Русская дореволюционная историография «Илийского вопроса»

Временное занятие Россией в 1871-1881 гг. Илийского края - части «Новой территории» Цинской империи - Синьцзяна, деятельность русской военной администрации в крае и возвращение его Китаю в 1881 г. по Санкт-Петербургскому договору, явилось важным событием в истории русско-китайских отношений. Это один их интересных, сложных и острых эпизодов периода новой истории. Не случай­но один из основоположников теории империализма В.И. Ленин в своей работе «Тетради по импе­риализму» в «Таблице колониальных захватов и войн» упоминает о факте возвращения Илийского края Китаю как событии, ознаменовавшем, наряду с важнейшими событиями последней трети XIX в., конец домонополистической стадии капитализма [1, 489 с.].

По поводу «Илийского вопроса» (т.е. причин временного занятия Илийского края русскими войс­ками, политике России в занятом крае, оценке этой политики, значения этого события для судьбы края) до сих пор ведутся споры, существуют различные точки зрения, имеется огромная литература.

Автор данной статьи поставил перед собой цель - осветить дореволюционную историографию данного вопроса.

Все работы дореволюционных исследователей по изучаемому вопросу можно свести к следую­щим основным проблемам: история Илийского края, политика Цинской империи в Джунгарии, при­чины восстания 1864 г. в Синьцзяне и его результаты, история русско-китайских отношений, причи­ны занятия русского края русскими войсками, политика России в Илийском крае в 1871-1881 гг., переселение илийских жителей в пределы Российского государства и их положение в Семиречье, положение Кульджи после передачи края Китаю.

Общие сведения о гибели Джунгарского ханства, о завоевании ее Цинской империей в 1759 г., опре­деление выгод, обретенных Китаем при завоевании этой территории, характеристика образован-ной здесь новой системы военно-административного управления, переселенческая политика Цинов, адми­нистративная, налоговая, торговая политика маньчжурских властей в этом районе содержится в трудах основоположника русского китаеведения Н.Я. Бичурина (Иакинфа) [2], написанных на основе китай­ских источников, и в трудах русских офицеров: М.И. Венюкова, М.А. Терентьева, Л.Ф. Костенко, Д.Я. Федорова [3; 4; 5; 6; 7; 8], востоковеда В.П. Васильева [9; 10], деятеля туркестанской админис­трации Н. А. Аристова [11].

Анализируя административную политику Цинов в Джунгарии Н.Я. Бичурин и русские офицеры особо отмечали лихоимство маньчжурской администрации, жестокость колониального гнета Цин-ской империи и угнетенное положение местного населения. Военный историк Д.Я. Федоров в своей работе «Опыт военно-статистического описания Илийского края» писал: «Таким образом, с создани­ем имперского наместничества Синьцзян Джунгария была превращена в военный форпост Цинской империи в Центральной Азии. Этому были подчинены политические и экономические мероприятия маньчжуро-китайских властей в этом районе. Цинское правительство установило строжайший кон­троль над всеми сторонами жизни некитайских народов Илийского края. Представители чужеземной маньчжурской военщины и бюрократии были посажены на ключевые посты в административном аппарате. Опирающийся на армию (в 1796 году в Синьцзяне находилось более 40 тыс. солдат) мань-чжуро-китайский чиновничий аппарат стал главным эксплуататором народов Илийского края. Эти органы власти утверждались с тем, чтобы добиться повиновения и получить возможность неограни­ченной эксплуатации местных народов.

По мнению Д.А. Федорова «..лтод лапами китайского дракона убивался дух предприимчивости, стремления к возрождению, к усовершенствованию - все обрекалось мертвящему застою и удержива­лось в рабском повиновении престолу» [8, 63 с.].

В целом, как признавали сами историки КНР (Фань Вэнь-лань, Шан Юэ и др.) население Синьцзяна страдало от гнета Цинской империи значительно больше, чем национальные меньшинства внутрен­него Китая.

Существенную роль в сохранении такого положения играла политика насильственной изоляции Синьцзяна от внешнего мира. Оценивая тяжелые последствия маньчжуро-китайского завоевания для уйгуров, дунган, казахов и др. народов Синьцзяна, китайский современный историк Лю Чжэнь Юй писал: «Таким образом, мусульмане отстали скоро в экономическом и культурном отношений и уже не могли вернуть себе того важного положения, которое они занимали раньше» [12, 168 с.].

