Экономические и политические факторы превращения китайского юаня в мировую резервную валюту

Введение 

Мировая экономика как глобальная экономическая система, объединяющая национальные экономики всех стран мира, не имеет общей денежной системы, основанной на использовании единой денежной единицы. Роль мировых (международных) денег выполняют национальные валюты ведущих экономических держав, а также коллективные валюты интеграционных союзов стран, самой жизнеспособной из которых на сегодня является евро. В ходе эволюции мировой экономики меняется соотношение экономической мощи отдельных стран и регионов, вызывающее соответствующее изменение значимости и роли их национальных валют в международном обращении. Превращение за последние три десятилетия экономики Китая в одну из крупнейших экономик мира, ее ведущие позиции в международной торговле, расширение участия в международных финансовых операциях закономерно породили активное обсуждение вопроса о возможности трансформации китайского юаня в мировую резервную валюту.

На сегодня мнения по этому поводу разделились: одни считают, что китайский юань скоро будет готов занять свое место среди главных мировых валют, другие предполагают, что в ближайшие 10-15 лет юань не сможет оттеснить доллар с его нынешних позиций. В этой дискуссии все исследователи обращают свое внимание на конкретные экономические и политические факторы, которые содействуют или препятствуют распространению юаня в качестве мировой резервной валюты. Именно оценка значимости и силы действия данных факторов лежит в основе прогнозов относительно изменения места и роли юаня в современной мировой валютной системе.

Критерии трансформации национальной валюты в миро­ вую валюту

В научной литературе в области международной экономики достаточно ясно определены причины превращения национальных валют отдельных стран в мировую валюту. История развития мировой валютной системы показала, что для этого необходим ряд предпосылок как экономического характера, так и тесно связанных с ним политических (в широком смысле – геополитических) условий. Так, известно, что роль мировой валютой до второй мировой войны выполнял английский фунт стерлингов, в котором производилось большинство расчетов по торговым операциям и хранились наибольшие объемы валютных резервов национальных банков. Превращение английского фунта в ведущую мировую валюту было обусловлено первенством Великобритании в мировой экономике, торговле и международном движении финансов. В послевоенный период вследствие ослабления экономики Великобритании и усиления влияния США на мировой финансовой и политической арене на роль мировой резервной валюты выдвинулся доллар США.

На экономические факторы превращения китайской валюты в резервную валюту обращает свое внимание профессор МГИМО В. Катасонов. Он обозначает критерии признания Международным валютным фондом (МВФ) национальной валюты в качестве мировой: «чтобы валюта страны-эмитента стала резервной, страна должна обладать: 1) значительным размером национальной экономики; 2) стабильностью валюты; 3) емкими и ликвидными финансовыми рынками» [1]. По его мнению, если у Китая первые два условия уже имеются, то по третьему критерию страна еще не достигла необходимого уровня.

Другой российский ученый – Красавина Л.Н. подвергает сомнению эти критерии МВФ. Она отмечает, что критерий качества мировых денег определяется не закреплением в уставе МВФ статуса резервных валют за избранными по экономическим и политическим причинам национальными валютами, а их способностью эффективно выполнять три функции мировых денег – интернациональной меры стоимости (в качестве валюты контрактов), международного платежного и резервного средства, а также их конкурентоспособностью, признанием на мировом финансовом рынке [2]. Похожий взгляд демонстрируют экономисты Института международной экономики Петерсона. Они отмечают, что резервная валюта нужна по трем причинам:

1) возможность сохранить стоимость своих накоплений;

2) удобный способ расчетов;

3) базовая валюта, в которой удобно проводить расчеты и с которой удобно сравнивать курсы валют [3].

Крупнейший международный банк HSBC, определяя перспективы юаня в мировой валютной системе, также выявляет его экономические функции: «Эволюция китайской валюты будет проходить в три этапа: сначала юань должен стать мировой торговой валютой, затем – инвестиционной валютой и, наконец, мировой резервной валютой» [4].

Другие исследователи, как например, цитируемый немецким еженедельником «Der Spiegel» М. Нойман из боннского университета указывают на политическую составляющую национальной валюты в роли мировой: «Международная резервная валюта влечет за собой политическую власть». По мнению М. Нойманна, планы Китая – это вопрос престижа в деле распределения политического влияния. Он не верит в то, что в ближайшие 10-15 лет юань сможет оттеснить доллар с его нынешних позиций [5].

