Правовая характеристика классической модели суда присяжных

По мнению Д.К. Канафина, судом присяжных может называться только суд англо-американской модели. Его называют классическим, потому что именно на территории Англии примерно с XII века этот институт начал развитие и постепенно приобрел современную форму, применяемую во многих странах [1, с. 16].

В США традиционно на законодательной основе действует институт судов присяжных, исторически пришедший в страну из Великобритании.

Деятельность данной категории судебных органов регулируется Законом о суде присяжных США и Законом о выборах и работе судов присяжных 1968 года. Механизм общенациональной системы судов присяжных разнится в каждом штате, однако функции их одинаковы.

Члены судов присяжных избираются на основе всеобщих выборов. В этих целях повсеместно создаются специальные комиссии в составе 3-х граждан США.

«Кандидаты в присяжные должны отвечать следующим требованиям:

  • быть гражданином США, в возрасте не моложе 18 лет, проживать на территории юридического округа не менее одного года;
  • быть грамотным, понимать и разговаривать на английском языке;
  • быть психически вменяемым человеком;
  • не иметь уголовного преследования или наказания;
  • не быть лишенным гражданских прав.

Согласно законодательству, три категории лиц не могут быть избраны членами федеральной службы присяжных:

  • представители Вооруженных сил, состоящие на действительной службе;
  • сотрудники профессиональной пожарной службы и департаментов полиции;
  • «госслужащие» федерального, штатного или местного правительств, активно вовлеченные в выполнение государственных обязанностей» [2, с. 53].

К компетенции присяжных американское законодательство относит: рассмотрение определенных видов преступлений против судебной власти, государственного правосудия и общего благополучия общества; преступления против недвижимости и частной собственности. Кроме того, присяжные могут принимать отдельные судебные решения: различного рода запреты в местах лишения свободы, досрочное освобождение, поручительство, осложнение уголовного преступления.

Как правило, основанием для рассмотрения уголовного дела об опасном преступлении в суде первой инстанции служит процессуальный документ, называемый обвинительным актом, т.е. такой документ, содержание которого должно утверждаться Большим жюри присяжных.

Большое жюри присяжных коллегиальный орган, комплектуемый судом первой инстанции из числа лиц, включенных в списки присяжных заседателей. Его количественный состав может быть разным. В федеральных судах и судах штатов в жюри обычно вводится от 16 до 23 человек; он подбирается тем судом, при котором формируется. Кое-где допускаются Большие жюри, состоящие из меньшего числа присяжных. Например, в штате Техас Большое жюри образуют 12 человек. Основная их функция проверка обоснованности привлечения к уголовной ответственности за опасные преступления в тех случаях, когда лицо, привлекаемое к ответственности, не возражает против рассмотрения его дела Большим жюри присяжных.

По итогам рассмотрения жюри принимает одно из решений утвердить или не утвердить обвинительный акт, представленный прокурором. Могут быть и иные варианты решения: указание прокурору на необходимость предъявления обвинения в менее тяжком преступлении, обращение внимания суда на недостойное поведение того или иного госслужащего и др. Таким образом, жюри выполняет своего рода роль «сита». После его рассмотрения отсеивается примерно от 3 до 8% рассматриваемых ими дел.

Этапу формирования жюри присяжных предшествует большая работа. Начинается она с составления общих списков присяжных, которые должны участвовать в разбирательстве дел, подсудных конкретному суду. По Конституции США (IV-я поправка) «обвиняемый имеет право на публичный суд присяжных того штата или округа, где было совершено преступление» [3, с. 345].

В основу списков присяжных кладутся во многих случаях списки избирателей, зарегистрированных в данной местности, списки налогоплательщиков, списки обладателей водительских прав или даже телефонные справочники. Из отбираемых по этим спискам исключаются фамилии тех, кто по закону не имеет права выполнять функции присяжных.

Действия избранных и присягнувших на честность присяжных могут быть оспорены в суде прокурором или судьей, которые могут отвести присяжных от участия в суде без каких-либо объяснений. Эта процедура известна в юриспруденции как предварительная проверка допустимости в суд свидетеля или присяжного заседателя. Отведенный присяжный может быть заменен другим присяжным. Прокурор имеет дополнительное право «безапелляционного отвода».

