Взаимодействие государств центральной Азии и Китая в контексте «Экономического пояса шёлкового пути»

Аннотация. В статье освещается инициатива Председателя КНР Си Цзиньпина о создании «экономического пояса Шелкового пути» как новой формы углубления сотрудничества Китая и государств Центральной Азии. Основными результатами осуществления этой инициативы будет постепенное снижение и затем полная ликвидация торговых и инвестиционных барьеров между участниками проекта, а также усиление многостороннего сотрудничества в финансовой сфере, обеспечение бесперебойного денежного обращения и гармонизация валютных систем стран участниц. 

Великий шелковый путь являлся одним из самых давних глобальных торговых путей в Евразии. В формировании Великого шелкового пути как сквозной транс евразийской магистрали решающую роль сыграл древнекитайский чиновник Чжан Цянь. Он был первым китайцем, побывавшим в Центральной Азии – в Согдиане и Бактрии (на территориях современного Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Афганистана). Именно с конца II в. до н.э. можно говорить о функционировании Великого шелкового пути как сквозного маршрута, соединявшего все великие цивилизации Старого Света – Китай, Среднюю Азию и Европу. Центральная Азия оказалась в центре пересечения основных направлений этого пути. 

16 сентября 2013 года, выступая в Астане в Назарбаев университете, Председатель КНР Си Цзиньпин высказал идею создания «экономического пояса Шелкового пути» как новой формы углубления сотрудничества Китая и государств Центральной Азии.

Китайский лидер сформулировал программу действий из пяти пунктов:

  • усиление координации государств региона в политической области, поскольку они на данный момент относительно слабо развиты по сравнению с уровнем развития экономических контактов со странами региона;
  • интенсификация строительства единой дорожной сети «от Тихого океана до Балтийского моря», которая должна связать Южную, Восточную и Западную Азию;
  • развитие торговли путем ликвидации торговых барьеров, снижения издержек торговли и инвестиций, повышения скорости и качества экономических операций в регионе;
  • увеличение валютных потоков за счет перехода на расчеты в национальных валютах, где у стран региона уже есть успешный опыт сотрудничества, которое в будущем позволит снизить издержки и повысить конкурентоспособность региона;
  • усиление роли народной дипломатии, расширение прямых связей между народами стран региона [1].

Он отметил, что «экономический пояс Шелкового пути» лишь новый формат многостороннего сотрудничества, направленный на углубление взаимодействия стран в политико-экономической и культурно-гуманитарных областях [2].

Обосновывая свою инициативу, китайские власти приводят следующие аргументы: Преимущество концепции развития. По сравнению с российским Евразийским союзом и американским планом «Нового Шелкового пути» китайский «Экономический пояс вдоль Шелкового пути» – всесторонний проект, который распространяется на Восток, Запад, Север и Юг. И если он получит развитие, это принесет выгоду примерно трем миллиардам человек.

В рамках китайской идеи экономического пояса можно создать евразийскую экономическую зону, которая будет включать Китай, Центральную Азию и Европу.

Значительные финансовые ресурсы. Сегодня Китай – это действительно ведущий кредитор и инвестор экономик республик Центральной Азии. Наглядное свидетельство этому – сентябрьский визит 2013 года Си Цзиньпина в страны региона, в ходе которого в каждой из стран региона были подписаны многомиллиардные контракты и соглашения на сумму более чем 60 млрд. долларов [3].

В Узбекистане он подписал 31 соглашение на 15,5 млрд. долларов: контракты касаются добычи нефти, газа и золота. В Туркменистане, где добывают природный газ, подписаны 8 соглашений на 7,6 млрд. долларов. В Казахстане китайская компания China National Petroleum Company (CNPC) купила 8% акций нефтяного консорциума, разрабатывающего одно из месторождений в Каспийском море. Стоимость сделки составила 5 млрд. долларов. В Кыргызстане подписаны 8 соглашений на 5 млрд. долларов. Среди совместных планов – строительство нового газопровода.

Предполагается, что предложенные Си Цзиньпином 40 млрд долл США для «Фонда Шелкового пути» через подконтрольный Китаю Азиатский банк инфраструктурных инвестиций станут значительной финансовой помощью данному проекту [4]. Таким образом, в ходе реализации выдвинутой Си Цзиньпином концепции китайские предприятия будут заинтересованы выходить на центрально азиатские рынки для инфраструктурного строительства. В дальнейшем их деятельность может быть дополнена перерабатывающей промышленностью и другими сферами производства, вплоть до высокотехнологичного. Также ожидается активный приход частных инвестиций, которые смогут получить быстрый экономический эффект от высокого потенциала и пока еще невысокой конкуренции и низкой стоимости рабочей силы в регионе.

