Экономическая сила Евросоюза в условиях мирового кризиса

Статья посвящена основным проблемам и перспективам в области экономической по­литики в Европейском Союзе. В статье представлен обзор о состоянии экономической ситуации Европейского Союза на сегодня, рассмотрены основные экономические проблемы, с которыми стол­кнулись страны Евросоюза, а также способы и методы урегулирования над экономическим кризисом в ЕС. 

Сегодня никто не оспаривает роль Евросо­юза в качестве весомого мирового центра силы. Однако ЕС уместно рассматривать скорее че­рез призму проблем глoбального лидерства, тогда «интегрированная субъектность» ЕС как междунарoдного политического игрока до тонца еще не сформировалась.

Ядерные проблемы Северной Кореи, Ин­дии и Пакистана, безопасность на Ближнем Востоке, восстановление Афганистан, «араб­ская весна» на Ближнем Востоке и Север­ной Африке, послевoенное восстановление и демократические реформы в балканских и восточноевропейских государствах - дале­ко не весь список международных проблем, непосредственное участие в разрешении которых принимает Евросоюз как единый субъект.

Европейский союз создал свой уникaльный стиль лидерства в мировой политике - более сдержанный и в перспективе способный не усту­пать aмериканскому лидерству. Объединяя 27 го­сударств с шселением почти в 450 млн. человек, производящих четверть мирового ВВП, и облaдая широким набором инструментов, ЕС может быть причислен к кругу гл обальных игроков [1].

Для такого утверждения имеются убеди­тельные экономические основaния. По числен­ности населения ЕС уступает только Китаю и Индии, а по территории - России и Канаде. В 2001 г. ВВП 15 стран ЕС составлял 8,7 трлн. долл., что на 22% меньше ВВП США, но вдвое больше ВВП Японии и КНР. По показателю годо­вого ВВП на душу населения ЕС уступал США и Японии, но 6,5 раз превосходил уровень КНР [2].

По темпам экономического роста EC опе­режает Японию, но уступает США и КНР. Необ­ходимо отметить, что Евросоюз способствовал своему экономическому росту. С введением евро обозначился экономический рост, так как большое внимaние было уделено сокращению госудapственного долга, инфляции и другим проблемам.

Принятие новых членов в ЕС в 2004 г. не­однозначно оценивалось экспертами, так как прибaлтийские и бывшие социалистические страны не вполне соответствовали критериям членства в ЕС. Поэтому с принятием этих государств экономический рост ЕС несколько снизился.

Лидирующие европейские страны считали этот ход долгосрочной стратегией, потому что новые члены обладали неплохими затсами экономических и прочих ресурсов. Включив их в производственные и финансовые процессы, Европейский Союз имел хороший шанс упро­чить позиции экономического центры силы и крупнейшего в мире торгового блока. Кроме того, имелись также и оптимистические прогно­зы, по которым расширение привело бы к уско­рению, а не замедлению экономического роста ЕС. Новые члены могли бы максимально быстро сократить отставание в уровне экономического развития от ведущих государств Евросоюза [3].

В процессе расширения и принятия но­вых членов, ЕС смирился со снижением тем­пов экономического роста, чтобы обеспечить введение единой европейской валюты, которая должна была принести Евросоюзу выгоду в долгосрочной перспективе. Евро стал фактором глобального экономического влияния. С его введением у Евросоюза появилось больше возможностей проводить независимую от США экономическую и валютную политику. Возрас­тающая роль евро позволила увеличить объем внешнего кредитования за счет эмиссии банкнот Европейским центральным банком, зарабаты­вать на разнице между фактической стоимостью выпуска банкноты и ее номиналом.

Вместе с тем евро вряд ли может рассматри­ваться как инструмент, который управляющие органы ЕС могли бы применять для достижения целей внешней политики в ближайшее время. Проект экономического и валютного союза, ча­стью которого было введение евро, рассчитан на укрепление финансовых и внешнеторговых позиций Евросоюза как центра силы. Однако в кратко- и среднесрочной перспективах он может быть сопряжен с возникновением трудностей общемирового характера.