Занимаются «чисткой» списков чиновники судов. Незадолго до того, как по конкретному уголовному делу наступит момент формирования жюри присяжных, клерк суда выбирает из общего списка по жребию, с помощью компьютера или иных технических средств, позволяющих подбирать на случайной основе фамилии тех, кто должен будет явиться в суд для рассмотрения определенного уголовного дела. Заблаговременно им направляется повестка о явке в суд с указанием места и времени заседания. По одному делу обычно вызывают 36-48 человек.

Как отмечалось выше, в США действуют Большие жюри присяжных, которые могут блокировать любое уголовное преследование судебным порядком в случае, если они полагают, что решение принято безосновательно, либо со злым умыслом. В настоящее время понятие «Большое жюри» упоминается в V-й поправке к Конституции США. Этот судебный институт также признается конституциями большинства американских штатов.

Властные полномочия и функциональные обязанности федерального Большого жюри отличаются от федеральных судов присяжных.

Следует отметить, что Большое жюри не определяет виновность или невиновность обвиняемых. Оно призвано лишь устанавливать факт совершения преступления, а также причастность к нему тех или иных лиц. В случае, если Большое жюри найдет причину продолжить судебное разбирательство, оно может вынести письменное заявление, называемое «обвинительный акт», после чего обвиняемый направляется в суд [4, с. 45].

Как правило, Большое жюри заслушивает только доказательства и свидетельства, представленные прокурором. Оно склонно продемонстрировать подготовку совершения преступления. Большое жюри должно признать представленные доказательства обычно без заслушивания доказательств стороны защиты или лица, которое должно быть наказано за совершение серьезного федерального преступления, рассматриваемого «Биллем о правах» как «бесчестящее преступление», предусматривающее лишение свободы на срок до одного года.

Существует общее правило, согласно которому никто не может быть наказан за серьезное преступление до тех пор, пока Большое жюри не решит, что заслушанные доказательства приняты во внимание. В данном случае, Большое жюри выносит от имени государства наказание подозреваемому преступнику, а также защищает граждан от незаконного или несоответствующего наказания. Обвиняемое лицо может попросить Большое жюри отложить разбирательство или согласиться быть наказанным по письменному обвинению за совершение преступления.

Большое жюри формируется по территориальному принципу. Дела в нем рассматриваются по месту совершения преступлений. Большое жюри не имеет аппарата следователей. Во время изучения доказательств оно может рассматривать дополнительные материалы. При этом Большое жюри должно проконсультироваться с Прокурором США или судом до их исследования. Федеральные Большие жюри рассматривают только т.н. федеральные преступления, совершенные в территориальном округе его расположения.

Как требует федеральное законодательство, состав (23 «компетентных» человека) Большого жюри отбирается из числа «порядочных представителей сообщества или членов Федерального Большого жюри. Из числа членов Большого жюри назначается «староста», а при его отсутствии - «председательствующий сотрудник». Члены Большого жюри присягают на честность или дают торжественное обещание. Закон предоставляет последним широкий иммунитет на период работы в составе Большого жюри. Кворум жюри составляет 16 человек. Каждый член Большого жюри имеет равный голос. Членам Большого жюри запрещается обсуждать материалы судебного разбирательства с посторонними лицами. Обсуждение ведется в комнате Большого жюри только с членами жюри, прокурором США или его помощником. Члены Большого жюри могут советоваться с судьей.

После сформирования скамьи присяжных начинается судебное следствие.

Особенностью американского судопроизводства является то, что последовательность действий на этом этапе определяется не судом с учетом материалов дела и мнения сторон. Последовательность уже предопределена правилами: в первой части судебного следствия рассматриваются доказательства, представленные стороной обвинения, во второй доказательства защиты, а в третьей заслушивается напутственное слово судьи. Третья часть судебного следствия напутственное слово судьи призвана обеспечить правильное понимание присяжными собранных сторонами доказательств, содействие им в определении их относимости и допустимости, а также достаточности и др.