Несколько идеализировал административную политику Китая в Синьцзяне в своих трудах В.П. Васильев.

Почти все представители дореволюционной историографии уделяли большое внимание анализу причин восстания 1864 г. в Синьцзяне. При рассмотрении причин восстания В.П. Васильев и деятель туркестанской администрации А. К. Гейнс выдвигали на первый план не социально-экономические, а религиозные причины восстания [10, 5 с; 13].

Описание хода событий восстания содержится в трудах историков А.Л. Субботина, А.И. Макшеева, К. А. Скальковского [14; 15; 16].

Анализ последствий восстания 1864 г. для Синьцзяна, характеристика образовавшихся здесь в результате восстания самостоятельных мусульманских государств, влияние восстания 1864 г. на эко­номические, политические интересы России была дана в работах царских офицеров и деятелей тур­кестанской администрации. Они были против образования на среднеазиатских границах России само­стоятельных мусульманских государств и были сторонниками оказания помощи Китаю, с целью ус­тановления здесь «законного» китайского правительства и уничтожения образовавшихся в Синьцзяне самостоятельных мусульманских владении: Илийского султаната, и особенно, государства Йэттишар, связанного с Англией и Турцией. Они ратовали за оказание помощи Китаю со стороны русского пра­вительства в подавлении восстания в Синьцзяне.

Характеризуя русско-китайские отношения в целом, дореволюционная историография подчерки­вала их мирный добрососедский характер и старалась вскрыть причины этого.

Историки А.Л. Субботин, А.И. Макшеев, К.А. Скальковский раскрыли общие причины и мотивы движения России на Восток. Русские военные историки М.И. Венюков, М.А. Терентьев, Л.Ф. Костенко, Д.Я. Федоров были сторонниками дальнейших территориальных приобретений в Центральной Азии и давали в своих трудах развернутое обоснование причин, почему Россия должна стремиться в эти районы.

Анализ причин занятия Илийского края русскими войсками в 1871 г. содержится в трудах А. Л. Субботина, А.И. Макшеева, К.А. Скальковского, Н.А. Аристова, царских офицеров. Царские военные и гражданские деятели указывали на «разбойный характер действий» восставших, нападав­ших на пограничные районы Казахстана, враждебные акции илийского султана в отношении России, подчеркивали вынужденный характер ввода русских войск на территорию Илийского края

Согласно высказываниям дореволюционных авторов, многие обстоятельства заставляли русскую администрацию видеть в Кульдже очаг беспокойства, неприязни и напряженности. Это проявлялось и в нежелании кульджинских властей завести равноправную торговлю с Россией, и в попуститель­стве султана своим подданным производить в русских владениях постоянные грабежи, и в наруше­нии ими почтовой связи на главном пути, соединяющим земли туркестанского генерал-губернатора с Сибирью, и в отсуствии желания султана пойти на заключение каких-либо соглашений. В то же вре­мя он принимал в своих владениях беглых преступников, русско-подданных мусульман, подрывая авторитет русских властей в глазах пограничного населения, постоянно поддерживал распри и волне­ния среди нерусских народов.

Многие официальные лица и деятели русского правительства, заявляли, что только из-за постоян­ных набегов восставших на русскую территорию и нападении на русских подданных, вследствие бес­силия китайского правительства в этих райнах, русское правительство решилось пойти на крайнюю меру и взять на себя ответственность по восстановлению порядка на своих границах. Поэтому Россия вынуждена была ввести свои войска в Илийский край.

При оценке причин занятия Илийского края русскими войсками все вышеназванные авторы стояли на точке зрения вынужденности этого события, преувеличивали в своих трудах «разбойный характер» таранчей, враждебность султана Абиль-оглы к России и считали, что этот акт (т.е. занятие Илийского края русскими войсками - К. С.) был вызван следующими причинами: невозможностью более терпеть «заносчивый тон» тарнчинского султана, невыполнение им главных требований русских пограничных властей в Туркестане, предотвратить захват этого слабого государства кашгарским правителем Якуб-беком, за спиной которого стояла Англия.

