Роль старших султанов в политико-административной системе управления Каркаралинским и Кокпектинским внешними округами(1824-1868 гг.)

В новой системе политико-административного управления, вводимой во внешних округах, сущест­венная роль отводилась султанам. Обратимся к материалам административно-территориального устрой­ства Каркаралинского и Кокпектинского внешних округов, для определения роли султанов в новой системе местного управления, выявления степени соответствия правового статуса старшего султана во властной иерархии и статуса его реального влияния, механизмов взаимодействия султанов с местным и центральным аппаратом управления. Из среды заслуживших доверие правительства влиятельных чингизидов избирались старшие султаны в Среднем жузе. Компетенция старшего султана приравнива­лась земским чиновникам России. В записках неизвестного лица сказано, что старший султан - это земский чиновник, которому «по избранию его родичей вверяется от Российского правительства местное правление». «Он распоряжается всеми способами к сохранению тишины и порядка и к достижению благосостояния подведомственных ему людей. Все эти дела он проводит через окружной приказ» [1,с.51].

По «Уставу о сибирских киргизах» 1822 г. старший султан избирался только султанами, его приравнивали к чину майора российской службы.

Ага султан являлся председателем окружного приказа и всю свою деятельность должен был прово­дить только через этот орган. Специальный параграф Устава оговаривал выплату жалованья старшим султанам - 120 рублей в год. Кандидатура старшего султана заранее определялась областным управлением, а позже - соответствующим военным губернатором. Поэтому выборы в основном носили формальный характер. Султаны, бии и старшины приглашались для представления им старшего султана. При выборе ага султана соблюдался старый обычай: как некогда хана, поднимали на белом войлоке. Царское правительство утверждало награды султанам, старшинам, повышало в чинах за усердную служ­бу и преданность. Постепенно старший султан становился лишь орудием в руках царского правительства.

Главной заботой правительственных органов являлось склонение казахов к окружной системе.

Итак, во главе Каркаралинского приказа, основанного царскими властями 8 апреля 1824 г., был назначен майор Турсун Чингизов, внук хана Букея. По донесению полковника С.Б.Броневского генерал-губернатору Западной Сибири М.П.Капцевивичу, из старших сыновей покойного хана Бокея на должность старшего султана могли претендовать трое - султаны Батыр, Тауке и Турсун. Последний сразу же после смерти Бокея «заступил в здешних волостях» на ханский престол, хотя правительством в этом качестве не был утвержден.

В «Формулярном списке о службе старшего султана Каркаралинского внешнего округа указывается, что Турсун Чингизов «до вступления в службу в 1817 году во время бытности с депутацией в Санкт-Петербурге у высочайшего двора жалован золотой медалью на алой ленте, 22 февраля 1827 года получил чин подполковника. В 1830 году награжден золотой медалью, бриллиантами украшенной, на голубой ленте» [2].

В документе «Дело о выборах старших султанов, заседателей и волостных управителей во внешних окружных приказах и волостях Сибирских киргизов» в донесении о подполковнике Турсуне Чингизове указано, что в 1837 кончился трехгодичный в этой должности срок и с разрешения начальника Омской области, и по согласию народа вновь оставлен. «В 1840 году 22 августа на основании 1356 ст. 3 тома учреждения, приглашены султаны округа для выбора на трехлетие старшего султана, но по этому приглашению никто из них к назначенному сроку не явился, а волостные управители прислали свои отзывы, что они оставляют старшим султаном Турсуш Чингизовa» [3].

В 1843 году Турсун Чингизов был уволен со службы «по болезненым припадкам с приложением Медицинского Свидетельства для выдачи ему по отставке Аттестата» [4]. Т.Чингизов в 1844 г.

«Всемиловейше пожалован дипломом на дворянское достоинство» [5], так как согласно Устава через 9 лет службы (3 срока) старший султан мог рассчитывать на дворянское звание.

Итак, потомок хана Букея Турсун Чингизов 6 раз подряд избирался старшим султаном Каркаралин-ского внешнего округа.

В 1843 году 26 июля «согласно выбору утвержден старшим султаном Кушбек Таукин, который во время нахождения депутации от Каркаралинского округа к высочайшему двору награжден 18 мая 1830 г. золотой медалью на Александровской ленте. Таукин за усердие к службе и доброе поведение получил повышение в чине и стал капитаном. 3 марта 1840 г. пограничный начальник Ладыженский наградил похвальным листом за верное, точное и усердное исполнение поручений Каркаралинского окружного приказа по делам службы.

