Оценка эффективности молодежной политики и определение ее влияния на молодое поколение

Изменения в демографической ситуации, ведущие к увеличению удельного веса пожилых граждан в общей численности населения, влекут за собой проблемы экономического характера, вызванные недостаточностью средств для финансового обеспечения неработающего населения. Проблема более остра для стран с относительно более низким уровнем развития экономики, молодежь из которых стремится эмигрировать туда, где больше рабочих мест, выше доходы. Аналогичная ситуация и внутри стран, поскольку существует значительная дифференциация по уровню развития регионов и молодые люди уезжают в мегаполисы и более экономически развитые регионы, ухудшая и без того сложную демографическую ситуацию.

В качестве примера можно привести Владимирскую область, которая относится к группе регионов Российской Федерации, где удельный вес молодежи в работоспособном возрасте снижается более быстрыми темпами, чем в среднем по стране. Кроме общей тенденции снижения рождаемости в определенных периодах, регион испытывает влияние двух более экономически благополучных областей – Московской и Нижегородской, куда идет отток квалифицированных молодых кадров.

Закрепление молодых кадров обеспечивается реализацией ряда федеральных и региональных программ, активными мерами, предпринимаемыми предпринимательскими структурами региона. Однако эффективность этих мер явно недостаточна, что подтверждается статистикой. Авторами проведено исследование взаимосвязи удельного веса молодежи (население в возрасте от 16 до 30 лет) и валового регионального продукта на душу населения по выборке, включающей все регионы РФ. Значение парного коэффициента корреляции 0,35 статистически значимо и свидетельствует о наличии крайне слабом влиянии молодежи на уровень экономического развития регионов. Более того, значения индексов риска бедности у молодых людей значительно превышают показатели у других возрастных категорий и составляют у мужчин в возрасте от 16 до 30 лет – 1,13, у женщин в том же возрастном диапазоне - 1,14 [1].

Гипотеза исследования состоит в том, что применяемые инструменты реализации молодежной политики, развития молодежи как фактора экономического роста не соответствуют масштабам и сложности проблемы, как на государственном уровне, так и на уровне предпринимательских структур. Анализ публикаций по практикам поддержки молодежи государством и различными частными структурами показал, что в развитых странах молодежная политика максимально ориентирована на обеспечение развития, обучения в различных учебных заведениях. Практически повсеместное бесплатное обучение в высших учебных заведениях в Германии, льготное кредитование и возможность заработать на высшее образование во время службы в армии в Израиле, серьезные меры по финансовой поддержке студентов в Турции и т.д. говорят об осознании необходимости не просто помощи, но формирования квалифицированного работника, личности, стремящейся к самосовершенствованию.

Одновременно наблюдается снижение эффективности этих мер. Зачастую отмечается изменение ценностного профиля молодых людей, деформация оценки окружающей действительности. Само по себе образование все меньше гарантирует возможность трудоустройства и достойного заработка, что особенно стало заметно в США, где быстро растет число выпускников университетов, не способных вернуть образовательный кредит из-за отсутствия работы с требуемым для возвращения кредита заработком. Звучит парадоксально, но молодежь на Западе (согласно опросам) считает, что их родителям было гораздо легче жить, хотя бы потому, что в 80-е было гораздо проще найти работу по специальности.

Все больше выпускников университетов начинают свою профессиональную карьеру с работы не по специальности и, очень часто, с работы «менеджеров» в различных торговых сетях и просто небольших предпринимательских структурах. Преподаватели западных университетов среднего уровня серьезно озабочены низким уровнем мотивации значительной части студентов к приобретению знаний, пассивностью молодых людей в учебном процессе (и это несмотря на высокий уровень кадрового, материального, информационного обеспечения). Все сказанное о жизни, устремлениях, проблемах молодежи практически совпадает с ситуацией в России. Иждивенчество, позднее взросление, нежелание принять на себя ответственность за свою жизнь, стремление обвинять в своих проблемах старшее поколение характерно для многих молодых людей вне зависимости от места проживания.

Успешная молодежь есть везде, ее всегда отличает четкая целевая направленность, определенный ценностный профиль. Возвращающиеся в Россию выпускники наших же вузов чаще всего имели искаженные представления о западной реальности, где успех приходит только к тем, кто много и целенаправленно работает и над собой и на работе. То же можно сказать и о выпускниках периферийных вузов, возвращающихся из экономических и деловых центров страны на свою малую родину. Ожидания легкого заработка не оправдываются нигде, но молодые люди склонны либо объяснять свое возвращение неустроенностью и низким комфортом жизни в мегаполисе (что чаще всего лишь вершина айсберга причин), либо обвинять во всем некие внешние обстоятельства (нет связей).

Человек, переживший такую историю, боится неудачи и по возвращении, он становится осторожным, пассивным, т.е. не является ожидаемым драйвером развития региона. Авторами проведено исследование эффективности оказания государственной поддержки молодого населения России. Одной из нерешенных задач регионального развития является снижение неоднородности объема поддержки, оказываемой федерацией регионам, обеспечение единого подхода и формирование целевых ориентиров обеспечения финансовой поддержки решения региональных проблем. Для оценки единства подходов были использованы методы корреляционного анализа и индекс Тейла.