Экономические факторы процесса продви­ жения юаня в направлении мировой резервной валюты

Различные мнения относительно ближайшего будущего юаня в мировой валютной системе порождаются, в первую очередь, стремительным ростом размеров экономики Китая, ведущей ролью страны в международной торговле и расширением участия юаня в международных расчетах и платежах. Прежде всего, несомненно, именно эти экономические факторы подняли значимость юаня в мировой экономике.

Согласно макроэкономическим прогнозам МВФ от 7 октября текущего года, в 2014 г. ВВП Китая составит 17,6 трлн. долл. и впервые опередит по своей величине ВВП США, который окажется меньше – 17,4 трлн. долл. Соответственно, доля Китая в мировом выпуске достигнет 16,48% – против 16,28% у экономики США. При этом китайская экономика опережает американскую при пересчете ВВП по паритету покупательной способности (ППС). При сравнении в долларах по текущему обменному курсу, по оценке МВФ, китайский ВВП в текущих ценах в долларах к концу 2014 г. составит 10,4 трлн. долл., а в США – 16,8 трлн. долл. По прогнозам МВФ, в следующем году разрыв по ППС составит уже больше 900 млрд. долл. в пользу Китая, а к 2019 г. китайский ВВП по ППС будет опережать американский почти на 5 трлн. долл. [6].

Следует заметить, что более ранние прогнозы МВФ относительно объемов ВВП Китая и США по ППС указывают на первенство США вплоть до 2018 г. Как видно из данных таблицы 1, МВФ предполагалось, что за период с 2011 г. по 2018 ВВП по ППС Китая вырастет с 11,2 до 20,7 млрд. долл., а его доля в мировом ВВП – с 14,1 до 17,9%, у США, соответственно, ВВП увеличится с 15,5 до 21,6 млрд. долл., но его доля в мировом производстве снизится с 19,6 до 18,6%.

Таблица 1 – Как китайская экономика догоняет американскую 

Как китайская экономика догоняет американскую  

Помимо соперничества с США по общим масштабам экономики, еще в 2011 г. Китай вышел на первое место в мире по объемам промышленного производства, опередив США, обладавших первенством последние 100 лет.

Вместе с ростом ВВП и промышленного производства также стремительно расширяется участие Китая в мировой торговле. В 2013 г. Китай впервые вышел на первое место в мире по объему внешней торговли, который составил 4,16 трлн. долл. США, в том числе экспорт – 2,21 трлн. долл. и импорт – 1,95 трлн. долл. США [7]. Доля Китая в мировой торговле достигла 11%, тогда как доля США составила 10,4%. Причем, по абсолютным объемам экспорта Китай опережает США, а импорта – занимает второе место после них.

Роль юаня в международных расчетах и международных финансовых рынках

Вместе с ростом объемов внешней торговли КНР расширяется также использование юаня в обслуживании расчетов с его торговыми партнерами. Если в 2010 г. лишь 3% внешней торговли Китая осуществлялось в юанях, то в конце 2013 г. эта цифра достигла 18% [1]. Юань уже рассматривается в качестве торгуемой валюты в странах АСЕАН. К настоящему моменту к расчетам в юанях присоединились Россия, Бразилия, ЮАР и Индия. Однако торговые партнеры Китая в зоне евро и в США пока не спешат признавать юань в качестве равноценной валюты [8].

По оценке банка HSBC, уже в следующем году юань войдет в тройку самых активных торговых валют мира. При этом в 2015 г. более половины внешнеторгового оборота Китая с развивающимися странами будет обслуживаться в юанях. Через пять лет в китайской валюте будет производиться более 30% расчетов общего внешнеторгового оборота страны. По данным, приведенным в таблице 2, видно, что за период январь 2012 г. – октябрь 2013 г. доля юаня в расчетах по международной торговле выросла более чем в 4,5 раза: с 1,89% до 8,66%. За это же период доля доллара США, наоборот, сократилась с 85 до 81,1%. 