«С 1 мая по 10 июня 1840 года командовал отрядом киргизов из 200 человек, собранных из Каркаралинского внешнего округа и присоединенных к военному отряду казаков для усмирения отрядов под предводительством Кенесары Касымова, откуда возвратился с болезнью».

В 1841 г., августа 11 - за усердную службу получил чин майора.

За попечение к отрядам, командированным для преследования мятежных киргизов, снабжение их всем нужным, за усердие и распорядительность при принятии в волостях мер осторожности, устройством вооруженных партий киргизов, генерал-губернатором Западной Сибири князем Горчаковым объявлена полная благодарность - 1846 г.

Состоял под следствием и судом с 16 февраля 1846 по делам:

а)  о незаконном сборе денег с волостей Каркаралинского округа по 300 руб. с каждой для подарка бывшему пограничному начальнику генерал-майору Вишневскому;

б)  за послабление в незаконном сборе управителем Джагалбайлинской волости Бекайдаром Курмановым с киргизов его ведения баранов, и решительным определением Областного правления сибирских киргизов, изъясненном в указе от 26 мая 1846 г. За № 2988, ему сделан строгий выговор в присутствии Каркаралинского окружного приказа с взысканием употребленных на прогоны при производстве следствия денег 39 руб. 78 коп. серебром.

Согласно выбору от должности старшего султана был уволен в 1849 г. [6, с. 578].

Следующим ага султаном был избран Кунанбай Ускенбаев, который 30 июля 1844 г. утвержден управляющим Кучук-Тобыклинской волости.

В «Формулярном списке о службе старшего султана Каркаралинского округа хорунжего Кунанбая Ускенбаева» указывается, что он «из бийских детей, имеет скотоводство. В июне 1846 года был произве­ден в хорунжие и в октябре 1849 года утвержден старшим султаном Каркаралинского внешнего округа [6, с.314, 331]. Из-за многочисленных жалоб на Кунанбая Ускенбаева в 1852 году был отстранен от долж­ности старшего султана.

Следующим был избран Тюлюк Турсунов сын Турсуна Чингисова, который в начале служил заседателем, в августе 1841 года «произведен в чин хорунжие за содействие и преданность правительству при восстановлении порядка в Киргизской степи, в 1847 году награжден суконным халатом, а 1852-1855 годы был старшим султаном Каркаралинского внешнего округа» [6, с. 353, 633-634].

После Тюлюк Турсунова стал ага султаном Чалгинбай Биралин, который 23 июля 1843 г. утвержден волостным управителем Мамбетай-Тобыктинской волости, «имел золотую медаль на Аннинской ленте и бронзовую в память войны 1853-1856 годы», 6 октября 1855 году стал старшим султаном, а в декабре произведен в хорунжие. В 1858 году 22 августа вновь утвержден старшим султаном, «за особую предан­ность правительству и полезную службу высочайше награжден золотой медалью на Аннинской ленте в апреле 1859 года.

Следующим старшим султаном Каркаралинского округа вновь был избран Кушбек Таукин. Импера­тор, согласно положению сибирского комитета, «30 октября 1860 г. Высочайше повелел не считать майору Кушбеку Таукину бытности его под судом препятствием к получению наград и прочих преиму­ществ по службе, кроме ордена св. Владимира за выслугу лет и знака отличия беспорочной службы. Имеет золотую медаль на Александровской ленте и бронзовую в память войны 1853-1856 годы. Согласно выбору был утвержден старшим султаном Каркаралинского внешнего округа на трехлетие в 1861 году 9 сентября [6, с.579].

После Кушбека Таукина был вновь утвержден старшим султаном Чалгинбай Биралин на трехлетие 21 сентября 1863 г., приказом военного губернатора, отданным по области сибирских киргизов от 10 января 1863 года за успешный и бездоимочный сбор ясака прежних лет с киргизов Каркаралинского внешнего округа объявлена признательность его превосходства. Ч.Биралин «произведен в чин сотника в 1866» [5].

A 27 августа 1866 г. султан хорунжий Солтабай Биралин утвержден старшим султаном.

Султан Досум Жангиров являлся кандидатом в старшие султаны в 1868 г., но не успел [7, с. 63], так как по реформам 1867-1868 гг. были образованы уезды и управляли российские чиновники.

