Оценка факторов риска для здоровья населения при чрезвычайных ситуациях

В условиях чрезвычайной ситуации в регионе землетрясения, происшедшего 22-23 мая 2003 г. в Жамбылской области РК, по сравнению с аналогичным периодом 2002 г. отмечен рост заболеваемости среди населения инфекционным паротитом, краснухой, скарлатиной в 4 - 4,5 раза, бруцеллезом на 32,8%. В экспериментальной группе наблюдения (2040 человек) у 31,5% был отмечен подъём заболеваемости гриппом и ОРВИ. Это обусловлено влиянием вторичных факторов риска: внутренних (стресс и снижение резистентности) и внешних (пребывание людей на улице). В связи с основным водным фактором риска были проведены профилактические мероприятия (гиперхлорирование воды, прививание, фагирование людей и другие меры), что способствовало предупреждению возникновения вспышки кишечных инфекций.

Установлено, что вследствие стихийного бедствия возникает внезапное воздействие различных факторов риска, угрожающих жизни и здоровью населения и способствующих развитию чрезвычайных ситуаций (ЧС). Более тяжкие последствия на здоровье населения оказывают природные катастрофы, особенно землетрясения [9].

Чрезвычайные ситуации, связанные с различными видами катастроф природного характера, чаще всего вызывают большие человеческие жертвы и массовые заболевания. В этой связи население лишается жилья, обеспечения электроэнергией, чистой питьевой воды, продуктов питания, что приводит к ухудшению санитарногигиенической и эпидемиологической обстановки. Поэтому, последствия чрезвычайных ситуаций будут отягощены за счет присоединения вторичных факторов риска [2, 10, 12, 13, 14, 15], что является актуальностью изучения данного вопроса в Республике Казахстан.

По данным ООН, за последние 20 лет в результате катастроф и стихийных бедствий в мире погибло более 20 млн. человек. На Земле ежегодно происходит около 10 тыс. наводнений и более 100 тыс. землетрясений.

Цель исследования: оценить факторы риска для здоровья населения, проживающего в районе произошедшего землетрясения.

Материалы и методы. Объектами исследований являлись: территория региона землетрясения (Рыскуловский район Жамбылской области), окружающая среда, водопроводные сооружения, жилые здания, население района. В качестве материалов исследования были использованы собственные экспедиционные данные, статистическая отчетность по заболеваемости населения Управление Госсанэпиднадзора, информационные бюллетени МЧС РК. Методами исследования являлись: эпидемиологический, санитарногигиенический, статистический, оценка и анализ заболеваемости населения, связанный с различными факторами риска в условиях чрезвычайной ситуации.

Примеров катастрофических землетрясений много. Так, в 1967 г. 250 тыс. человек стали жертвами очень сильного Тянь-Шанского землетрясения в Китае. В 1980 г. 3 тыс. человек погибли при землетрясении в Италии, 2,5 тыс. человек в 1981 г. в Ираке, более 25 тыс. в 1988 г. в Армении, более 2 тыс. человек в 1995 г. на Сахалине (РФ), более 14 тыс. в 1999 г. в Афганистане [12, 11, 14].

Последствия стихийных бедствий и других катастроф чаще всего характеризуются ухудшением социальных условий жизни населения. При этом обостряется эпидемическая ситуация по ряду инфекций (природно-очаговые, кишечные, воздушно-капельные инфекции) [5, 12, 14, 15]. Ухудшению эпидемиологической обстановки способствует множество факторов риска: скученность населения, ухудшение условий питания, разрушение водопроводных и канализационных сетей, возможное заражение объектов окружающей среды, снижение резистентности иммунной системы человека. В период ликвидации последствий наводнения (2000 г.) в Мозамбике инфекционные заболевания были диагностированы у 85% пострадавших (малярия, респираторные инфекции, диарея) [15].

В регионах землетрясений (Турция, 1999 г.) у пораженного населения отмечалось снижение резистентности к инфекционным заболеваниям [12]. В литературе много публикаций, посвященных характеристике различных чрезвычайных ситуаций. Однако неоднозначно освещены вопросы медико-санитарных последствий в очагах чрезвычайных ситуаций, осложненных неблагоприятной санитарно-гигиенической и эпидемиологической обстановкой, а так же недостаточно изучены методы оценки факторов риска и окружающей среды [2, 10, 13, 14, 16].

Интенсивное развитие промышленных технологий, внедрение достижений научно-технического прогресса сопровождается в ряде случаев возникновением различных чрезвычайных ситуаций (природных, биологических, технических, экологических и др.) [1, 2, 9].