Таблица 2 – Доля валют в расчетах по международной торговле (% от общих стоимостных оборотов)

Доля валют в расчетах по международной торговле (% от общих стоимостных оборотов)

По данным SWIFT (международной межбанковской системы передачи информации и совершения платежей), юань вошел в десятку самых торгуемых валют, причем в этом рейтинге он обогнал евро и стал второй после доллара наиболее используемой валютой [10].

Помимо международной торговли, важной экономической составляющей в процессе продвижения юаня в направлении мировой резервной валюты является его роль на международных финансовых рынках: валютных, кредитных и ценных бумаг (фондовых рынках). По существу, в современной мировой экономике, когда финансовые ресурсы и инструменты превратились в самые глобализированные средства, положение и роль юаня на этих рынках становится определяющим фактором его оценки в качестве мировой валюты. В то же время, именно в этом, чисто финансовом плане, значение юаня пока не достигло такого уровня, которое позволило бы включить его в число признаваемых де-факто резервных мировых валют. Хотя достижения юаня за последние годы в финансовой сфере тоже весьма заметны, особенно в области международных платежей и расчетов. Особенно четко это стало проявляться в период после мирового финансового кризиса 2007-2008 гг. Если в 2004 г. по общим объемам международных оборотов юань находился среди валют лишь на 35-м месте, то в начале 2012 г. он поднялся на 13-е место, а к 2014 г. китайская валюта вышла уже на 7-е место, опередив швейцарский франк (таблица 3). 

Таблица 3 – Доля отдельных валют в международных платежах и расчетах (% от общих стоимостных оборотов)

 Доля отдельных валют в международных платежах и расчетах (% от общих стоимостных оборотов)

Согласно оценкам специалистов SWIFT, уже к началу следующего года китайская валюта может обойти доллар Канады и доллар Австралии и оказаться на пятом месте, после иены Японии. Проблема полной конвертируемости китай­кого юаня

Одним из главных препятствий на пути дальнейшего роста юаня в качестве валюты финансовых сделок на мировых рынках является отсутствие его полной конвертируемости и недостаточный вес на мировых финансовых рынках. В настоящее время это частичная конвертируемая валюта, свободно используемая для осуществления текущих операций, главным образом экспортно-импортных сделок, но сохраняющая ограничения по капитальным операциям, не позволяющим свободное проведение операций по движению капитала (конвертируемость ценных бумаг).

Понимание значимости этой проблемы нашло выражение в том, что главной задачей реформ, обозначенных в рамках Третьего пленума ЦК Компартии Китая в ноябре 2013 г., объявлено ускорение процесса достижения полной конвертируемости юаня. В то же время правительство КНР, очевидно, прекрасно осведомлено не только о позитивных, но и негативных последствиях использования ее валюты в качестве мировой резервной валюты, вследствие чего пока не может или не желает предпринять решительных шагов в этом направлении. Так, важнейшее негативное следствие – это потеря контроля над юанем, так как, «контролируя валюту, Пекин также управляет экономикой». Прежде всего, следует учесть то, что Китай поддерживает экспорт, держа курс юаня на низком уровне. Но известно, что рост экспорта страны влечет за собой укрепление национальной валюты, соответственно ее товары на мировом рынке дорожают и спрос, как правило, падает, экономический рост тормозится. Китай боится свободного рынка и слишком быстрого укрепления национальной валюты [5].

Продвижение юаня в сфере международных финансовых операций

С конвертируемостью юаня связаны уровень развития финансовых рынков Китая и его значение в сфере международных финансовых операций. В последние годы на финансовых рынках Китая происходит значительные подвижки в использовании юаня. В 2014 г. правительство КНР заявило о либерализации процентных ставок по кредитам, а еще ранее, в сентябре 2013 г. начала функционировать Шанхайская зона свободной торговли, в рамках которой была обеспечена полная конвертация юаня. Иностранные инвесторы получили доступ в эту зону для совершения инвестиционных операций.

В августе 2010 г. Народный банк Китая дал разрешение зарубежным инвесторам покупать облигации в юанях внутри страны. В начале марта 2012 г. Банк развития Китая подписал меморандум о взаимопонимании со странами БРИКС, по которому ему разрешено выдавать кредиты в юанях банкам государств-партнеров. Ранее Банк развития Китая осуществлял эти операции в основном в долларах США.