  • Преимущество традиций. По мнению китайских аналитиков, учитывая глубокие исторические корни Шёлкового пути, Китай в силах вновь соединить все ее древние звенья, но уже при помощи современных транспортно-инфраструктурных сетей.
  • Удобное географическое расположение. Китай имеет границу с тремя странами Центральной Азии. Более того, китайский интеграционный проект предполагает вовлечение в него стран Закавказья, то есть Азербайджана, Армении, Грузии, а также Абхазии и Южной Осетии.

В целом, как видно из выступления Си Цзиньпина в Астане, первоочередная задача китайской инициативы – это постепенное снижение и затем полная ликвидация торговых и инвестиционных барьеров между участниками проекта. По мнению китайской стороны, данная мера необходима для раскрытия торгового и инвестиционного потенциалов стран-участниц. Кроме этого, проект, в первую очередь, предполагает усиление многостороннего сотрудничества в финансовой сфере, обеспечение бесперебойного денежного обращения и гармонизацию валютных систем стран-участниц. При решении этой задачи предполагается создать сеть региональных финансовых организаций развития и оптимизировать движение финансовых потоков.

Перспективы и возможности. Пять стран в Центральной Азии, а именно Казахстан, Киргизстан, Таджикистан, Узбекистан и Туркменистан. Эти страны соприкасаются с западной границей Китая, имеют сухопутные пути сообщения друг с другом, имеют этнически неоднородное население. Кроме того, этот регион поддерживает самые тесные экономические связи с Китаем, является важным поставщиком энергетических и природных ресурсов для его экономики, а также главным рынком для инвестиций и продажи китайских товаров. Страны Центральной Азии, в свою очередь, высоко ценят сотрудничество с Китаем, надеясь, что оно стимулирует развитие их экономик. КНР имеет достаточный потенциал для двухстороннего и многостороннего сотрудничества и способен в полной мере воспользоваться взаимодополняющим характером экономических систем пяти стран и Китая. Таким образом, Центральная Азия является весьма важным регионом для строительства «Экономического пояса Шелкового пути». По данным Китайской государственной таможни в 1992 году, когда были установлены дипломатические отношения между Китаем и пятью странами Центральной Азии, совокупный товарооборот Китая с этим регионом составил не более $ 46 млн. Через 22 лет в 2014 году этот показатель достиг почти $ 530 млрд., увеличившись в 115 раз. Китай стал самым крупным торговым партнером Казахстана, Узбекистана и Туркменистана, а также вторым по величине торговым партнером Кыргызстана, Таджикистана.

Можно сказать, что за последнее пять лет произошел качественный сдвиг в развитии торгово-экономического сотрудничества между Китаем и странами Центральной Азии, причем темпы такого роста оказались гораздо выше темпов роста подобных проектов Китая с другими странами (см. Диаграммы 1 и 2).

Тенденция развития торговли между Китаем и пятью странами Центральной Азии в последние пять лет (единица: млрд.долларов США) 

Диаграмма 1 Тенденция развития торговли между Китаем и пятью странами Центральной Азии в последние пять лет (единица: млрд.долларов США)

Доля товаров из Китая в импорте среднеазиатских республик, в % 

Диаграмма 2 Доля товаров из Китая в импорте среднеазиатских республик, в % 

В настоящее время ЦА обладает большой привлекательностью для китайских инвесторов. Значительные объемы китайских инвестиций сконцентрированы в сферах нефти, природного газа, цветных металлов, инфраструктурного строительства, сельского хозяйства и легкой промышленности. 

В результате сотрудничества с китайскими компаниями в Узбекистане реализованы десятки проектов.В их числе — строительство четырех ниток газопровода “Центральная Азия КНР”, Дехканабадский завод калийных удобрений, Кунградский содовый завод, создание современной сети цифровых коммуникаций, строительство и модернизация десятков предприятий по производству дорожно-строительной техники, мобильных телефонов, выпуску строительных и отделочных материалов, кожевенной продукции, оснащение образовательных учреждений и многие другие проекты.

