Исторические пути духовного самоопределения гражданского общества

В статье сформулирована целостная концепция генезиса идеологических оснований гражданского общества, определена поступательная логика духовного развития мировой цивилизации. Отмечено, что духовный прогресс человечества предстает как восхождение общественного сознания от чувст­венных переживаний первобытной эпохи, через рассудочную организацию коллективной практики в традиционном обществе, к системной интеграции современного инновационного социума и творче­скому совершенствованию гражданской культуры глобального социума. Определено, что если в тра­диционном обществе доминировал религиозный канон как сопряжение установок морали и искусст­ва, то методологическим основанием инновационного социума стала наука, корректируя нормы права, политики и экономики. Автором сделан вывод, что созидание общества мировой Культуры будет определяться творческой мыслью гуманистической философии.

Целью статьи является определение исторического генезиса духовных оснований целостной ор­ганизации гражданского общества. Проблемный замысел статьи связан с информационной глобали­зацией современного постиндустриального социума, способствующей существенному повышению роли духовного фактора в действиях гражданских сил мирового сообщества. В этой проекции буду­щее глобального социума зависит от исторической логики духовного самоопределения гражданского общества.

Наиболее последовательное в логическом плане понимание социальной истории человечества как исторически обусловленного процесса роста разумной энергии в коллективной жизнедеятельно­сти людей было сформулировано Гегелем. Главная особенность человека, в понимании Гегеля, со­стоит в целенаправленном преобразовании действительности на основе творческих потенциалов своей духовной сути, утверждающих его как индивидуальное воплощение всеобщей логики объективного разума, как действительность всеобщего мышления [1; 24, 25]. Коренное свойство человека, по мне­нию философа, состоит в духовной «свободе», в способности разумного самоопределения собствен­ного существа, независимо от внешних условий, в творческой самореализации как явлении идеаль­ной силы духа. Согласно Гегелю, люди сами творят свою историю в соответствии с созидательной логикой всемирного мышления. Основными этапами исторического возвышения самосознания чело­вечества к полноте разумной свободы служат эпохи стихийного прошлого, «полусознательного» на­стоящего и разумно-всеобщего будущего [2; 53, 54]. Практическим претворением всеобщего разума в общественной жизни людей выступает, по Гегелю, государство, наиболее зрелой формой которого является монархия [1; 358].

Марксизм конкретизировал историческую логику Гегеля в понимании общественного прогресса, представив мировую историю как последовательность социальных эпох в развертывании созидатель­ной энергии общественной практики. «В практике должен доказать человек истинность, то есть дей­ствительность и мощь, посюсторонность своего мышления» [3; 1]. Целостность исторической жизни человечества определяется в марксизме тремя видами действий людей — их взаимным общением, утверждающим самобытный характер социума, совместным трудом по преобразованию природной среды и мыслительной энергией индивидов в совершенствовании личных способностей. Поскольку орудием мышления служит язык, развиваемый людьми в процессе их конструктивного общения, по­стольку результаты мыслительной деятельности определяются категориальным строем речи. Поэтап­ное культивирование в общественной практике идейных начал общения, производственно-трудовых ресурсов и потенциалов мышления определяет общую логику исторического прогресса человечества от периода первобытной Дикости через техногенную эпоху Цивилизации к грядущему социуму ми­ровой Культуры. На первом этапе естественные кровнородственные чувства объединяли людей в общественный организм, на втором — локальные интересы профессиональных сообществ направ­ляли их к согласованию взаимных усилий в преобразовании природы. В будущем социуме глобальной Культуры категориальный потенциал языковой практики обеспечит всемирную творческую ин­теграцию человечества.

Если объективный идеализм Гегеля способствовал самоутверждению Германии в мировом со­обществе XIX столетия, то социально-исторический материализм Маркса стал идейной основой «коммунистического прорыва» России в индустриальное общество XX в. Таким образом, практика показала продуктивность как логического историцизма Гегеля, так и исторического материализма Маркса. Однако как германский трансцендентальный логицизм, так и советский «экономический де­терминизм» были отброшены современным социумом как односторонние проекты будущего челове­чества. Развернутую критику историцизма как теории общественного прогресса дал К.Поппер [4]. Но глобальные угрозы современности заставляют отвергнуть исторический индетерминизм К.Поппера. По мнению П.Куртца, «гуманистические идеи и ценности выражают вечно обновляющуюся веру че­ловека в свою власть самостоятельно разрешать стоящие перед ним проблемы и осваивать сферы, ранее неведомые» [5].