Старшие султаны были самыми богатыми феодалами. Они располагали крупными земельными владениями в виде сенокосных, луговых угодий и зимних стойбищ. На обширных участках паслись тысячи голов скота.

Следует отметить, что Устав 1822 года явился первым опытом в постепенном формировании казахского чиновничества. При выборе кандидатур предпочтением пользовались потомки Бокейхана и Аблайхана.

Итак, уменьшался напор оппозиции, которую они могли возглавить в процессе упразднения ханской власти в Среднем жузе.

По «Уставу» 1822 г. главной опорой царизма в казахской степи, через которую рассчитывалось осуществлять российскую власть, были султаны. Это объяснялось отсутствием иных социальных сил, которых можно было использовать в качестве аппарата управления в Среднем жузе.

Кокпектинский внешний округ просуществовал 24 года. За этот период старшими султанами были избраны: Кисык Тезеков, Тлеуберды Козыбаев, Ханкожа Татенов и Альхан Тлеубердин. Все старшие султаны проявляли лояльность к российским властям. А зачастую верно служили. Это лишний раз под­черкивает строгую избирательность в выборе и назначении кандидатур султанов царской администра­цией. В этом смысле показательна история избрания первого старшего султана Кокпектинского округа.

Первым старшим султаном был избран Кисык Тезеков, который до открытия Кокпектинского округа являлся старшиной Кенже-Мурынской волости. На эту должность его избрали 4 мая 1831 года. В имен­ном списке Аягузского округа 1842 года имеется характеристика его личности. Кисык Тезеков окончил Омское военное училище. «Очень богат, умен, ответствен, но иногда вспыльчив». Был на приеме у Западно-Сибирского генерал-губернатора князя А.М.Горчакова. Он же успокоил народ и остановил переход в Китай, после смерти Кожакелды батыра. За оказание помощи Российским солдатам в 1828­1833 годы, в период восстания Ханкожи Сиванкула и за заслуги перед царской Россией, был избран старшим султаном Кокпектинского внешнего округа, хотя не происходил из чингизидов [8].

Введение по Уставу в Западно-Сибирском генерал-губернаторстве нового территориально-админист­ративного деления привело к тому, что в некоторых округах начинают выдвигать на должность старших султанов почетных казахов из сословия «черной кости». Так, например, известно, что старшие султаны Кокпектинского внешнего округа Кисык Тезеков, Тлеуберды Козыбаев и Альхан Тлеубердин были выходцами из черной кости. Такая политика была совершенно не случайной. Она вполне соответствовала логике имперской политики, развивавшейся в направлении ликвидации традиционных политических институтов казахского общества. Политика царской России наносила сокрушительный удар сословию чингизидов, которые лишались важнейших своих функций - осуществление власти в казахском общественно-политическом устройстве.

К моменту избрания ага-султаном Кийсыку Тезекову было 62 года. К этому времени он уже сделал карьеру военного: в 1833 году был произведен в чин поручика, с 1843 года - штабс-капитан. По форму­лярному списку о службе известно, что «штабс-капитан Кийсык Тезеков, исправляющий должность стар­шего султана Кокпектинского окружного приказа, имеет золотую медаль на Аннинской ленте. Конкурен­том его на выборах был управляющий Бура-Найманской волости Ибрайым Кылышев. Но предпочтение было отдано Тезекову. «С утверждения его сиятельства генерал-губернатора Западной Сибири допущен к исправлению должности старшего султана Кокпектинского окружного приказа с 1844 г.».

Царская администрация отмечая, что старший султан Кокпектинского внешнего округа Кисык Тезеков «способен и достоин», утвердила его на следующее трехлетие с 20 сентября 1847 года, а по истечении срока правления вновь был утвержден на следующее трехлетие 26 ноября 1850 года [9]. Архивные документы свидетельствуют о многочисленных наградах, материальных поощрениях, льготах, предоставляемых преданным царскому правительству султанам. Например, как указано в формулярном списке о службе заседателя от казахов Кокпектинского округа Тлеуберды Козыбаева за 1848 год, избранный после Кисык Тезекова в июле 1853 года старшим султаном этого округа, он был награжден чином 12-го класса, подарен зеленым почетным кафтаном, обложенным золотым галуном и шпагой [10].

Тлеуберды Козыбаев 4 июля 1844 года был утвержден заседателем от казахов в Кокпектинский округ и вновь утвержден в следующее двухлетие 20 сентября 1846 года. С 16 ноября 1851 года он служил советником от казахов в Пограничном управлении сибирскими киргизами» [11, с. 300-301].

