Энергетическая политика Европейского Союза в Центральной Азии

Преимущество саммита в том, что его участники обладают авторитетом, чтобы урегулировать спор, а недостаток в том, что их решение нельзя дезавуировать.

Г.Киссинджер госсекретарь США

Введение 

Все более растущая зависимость мирового сообщества от энергоресурсов обуславливает усиление влияния энергетического фактора на международные отношения, геополитику и на мировую экономику. Возрастает внимание к тем странам и регионам, которые обладают запасами нефти и газа резко. Это, Россия, страны Персидского залива, Африки, Каспийского региона и Центральной Азии. В этих условиях в качестве специфического, эффективного инструмента для отстаивания своих национальных, прежде всего экономических, интересов и поддержки своих компаний приобретает важное значение энергетическая дипломатия и энергетическая политика.

Актуальность темы обусловлена необходимостью анализа энергетической политики ЕС в Центральной Азии, поиска оптимального формата взаимодействия и сотрудничества ЕС со странами Центральной Азии в этой сфере.

Центральная Азия становится еще более привлекательной и интересной для ЕС. Однако европейская политика в регионе сопровождается рядом трудностей, наталкивается на различные препятствия. Растет активность стран, находящихся в непосредственной близости к региону, таких как Россия (один из ключевых игроков на мировом энергетическом рынке и крупный поставщик энергоресурсов) и КНР (страна с быстро растущей экономикой и увеличивающимся потреблением энергии). В числе основных геополитических акторов выступают и США, имеющие значительное влияние на страны региона. Не менее важными представляются и другие региональные игроки Турция, Иран, Индия, Пакистан, Азербайджан.

В чем же заключается привлекательность Центральной Азии для внешних акторов?

Регион обладает двумя неоспоримыми преимуществами – геополитическим расположением между Европой и Азией, а также значительными запасами энергоносителей и других природных ресурсов, по мнению многих отечественных и иностранных экспертов. Запасы нефти и газа в Центральной Азии составляют соответственно 8 и 5 процентов от мировых запасов, по предварительным оценкам экспертов. Запасы природного газа – 12% от мировых (22 трлн. куб. м). Исследователи к этим данным прибавляют емкий рынок сбыта, дешевую и относительно квалифицированную рабочую силу, рекреационный потенциал, обеспечение политического и военного присутствия, вовлеченность в сложные региональные процессы с выходом на Афганистан, а также Иран и стратегически важный Кавказ [1]. Проблема энергосбережения на сегодняшний день это забота для большинства государств мира. Энергетический вопрос стал одной из самых актуальных проблем современных международных отношений. Целью и/или инструментом внешней политики, мер и стратегий международных субъектов зачастую являются энергоносители.

Проблема диверсификации энергетических маршрутов по транспортировке углеводородов из центральноазиатского региона (ЦАР) актуализируется и для всех государств региона, даже для тех, у кого их практически нет (Киргизстан, Таджикистан).

Европейский Союз постепенно меняет свои подходы к региону: так, во-первых, заметна интенсификация политических связей (установление регулярного диалога на высшем уровне в различных областях), во-вторых, усиление финансовой поддержки центральноазиатских стран: ЕС увеличил почти в два раза выделяемый в регион бюджет.

До недавнего времени Европейский Союз рассматривал регион как единое целое, и такой подход не был особенно эффективным, поскольку все пять республик региона обладают совершенно разным политическим, экономическим потенциалом, существенно отличаются и стратегии развития стран ЦАР.

Сегодня в рамках внешней политики ЕС было решено формировать единый подход только к таким общим проблемам, как распространение наркотиков, дефицит водных ресурсов, организованная преступность, а для отражения специфики и интересов каждой отдельной страны развивать дифференцированно новые программы и направления двустороннего сотрудничества.

Необходимо отметить два важных момента политики ЕС в Центральной Азии:

  • Во-первых, Европейский Союз, единственный внешний геополитический актор, в отличие от США, Китая и даже России, имел полноценный концептуальный документ – Стратегия ЕС для Центральной Азии на 2007-2013 гг.
  • Во-вторых, предпочтение ЕС по применению «мягкой силы» геополитической проекции мощи на концептуальном и практическом уровне. Впрочем, этот принцип применяется не только в отношениях со странами Центральной Азии, но и во внешнеполитической деятельности ЕС в целом [2].