В российской социально-философской традиции XIX столетия общая линия исторического про­гресса человечества была представлена В.С.Соловьевым в виде трех этапов взаимодействия людей с природой — «традиционно-страдательного», «локально-технократического» и «всемирно-гуманистического», обусловленных силой чувственных влечений, ограниченным потенциалом рассу­дочного мышления и всеобщей энергией интеллекта [6; 427]. Русская философия стала исторической наследницей европейской интеллектуально-гуманистической культуры, согласовав ее рационально-аналитический подход с восточной религиозно-синтетической традицией. Если досоветская Россия жила по законам восточной культуры, признав религиозный смысл человеческой жизни и определив ее социальные черты формулой «народность-православие-самодержавие», то СССР выразил прагма­тический дух западного образа жизни, нацеленного на обретение полноты земного счастья.

Ныне народы евразийской цивилизации ищут способы соединения земного благополучия людей с духовным развитием, личного счастья — с общечеловеческим. Пути к такому единству намечены историческим генезисом идейных оснований общественной практики. Поэтому очень важно выяс­нить историческую логику духовного прогресса мирового сообщества как основания интеллектуаль­ного развития практической жизни глобального социума.

Высшей идеей исторической практики человечества является принцип духовного тождества личности человека с полнотой творческой энергии мироздания. Гуманизм — это учение о творчестве как генеральной духовной способности людей, определяющей исторический прогресс человечества. Согласно этой идее универсальная сила мирового разума направляет динамику материальной жизни людей к совершенству социальной целостности. Поскольку условием творчества является свобода, которая не всегда разумна, а иногда и безумна, постольку характер коллективных действий людей определяется не только творчеством, но и материальным антагонизмом. Поэтому, надо думать, на каждом качественно специфическом этапе общественной жизни людей можно наблюдать периоды их повышенной духовной или материальной активности, определяющие историческое начало или завер­шение социальных эпох, представляющие возникновение в сознании народных масс новых духовных ценностей и последующее их претворение в общественной практике. Наше внимание нацелено, прежде всего, на выявление идейных начал исторического обновления жизни мирового сообщества.

Принцип необратимости исторического процесса, качественной специфики отдельных ступеней социального прогресса человечества заставляет признать, что каждый новый этап исторической жиз­ни общества отличается от всех других приоритетным развитием идеологической сферы, намечаю­щей особые ориентиры духовной жизни народных масс как идейные начала становления целостной культуры глобального социума. Генезис Цивилизации как исторической предпосылки формирования общества всемирной Культуры человечества охватывает три периода:

1) родового общественного строя эпохи «варварства», обеспечивающего процесс «деторождения»;

2) «традиционного» общества, нацеленного на социальное закрепление основных граней материального воспроизводства общества;

3) «инновационного» общества, культивирующего системную интеграцию локальных сообществ в целостность глобального социума.

На начальном этапе формирования «и» усилия людей были направлены на укрепление естественных связей с природной средой, результатом чего стало рождение родоплеменного сообщества. Стремление родоплеменных сообществ к сраще­нию своего коллективного существа с природой позволяет охарактеризовать его гуманистическую суть как «космоцентристский», или «натуралистический», гуманизм.

Духовная жизнь родоплеменного общества определяется синкретизмом, нерасчлененностью своих внутренних различий, мифопоэтической слитностью сознания людей с особенностями их ма­териальной деятельности, и концентрируется в нравственной традиции как простейшей форме ду­ховной консолидации народных масс, возникшей в их повседневной практике [6; 287]. У родового строя, отмечал в свое время Ф.Энгельс, «не было никаких других средств принуждения, кроме обще­ственного мнения» [7; 268, 269]. В истории человечества миф возникает как нравственное самосозна­ние родоплеменного общества, утвердившего разумные основания совместной жизни людей путем признания целесообразного устройства всей окружающей действительности и распространившего силой воображения на весь мир целенаправленный характер поведения самого человека. Последую­щее усложнение способов производственной деятельности людей обусловило их дифференциацию по различным социально-профессиональным сословиям, что привело к расчленению синкретических мифологических образов по отдельным формам общественного сознания, ставшим идейными ориен­тирами различных видов общественной практики.