Еще одним шагом на пути продвижения юаня в области международных финансовых операций стали выпуск Народным банком Китая на сумму 2,5 млрд. юаней облигаций с их размещением в начале 2014 г. в Лондоне. Также в январе 2014 г. китайский биржевой инвестиционный фонд (ETF) начал торговаться на Лондонской фондовой бирже. В настоящее время функционируют четыре оффшорных центра китайской валюты: Гонконг, Сингапур, Лондон и Тайвань.

31 марта 2014 г. Банк Англии и Народный банк Китая подписали соглашение о создании в Лондоне расчетно-клирингового центра по работе с юанем. К настоящему времени Китай также заключил соглашения о валютном свопе с 23 центральными банками других стран. За счет этих соглашений расширяется использование юаня в международных расчетных и валютнофинансовых операциях.

Юань в составе международных золотова­ лютных резервов

Самым примечательным в процессе превращения юаня в мировую резервную валюту является его включение некоторыми странами в состав своих золотовалютных резервов. Об этом еще в сентябре 2007 г. сообщил Национальный банк Белоруссии. В декабре 2011 г. Япония приобрела на сумму 10 млрд. долл. гособлигации КНР в юанях и включила их в состав своих валютных резервов. Также в 2011 г. Центробанки Австралии, Таиланда, нигерии и ряда других стран планировали включить китайскую валюту в состав официальных валютных резервов. Со своей стороны, Китайский центральный банк поощряет иностранные эмиссионные банки, которые хотят пополнить свои валютные резервы юанями. В этом отношении, как отмечает В. Катасонов, «де-факто юань в определенной мере уже стал для некоторых стран резервной валютой. Однако де-юре он еще далек от этого» [11].

Политические препятствия на пути превра­ щения юаня в мировую валюту

Таким образом, с экономических позиций китайский юань достаточно близко подошел к ситуации, когда он может претендовать на роль мировой валюты. Но, наряду с экономическими причинами, способствующими или препятствующими превращению юаня в мировую валюту, существуют не менее важные политические преграды. На политическую составляющую включения юаня в число мировых резервных валют обращают внимание западные исследователи. Так, тот же М. Нойман замечает, что резервная валюта неотделима от свободного рынка и неприятие западными странами коммунистического режима может затормозить подъем юаня и «если бы Китай был демократией, это не было бы проблемой» [5].

По мнению профессора экономики Университета Калифорнии Б. Эйченгрина, помимо трех препятствий на пути превращения юаня в международную валюту (создание ликвидных финансовых рынков, открытый счет движения капитала и замедление экономического роста), самый серьезный вызов для Китая в трансформации его национальной валюты в международную – политическая система страны. «Фунт стерлингов и американский доллар, основные международные и резервные валюты в XIX и XX вв. соответственно, были выпущены в странах демократии. Как в Великобритании, так и в США существуют демократические процедуры выборов, которые ограничивают произвол исполнительной власти. Именно таких институтов нет в политической системе Китая», – замечает он. Далее Б. Эйченгрин указывает на значимость либеральной политической системы для международного статуса валюты. «Демократически избранные правители являются наилучшим гарантом соблюдения взятых на себя обязательств, что крайне необходимо для разработки стабильных и ликвидных финансовых рынков. Инвестор вкладывает деньги туда, где знает, что его частная собственность не будет экспроприирована. А если и будет экспроприирована, то политик после таких действий будет наказан и уйдет из власти. Не менее важно и уважение прав кредиторов. Это дает гарантии отечественным и иностранным инвесторам (как частным, так и государственным)» [12]. Согласно мнению Б. Эйченгрина, существующая политическая система Китая имеет значение, прежде всего, с позиций гарантирования прав иностранных инвесторов и кредиторов на получение своих доходов. В сущности, он указывает на способность юаня быть надежной инвестиционной валютой. Другими словами, политическая система страны имеет значение опять-таки экономический фактор. Поэтому его позиция отличается от мнения М. Ноймана, считающего, что планы Китая – это вопрос престижа в деле распределения политического влияния.

Как нам представляется, анализ различных взглядов относительно условий и временных сроков превращения юаня в признанную мировую валюту выявил важность учета в этом процессе как экономических, так и политических факторов. Действительно, как показывает сама экономическая жизнь, на уровне отдельной страны и, особенно всей мировой системы, экономическая власть тесно взаимосвязана с политической. Поэтому обоснованным выглядит и опасение западных развитых государств, что китайская политическая система не гарантирует надежности инвестиций в китайских юанях и что юань как мировая валюта повлечет за собой рост политического веса Китая в мире.