Руководствуясь этой стратегией 20072013 гг., ЕС обозначил линии взаимодействия с каждым из государств центральноазиатского региона.

Необходимость диверсифицированной политики в сфере внешних энергоресурсов для ЕС открывают новые горизонты сотрудничества между Европейским Союзом и Центральной Азией. Мероприятия ЕС, направленные на укрепеление рынков энергоносителей в Центральной Азии, уже помогли оптимизировать производство и эффективность энергоносителей, улучшить инвестиционные условия, а также начать диверсифицировать поставки энергоносителей в данном регионе.

В современных условиях европейская энергетическая дипломатия переживает серьезную трансформацию. На фоне нарастания напряжения в нестабильных регионах мира, революций в странах Северной Африки и Ближнего Востока, которые долгое время являлись для ЕС основными поставщиками энергоресурсов, центральноазиатский регион привлекателен и интересен ЕС. Кроме того режим взаимных санкций России и ЕС, затяжной конфликт в Украине, а также желание освободиться от зависимости России и стран ОПЕК в импорте энергоресурсов обуславливает интересы ЕС в регионе.

Укрепление позиций ЕС было бы желательным в контексте его формирования как реального игрока, противостоящего непомерному влиянию России, США и Китая. Широкое экономическое вовлечение ЕС в Каспийский регион могло бы способствовать стабилизации геополитической ситуации в этом регионе.

В свою очередь, в результате успешной реализации идеи единой европейской энергосистемы и стратегии энергетической безопасности ЕС, центральноазиатские страны могут получить гарантированного и состоятельного потребителя своих энергоресурсов.

Целью регионального экономического сотрудничества в Центральной Азии (CAREC), финансируемого как самими странами-участницами, так и международными финансовыми институтами (МВФ, Всемирный банк, Европейский банк развития, Азиатский банк развития, Исламский банк развития и ПРООН), является развитие сотрудничества в его расширенном геопространственном варианте, включая в этот проект Афганистан, Пакистан, Монголию и части Китая – Синьцзяна. В рамках CAREC, при условии определенного «разделения труда», Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан и Афганистан рассматриваются как транзитные страны, через которые будут проходить главные транспортные коридоры, а Казахстан и Туркменистан представлены как «ресурсные центры».

В этом же контексте была запланирована реализация проекта Набукко (Nabucco), по которому газ из Туркменистана и Азербайджана, и в долгосрочной перспективе и из Казахстана, должен был пойти в Европу в обход России и стать реальным конкурентом российского проекта «Южный поток», создавая тем самым прецедент для диверсификации импорта энергоносителей в ЕС. Но в конце июня 2013 года стало известно, что консорциум компаний, участвующих в разработке газовых месторождений в Азербайджане, решил транспортировать азербайджанский газ через Трансадриатический трубопровод (ТАР), окончательно аннулировав все попытки ЕС активизировать реализацию Набукко [3].

Провал проекта Набукко связан с позицией ЕС и странами Центральной Азии. Реализацию проекта ЕС сдерживала необходимость колоссальных объемов финансирования, а для Центральной Азии камнем преткновения стал неопределенный статус Каспийского моря. Кроме того, страны Центральной Азии были нацелены на то, чтобы затраты на финансирование Набукко полностью взяла на себя европейская сторона. Важную роль в фиаско Набукко сыграл российский проект «Южный поток».

Но 1 декабря 2014 года президент России заявил о закрытии проекта. Позже было заявлено о направление трубопровода по другому маршруту, возможно турецкому. Причинами послужили не только снижение цен на нефть, украинский кризис и санкции против России, но и в первую очередь – позиция Болгарии, которая заявила о невозможности строительства трубопровода на своей территории, пока Россия не примет Третий энергетический пакет, предусматривающий отмену контроля над трубопроводами поставщиками энергоресурсов.

Европейский союз также заинтересован в реализации проекта Транскаспийского трубопровода для доставки энергоресурсов из Туркменистана через Каспийское море в Азербайджан, а далее через в Турцию в Европу. Переговоры между Европейским Союзом, Азербайджаном и Туркменистаном по данному проекту ведутся уже с 2011 года. Проблема заключается в неопределенности правового статуса Каспийского моря. Россия считает, что для осуществления поставок газа по дну Каспийского моря необходимо согласие всех 5 прикаспийских стран, а Туркменистан настаивает на достаточном согласии двух стран – Туркменистана и Азербайджана, задействованных в проекте.