В идеологической жизни общества выделяют следующие формы общественного сознания: мо­раль и искусство, религию и правосознание, политическое и экономическое сознание, науку и фило­софию. Нам представляется, что науку и философию не следует относить к идеологическим формам «общественного сознания», предназначенным для идеального выражения практических интересов людей. Наука и философия являются логико-гносеологическими, теоретико-познавательными видами интеллектуального творчества людей, нацеленными на разработку методологического инструмента­рия в постижении внутренних закономерностей окружающей действительности и обнаружении но­вых явлений их чувственной реализации.

Главное различие между наукой и философией состоит в приоритетной опоре научной мысли на аналитические методы познания, тогда как философия нацелена на постижение универсальной цело­стности бытия и руководствуется в осмыслении действительности синтетическим методом мышле­ния. Если в рамках современной Цивилизации практическая деятельность народных масс протекает под преобладающим влиянием науки, то идеальным руководителем в созидании грядущего мира Культуры будет выступать философия как интеллектуальная проекция универсального единства ми­ра и средоточие творческой силы всемирного разума. «Тогда, — по мнению К.Маркса, — мерой бо­гатства будет.   уже не рабочее время, а свободное время» [8; 217].

В контексте этих представлений об элементарных формах общественного сознания определим идеологические приоритеты основных исторических ступеней поступательного развития мировой цивилизации, нацеленной на производственное преобразование окружающей действительности в соответствии с ростом материальных потребностей людей. В идейном развитии мирового сообще­ства культ моральных ценностей реализуется непосредственно вслед за разложением родоплемен-ного уклада общественной жизни, в исторических рамках раннеклассового общества «бронзового века», «азиатского способа производства» с его жесткой кастовой дифференциацией населения и со­седской земледельческой общиной, частной собственностью и рабским трудом. В нормах морали нравственная традиция очищается от локальных особенностей и обретает идеальный канон, нацелен­ный на укрепление государства [6; 329]. Мораль — это совокупность безусловных требований «должного» нравственного поведения людей, утверждающаяся как приоритетная форма обществен­ного сознания в исторических условиях формирования государственной власти и становления соци­ально-классового сообщества [6; 114]. Возвышение морали над индивидуальной судьбой человека получает предельно «объективированный характер» в «погребальном культе» Древнего Египта, под­чинившего распорядок земной жизни общества требованиям загробной реальности, признавшего земное бытие людей лишь подготовкой к загробному существованию.

Если мораль стремится утвердить духовное единство, неизменность общественной жизни лю­дей, отделить ее от переменчивой природной среды, то искусство хочет выразить внешний порядок явлений действительности, стремится раскрыть чувственную гармонию материального бытия, уста­новить внешнюю взаимосвязь вещей в их способности к саморазвитию и совершенствованию. Это художественное стремление определило духовную суть античного мира, обусловило художественно-эстетический характер классического рабовладельческого общества. Для Гегеля, подчеркивает Ф.Энгельс, «история древней Греции представляет собой «осуществление «художественного произ­ведения» как такового» [9; 307].

Если мораль выражает духовное единство совместной жизни людей, а искусство служит спосо­бом объективации внутренних связей бытия в материальных явлениях действительности, то универ­сальное объединение внутренних и внешних параметров мировой реальности достигается во вселен­ских замыслах религиозной веры. В результате религиозной унификации самосознания средневеко­вого социума универсальные духовные ценности стали определять поведение людей, содействуя рос­ту взаимопонимания между ними и рационализации общественной жизни. «Поэтому монополизация воспитания молодежи стала для церкви центральной проблемой» [10; 336]. В целом для «традицион­ного общества» было свойственно стремление к обособлению от природной стихии и обретению по­стоянного канона социальной организации. Данный образ жизни можно определить как «социоцен-тристский» или «созерцательный гуманизм».