Сегодня мировое сообщество с напряжением следит за развитием кризиса в Европе. Среди причин экономического дисбаланса основны­ми являются влияние американского долгового кризиса, а также последствия непродуманной политики открытия таможенных барьеров меж­ду странами и поспешного введения евро.

Дело в том, что, создав единое экономическое пространство, европейские аналитики упустили из виду одну существенную деталь: многие из стран-членов союза располагали дефицитным бюджетом, поэтому собственная валюта была им просто необходима. Введение евро унич­тожило более слабые районы, оставив только экономически развитые центры союза. Так была практически полностью ликвидирована отстаю­щая промышленная система Литвы [4].

В экономическом кризисе европейские граждане обвиняют банкиров, топ-менеджеров и национальные правительства. При этом у них имеются весьма солидные претензии к Европейскому союзу. Он растет по мере того, как увеличивается безработица, падает инвестиционная активность, а надежды на оживление тают. Согласно осеннему прогнозу ЕК, в 2012 г. ВВП ЕС увеличится только на 0,5%, по сравнению с 1,5% в текущем году [5].

Другими общеевропейскими проблема­ми, решение которых невозможно без актив­ной роли Евросоюза, являются: избыточное потребление на фоне снижения глобальной конкурентоспособности европейских стран, де­индустриализация экономики и связанная с ней деформация личностных установок, опасное из­менение демографического поведения европей­цев. Все они, хотя в разной степени, воздейству­ют на умонастроения социальных групп, недо­вольство которых может обратиться против ЕС и его институтов.

Развитие интеграции невозможно без пере­дачи компетенций национальных правительств на наднациональный уровень. В Совете - глав­ном законодательном органе ЕС - все шире используется практика принятия решений квалифицированным большинством, ведь ина­че бы законотворческий процесс остановился. Экономический кризис заставил Брюссель пой­ти на беспрецедентные меры ужесточения ма­кроэкономической и бюджетной дисциплины государств-членов. Дело вплотную подошло к формированию экономического правительства Евросоюза.

Однако утрата национального суверенитета была и остается одной из самых болезненных тем во взаимоотношениях с гражданами. Многие считают, что Европейский союз отчуждает важ­ные элементы национальной принадлежности и не дает взамен ничего соразмерного по значимости.

Достаточно вспомнить, когда Дания не под­держала в 1992 г. Маастрихтский договор, Ир­ландия дважды (в 2001 г. и в 2008 г.) выступила соответственно против Ниццкого и Лиссабон­ского договоров. Отрицательные результаты всенародного голосования во Франции и Нидер­ландах поставили в 2005 г. крест на европейской Конституции. Наученные горьким опытом, по­литические элиты теперь старательно избегают референдумов (что мы недавно наблюдали в Греции), а это значит, что невысказанный про­тест будет прорываться наружу в других формах.

Уязвимость Евросоюза связана с тем, что после падения Берлинской стены он монопо­лизировал право говорить от имени Европы и формулировать европейские ценности. Отсюда знак равенства, поставленный миллионами лю­дей между Европой и ЕС. А раз так, то граждане вправе ожидать, что именно Брюссель примет на себя ответственность за накопившиеся пробле­мы и будет эффективно решать их. Причем если в текущих вопросах полномочия национальных правительств и органов ЕС четко разделены, то в вопросах общеевропейского масштаба эта гра­ница еле заметна.

Сегодня многие граждане Европейского со­юза искренне не понимают, почему они должны помогать Греции и другим странам, безответ­ственно влезшим в огромные долги, в том числе при помощи махинаций с отчетностью. Так на­зываемая «советская угроза» и «входной билет» в Евросоюз больше не являются для них аргу­ментами [6].

Что может сделать в этой ситуации европейское гражданское общество?

Первый вариант - мобилизовать силы на защиту европейской идеи и единой Европы.

Второй - бездействовать, надеясь, что элиты как-то все устроят.

