±0,39 г до 9,55±0,32 г (р<0,001, n=10), органно-весового коэффициента – на 24% с 0,025±0,001 до 0,031±0,001 (р<0,001, n=10).

В условиях эндотоксинемии, вызванной введением ЛПС, повреждение печени сопровождалось развитием мезенхимально-воспалительного и цитолитического синдромов, лабораторными критериями которых являются изменение показателя тимоловой пробы и ферментемия соответственно. Установлено, что через 24 ч. после введения ЛПС наблюдалось увеличение соотношения активности АлАТ/АсАТ в сыворотке крови с 0,57±0,05 до 0,82±0,04 (р<0,002, n=10); показатель тимоловой пробы увеличивался на 101% с 1,97±0,31 до 3,96±0,35 ед. (р<0,001, n=10).

Выявлено, что в условиях бактериальной эндотоксинемии происходят значительные изменения содержания ХС различных классов ЛП крови. Через 24 ч. после введения ЛПС уровень ХС ЛПВП в крови крыс снижался на 19,7%: с 1,37±0,05 до 1,10±0,08 ммоль/л (р<0,02, n=10). Содержание ХС суммарной фракции ЛПОНП+ЛПНП возрастало на 52,4% с 0,63±0,05 до 0,96±0,05 ммоль/л (р<0,001, n=10). Коэффициент атерогенности (Ка), который представляет собой отношение (ХС ЛПНП+ЛПОНП)/ХС ЛПВП возрастал на 97,9% с 0,47±0,05 до 0,93±0,8 (р<0,001, n=10), что указывает о развитии вторичной атерогенной ДЛП. Увеличение Ка было вызвано, главным образом, повышением содержания ХС суммарных фракций ЛПНП+ЛПОНП (r=0,93±0,09, р<0,001), чем снижением уровня ХС ЛПВП в крови крыс (r=-0,73±0,17, р<0,001).

Выводы. Особенности изменения терморегуляции и содержания ХС ЛП в сыворотке крови при бактериальной эндотоксиксинемии зависят от функционального состояния печени. Степень снижения содержания ХС ЛПВП в крови отражает тяжесть ее повреждения.

Список литературы:

  1. Гурин В.Н. Обмен липидов при гипотермии, гипертермии и лихорадке / В.Н. Гурин. – Мн.: Беларусь, 1986. – 190 с.
  2. Климов А.Н. Обмен липидов и липопротеидов и его нарушения / А.Н. Климов, Н.Г. Никульчева. – СПб.: Питер Ком, 1999. – 512 с.
  3. Лебедева Е.И. Морфофункциональные изменения в печени крыс при экспериментальном циррозе / Е.И. Лебедева, О.Д. Мяделец // Журнал анатомии и гистопатологии. – 2014. – Т.3, №3. – С. 51-57.
  4. Bassani L. Lipid profile of cirrhotic patients and its association with prognostic scores: a cross-sectional study / L. Bassani, S.A. Fernandes, F.V. Raimundo, D.L. Harter et al. // Arq Gastroenterol. – 2015. – № 52(210) – P. 5.
  5. Ridgway N.D. The role of phosphatidylcholine and choline metabolites to cell proliferation and survival / N.D. Ridgway // Crit Rev Biochem Mol Biol. – 2013. – № 48. – P. 20-38.
Год: 2018
Город: Шымкент
Категория: Медицина