Религиозно-нравственная канонизация социальных норм содействовала развитию в средневеко­вом европейском социуме школьно-цеховой системы подготовки мастеров профессиональной дея­тельности. Массовое появление во времена Возрождения гениальных личностей стало практическим подтверждением правильности «образовательного вектора» в формировании гражданского самосо­знания человеческого сообщества. Творческий дух Возрождения определил переход мировой циви­лизации от традиционного уклада социальной действительности к «инновационному обществу», про­возгласившему всеобщие потенциалы человеческой мысли основой всякого бытия. В русле интел­лектуализации идеологических ориентиров общественной практики новоевропейского социума «мо­раль» замещается «правосознанием», «искусство» перерастает в «политику», а религия как учение о высшем благе сменяется экономикой как теорией достижения благополучия не в загробном мире, а в реалиях земной жизни людей.

В рамках «инновационной стадии» развития человеческой цивилизации возрастает роль когни­тивных оснований общественной практики, усиливается значение поисковой деятельности, повыша­ется влияние науки на регламент социальной деятельности. Жизнь общества приобретает научно ор­ганизованный характер. Поскольку наука нацелена на количественную меру исследуемых явлений, постольку рождение новоевропейского общества связано с ломкой правовых перегородок между со­словиями и оценкой граждан по «капиталу». Отсюда возникает общее название текущего этапа миро­вой истории — «капитализм». Он включает три стадии: «ранний» (XV-XVIII вв.), «зрелый» (XIX-XX вв.) и «тотальный» капитализм XXI в. Социально-массовым отражением на этих этапах потен­циалов научного мышления становится последовательное культивирование рациональных особенно­стей правового, политического и хозяйственно-экономического видов общественного сознания, оп­ределивших идейные первоосновы социальных отношений мануфактурного, индустриального и по­стиндустриального укладов общественного производства.

Качественной особенностью раннего капитализма стало приоритетное развитие в общественном сознании «юридического мировоззрения». Право можно охарактеризовать как подкрепленный узако­ненным систематическим насилием рациональный способ организации коллективной жизни людей на основе юридической фиксации государством границ допустимой свободной деятельности индиви­дов и социальных групп. В определении пространства социальной свободы правосознание руково­дствуется в основном дедуктивным методом мышления, идет от общего понятия справедливости к частным аспектам ее реализации, закрепленным территориальными границами национально-государственного единства.

Если эпоха Возрождения в целом была связана с пробуждением рациональной культуры Антич­ного времени, то «реформационный дух» XVI-XVII вв. способствует закреплению в жизни европей­ских народов правового регламента построения национально-буржуазных государств «просвещенной монархии». Тезис Людовика XIV «государство — это Я» указывает на идейное родство «просвещен­ного абсолютизма» и «непросвещенного деспотизма» периода «азиатского способа производства»: различие этих эпох количественное. Для жестко правовой организации раннекапиталистического общества «просвещенного абсолютизма» была характерна максима «все, что не разрешено, запреще­но». Разрешительная форма «правовой организации» общества исключала равенство граждан перед законом. Стремление граждан к рациональной консолидации совместной жизни предполагало вырав­нивание прав граждан перед законом. Требование юридического равенства граждан перед государст­вом определяет исходную идейную установку гражданского общества новоевропейского социума.

Правовое государство, возникшее на обломках абсолютной монархии, выступает как претворе­ние либерально-демократических ценностей общественной жизни, как утверждение общей разумной воли свободных и равноправных граждан [9; 297]. Здесь утверждается принцип отрицательного права — «разрешено все, что не запрещено». Если право служило главным идейным наставником «нацио­нально-буржуазных» государств ХVП-ХVШ вв., то идеологическим руководителем индустриального общества ХIХ-ХХ столетий становится политика, определившая своим проективным мышлением экспансионистские цели держав «транснационального капитализма». В то время как право устанав­ливало границы свободной деятельности людей, разделяя их по социальным разрядам, политика на­мечает цели их совместных действий в достижении общего блага.