В настоящее время во многих странах мира ведутся научные исследования по изучению влияния факторов различной природы в условиях чрезвычайных ситуаций и степени риска для здоровья населения. При этом среда обитания рассматривается как совокупность социальных, техногенных и природных факторов [1, 2, 6].

За последние 11 лет подобных землетрясений (Жамбылская область 2003 г.) не регистрировалось. За период 2013-2014 гг. на территории Республики Казахстан было зарегистрировано 17779 ЧС и происшествий природного и техногенного характера. Из них на ЧС природного характера приходится 17% и техногенного происхождения 84% с общим количеством пострадавших 4,2 тыс. человек.

Из общего числа пострадавшего населения наибольшее влияние занимают биологические и химические факторы риска. Из общего количества пострадавших на инфекционные заболевания и отравления людей приходится 1973 человека (за 2013-2014 гг.) и составляют 45,6%. Соотношение других факторов риска следующее: производственные и бытовые пожары -23,8%, происшествия на воде 11,2%, производственные аварии, отравления угарным газом в быту – по 6% [8].

При землетрясениях обстановка дополнительно отягощается за счет присоединения вторичных факторов риска (наводнения, аварии на химически опасных объектах и др.), что актуально для Казахстана. Например, в результате землетрясения 25 мая 2003 года в Рыскуловском районе, Жамбылской области РК (мощностью 6,5 баллов) были разрушены более 60% домостроений, повреждены водопроводы, лечебные учреждения, объекты питания и торговли. Исследованиями установлено, что в регионе землетрясения 9,3% проб питьевой воды по бактериологическим показателям не отвечало гигиеническим требованиям. В связи с установленным основным водным фактором риска были приняты меры по промывке и ремонту водопроводных сетей, гиперхлорированию питьевой воды, снабжению населения бутилированной питьевой водой, строительству хлораторной установки.

Проведенные санитарно–гигиенические и противоэпидемиологические мероприятия в зоне землетрясения способствовали предупреждению роста кишечных инфекций. Пострадавшему населению были проведены прививки против брюшного тифа (11150 человек), гепатита А (1000 детей до 7 лет), профагированы против брюшного тифа, сальмонеллеза и дизентерии более 7 тыс. человек из группы риска [7].

За период изучения до землетрясения (2002 г.) в данном регионе эпидемическая ситуация по бруцеллезу и другим инфекциям была относительно благополучной. Однако, в первом полугодии 2003 г. после землетрясения был отмечен рост заболеваемости бруцеллезом на 32,8%, инфекционным паратитом и краснухой в 4 - 4,5 раза, ветряной оспой на 10%. В экспериментальной группе наблюдения из 2040 человек у 31,5% пострадавших был отмечен подъем заболеваемости гриппом и другими острыми респираторными вирусными инфекциями (ОРВИ) [3, 4, 7]. Данные наших исследований о влиянии факторов риска на пострадавшее население в условиях чрезвычайных ситуаций в РК подтверждаются также и другими авторами, изучавшими последствия чрезвычайных ситуаций, связанных с ураганами, наводнениями и землетрясениями [7, 13, 14, 16].

Анализ литературных данных о чрезвычайных ситуациях, заставляет нас обратить внимание на ряд актуальных моментов безопасности жизнедеятельности. Основной задачей является снижение риска неблагоприятного воздействия на объекты окружающей среды и население. Последствия чрезвычайных ситуаций при авариях и катастрофах проявляются в том, что вредные факторы приводят к изменению окружающей среды, уничтожению флоры и фауны. Зоны воздействия таких негативных факторов в очагах чрезвычайных ситуаций, как правило, ограничены, хотя возможно их распространение на значительные расстояния (авария на Чернобыльской АЭС) [1, 2]. Воздействие таких стихийных природных явлений, как землетрясения, наводнения и сели приводит к большим человеческим жертвам и массовым заболеваниям [9, 11, 12]. Таким образом, в связи с полученными результатами собственных исследований и анализом литературных данных можно сделать следующие выводы:

  1. В зоне последствий землетрясения в Жамбылской области РК у пострадавшего населения наблюдался рост заболеваемости краснухой, скарлатиной и инфекционным паратитом в 4 - 4,5 раза, ветряной оспой на 10%, острые респираторные вирусные инфекции были диагностированы у 31,5% населения, что обусловлено влиянием внешнего (пребывание людей на улице) и внутреннего факторов риска (стресс, снижение резистентности).
  2. Профилактические мероприятия (гиперхлорирование воды, прививание, фагирование населения) способствовали снижению влияния водного фактора риска и предупреждению вспышки кишечных инфекций среди населения в условиях чрезвычайной ситуации.
  3. Оценка факторов риска для здоровья пострадавшего населения (3,2 и 4,2 тыс., за 2013-2014 гг. соответственно) в условиях чрезвычайных ситуаций в РК показала, что на биологические и химические факторы риска, влияющие на человека, приходится 38,5%. Меньший процент составляют другие факторы риска: производственные и бытовые пожары – 21%, происшествия на водоёмах – 13,4%, производственные аварии – 6,6%, отравления угарным газом – 5%.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Акимов В.А., Воробьев Ю.Л., Фалеев М.И. Безопасность жизнедеятельности. Безопасность в чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера: Учебное пособие. - Издание 2- е, переработанное. – М.: Высшая школа, 2007. – С. 592.
  2. Акимов В.А., Новиков В.Д., Радаев Н.Н. Природные и техногенные чрезвычайные ситуации: опасности угрозы, риски. - М.: ЗАО ФИД «Деловой экспресс», 2001. – С. 344.
  3. Зикриярова С.М., Омарова М.Н., Сыздыков М.С., Шуратов И.Х., Кузнецов А.Н. Принципы противоэпидемического обеспечения населения в чрезвычайных ситуациях// «Проблемы и перспективы формирования здорового образа жизни»: Материалы форума специалистов здорового образа жизни Республики Казахстан. – Алматы: 2002. - С. 215-217.
  4. Зикриярова С.М., Сыздыков М.С., Кузнецов А.Н. Прогнозно-аналитическая модель роста инфекционных заболеваний при оценке последствий природных катастроф// Проблемы социальной медицины и управления здравоохранением. – 2005. - №37. – С.132137.
  5. Зикриярова С.М., Сыздыков М.С., Шуратов И.Х., Кузнецов А.Н. Противоэпидемические мероприятия в рамках ликвидации последствий землетрясений// Карантинные и зоонозные инфекции в Казахстане. - 2003. - №1 (7). - С. 88-91.
  6. Зикриярова С.М., Сыздыков М.С., Дмитровский А.М. Организация работы санитарно-эпидемической службы в условиях угрозы чрезвычайных ситуаций// Материалы межрегиональной научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения академика АМН СССР С.П. Карпова. – Томск: 2003. - С. 96-97.
  7. Зикриярова С.М. Совершенствование эпидемиологического надзора при землетрясениях: автореферат канд. мед. наук: 14.00.30 – «Эпидемиология». - Алматы: «Ценные бумаги», 2006. – С. 8-16.
  8. Информационно-методический сборник материалов по ЧС и ГО, выпуски №1, 13, 57. МЧС РК. - Алматы: Атамұра, 2003- 2014. - С. 120.
  9. Маник В.М., Жиляев Е.Г., Иванченко А.В. Перспективы научных исследований по совершенствованию деятельности медицинской службы при авариях и катастрофах // Военно-медицинский журнал. – 1992. - №3. - С. 4-8.
  10. Bissell R.A. Delayed-impact infectious disease after a natural disaster // J. Emerg. Med. – 1983. - V. 1, №1. – P. 59-66.
  11. Chen K.T., Chen W.J., Malilay J., Twu S.J. The public health response to the Chi-Chi earthquake in Taiwan 1999//Public Health Rep. – 2003. - V. 118, №6. - P. 493-499.
  12. Greco D., Piergentili P., Fautini A. Surveillance for infectious diseases after the Italian earthquake of 23 November 1980//Ann. Ist. Super. Sanita. - 2005. - V. 19, № 2-3. - P. 355-359.
  13. Howard M.J., Brillman J.C., Burkle F.M.. Jr. Infectious disease emergencies in disasters//Emerg. med. clin. North. Am. - 1996. - V. 14, №3. - Р. 271-282.
  14. Kilic C., Ulusoy M. Psychological effects of the November 1999 earthquake in Turkey: an epidemiological study//Acta Psychatr. Scand. – 2003. – V. 108. – P. 232-238.
  15. Kondo H., Seo N., Yasuda T. Post-flood infectious diseases in Mozambique// prehospital disaster Med. - 2002. - V. 17, №3. - P. 126-133.
  16. Lee L.E., Fonseca V., Brett K.M. Active morbidity surveillance after Hurricane Andrew Florida. 1992 // JAMA. – 1993. - V. 270, №5. – P. 591-594.
  17. Terry Berro B., Rodrigues Salva A.A. Primary healthcare strategy in disaster situation//Gas. sanit. - 2005. - V. 19, №1. - P. 76-79.
Год: 2015
Город: Алматы
Категория: Медицина