Последствия второго сценария были бы са­мыми тяжелыми, и даже не в смысле возможного отделения стран от еврозоны или Евросоюза, а главное в смысле дальнейшей стратегии разви­тия европейской интеграции и ее способности выдержать испытание глобализацией. Даже если кризис будет преодолен, нравственная травма, полученная европейским обществом, не оставит объединению никаких шансов на выживание в следующие десятилетия. Связь между политиче­скими элитами, институтами ЕС и гражданами будет разрушена раз и навсегда.

Надежды на реализацию первого сценария невелики, но они есть. Осуществить его трудно уже потому, что среди нынешних европейских лидеров нет ни одного, сравнимого по масшта­бу с такими фигурами, как Черчилль, Аденауэр, де Голль, Брандт или Делор. Особенно не по­везло институтам EC. Традиционно на высшие посты в них, за редким исключением, прихо­дят аппаратчики, которым не удалось добиться по литического успеха на национальном уровне.

Эти люди умеют управлять бюрократической ма­шиной, но им не хватает широты взглядов, воли и харизмы. В сложные времена они оказываются не в состоянии заглянуть за горизонт и выдви­нуть лозунги, которые бы вдохновляли народ.

Европейским гражданам придется действо­вать самостоятельно, не рассчитывая на заметную поддержку со стороны Брюсселя. Чтобы запустить процесс самообновления Ев­ропейского союза, им предстоит сформулиро­вать несколько важных вопросов, требующих первоочередного решения, и добиться обще­ственного согласия по поводу такой необходи­мости. Когда проблемы будут названы своими именами, а масса инициатив достигнет крити­ческой массы, институты ЕС не смогут укло­ниться от конкретных действий, хотя бы в целях самосохранения.

Если наиболее сознательным европейцам удастся использовать кризис для начала масштаб­ной перестройки Евросоюза, то вся Европа, полу­чит второе дыхание. Граждане ЕС почувствуют себя гораздо более сплоченными, чем сегод­ня, а европейская идея наполнится новым содержанием. В случае неудачи проекта Евро­союз может оказаться в многолетнем идейном, институциональном и экономическом застое.

Необходимо обратить внимание и на то, что экономики Греции, Португалии, Ирландии, а также не находящейся в зоне евро Румынии, по­ложение которой резко ухудшается, не являются критически важными для ЕС. Самую большую гипотетическую опасность могла бы представ­лять ситуация в Италии, где государственный долг достигает 1,8 трлн.долл., или 116 % ВВП. Ведь Италия (впрочем, как и Бельгия) живет с таким долгом многие годы.

Участники ситуационного анализа исклю­чают возможность выхода каких-либо стран из ЕС или их отказ от евро. Это не только натолкну­лось бы на массу юридических препятствий, но и усугубило бы экономическое положение соот­ветствующих государств. Другой вывод: кризис усложнит и сделает более долгим, как процесс перехода других членов ЕС на евро, так и рас­ширение ЕС.

В 2011 г. произошло введение евро в Эстонии, которая полностью соблюдает Маастрихтские критерии. Но в данном случае речь идет, ско­рее, о демонстрационном эффекте, а небольшие размеры страны исключают серьезное воздей­ствие на функционирование зоны. Дальнейшее расширение зоны евро состоится не раньше 2016-2017 гг. Более того, с учетом опыта Греции можно предположить: даже после выполнения Маастрихтских критериев страны, претендую­щие на вступление в зону евро, будут несколь­ко лет подвергаться мониторингу качественных преобразований в экономике. Однако экономиче­ские проблемы отнюдь не делают Европейский Союз слабым международным субъектом [7].

Ведь ни в какой глубинной трансформации Европейскому Союзу нет необходимости. Он не нуждается ни в перестройке своих основ, ни в изобретении новой философии интеграции, ни в изменении принципов своего функционирова­ния. Что ему нужно, так это поменять приори­теты, модернизировать проводимые политики, приспособиться к более жестким и беспощад­ным правилам глобализации. То, что требуется, - это научиться лучше понимать и защищать свои интересы, а, значит, эффективнее пользо­ваться тем колоссальным потенциалом, который у ЕС уже имеется, и своими естественными, созданными им самим преимуществами [8].