Таджикистан готов расширять практическое сотрудничество с Китаем в сферах торговли, энергетики, сельского хозяйства и транспорта, создать благоприятные условия для прокладки газопровода между Китаем и Центральной Азией, активно участвовать в строительстве “экономического пояса Шелкового пути”. сентября 2015, Китай и Таджикистан подписали соглашение о валютных свопах юань/сомони для поддержки взаимной торговли и инвестиций.

Потенциально инвестиционным проектом Китая в Казахстане является сотрудничество в области сырья для АЭС. Казахстан занимает второе место в мире по разведанным запасам урана (21% от общемировых).Китай, одно из наиболее «атомных» государств планеты, уже присоединился к переговорам «Казатомпрома» и AREVA. Сейчас в стране работают 18 энергоблоков с водо-водяными реакторами (PWR; наиболее распространённая технология в мире) общей мощностью более 15 ГВт, ещё 27 блоков строятся, и мощность АЭС может превысить 27 ГВт. благодаря интенсивному развитию атомной энергетики КНР станет крупнейшим потребителем казахстанского урана, а по мере освоения Казахстаном полного ядернотопливного цикла с помощью западных партнёров также и продукции с более высокой степенью переработки.

Традиционно высока концентрация китайских инвестиций в энергетическойсфере Центральной Азии. Китайскаясторонапланирует продвигать проекты вертикальной интеграции в нефтегазовой сфере, наращивать сотрудничество в сфере таких новых источников энергии, как солнечная и ветровая энергия, а также активно участвовать в новых отраслях, которым правительства стран ЦА придают стратегическое значение.

CIC, например, скупил на Лондонской бирже 11% акций дочернего подразделения КМГ по добыче углеводородов АО «Разведка и Добыча «КазМунайГаз»

В январе 2014 года Шымкентский НПЗ (принадлежащий на паритетной основе АО НК «КазМунайГаз» и Национальной нефтегазовой корпорации Китая CNPC) и китайская компания СРЕСС заключили контракт на разработку рабочей документации, закупку оборудования и материалов, а также проведение строительно-монтажных работ в рамках модернизации завода. 50% другого подконтрольного «КазМунайГазу» объекта — АО «Мангистаумунайгаз», разрабатывающий 15 месторождений нефти и газа с общими начальными геологическими запасами 1,11 млрд тонн, — были проданы CNPC за 1,4 млрд долларов.

4-ю нитку газопровода «Туркменистан-Китай» китайское руководство предложило проложить через территорию Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана в направлении Китая.

На современном этапе важным сектором для Центральной Азии, открывающим радужные коммерческие перспективы, является строительство железнодорожных и автомобильных путей. Для региона с огромными, но малонаселенными территориями развитие транспортных сообщений имеет двойное значение. Автотранспортный коридор «Западный Китай — Западная Европа» принесёт Китаю оживление торговли с Центральной Азией и реализацию «экономический пояс Шёлкового пути» — трансконтинентальной трассы между Европой и Центральной Азии, а Казахстану — эффективный инструмент для реконструкции 7 тыс. км республиканских автодорог. Так, важность сухопутных путей в Центральной Азии в ближайшем будущем будет только расти [5].

В Центральной Азии товар, в основном, транспортируется по железным дорогам, причем в силу слаборазвитости внутренних грузоперевозок, железные дороги используются для поставок товаров из Китая. К примеру Казахстан использует всего 6% своих транзитных возможностей. И наконец, все пять стран региона обладают слабым индексом эффективности логистики. Панацеей от этих недостатков становятся международные транспортные проекты, которые направлены на улучшение связей в регионе.

В последнее время, китайские власти активно продвигают проект строительства железнодорожной магистрали Северный путь, проходящие по территории Китая, Казахстана и России: Урумчи – Достык – Омск – Москва – страны ЕС. В частности, проект выгоден России (областям к востоку от Оренбурга), а также Казахстану, странам Центральной Азии возможностью «подключения к азиатской модели через инфраструктурные связки», необходимые этим территориям. Кроме того, на этапе проектирования находится железная дорога Китай -Кыргызстан Узбекистан.

В странах ЦА стремительно развивается экономика и устойчиво растет спрос на торговлю и инвестиции. Китай постепенно увеличивает инвестиции в этом регионе и расширяет сферы капиталовложений. В будущем торгово-экономическое сотрудничество Китая со странами ЦА определенное время будет сохранять благоприятную тенденцию развития.