В своем напутствии судья должен разъяснить конкретные правовые предписания, применимые к данному делу и к фактам, связанным с ним. Но при этом судьи не должны напрямую, открыто влиять на выводы, к которым могут прийти присяжные в совещательной комнате при постановлении вердикта. После напутственного слова присяжные сразу удаляются на совещание. В начале своего совещания присяжные избирают старшину, который руководит его ходом. В федеральных судах и судах 45 штатов требуется, чтобы присяжные выносили вердикты единогласно.

Вердикт провозглашается старшиной жюри в открытом судебном заседании обязательно в присутствии судьи и осужденного. Провозглашенный вердикт сразу же заносится в протокол и зачитывается присяжным. Каждый из них должен подтвердить правильность того, что записано. Мотивировка вердикта (ни устная, ни письменная) не требуется.

Надо отметить, что среди специалистов обсуждаются две группы вопросов. Одна из них касается оценки самостоятельности присяжных при постановлении вердиктов, а другая их способности эффективно гарантировать законность, обоснованность и справедливость принимаемых решений. В дискуссиях по первой группе вопросов широко отмечается, что присяжные в силу своего непрофессионализма нуждаются в помощи профессионалов. Судьи, естественно, фактически занимаются не только тем, что бесстрастно разъясняют действующие законы и правила оценки доказательств. Делая это, они имеют возможность влиять на содержание возможных выводов присяжных по конкретным делам, корректируют их [5, с. 78].

Вторая группа вопросов касается в конечном итоге качества вердиктов и нередко принято сводить их в основном к популистской оценке что они являются выражением мнения представителей народа и в этом надо усматривать справедливость и убедительность. В таком суждении есть доля истины. Вердикты действительно могут обладать таким качеством.

Но при этом из поля зрения ускользает весьма существенное обстоятельство. Суть его в том, что присяжные, как свидетельствуют объективные вышеприведенные данные, довольно часто и серьезно ошибаются, неправильно решая основной вопрос, возникающий по любому делу вопрос о виновности подсудимого, И эти данные, естественно, сводят практически к нулю значение популистских утверждений о справедливости и убедительности вердиктов присяжных. После оглашения вердикта судья, естественно, может приступать к назначению конкретного наказания по делу. Но этот процесс остается вне пределов нашего исследования.

Как было отмечено, суд присяжных является детищем английской системы права. На членов жюри подданных английского короля Генриха II возлагалась обязанность сообщать под присягой королевским судьям, время от времени посещавшим соответствующую местность, сведения о наиболее серьезных преступлениях и о лицах, их совершавших.

Иначе говоря, тем, кого в наши дни называют судьями факта присяжным, отводилась роль не только судей, решавших вопросы о виновности, но и информаторовсвидетелей, в какой-то мере обвинителей. Современники называли такой суд «судом соседей», поскольку судьями в нем оказывались люди, жившие бок о бок с обвиняемыми и принимавшие решения, опираясь на свое непосредственное знание фактов и данные о личности тех, кого они судили.

И лишь в 1194 году состоялось отделение свидетельских и обвинительных функций присяжных от их функций разбирательства уголовных по существуОрганизационно это выразилось в переходе к двум видам жюри присяжных Большому жюри, одобрявшему или не одобрявшему предъявление обвинения конкретному лицу, и Малому жюри, которое решало вопросы виновности или невиновности» [6, с. 78].

Однако такой порядок вещей в судебной юстиции Англии сформировался, естественно, не сразу. Суд присяжных в его классической форме прошел длинную историю.

В течение XII-XVI вв. среди хаоса феодальных усобиц королевская власть то уступает требованиям феодалов о расширении подсудности их курий, то усиливает свое влияние в суде через разъездных судей и шерифов. При этом используется круговая порука сотен.

Как отмечает М.А. Чельцов-Бебутов, первое время участие созываемых судьей, местных людей в оценке поведения лица, заподозренного в совершении преступления, уживается со старым англосаксонским способом доказывания очистительной присягой с соприсяжниками и ордалиями и с нормандским способом доказывания судебным поединком. Разумеется, развитие суда в новом направлении шло медленно и с отступлениями. Но в соответствии с ходом общеполитического развития Англии и судебное устройство, и процесс получили направление, резко расходившееся с развитием их во Франции, где в XIII-XV вв. укрепился розыскной процесс.