Военные действия по занятию Илийского края подробно были описаны в работах военных. Цар­ские офицеры М.А. Терентьев, Д.Я. Федоров и востоковед В.П. Васильев особо отмечали гумман-ность русских войск при занятии Кульджи и других населенных пунктов [7, 266 с; 9. 57 с; 17, 136 с.].

Некоторые аспекты деятельности русской военной администрации в Илийском крае в период его временного занятия русскими войсками, оценка этой деятельности была дана в работах востоковеда П. Васильева, русских офицеров, наиболее подробно этих вопросов в своей работе «Опыт военно-статистического описания Илийского края» касался Д.Я. Федоров, который даже сделал попытку сравнительного анализа деятельности русских властей в крае с управлением Цинов в Синьцзяне до 1864 г., историков А.Л. Субботина, А.И. Макшеева, К.А. Скальковского.

Но они полностью обошли молчанием вопросы социально-экономической деятельности русских властей в крае, но зато у них встречается безудержная апология политики России, причем без всяких доказательств. В «Дневниках 1873-1883 гг.», бывшего в то время военным министром Д.А. Милютина [18], и в воспоминаниях видного деятеля западно-сибирской администрации генерала И.Ф. Бабкова [19] красной нитью проходит мысль о цивилизаторской миссии России в крае и оборонительном характере действий России в Центральной Азии и о том, что русское правительство не было заинте­ресовано в захвате китайской территории.

В основном, давая оценку деятельности России во временно занятом крае, они идеализировали и затушевывали негативные стороны деятельности русских властей, подчеркивая только ее положи­тельные стороны.

История подписания Санкт-Петербургского договора 1881 г. освещалась в работах В.П. Васильева, А. Л. Субботина, А. И. Макшеева, К.А. Скальковского, царских офицеров.

В период обсуждения судьбы Илийского края в 1879-1881 гг., в основном все военные, за исклю­чением М.А. Терентьева, высказывались за оставление его за Россией и мотивировали это военными, стратегическими и политическими соображениями.

Русские офицеры были сторонниками решительных действий в период «Илийского кризиса» в 1879-1881 гг.

Оценивая Санкт-Петербургский договор в экономическом плане все дореволюционные исследова­тели единодушно признавали, что Россия получила по этому договору большие льготы для сухопут­ной торговли с Китаем.

В плане политической и дипломатической оценки значения данного договора мнения расходи­лись. Например Л. Ф. Костенко, считал, что Санкт-Петербургский договор был односторонне выгоден Китаю, другие (К.А. Скальковский, Д.Я. Федоров, С.И. Аркашев) оценивали его как дипломатическое поражение России [8, 104 с.; 16, 257 с.; 9, 206 с.; 20, 84 с.].

Вопросы переселения жителей Илийского края в пределы Российской империи были рассмотрены в трудах В.П. Васильева, А.Л. Субботина, А.И. Макшеева, К.А. Скальковского, русских офицеров, Н.А. Аристова, деятеля туркестанской администрации П.П. Румянцева [21]. Они, в целом, правильно указали на основные причины переселения илийских жителей в Россию.

Русские офицеры Л.Ф. Костенко, Д.Я. Федоров отрицательно относились к этому факту, считая, что новые поселенцы замут места, нужные для русской колонизации.

Положения Кульджи после передачи Китаю касались в своих произведениях В.П. Васильев, И. Велецкий [22]. Работа последнего автора является почти единственной в дореволюционной литературе по Синьцзяну исследованием, где охарактеризовано безотрадное положение населения Илийского края после возвращения его цинским властям. Она ценна как рассказ очевидца, знакомого с положением края после 1883 г., т.е. после окончательного вывода русских войск.

Суммируя все вышеизложенное, следует отметить, что дореволюционная литература по проблеме изучаемой нами, дала общую трактовку изучаемых проблем в русле официальной политики России. Это обьяснялось тем, что буржуазная историческая наука России ставила своей целью научно-иде­ологическое обоснование военно-политических концепции правящих кругов России и нередко руко­водствовалось идеей цивилизаторской миссии России на Востоке.