Политика представляет собой целенаправленный способ организации общественной жизни в со­ответствии с наиболее общими интересами граждан в достижении внешней безопасности и граждан­ской солидарности. Политическое государство концентрирует собственные усилия прежде всего на преобразовании внешних условий своего существования в соответствии с растущими потребностями граждан в «общем благе». Поэтому «благие стремления» граждан подталкивают политическое госу­дарство к внешней экспансии. Такая особенность достаточно отчетливо проявилась в колониальной политике индустриальных держав Новейшего времени. Политика преодолевает межклассовые проти­воречия в обществе путем усиления внешней экспансии. Мировая система полного закабаления ин­дустриальными державами аграрно-ремесленных стран как источников сырья и рынков сбыта това­ров получила наименование «империализма». Черты этой стадии развития капитализма получили обобщенное выражение в широко известной работе В.И.Ленина [11; 387]. Экспансионистский харак­тер практической воли мировых держав в ХХ в. ясно говорит о «свободе» как идейном средоточии социальных замыслов «политики». «Что мы понимаем под политикой? — определяет М.Вебер ее общий дух. — Это понятие имеет чрезвычайно широкий смысл и охватывает все виды деятельности по самостоятельному руководству» [12; 644, 645].

Закономерным итогом империалистической политики европейских держав Новейшего времени стали мировые войны ХХ в., приведшие во 2-й половине столетия к расколу цивилизации на два во­енно-политических блока — стран капитализма и стран социализма. Социальное крушение социа­лизма позволило избежать опасности гибели всего человечества в термоядерной мировой войне. Но устранение политической конфронтации привело к усилению давления на природное окружение хо­зяйственной системы транснационального капитализма, определило возникновение глобального эко­логического кризиса, что также может привести человечество к мировой катастрофе. Преодоление угрозы экологической катастрофы требует более полного подключения к социальному управлению научного разума. В целом инновационный образ жизни техногенной цивилизации, связанный с раз­витием научного интеллекта и личной инициативы граждан, можно охарактеризовать как «персоно-центристский», или «деятельный», гуманизм.

На рубеже XX-XXI вв. осуществляется переход мирового сообщества к информационно-кибернетическому типу общественного производства. Пространство человеческого общения оказы­вается вновь, как и во времена средневековья, зоной особого внимания социума, объектом социаль­ного культивирования и выдвигает на передний план постиндустриального общества задачу целена­правленной подготовки субъектов производства, проблему образования и воспитания. «Образованию вообще свойственна форма: образование есть обнаружение формы всеобщего, и это есть мышление вообще» [2; 389]. Поэтому возникающий «глобальный социум» определяется в своей качественной специфике как «образовательное общество» [13; 4-10, 14; 18].

Практическим субъектом образовательной стратегии в жизни глобального социума выступает «гражданское общество». Оно представляет собой добровольное и сознательное объединение креа­тивно мыслящих людей, самостоятельных по социальному статусу, интеллектуально развитых и со­лидарных в претворении общего блага ненасильственными средствами. Следовательно, суть «граж­данского общества» состоит в «проективно-созидательной» деятельности граждан. «Социальный проект — итог творческой деятельности людей, вне и помимо которой он не существует» [15].

Если в период средневековья воспитательные и познавательные задачи общества были разведе­ны по разным социальным группам «духовенства» и «мыслителей-натуралистов», то в современном мире эти общественные функции соединяются в облике интеллигенции, все более явно претендую­щей на роль социального лидера информационного общества. «Править, — заявлял Гегель, — долж­ны знающие..., а не невежество и тщеславие лиц, считающих себя всегда правыми» [2; 422]. Образо­вание являет собой разумную основу общественной жизни и потому «должно развиваться и процве­тать на всякой ступени духовных форм, ибо такая ступень развивается в государство и на этой основе цивилизации переходит к рассудочной рефлексии как в отношении законов, так и в отношении всех форм всеобщности» [2; 65, 66].

