Оптимизация методов определения ушного шума при различной патологии

Субъективный шум может быть расценен как фантом слухового восприятия. В ряде случаев восприятие ушного шума ассоциируются с негативными эмоциями, например боязнь потери слуха или заболеваний мозга, что приводит к фокусированию внимания на этих симптомах. Подсознательное генерирование отрицательных эмоций вовлекает лимбическую (эмоции) и симпатическую нервные системы в состояние постоянной тревоги.

Ушной шум, не являясь самостоятельным заболеванием, будучи симптомом различных патологических состояний, приносит значительные страдания человеку, приводит к соматическим и психическим расстройствам, значительно снижает качество жизни [2,4,6]. К сожалению, практические врачи не всегда с должным вниманием относятся к этому симптому и не назначают необходимый комплекс диагностических исследований, для установления причины шума.

Под шумом в ушах понимают слуховые ощущения, возникающие у человека при отсутствии внешнего акустического источника [1,3,5]. Большинство авторов считают, что следует различать субъективный (слышимый только пациенту) и объективный (слышимый окружающим) ушной шум [1,2]. Последний встречается довольно редко и обусловлен, как правило, мышечными (непроизвольные сокращения мышц глотки и среднего уха) или сосудистыми расстройствами (аневризмы сосудов, артериовенозные анастомозы и др.), а также артрозами височнонижнечелюстного сустава, шумом движения шейных позвонков [3].

Слуховые ощущения (субъективный шум) могут появляться вообще без какого-либо акустического воздействия. Их возникновение объясняют нарушением функции периферических и центральных звеньев звукового анализатора при воздействии на них неблагоприятных факторов [1, 2, 4]. Причиной субъективного шума может быть патологическое состояние наружного, среднего или внутреннего уха, изменения в различных отделах вегетативной нервной системы и другие заболевания. [2,4]. 

Материалы и методы исследования.

Обследовано 115 пациентов с ушным шумом, обусловленным различной патологией уха. Из них: у 45 был установлен острая и хроническая сенсоневральная тугоухость, у 25 — адгезивный средний отит, у 25 — имелось различные формы перфорации барабанной перепонки, 11 — отосклероз и у 9 — болезнь Меньера. Среди обследованных было 66 % женщин и 34 % мужчин в возрасте от 15 до 68 лет. У большинства пациентов (86,3 %), страдающих от ушного шума, выявлена та или иная степень тугоухости. Нормальная слуховая функция отмечена у 13,7 % пациентов.

Тщательный анализ анамнестических данных больных показало следующее: у75 пациентов шум предшествовал тугоухости, у 25- она появился одновременно с тугоухостью и в15 случаях шум появился после развития тугоухости. У всех пациентов шум носил субъективный характер. У 71 % пациентов он был постоянным, у 29 % — периодическим. Последовательность появления шума и снижение слуха зависело от характера заболевания.

Большинство больных (74 %) беспокоил шум II и III степеней переносимости, что нарушало качество их жизни и снижало трудоспособность.

Громкость шума у большинства пациентов (78%) не превышала 10 дБ.

Всем пациентам проводили обследование по общепринятой методике (анализ жалоб и анамнестических данных, объективный осмотр и общеклинические исследования), аудиологическое исследование, отоневрологическое исследование, исследование психологического статуса. Аудиологическое исследование включало тональную аудиометрию, шумометрию, импедансометрию, регистрацию отоакустической эмиссии (ОАЭ) и коротколатентных слуховых вызванных потенциалов (КСВП).

Результаты.

Установлено, что при заболеваниях среднего уха ушной шум в большинстве случаев (88,9 ± 2,7 %) носил низкочастотный характер с диапазоном частот до 2000 Гц и соответствовал кондуктивному характеру тугоухости, при сенсоневральных нарушениях шум в этом частотном диапазоне встречался только в 18,6 ± 3,2 % случаев (Р< 0,001).