Европейский Союз в реальности уже давно превратился в сверхмощное целостное образо­вание. Попытки называть его или сравнивать с империей только запутывают дело. Евросоюз совсем другой. У него нет аналогов. Но слабее, аморфнее или беспомощнее он от этого не становится. А вот до самоидентификации е му еще далеко. До этого Брюссель пока еще не дорос. Да и гарантий того, что ему удастся преодолеть заложенные в нем очень сложные внутренние противоречия, что у него получится выстоять в борьбе за глобальную конкурентоспособность, ему никто не даст. Набор проблем, которые ему предстоит решать, у ЕС совсем другой, по сравнению со всеми остальными ведущими ми­ровыми игроками.

И все же, каково будущее Евросоюза? Один из показателей его жизнестойкости - недавнее решение об эмбарго иранской нефти. При всей нефтяной зависимости большинства стран ЕС, Европа берет на себя ответственность в принятии трудных политических решений. Европейских политиков трудно заподозрить в авантюризме, значит, запас прочности есть. Тем более, что Греция была спасена очередной раз, главное - не допустить повторения событий в Португалии и

Ирландии, Италиии Испании. Стоит полагать, что Евросоюз найдет в себе силы пережить этот затяжной кризис, охранив в себе свою уникаль­ность (ведь только ЕС в современном мире яв­ляется, пожалуй, единственным представителем столь долгой и стабильной интеграции) [9].

Текущий кризис Европейского валютного со­юза засвидетельствовал невозможность дальней­шего поддержания высокого уровня социальных расходов при устойчивом старении европейского населения. Национальные правительства будут вынуждены снижать долю данных расходов в бюджетах. В контексте подобных непопулярных решений дальнейшая интеграция может стать способом передачи ответственности «наверх».

Таким образом, решение нынешних долго­вых кризисов и предупреждение подобных про­блем в будущем неразрывно связаны с дальней­шей европейской интеграцией. Вопрос лишь в том, насколько она окажется глубокой. Вопрос остается открытым, ведь на очереди вступление Исландии, Черногория и Сербия.

Мы живем в мире, полном новых опасно­стей, но, вместе с тем, и новых шансов. Евро­пейский Союз обладает потенциалом для того, чтобы внести серьезный вклад, как в дело устра­нения угроз, так и содействия реализации новых шансов. Активный, дееспособный Европей­ский Союз мог бы стать влиятельным фактором мирового значения [10].

Это явилось бы вкладом в создание эффек­тивной системы многостopoннего сотрудниче­ства на благо более справедливого, безопасного и более сплоченного мира.

 

Литература

  1. Троицкий М. Европейский союз в миро­вой политике // http://www.intertrends.ru/five/004 (был доступен 03.2012)
  2. К методике анализа международных отно­шений наднационального субъекта (на примере Европейского Союза) // http://www.obraforum. ru/Mirovaja_politika/chapter13 (был доступен 15.03.2012)
  3. Гордеева Е. Мировая геополитика: «Бога­тое государство должно быть сильным?» // http:// topwar.ru/11857-mirovaya-geopolitika-bogatoe- gosudarstvo-dolzhno-byt-silnym(был доступен 16.03.2012)
  4. Буторина О. Европа без Евросоюза? // Россия в глобальной политике. - - № 6. Ноябрь-декабрь // http://www.globalaffairs.ru/ number/Evropa-bez-Evrosoyuza-15407 (был до­ступен 16.03.2012)
  5. Кризис в зоне евро: причины и послед­ствия. Российская газета // Материалы обсужде­ния, проведенного в Центре ситуационного ана­лиза Института мировой экономики и междуна­родных отношений РАН в июне 2010 года. - Фе­деральный выпуск. - № 5225 (146) // http://www. rg.ru/2010/07/06/krizis (был доступен 03.2012)
  6. Энтин М. Л. Европейский Союз как один из ведущих мировых игроков // http://www. alleuropa.ru/evropeyskiy-soiuz-kak-odin-iz- veduschich-mezhdunarodnich-igrokov (был досту­пен 03.2012)
  7. A Secure Europe in a Better World. European Security Strategy // http://ue.eu.int/solana/docs / 031208 ESSIIEN. pdf, дата посещения 04.2004).
Год: 2013
Город: Алматы