Развитие современного научно-информационного производства ведет к утверждению интеллек­туального сообщества социальным лидером постиндустриального общества, определяющим его ра­зумное качество. Нравственным ядром интеллектуальных кругов выступает интеллигенция [16; 343]. Обращенность интеллигенции к всеобщим законам бытия, отказ от социального насилия и склон­ность к творчеству позволяют охарактеризовать ее образ жизни как «созидательный», или «ноосферный», гуманизм [17; 10].

Интеллигенция являет собой общественный слой граждан, занятых в воспроизводстве идейных оснований совместной созидательной деятельности, выражающих творческую суть общества, испо­ведующих гуманистические ценности и добровольно претворяющих общее благо ненасильственны­ми средствами рационального убеждения и личного примера. Растущая угроза экологической катаст­рофы требует от современного мирового сообщества преодоления потребительской психологии в жизни людей, ограничения эгоистических чувств в человеке и полного развертывания его творческой сути. Спасение человечества от экологической катастрофы будет зависеть от мировоззренческой пе­рестройки людей, от переориентации их деятельности с покорения природы внешней на совершенст­вование природы внутренней, на одухотворенное развитие самого человека [18; 99].

Утверждение гуманистического потенциала гражданской личности в глобальной практике со­временного информационного общества начинается с образовательной коррекции человеческой лич­ности в соответствии с универсальными идеями мировой культуры, когда человеческий индивид ста­новится претворением всемирного разума, его образом и подобием. Зависимость сознания людей в рамках информационно-образовательной парадигмы глобального социума от идеальных канонов всемирного разума ведет к смещению общественных интересов от познавательной активности к ком­муникативной, уход от критического духа познания к позитивным установкам культуры общения. Средоточием коммуникативной стратегии глобального социума, нацеленной на спасение человечест­ва от исторической катастрофы, служит идея «братского единения» людей как носителей всемирного разума. Таким образом, логика развития ценностных приоритетов «инновационного социума» пред­ставлена в последовательном возвышении гражданских идей «равенства», «свободы» и «братства».

Подводя итоги анализа исторических особенностей духовного развития мирового сообщества, мы приходим к определенным выводам.

  1. Прогресс цивилизации раскрывается в духовных стремлениях общественной жизни как по­этапный процесс культивирования отдельных форм общественного сознания.
  2. Каждая формационная ступень социального прогресса мировой цивилизации характеризуется приоритетным развитием особой идеологической сферы общественного сознания.
  3. Возрастающая угроза экологической гибели человечества вXXI в. служит практическим по­водом для разработки экологически чистой, информационно-автоматизированной системы общест­венного производства, нацеленной на претворение гуманистического уклада глобального социума на основе научного познания всеобщих законов мировой целостности.
  4. Средоточием гуманистических потенциалов всемирного общественного сознания служат ми­ровые религии — буддизм, христианство и ислам, определившие идейные основы цивилизаций Вос­тока, Запада и Юга.
  5. Продолжающийся духовный прогресс человечества предполагает завершение формирования Евразийской цивилизации, историческим ядром которой выступает Россия, а духовным стержнем служит научная философия.

В духовном развитии современного социума все отчетливее обнаруживается тенденция рацио­нального сочетания гуманистических устремлений мировых религий с объективными свидетельства­ми научно-технического опыта. Возможность такого согласования способна обеспечить творческая сила философской мысли. Она созвучна религиозным идеям своим универсализмом и едина с наукой, опираясь на чувственные факты телесной действительности. Поэтому именно философия должна стать идейным основанием перехода мирового сообщества от технократической логики в развитии Цивилизации к гуманистической стратегии формирования глобального социума мировой Культуры.

В соответствии с этой логикой «гуманизма» конечный смысл исторической жизни человечества определяется духом «творчества». Сегодня мировое сообщество крайне нуждается в целостном осо­знании своего исторического опыта, в разработке креативного мировоззрения, в определении ценно­стных приоритетов конструктивного общения людей при созидании гармоничного будущего. Гума­нистические перспективы российского общества в XXI в. будут определяться творческой энергией отечественной научно-философской мысли [6; 284].