Такое понимание, а вполне вероятно и стремление есть и у китайской стороны. Последнее обстоятельство выражается в том, что Китай в составе БРИК еще в 2010 г. инициировал вопрос об увеличении капитала МВФ и перераспределении квот в МВФ в пользу развивающихся стран. В результате Китай должен был стать третьим по размеру квоты государством-членом МВФ и вместе с другими странами-членами БРИК (Бразилия, Индия и Россия) войти в число 10 крупнейших акционеров фонда. С 2009 г. КНР также вносит предложение включить юань в корзину SDR (SDR – созданная МВФ валюта в качестве виртуального резервного и платежного средства). Однако, это уже политическое решение, принимаемое странами-членами МВФ. В апреле 2014 г. в Вашингтоне прошла очередная встреча министров финансов и глав центральных банков стран G-20. На этой встрече опять поднимался вопрос об увеличении капитала МВФ и перераспределении квот. Но Конгресс США отказался ратифицировать соответствующий законопроект. 

Заключение 

Таким образом, вопрос о возможности и перспективах превращении китайского юаня в мировую резервную валюту необходимо рассматривать в ключе значимости и взаимозависимости экономических и политических факторов этого процесса. На сегодня главным экономическим препятствием признания юаня в роли мировой резервной валюты служит отсутствие его полной конвертируемости и недостаточный вес на мировых финансовых рынках. Ведущая политическая и экономическая (особенно в финансовой сфере) роль в мире и вытекающее из нее лидерство сохраняется, как известно, за Соединенными Штатами. И, соответственно, – первенствующая роль американского доллара в мировой валютной системе. Китаю будет не так просто встать наравне с США по политическому весу в мире и значимости на мировых финансовых рынках. Укрепление места китайского юаня в мировой валютно-финансовой системе, если и будет обеспечиваться за счет экономических факторов и роста участия юаня в международных торговых и финансовых операциях, то политическое его неприятие развитыми странами может сыграть роль важнейшей преграды на пути его трансформации в мировую валюту. 

 

Литература 

  1. Катасонов В. Интернационализация юаня (II) // <http://www.fondsk.ru/news/2014/10/28/internacionalizacia-uanjaii-30144.html>
  2. Красавина Л. Н. Тенденции и перспективы реформы мировой валютной системы //Век глобализации. Выпуск№1(7)/2011).
  3. Через 10 лет юань станет мировой резервной валютой. 26.08.2013 // <http://www.finmarket.ru/main/article/3439632>
  4. Эволюция юаня /«Expert Online» // < http://expert.ru/2014/04/7/evolyutsiya-yuanya/
  5. Мария Маркварт и Штефан Шульц | Der Spiegel. Китай приступает к тюнингу юаня. 4 марта 2011 г. // http://www. ru/article/04Mar2011/spiegel/china.html>
  6. Китай – крупнейшая экономика мира, официально. 10.2014 // <http://www.rbcdaily.ru/economy/562949992588541>
  7. Китай становится внешнеторговым лидером. 14.01.2014 // <http://www.ng.ru/economics/2014-01-14/4_china.html>
  8. Савинский С. П. Процесс интернационализации валюты КНР: реалии и перспективы // Деньги и кредит, 7/2014 //<http://www.cbr.ru/publ/MoneyAndCredit/savinsky_10_12.pdf> 
  9. Катасонов В. Экспансия юаня: валютные свопы. 09.2014 // <http://ruskline.ru/news_rl/2014/09/25/ekspansiya_yuanya_valyutnye_svopy/>
  10. К 2015 году юань войдет в тройку самых активных торговых валют мира. 03 апреля 2014 г. // <http://www.finmarket. ru/main/article/3671416>
  11. Катасонов В. Интернационализация юаня (I). 11.10.2014 // <http://m.fondsk.ru/news/2014/10/11/internacionalizaciauanja-i-29911.html>
  12. Почему юань не станет новой резервной валютой. 12.10.2012 // < http://www.vestifinance.ru/articles/18276> 
Фамилия автора: Медуханова Л.А.
Год: 2015
Город: Алматы
Категория: Экономика