Работы эти ценны содержащимся в них фактическим материалом. Но к выводам и оценкам их авторов следует относться критически, учитывая их классовую принадлежность и вытекающую отсюда тенденциозность в освещении проблем и вопросов истории международных отношении в Центральной Азии.

 

Литература

  1. Ленин В.И. Тетради по империализму //Полн.собр.соч. 5изд. Т.28.
  2. Бичурин Н.Я. (Иакинф) Описание Чжунгарии и Восточного Туркестана в древнем и нынешнем состоя­нии. - СПб.: тип. Крайя. 1829. - Ч.1. - 235с.
  3. Венюков М.И. Материалы для военного обозрения русских границ в Азии //Военный сборник. 1872. Т.86. №q - С. 171-207.
  4. Венюков М.И. Мусульманские восстания в пограничных России частях китая в последние годы (1870­1874) //Известия императорского русского географического общества (РГО). 1873. Отд.2. Т.9. - С. 32-36.
  5. Венюков М.И. Международные вопросы в Азии //Русский вестник. 1877, №№°6. - С. 473-503.
  6. ТерентьевМА. Россия и Англия в Средней Азии. - СПб.: тип. А.Л. Меркульева. 1875. - 361 с.
  7. Костенко Л.Ф. Туркестанский край. Опыт военно-статистического обозрения Туркестанского военного округа. - СПб.:Штаб Туркестанского военного округа. 1880. Т.1. - 226с.
  8. Федоров Д.Я. Опыт военно-статистического описания Илийского края. - Ташкент: Штаб Туркестан­ского военного округа. 1903. - Ч.1. - 300 с.
  9. Васильев В.П. О движении магометанства в Китае // Годичный торжественный акт в императоском Санкт-Петербургском университете, бывшем 2 декабря 1868 г. - СПб., - С. 1-12.
  10. Васильев В.П. Современное положение Азии. Китайский прогресс. Речь, подготовленная засл. профессо­ром В. П. Васильевым для прочтения на акте 8 февраля 1883 г. Санкт-Петербургском университете, - СПб., 1883. - 24 с.
  11. Аристов НА. О Кульдже //Материалы для статистики Туркестанского края. - СПб., 1873. Вып.2. - С.202-222.
  12. Гуревич Б.П. Международные отношения в Центральной Азии в XVII- первой половине XIXв. - М., 1983.
  13. Гейнс А. К. О восстании мусульманского населения или дунганей в западном Китае // Известия импера­торскогорусского географического общества (РГО). Географические известия. 1871. №№°3. - С. 65-72.
  14. Субботин АЛ. Россия и Англия на среднеазиатских рынках. - СПб.: тип. «Экономического журнала». 1885. - 80 с.
  15. Макшеев А. И. Исторический обзор Туркестана и наступательное движение в него руссских. - СПб.: Военная тип. 1890. - 376 с.
  16. Скальковский К.А. Внешняя политика России и положение иностранных держав. - СПб.: тип.А.Л. Меркульева. 1897. - 465с.
  17. Васильев В.П. Две китайские записки о падении Кульджи и занятии ее русскими войсками // Русский вестник. 1871, № 5. - С. 130-192.
  18. Милютина Д. А. Дневники 1873-1883 гг. - М.: тип. журн. «Пограничник» в Бабушкино. 1950. Т.3. - 387 с.
  19. Бабков И. Ф. Воспоминания о моей службе в Западной Сибири. 1865-1875. Разграничение с Западным
    Китаем. 1869. - М.: тип. Б.Ф. Киршбаума. 1912. - 575 с.
  20. Аркашев С.И. Внешняя граница Семиречья. - Джаркент-Верный: тип. военного округа. 1909. - 120 с.
  21. Румянцев П.П. Материалы по обследованию туземного и старожильческого хозяйства и землепользова­ния, собранные и разработанные П.П. Румянцевым. - СПб.: тип. «Экономия». 1911. Т.5. - 400 с.
  22. Велецкий С. И. Приилийский Кульджинский край // Известия императорского русского географического общества (РГО). 1915. Вып.3. Т.51. - С. 149-176.
Год: 2012
Город: Алматы
Категория: История