Основная процессуальная тенденция XII-XV вв. в Англии это вытеснение старых формальных методов доказывания посредством ордалий и поединков новым методом, состоящим в решении дел определенной группой лиц из местного населения «присяжными».

Применение этой процедуры к решению уголовных дел прошло ряд этапов. Долгое время в уголовных делах требовалось согласие обвиняемого на передачу решения его дела на «суд отчизны», т.е. на решение созванных судьей местных рыцарей и горожан. Очевидно, обвиняемые в тяжких преступлениях лица весьма неохотно соглашались на такое решение дела.

С одной стороны, потерпевший от преступления имел право предъявить прямое обвинение против определенного лица. С другой стороны, издавна существовал порядок, при котором гражданин мог изобличаться представлением присяжных свидетелей, основанным на людской молве, в совершении одного из тяжких преступлений.

Согласно нормам общего права, действовавшим в XII в.в первом случае обвиняемый должен был выйти на поединок с обвинителем. Во втором он должен был подвергнуться испытанию раскаленным железом или водой.

Интересна статья 12 Вестминстерского Статута 1275 года. Тяжкие преступники, явно имеющие «дурную славу», в случае отказа от расследования через присяжных по обвинению в совершении преступлений, должны подвергнуться строгому и суровому тюремному заключению, как отказывающиеся отвечать по общему праву страны. Законодатель оговаривает, что это постановление не относится к заключенным, которые арестованы по слабому подозрению.

Это постановление Статута представляет большой интерес для истории английского уголовного процесса. Оно показывает, по мнению М.А. Чельцова Бебутова, что в конце XIII в. разбирательство дел о тяжких уголовных преступлениях через присяжных признавалось уже институтом общего права [7, с. 306].

Дальнейшее развитие и укрепление форм деятельности присяжных по уголовным делам происходило в тесной связи с уточнением функций разъездных ассизов судей, а также с развитием деятельности мировых судей.

Медленный ход развития института присяжных привел к изменению взаимных отношений между судьей и местными присяжными людьми, между потерпевшим и судьей, наконец, между потерпевшим и присяжными.

Но для того, чтобы избежать вызова на поединок со стороны обвиняемого, у обвинителя была одна возможность. Он должен был добиться того, чтобы выдвигаемое им обвинение приняли на себя выдвигаемые сотней присяжные. При таком обвинении исключалась возможность поединка. А для того, чтобы присяжные сотни поддержали обвинение, необходимо было представить им доказательства, подтверждающие совершение преступления заподозренным лицом.

Таким образом, присяжные, которые раньше действовали в силу личного знания ими обстоятельств дела, постепенно превращались в лиц, решавших вопрос об основательности обвинения по представленным частным обвинителем доказательствам. Иными словами, начиналось превращение присяжных из свидетелей отдельных фактов в судей, изрекавших вердикт по убеждению, сложившемуся на основе представленных им доказательств обвинения.

Присяжные в таких условиях переставали быть собранием разрозненных свидетелей, которых судья допрашивал поодиночке, а превращались в единую группу, высказывавшую свое мнение от имени сотни.

Таким путем жюри присяжных теряло свой характер органа розыска и превращалось в орган обвинения, заменявший частного обвинителя потерпевшего.

Во внутренней связи с таким преобразованием функций присяжных стояло оформившееся значительно раньше выделение двух видов жюри. Рядом с обвинительным жюри организовалось и второе жюри жюри приговора, которое по рассмотрению дела под руководством разъездного (ассизного) судьи, а позднее и перед судом четвертных сессий выносило приговор по существу дела о виновности или невиновности подсудимого.

К 1368 году следует отнести начало деятельности уже сформировавшегося института Большого жюри из жителей всего графства. За Большим жюри графства было признано право, независимо от обвинения перед ним определенного лица, возбудить обвинение и предать суду всякое частное и должностное лицо, которое, по дошедшим до жюри сведениям, виновно в совершении правонарушения.

Переставая быть свидетелями, присяжные должны были черпать доказательства из других источников. Уголовный процесс позаимствовал и здесь то, что было установлено практикой суда по гражданским делам. Там уже издавна основным доказательством являлись письменные документы, удостоверявшие и владение землей, и наличие различных договоров.