В марте 2015 года вице-президент Еврокомиссии по энергетическому союзу Марош Шефчович сказал, что Европа намерена создать техническую и правовую базу для поставок туркменского газа через Азербайджан [4].

Так как государства Центральной Азии не относятся к крупнейшим мировым производителям углеводородов и, кроме того, находятся в географической изоляции от Евросоюза, то рассматриваются Брюсселем в качестве вспомогательных поставщиков нефти и газа, которые, как надеются в ЕС, тем не менее, способны в перспективе сыграть немаловажную роль в плане диверсификации поставок углеводородного сырья извне [5].

Если Европейский Союз установит прямую транспортировку углеводородов с центральноазиатскими производителями, то он получит преимущества по трем направлениям. Во-первых, появится возможность покупать природный газ по более низкой цене, чем продает Россия. В любом случае доставленный по новому трубопроводу из Туркменистана газ будет дешевле, чем из месторождений Сибири или Арктики. Вовторых, диверсификация поставок – это краеугольный принцип энергетической безопасности. Следовательно, разнообразные пути транзита и добычи нефти и газа уменьшили бы зависимость от российских источников. Это помогло бы Европе избавиться от возможного энергетического шантажа со стороны России. В-третьих, этими мерами Европа бы снизила зависимость центральноазиатских производителей энергоресурсов от Газпрома. 

Заключение 

Таким образом, главной задачей для пяти республик ЦАР на данный момент является стратегически верно определить направления своей деятельности в области энергетической политики и эффективно использовать преимущество, которым являются энергоресурсы в процессе выстраивания отношений с другими странами, в частности, со странами Европейского Союза, заинтересованных в их использовании.

Пути сотрудничества ЕС и стран ЦА в энергетической сфере:

  • Диверсификация деятельности нефтегазовых европейских компаний в сфере инвестиций (приоритетное направление должны получить проекты, направленные на переработку углеводородов);
  • создание совместных предприятий (СП), занимающихся переработкой нефти и газа на территории стран ЦАР;
  • создание газохимических предприятий для глубокой переработки газа в непосредственной близи с газовыми месторождениями;
  • тесное сотрудничество в атомной отрасли. Таким образом, стратегия Европы направлена на укрепление отношений со странами Центральной Азии с тем, чтобы обеспечить свободный доступ на их энергетический рынок. Тем не менее, как отмечают многие специалисты, изучающие отношения Центральной Азии и ЕС, Евросоюз пока далек от региона, как Центральная Азия. Европе придется сделать немало для того, чтобы занять прочные позиции на энергетическом рынке, так как Центральная Азия и Казахстан находятся не только в сфере интересов ЕС. В регионе присутствуют сильные и значимые на мировом энергетическом рынке государства. Для закрепления своих позиций в Центральной Азии ЕС придется побороться с другими крупными претендентами на обладание энергетическими ресурсами этого региона.

 

Литература 

  1. Мухидинова Е.А. Политика Европейского Союза в Центральной Азии в сфере безопасности // http://www.easttime. ru/reganalitic/1/213.html [02.07.2009г.]
  2. Лаумулин М.Т. Изменения в стратегии Европейского Союза в отношении Центральной Азии // http://cyberleninka. ru/article/n/izmeneniya-v-strategii-evropeyskogo-soyuza-v-otnoshenii-tsentralnoy-azii#ixzz3I1OtFtSg [Выпуск № 4 / том 14 / 2011г.]
  3. Таткало Н. Европейский проект экономической интеграции Центральной Азии: цели, сценарий, риски и перспективы // http://www.easttime.ru/analytics/tsentralnaya-aziya/evropeiskii-proekt-ekonomicheskoi-integratsii-tsentralnoi-azii/5287 [04.12.2013г.]
  4. Бадалова А. ЕС заинтересован в проведении трехсторонней встречи по Транскаспийскому трубопроводу // http:// www.trend.az/business/energy/2370332.html [04.03.2015г.]
  5. Строков А., Парамонов В. К оценке энергетической политики ЕС, роли и места в ней ЦА // Вестник международной аналитической информации. – 2011. – №6. – С. 34-41. 
Фамилия автора: Мовкебаева Г.А., Курганбаева А.З.
Год: 2015
Город: Алматы
Яндекс.Метрика