После Тлеуберды Козыбаева старшим султаном в Кокпектинский округ в 1856 году был избран Ханкожа Татенов. По формулярному списку «султан Хангожа Татенов 47 лет, из штаб-офицерских детей, пожалован в чин капитана 1830 году 24 октября, утвержден султаном Баян-Аульского округа 24 октября 1851 года» [61, с.495-496]. К концу 1853 года снят с должности из-за того, что был против оспоприви­вания, считая привитых детей крещенными, так как во время прививок делались крестики на руках [12, с. 27].

В Положении от 23 февраля 1855 года было разрешено допустить «... в число избираемых по киргизской степи в старшие султаны лиц не только султанского происхождения, но и всемилостивейше пожалованных офицерскими чинами, прослуживших при этом не менее трех лет заседателями окружных приказов или волостными управителями» [13, с. 187]. Это был сильный удар по политическому статусу султанов, нанесенный положением Сибирского комитета о порядке избрания старших султанов. Был введен порядок избрания двух старших султанов, один из которых являлся кандидатом. Видимо, данная мера вводилась в связи с необходимостью оперативной замены старшего султана в случае его неугод­ности правительству или по совершении должностного преступления. Царская администрация стреми­лась ущемить интересы казахской аристократии.

Выборы старшего султана Кокпектинского округа 1859 года проходили уже в соответствии с новым положением и достаточно активно. Было два кандидата на должность старшего султана: Тана Тлемисов и Альхан Тлеубердин. Тана Тлемисов являлся старшиной волости Назар-Байжигит. Был награжден золотой медалью на голубой ленте Святой Анны. Имел армейский чин сотника. Его отец Тлемис был знатным бием. Участвовал в подавлении движения Сиванкула, успокоил народ, собравшийся перебежать в Китай. В специальном списке данным Аягузскими военными имеется характеристика, где отмечалось, что он авторитетный, ответственный, но в политическом отношении неблагонадёжный. Послужные списки ярко отражают степень участия служащих во всех событиях, происходивших в казахской степи. Так, в формулярном списке о службе управителя Назар-Муруновской волости Кокпектинского округа Таны Тлемисова указывается, что «в 1842 г. по выбору народа был допущен к управлению Назар-Муруновской волости. Но будучи волостным управителем, Тлемисов какое-то время находился под судом, за «передер-жательство в своих аулах преступника Биту Джеманова». По решению Пограничного управления сибирских киргизов 23 августа 1849 года в присутствии Кокпектинского приказа ему был сделан строгий выговор с «внушением избегать связей с людьми подозрительными», а также «взысканы с него издержки по данному делу в количестве 94 рублей, 7 копеек серебром» [14].

Второй кандидат Альхан Тлеубердин был, что называется не «из простых». Его отец Тлеуберды Козыбаев из рода сарыжомарт служил переводчиком в Кокпектинском приказе, и избирался старшим султаном Кокпектинского округа с июля 1853 года на трехлетие. Он свободно владел русским языком, активно участвовал в подавления движения Сиванкула, выступал с призывами помогать в пользу Российского государства. Альхан Тлеубердин, до избрания его старшим султаном, был правителем Сарыжомарт-Наймановской волости. В формулярном списке о его службе в качестве управителя Сарыжомарт-Наймановской волости Кокпектинского округа указывается, что ему «25 лет, имеет серебряную медаль на Аннинской ленте, жалованье имеет 42 рубля 88 копеек. Был допущен к управлению Сарыжомарт-Наймановской волости Кокпектинского округа с 1844 года, 17 октября » [11, с.479-480]. Будучи старшиной Тайынты-Таргынской волости, большинством голосов был избран старшим султаном округа.

Колониальная власть опиралась на наиболее преданных людей, антиправительственные действия султанов пресекались, ужесточалась система карательно-репрессивных мер. Царская администрация понимала, что ликвидацией политической самостоятельности казахского общества невозможно добиться полного подчинения казахских родов и племен, и поэтому была продумана система социально-экономического характера.

По принципу лояльного отношения и преданности российской власти шло формирование и среднего слоя чиновничьего аппарата - волостных управителей. Колониальные власти через султанов, биев и старшин надеялись получить каналы воздействия на кочевые коллективы и, таким образом, обеспечить контроль над территорией Казахстана, особенно в приграничных с Китаем районах. Поэтому на данном этапе реформирования старшие султаны и волостные управители, наделенные определенными полномо­чиями, были активными проводниками колониальной политики в степном крае.