Законом Эдуарда III 1352 года запрещается присяжным обвинительного жюри принимать участие в вынесении приговора. И так как функции обвинительного жюри все более переходят к Большому жюри, образовавшемуся в собрании графства, то теперь обе формы суда различаются определенно под именем Большого и Малого жюри.

Но это Малое жюри еще долгое время не являлось судом присяжных в ныне существующей форме. Его члены не проверяли непосредственно доказательств. Они решали дело своим вердиктом (то есть объявлением под присягой истины) на основании лично им, как местным людям, известных фактов.

Из такого построения разбирательства дел присяжными ведет свое происхождение сохранившееся долгое время в английской процессуальной теории положение, согласно которому присяжные решают только вопросы факта, решение же вопросов права принадлежит судье.

Перемена в порядке доказывания, то есть переход к непосредственному допросу свидетелей перед присяжными, очень медленно происходила в уголовном процессе.

Первым шагом к превращению присяжных свидетелей в присяжных судей стал обычай передачи им для рассмотрения протоколов показаний свидетелей, составленных мировым судьей.

По-видимому, очень скоро после этой должности для охраны мира и усиления борьбы с преступлениями мировые судьи получили право принимать от шерифа присяжными сотни обвинения в отношении отдельных лиц. Находясь постоянно в пределах графства, мировые судьи стали в этой функции конкурировать с разъездными судьями.

Но, таким образом, мировой судья становился соединительным звеном между частным обвинителем и обвинительным жюри. Ранее обвинитель представлял доказательства против обвиняемого непосредственно перед обвинительным жюри. Теперь же, в случае ареста обвиняемого, мировой судья стал рассматривать доказательства, представляемые ему потерпевшим. Так началось письменное оформление мировым судьей предварительно представленных ему материалов обвинения для передачи затем вместе с обвинением на рассмотрение жюри [8, с. 35].

Начавшееся в предыдущий период развитие суда присяжных продолжалось в направлении превращения присяжных Большого и Малого жюри из свидетелей в подлинных судей. В конце XV в. обычное право требовало, чтобы обвинитель представлял в письменном виде Большому жюри проект обвинительного акта. В нем должны были быть точно перечислены пункты обвинения со всеми относящимися к каждому из них обстоятельствами, а также список вызываемых обвинителем свидетелей.

В связи с этим присяжные Большого жюри перестают быть свидетелями, а воспринимают как судьи доказательства, приводимые обвинителем, в том числе и показания выдвинутых им свидетелей. Присяжные Малого жюри в свою очередь выслушивают как показания обвинителя и выдвинутых им свидетелей, так и объяснения подсудимого.

Постепенно практика все чаще допускает в суд свидетелей со стороны обвиняемого, что было вполне естественным после того, как присяжные перестали быть очевидцами преступления.

После правления Генриха VIII (15091547) бароны добились издания двух Статутов 1547 и 1552 гг.

Первый из них установил право обвиняемого при разбирательстве дела доказывать свою невиновность при помощи свидетелей, «не менее достоверных, чем свидетели обвинения».

Второй ввел для ограждения граждан от ложных обвинений в совершении государственных преступлений правило, согласно которому никто не может быть предан суду и осужден за преступление, подходящее под понятие измены, иначе как на основании показаний двух достоверных свидетелей или обвинителей.

Однако уже в 1553 году в период царствования Марии с началом католической реакции был принят закон, отменяющий, хотя и в довольно двусмысленных выражениях, указанные статуты. Новый закон предписывал, чтобы всякий суд по делам о государственной измене «происходил не иначе как по началам общего права». А так как в общем праве не было установлено правила о необходимом числе свидетелей, то практика, опираясь на новый закон, стала довольствоваться в делах о самых тяжких политических преступлениях показанием одного свидетеля, зачастую заведомо недобросовестного.

В царствование Елизаветы (15581603) можно считать установившейся нормой общего права допущение свидетелей со стороны обвиняемого по делам, не имеющим политического характера.