Появление высокочастотного шума свидетельствовало о возникновении сенсоневральных нарушений и соответствовало тугоухости смешанного характера.

При острых и хронических сенсоневральных нарушениях слуховой функции основные частотные характеристики шума находились в диапазоне 4000–6000 Гц (62,4 ± 5,3 % случаев), громкость шума в большинстве случаев (62,3 %) превышала 10 дБ.

Достоверно доказано увеличение процента регистрации СОАЭ при ушном шуме. Так, на стороне ушного шума СОАЭ зарегистрирована у 32 (71,1 ± 6,8 %) больных из 45 обследованных, в то время как из 25 пациентов с сенсоневральным нарушением слуховой функции на уровне улитки, которое не сопровождалось ушным шумом, СОАЭ зарегистрирована на стороне поражения только у 3 (12 ± 6,5 %) пациентов (Р< 0,001). Кроме того, высота пиков амплитуды СОАЭ на стороне ушного шума (7,0 ± 0,7 %) была достоверно выше, чем на стороне, где шум отсутствовал (4,6 ± 0,6 %, P < 0,05).

Увеличение процента регистрации СОАЭ и высоты пиков амплитуды при ушном шуме, обусловленном сенсоневральными нарушениями на уровне улитки, свидетельствует о повышенной активности наружных волосковых клеток, что может являться причиной возникновения шума Известно, что ушной шум является не самостоятельным заболеванием, а лишь симптомом различной патологии, эффективность лечения зависит от сроков диагностики и возможности лечения основного заболевания.

Наибольший эффект имеет лечение заболеваний среднего уха, сопровождающихся ушным шумом, при которых показано хирургическое вмешательство (отосклероз, перфорация барабанной перепонки и др.).Эффективность лечения шума при сенсоневральной патологии также зависела от характера заболевания. При сенсоневральном нарушении слуховой функции на уровне улитки, обусловленном сосудистой патологией, хорошие результаты получены при применении медикаментозной терапии. Снижение интенсивности шума после курса лечения отмечено у 7 (42,5 %) больных с болезнью Меньера. У этих больных зарегистрировано и объективное улучшение состояния рецепторов улитки, что выражалось в улучшении регистрации вызванной ОАЭ.

При остром сенсоневральном нарушении слуха результаты лечения во многом зависели от причины заболевания. При сосудистой этиологии заболевания уменьшение интенсивности ушного шума или его исчезновение отмечалось в большем проценте случаев, чем при вирусном или токсическом поражении улитки. Во всех случаях уменьшения ушного шума зарегистрирована положительная динамика при регистрации ВОАЭ на частоте продукта искажения. Медикаментозная терапия заключалась в назначении бетагистина дигидрохлорида, таблетированных форм кавинтона, трентала, ноотропила и других препаратов, улучшающих микроциркуляцию улитки и функцию мозга. В комплекс лечения включали массаж воротниковой зоны, ГБО.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Алексеева, Н.С. Отоневрологические методы обследования дифференциальной диагностики периферического и центрального шума // Современные аспекты и перспективы развития оториноларингологии: материалы юбил. Всерос. науч.-практ. конф. – М.: 2005. – С. 28.
  2. Бобошко, М.Ю. Слуховая труба. – СПб.: СпецЛит, 2003. – 355 с.
  3. Г олубовский О.А. Субъективный ушной шум и гиперакузия. Лечение флюктуирующими токами // Вестн. оториноларингологии. -
  4. - № 5. - С. 43-47.
  5. Лопотко АИ. Шум в ушах - СПб.: 2006. - 278 с.
  6. Abdul-Baqi, K. Objective high-frequency tinnitus of middle-ear myoclonus // J. Laryngol. Otol. - 2004. - Vol. 118. - № 3. - P. 231-233.
  7. Andersson, G. Masking of tinnitus and mental activity // Clin. Otolaryngol. - 2002. - Vol. 27. - № 4. - P. 270-274.
Год: 2014
Город: Алматы
Категория: Медицина