Взаимодействие в области культуры между Китаем и странами ЦА, в сравнении с динамично развивающимся сотрудничеством в торгов экономической сфере, напоминает затерявшийся ручеек на фоне бурной горной реки, стремительно несущей свои воды в весеннюю пору.

В этом контексте, на пути формирования «экономического пояса шелкового пути». Правительство Китая объявление о предоставлении странам ЦА в течение ближайших 10 лет 30 тысяч правительственных стипендий для учебы в китайских университетах, а также приглашение 10 тысяч аспирантов Институтов Конфуция в странах ЦА для прохождения стажировки в Китае -шаг в этом направлении.

Риски и вызовы. В первую очередь, в региональной безопасности «три силы зла» (терроризм, экстремизм и сепаратизм), контрабанду наркотиков и транснациональную преступность, от которых серьезно страдают центральноазиатские страны-члены «экономического пояса Шелкового пути». Особенно неопределенность ситуации в Афганистане, несомненно, оказывает влияние на стабильность Центральной Азии.

Во-вторых, экономический характер предлагаемых инициатив.

«Экономического пояса Шелкового пути» должны нести в себе ясную перспективу. Практичность некоторых инициатив и проектов подвергаласькритике, противоречиемеждустремлением Китаяактивно сотрудничать с соседями и проявляющейся тенденцией занимать более жесткую позицию по территориальным спорам с некоторыми из них, что вызывает серьезные опасения в соседних государствах. Потому что в них имелись противоречащие политические составляющие или же данные проекты несли собой факторы обострения отношений между отдельными странами региона.

В-третьих, исходя из целей и задач проекта «экономического пояса Шелкового пути» видно, что он будет стремиться открыть границы для свободного перемещения товаров и людей между Китаем и Центральной Азией. Именно с этим обстоятельством более всего связаны определенные риски, так как складывается перспектива оказаться в тотальной торгово-экономической и миграционной экспансии со стороны восточного соседа. В этом контексте, инициатива Шелкового пути сильно соприкасается с другим китайским проектом «Зоны свободной торговли в рамках ШОС». Как известно данное предложение Пекина было заблокировано Москвой, после чего китайские власти, возможно, сменили тактику, основываясь, прежде всего, на двустороннее сотрудничество с каждой из центральноазиатских республик.

Вместе с тем, несмотря на официально заявляемые принципы, вполне очевидно, что предлагаемая Китаем модель сотрудничества входит в определенное противоречие с интеграционными проектами, где Москва выступает в качестве модератора. Это, в свою очередь, означает, что конфликт интересов Китая и России в Центральной Азии будет только нарастать, и вполне предсказуемо, что политические элиты государств региона в перспективе могут стать перед геополитическим выбором.

«Экономического пояса вдоль Великого шелкового пути» всеми участниками процесса (Китай + ЦА) сможет способствовать комплексномуторгово-экономическомусотрудничествунаевразийском пространстве и установлению долгосрочной стабильности в регионе. Все государства ЦА заинтересованы в укреплении отношений с Китаем, вышедших на уровень стратегического партнерства; привлечении китайского инвестиционного капитала в развитие национальных экономик; транспортных коммуникаций; обеспечении взаимовыгодной торговли; укреплении сферы денежного обращения, а также в культурно-гуманитарном сближении народов региона.

 

ЛИТЕРАТУРА

  1. Си Цзиньпин. Активно утверждать концепцию Азиатской безопасности. Вместесоздать новую обстановку безопасности и сотрудничества. Выступление на 4-м Саммите руководителей государств Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии. Шанхай, 21 мая 2014 г. // О государственном управлении. Пекин, 2014.
  2. «Экономический пояс Шелкового пути» и приоритеты совместного развития евразийских государств. Аналитический доклад Международного дискуссионного клуба «Валдай». Москва,
  3. 李琪.中国国中国国新合作模式、共建“国 国之路国国国”的地国国略意涵和国国// 国西国范大国国国 :哲国社国科国版 . 2014, 04期. С. 5-15.
  4. 章国慧,蔡国.国国之路国国国”国想下的“无差国空国”国国域合作 国中国国中国的交通国国合作 // 国国国国. 
  5. Нурсеитов А.А. Экономический пояс шелкового пути: возможности и перспективы // ЭФИ. № 1. С. 91-99.
Год: 2015
Город: Алматы
loading...