Таким образом, открыв и обустроив Кокпектинский округ, российское самодержавие практически завершило административно-политическое подчинение и территориальное обустройство Среднего жуза. С основанием Кокпектинского округа открывались возможности освоения земель Старшего жуза, были укреплены границы с Китаем и создан плацдарм для дальнейшего продвижения Российской империи на Восток.

Анализ материалов по истории основания и деятельности Каркаралинского и Кокпектинского внешних округов свидетельствует о том, что в практике управления региональных окраин царизмом использовались различные способы и уровни взаимодействия с верхушкой местной элиты. В процессе реформирования системы управления и формирования местной чиновничьей бюрократии царизм лавировал между различными социальными группами казахской знати в интересах империи. Если на начальном этапе реформирования в соответствии с Уставом 1822 года казахская родовая аристократия временно сохраняла свое политическое влияние под контролем российской колониальной администра­ции, то в последующем различными законодательными актами реальная власть старших султанов была сведена к нулю.

Это достигалось посредством привлечения в чиновничье-бюрократический аппарат представителей не только «белой кости», но и выходцев из «черной кости», при этом главным критерием выступала не принадлежность к той или иной группе, а лояльность политике царизма.

Итак, опираясь на султанов, царская власть осуществляла свою имперскую политику, направленную на присоединение Казахстана к России и превращению богатого края в свою колонию.

Пограничное с Китаем положение Кокпектинского округа не могло не учитываться российскими властями. Как известно, пограничные области формирующейся Российской империи, характеризующиеся еще не определившимися и не устоявшимися границами и именуемые в литературе рубежом или «фронтиром», занимали особое место в системе административно-территориального устройства империи. Границы Кокпектинского округа представляли тот самый неопределившийся рубеж, а потому местная администрация, сосредоточивая в своих руках военную и гражданскую власть, имела широкие полномо­чия и была ответственна за укрепление границ империи. При формировании администрации округа в первую очередь учитывалась благонадежность и преданность колониальной власти чиновников коренной национальности.

Колониальное господство Российского самодержавия осуществлялось с помощью поэтапных админи­стративных реформ, которые привели к окончательной ликвидации ханской власти, потери кочевой государственности в Казахстане [15, с. 66].

По сути, царизм перешел от политики ограничения местного самоуправления к его практической ликвидации.

 

Литература

  1. ЦГА РК. Ф. 374. Оп.1. д. 2552, Л. 116. Формулярные списки о службе. 1853 г. 
  2. ЦГА РК. Ф. 374. Оп.1. д. 2552, Л. 115. Формулярные списки о службе. 1850 г.
  3. ГАКР ВКО. Ф. 58. Оп. 1. Д. 5. Л. 2.
  4. Нэсенов Б. Абралы-Сарыарқаның кіндігі. -Новосибирск, 2002.
  5. ЦГА РК, Ф. 345, оп. 1, д. 1632, лл. 362 -368.
  6. История Казахстана в русских источникахXYI -ХХвв. Т. 8, ч. 1, -А., 2006.
  7. ЦГА РК, Ф. 374, оп. 1, д. 807, л. 1.
  8. ЦГА РК, ф. И-374, оп. 1, д. 1201, лл. 42- 43.
  9. Кусайынулы К. Читая документы о казахстанско-российских отношениях вХУІІ-ХІХвеках. -Алматы, 2001
  10. История Казахстана в русских источниках XYI -ХХвв.-Алматы, 2006. -Т. 8. - Ч. 1. - 716 с.
  11. Казахско-русские отношения в ХҮІІІ-ХІХвв. Сборник документов и материалов. -Алма-Ата: Наука, 1964. - 574 с.
  12. Алтынбаев К. Кокпекты. - Новосибирск. 2002. - 172 б.
  13. Материалы по истории политического строя Казахстана.-Алма-Ата, 1960. - Т. 1. - 441 с.
  14. ЦГА РК. Ф. 374. Оп. 1. д. 2695, лл. 113-114. Формулярные списки о службе. 1852 г.
  15. Сергазинов Б.Р. Мниимые свободы или колониальное господство Российского самодержавия. //Вестник ЕНУ, 2004. № 1. - С. 66.
Год: 2012
Город: Алматы
Категория: История
loading...