Расчет осуществлялся по данным Федерального агентства по делам молодежи [2]. Статистически значимый коэффициент корреляции между значениями показателей «Расходы на молодежную политику на 1 человека в возрасте 14 - 30 лет в 2012 году» и «Численность молодежи в 2012 году» рассчитанный по значениям по субъектам Российской Федерации составил -0,25, аналогичный коэффициент по 2013 году составил -0,26. Связь практически отсутствует, т.е. размер поддержки никак не зависит от общего количества молодых людей, на которых эта поддержка направлена, что подтверждает недостаточно высокий уровень обоснованности средств, направляемых на эти цели. Проведенный анализ позволил выявить сильную дифференциацию по уровню финансирования молодежной политики в регионах России. Описательная статистика приведена в таблице 1. 

Таблица 1 Описательная статистика

 

Показатель

Расходы на молодежную политику на 1 человека в возрасте 14 - 30 лет

2012

2013

Среднее

913,0417

1128,104167

Стандартная ошибка

219,4587

305,7211815

Медиана

366

471,5

Мода

216

#Н/Д

Стандартное отклонение

1520,454

2118,098477

Дисперсия выборки

2311782

4486341,159

Эксцесс

9,928863

14,42477051

Асимметричность

3,104969

3,676724556

Интервал

7234

11382

Минимум

6

4

Максимум

7240

11386

Сумма

43826

54149

Счет

48

48

 

Индекс Тейла , который основывается на понятии информационной энтропии, был предложен в 1967г. нидерландским учѐным Анри Тейлом и представляет собой показатель измерения уровня дифференциации. Экономическая интерпретация данного индекса заключается в том, что если расходы консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований на молодежную политику на 1 человека в возрасте 14 - 30 лет всех регионов равны, то индекс Тейла должен быть равен нулю. Если расходы консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований сконцентрированы в одном регионе, то индекс Тейла будет равны ln(N), где N – число субъектов Российской Федерации. Расчет был проведен по формуле:

 

где xi–расходы консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований на молодежную политику на одного человека в возрасте 14 - 30 лет в i- ом регионе, -среднее значение расходов консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований на молодежную политику на одного человека в возрасте 14 - 30 лет в i-ом регионе.

За два исследуемых года индекс Тейла растет по показателю расходы на молодежную политику на 1 человека в возрасте 14 - 30 лет от 0,956975 в 2012 году до 1,070785 в 2013 году, что позволяет сделать два вывода. Первое – расходы распределяются крайне неравномерно, второе – неравномерность не сглаживается а, напротив, усиливается. Причины могут крыться в неадекватном инструментарии реализации молодежной политики на различных уровнях.

Авторами проведено исследование долгосрочных целевых программ (ДЦП) ряда сходных по развитию 16 регионов Российской Федерации. Как показывают многочисленные исследования, эффективность мер существенно зависит от правильного определения целей этих действий, поэтому авторами была проанализирована целевая направленность 77 ДЦП. Большая часть целевых программ ориентирована на «поддержку», «воспитание», «адаптацию», т.е. предполагается, что молодежь нуждается в воспитании, перевоспитании, руководстве. Только в 2 из 16 рассмотренных регионов осуществляются программы по исследованию проблем молодежи. Нельзя не заметить, что с нашей точки зрения, постановка вопроса как исследование проблем, а не исследование направлений развития или факторов развития подтверждает негативный взгляд на молодежь.

Цели, сформулированные в программах носят общий характер, а сами программы не направлены на обеспечение реализации преимуществ молодых граждан страны в решении задач социально-экономического развития регионов. Анализ индикаторов реализации программ показал, что большинство из них являются индикаторами вовлечения в процессы, т.е. чаще всего это «доля молодых людей, участвующих в мероприятиях…», но сам факт участия, часто разового, еще не говорит о качественных изменениях в сознании и жизни молодых людей. В типовых таблицах оценки ДЦП отсутствуют вопросы по оценке синергетического взаимодействия различный программ, они разрабатываются без учета уже запущенных в реализацию программ и вовлеченных в них ресурсов. К существенным недостаткам использования инструментария программно-целевого подхода к реализации молодежной политики следует отнести отсутствие в них обязательного раздела обеспечения взаимодействия органов государственной власти с предпринимательскими структурами, которые являются и заказчиками и потребителями и инвесторами программ и проектов развития молодежи, обеспечения реализации ее потенциала в социально-экономическом росте регионов и стран. Для изменения ситуации необходимо использовать инструменты формирования молодежной политики и ДЦП ее реализации на принципиально более высоком уровне. Разработка ДЦП должна вестись на основе системного подхода, что бы обеспечить максимизацию синергетического эффекта всех проведенных, проводимых и планируемых мероприятий. Программа должна проектироваться на основе методологии, изложенной в современных стандартах управления программами и проектами, представлять собой систему взаимосвязанных проектов, каждый из которых имеет выраженную целевую направленность на молодежь. Необходима разработка и реализация механизмов вовлечения предпринимательских структур и самой молодежи в формирование программ, целеполагание, в экспертизу проектов программ. Решение этих задач позволит существенно повысить активность молодых людей в саморазвитии и, соответственно, в развитии региональных социально- экономических систем.

 

Литература
  1. Cоциальное положение и уровень жизни населения России. 2013: стат.сб. /Росстат. – М. – 2013.- С.110
  2. Доклад «Молодежь России 2000-2025: развитие человеческого капитала». М.: РАНХиГС. – 2014. – 264 с. . URL: youthrussia.ru/files/strategiya.pdf (дата обращения: 22.08.2015).
Журнал: Без журнала
Год: 2016
Город: Астана
Категория: Экономика
loading...