В соответствии с гуманистическим духом мировых религий философия должна в максимально полной, логически системной и исторически конкретной форме выразить содержательный синтез со­временных научных знаний, разработать интегральную общенаучную картину мира как идейную ос­нову поступательного развития современного глобального социума. Такой генеральный синтез науч­ных знаний реализуется сегодня в разработках философии ноосферизма. «Идентичность коллектив­ного и индивидуального разума формам конкретно-исторического бытия человечества, — определя­ют современные исследователи интегральную суть ноосферной реальности, — может быть обозначе­на как ноосферная идентичность» [19; 85]. Поскольку универсальным орудием познавательной дея­тельности людей в исследованиях глубин общественного сознания и просторов природной реально­сти служит слово, постольку концептуальным ядром ноосферной философии оказывается парадигма «онтологического символизма», обладающая глубокими историческими корнями как в мировой культуре, так и в содержании российской научно-философской традиции.

 

 

Список литературы

  1. Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. — Т. 3. Философия духа. — М.: Мысль, 1977. — 471 с.
  2. Гегель Г.В.Ф. Философия истории // Гегель Г.В.Ф. Сочинения. — Т. 8. — М.; Л.: Соцэкгиз, 1935. — 470 с.
  3. Маркс К. Тезисы о Фейербахе // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. — 2-е изд. — Т. 3. — М.: Политиздат, 1955. — С. 1-1.
  4. Поппер К. Нищета историцизма // Вопросы философии. — 1992. — № 8. — С. 49-79; № 9. — С. 22-48; № 10. —С. 29-58.
  5. Куртц Пол. Гуманистический Манифест 2000. Призыв к новому планетарному гуманизму: пер. с англ. [ЭР]. Режим доступаhumanism.ru/manifest/ (дата обращения: 10.09.2013).
  6. Соловьев В.С. Оправдание добра. Нравственная философия // Соловьев В.С. Сочинения: В 2 т. — Т. 1. — М.: Мысль,— С. 47-580.
  7. Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения: пер. с нем. — 2-е изд. — Т. 21. — М.: Политиздат, 1961. — С. 23-178.
  8. Маркс К. Экономические рукописи 1857-1859 годов (первоначальный вариант «Капитала»). Ч. 2. «Критика полити­ческой экономии» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения: пер. с нем. — 2-е изд. — Т. 46. — Ч. 2. — М.: Политиздат, 1969. —244 с.
  9. Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения: пер. с нем. — 2-е изд. — Т. 21. — М.: Политиздат, 1961. — С. 269-317.
  10. Вебер М. Теория ступеней и направлений религиозного неприятия мира // Вебер М. Избранные произведения: пер. с нем. — М.: Прогресс, 1990. — С. 307-344.
  11. Ленин В.И. Империализм как высшая стадия капитализма (популярный очерк) // Ленин В.И. Полн. собр. соч. — 5-е изд. — Т. 27. — М.: Политиздат, 1969. — С. 299-426.
  12. Вебер М. Политика как призвание и профессия // Вебер М. Избранные произведения: пер. с нем. — М.: Прогресс, 1990. — С. 644-706.
  13. Агацци Э. Идея общества, основанного на знаниях: пер. с ит. // Вопросы философии. — 2012. — № 10. — С. 3-19.
  14. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: опыт социального прогнозирования: пер. с англ. — М.:Academia,— 949 с.
  15. Резник Ю.М. Гражданское общество в современной России: проекты и возможности их реализации. [ЭР]. Режим доступа:mzst.ni/pages/13-ju.m. -reznik-grazhdanskoe-obshhestvo-v.html (дата обращения: 12.09.2009).
  16. Степин В.С. Цивилизация и культура. — СПб.: СПбГУП, 2011. — 407 с.
  17. СубеттоА.И. Ноосферная научная школа в России: итоги и перспективы. — СПб.: Астерион, 2 — 75 с.
  18. Панарин А.С. Российская интеллигенция в мировых войнах и революциях ХХ века. — М.: Эдиториал УРСС, 1998. — 352 с.
  19. Смирнов Г.С., Смирнов Д.Г. Философия и семиотика ноосферной идентичности: религиозный аспект // Ноосферные исследования. — 2013. — Вып. 2 (4). — С. 84-95.
Год: 2014
Город: Караганда
Категория: Философия
loading...