Но в политических делах в условиях обострения классовой борьбы правительству приходилось сталкиваться с присяжными, которые не всегда выносили угодные ему приговоры. Поэтому, с одной стороны, все более широко практикуется откровенный подбор шерифами «подходящего состава» присяжных по делам, носящим политический характер. С другой стороны, Звездная палата присваивает себе право привлекать к своему суду присяжных, осмелившихся вынести неугодный правительству оправдательный вердикт и не пожелавших изменить его по указанию председательствовавшего судьи.

В царствование Елизаветы имущественный ценз присяжных заседателей был снова повышен и достиг четырех фунтов стерлингов дохода.

Английское процессуальное право, как и все право в целом, является в большей степени общим правом и в меньшей степени статутным, т.е. основанным на законодательных актах.

Общее право это неписаные правовые нормы, выработавшиеся, главным образом, в течение последних двух столетий судебной практикой путем применения судебных прецедентов.

Даже убежденный апологет английской буржуазной правовой системы, профессор Лондонского университета Эдуард Дженкс отметил хаотическое состояние общего права: «Человек, изучающий английскую судебную практику, редко обнаружит в судебных решениях, составляющих основу права, творимого судами, какой-либо принцип, выраженный в ясных и простых терминах».

Источником права являются также законодательные акты парламента. При чтении некоторых старых законов с трудом можно отделаться от впечатления, что они имеют целью ввести в заблуждение. Таким образом, судьям приходится опираться на собственное суждение об общих задачах данного закона, исходя из его содержания в целом и подчиняя частные утверждения общим задачам [9, с. 43].

Анализируя в целом деятельность института присяжных заседателей в некоторых странах Европы, ряд европейских ученых и практиков-юристов подчеркивает его недостатки, в т.ч. связанные с необъективностью, подверженностью общественным страстям, беспомощностью в исследовании доказательств, крайней волокитой и дороговизной процесса рассмотрения дела. В то же время они отмечают позитивные факторы существования данного института, при котором устанавливается строгое соотношение между подсудностью и тройственным делением преступных деяний. Благодаря этому конкретный спорный вопрос получает ясную и простую постановку. Таково значение данного деления в Бельгии и той же Франции, где нарушения подсудны простым полицейским судам, проступки — исправительному суду, а преступления суду с участием присяжных заседателей [2, с. 61].

Резюмируя изложенное, заметим, что судебной системе Австрии присущи элементы как англо-американской модели суда присяжных, при которой решения по особо тяжким преступлениям принимают только присяжные заседатели, так и континентальной, при которой по менее опасным преступлениям решения принимает суд шеффенов совместно с профессиональными судьями. Если обвиняемому грозит наказание до пяти лет, то решение принимает только профессиональный судья.

Итак, рассмотрев процедуру осуществления правосудия судом присяжных англо-американской, так называемой классической формы, можно сделать вывод о ее исторической неизменности. Вместе с тем, национальное законодательство каждой страны предполагает особенности механизма его реализации.

 

ЛИТЕРАТУРА
  1. Канафин Д.К. Формы суда с народным представительством: проблема выбора. // Правовая реформа в Казахстане, 2005. - № 1. С. 16-20.
  2. Материалы обобщения о деятельности суда присяжных за рубежом. // Текущее делопроизводство МИД РК. Астана, 2004. 97 с.
  3. Конституция США. // Конституции зарубежных государств: Великобритания, Франция, Германия, Италия, Европейский союз, Соединенные Штаты Америки, Япония, Индия. Учебное пособие. / Сост. В.В. Маклаков. М.: Волтере Клувер, 2006. 608 с.
  4. Правовые системы стран мира. / Под ред. А.Я. Сухарева. М.: Норма, 2001. 622 с.
  5. История государства и права зарубежных стран: Учебник для вузов в 2 ч. Под общ. ред. О.А.Жидкова и Н.А. Крашенниковой. М.: Норма, 2004.624 с.
  6. Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Уголовный процесс западных государств. М.: Зерцало, 2001. 492 с.
  7. Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовнопроцессуального права (Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах.) СПб.: Равена, 1995. 847 с.
  8. Бернэм У. Суд присяжных заседателей. М.: Московский независимый институт международного права, 1995. 183 с.
  9. Дженкс Э. Английское право. М.: Юриздат, 1947. 287 с.
Год: 2014
Категория: Юриспруденция