Букейханов А.Н. о проблемах переселения и аграрной политике самодержавия в начале XX в.

Аннотация

В статье освещаются проблемы переселенческой политики царизма, столыпинской аграрной реформы в исследованиях и публикациях А.Букейханова. На основе анализа публицистических очерков, статей автора прослеживается его принципиальная позиция по аграрному вопросу, о развитии казахского скотоводства в условиях аграрных преобразований начала XX в. Он был убежденным сторонником ограничения переселенческого движения и изъятия исконных казахских земель. В своей работе «Киргизы» А.Н. Букейханов писал: « В 90-х годах прошлого столетия Министерство земледелия и государственных имуществ, ныне Главное управление землеустройства и землепользования, желая определить тот излишек земель, который без ущерба киргизскому хозяйству может быть отчужден, снарядило статистическую экспедицию, во главе которой стоял статистик Ф.А. Щербина… По итогам исследований экспедиции была установлена 25% надбавка к земельным нормам казахского хозяйства.

Алихан Букейханов, будучи блестяще и разносторонне образованным, по масштабу своего научного дарования стоял вровень с современной ему русской социологической и экономической мыслью. В своих научных подходах к освещению сложнейших в своей противоречивости социально-экономических процессов, сопутствовавших колонизации национальных окраин Российской империи, концептуально сближаясь с легальным марксизмом, он тем не менее координировал в своей социологической методологии все работающие на результат критерии оценок общественных явлений.

А. Букейханов  в своей  научной  и   публицистической   деятельности   акцентировал   все   внимание на необходимости отстаивать коренные социальные интересы своего народа. Эти интересы сфокусировались для него в необходимости разрешения аграрного  вопроса,  заключавшемся  в  приостановлении или, как минимум, упорядочении переселенческого движения крестьян из европейской части России вглубь казахских земель.

В своих исследованиях переселенческой политики царизма он обстоятельно анализировал статистические данные, собранные им в период работы в экспедициях по обследованию казахского края под руководством Половцева, Щербины. Начиная с 1903 г., он регулярно  выступал  в печати.  Самые яркие его работы по аграрным проблемам – «Переселенцы в Тарских урманах», «Отчуждение киргизских орошаемых пашен», «Киргизы на совещании генерал-губернатора», «Кризис канцелярского переселения» и другие. В этих статьях с помощью данных, собранных в экспедициях Половцева, Щербины, собственных статистических материалов, анализируя как меняющееся состояние казахского общества, так и переселенческое хозяйство, А.Букейханов   убедительно доказывает, что:

  1. Казахстан, как естественно-географическая зона, не пригоден для ведения традиционного экстенсивного земледелия по следующим причинам: отсутствие достаточных запасов воды, как следствие недостаток кормов, тонкий слой плодородных земель, резко континентальный климат, специфическое использование земель переселенцами.
  2. В результате вышесказанного происходит отток переселенцев на родину, пик которого приходится на 1900-1910 гг.
  3. Последствием переселения огромного количества крестьян для казахского населения стало его разорение, отчуждение у казахов лучших земель, массовый снос «кыстау», выселение на непригодные  для жизни земли.

В итоге, пишет А.Букейханов, «…политика изъятия угодий, соединенная с пренебрежением к правам туземного населения, порождает антагонизм между киргизами и переселенцами, а также недоверие к русской власти. Очевидность настоятельной нужды в коренном преобразовании переселенческого дела бьет в глаза, и Государственная Дума не может, наконец, обойти молчанием столь серьезный государственный вопрос, как переселение…»[1].

В своей работе «Киргизы» А.Н. Букейханов писал: « В 90-х годах прошлого столетия Министерство земледелия и государственных имуществ, ныне Главное управление землеустройства и землепользования, желая определить тот излишек земель, который без ущерба киргизскому хозяйству может быть отчужден, снарядило статистическую экспедицию, во главе которой стоял статистик Ф.А. Щербина… По итогам исследований экспедиции была установлена 25% надбавка к земельным нормам казахского хозяйства. Это было сделано исключительно в интересах защиты казахов, как корректив к нормам упомянутой экспедиции. Но и это не спасло казахов от потери существенных угодий – пашни, покоса и водопоя, отводившимся в надел крестьянам» [2].

В течение 1908 г. в нескольких номерах издававшегося в Санкт-Петербурге журнала «Сибирские вопросы» публиковались очерки  А.Букейханова,  положившие  начало многолетнему  изучению  им хода и последствий аграрной политики самодержавия на примере Казахстана.

Особое   место   в   ряду   публикаций   А.Букейханова   занимает   аналитический   очерк   «Киргизы    на совещании Степного генерал -губернатора», посвященный обстоятельному разбору материалов совещания генерал-губернатора Степного края И.П. Надарова с представителями казахского населения по вопросу введения земства на местах в связи с общероссийским процессом либерализации общественнополитических отношений в период революции 1905-1907 гг. [3]. Несмотря на максимальное ограничение представительства коренного населения, декоративный характер повестки дня и заранее  декларированную необязательность исполнения решений, А.Букейханов считает принципиально важным выделить это событие из ряда других, как знаменательный показатель неизбежной актуализации тяжелых социально экономических и политических проблем, порожденных переселенческой политикой царской администрации на колониальных окраинах Российской империи. Как утверждает автор, этот акт изначально замышлялся  как  маневр,  отвлекающий  казахов  от  претензий  к властям,  псевдодемократический трюк, якобы демонстрирующий добрую волю генерал — губернатора повернуться лицом к истинным нуждам коренного населения края. Изначально было предложено созвать в уездах съезды под председательством мировых судей, чтобы обсудить требования, выдвинутые  в петициях казахов в революционном  1905 г., но после успеха реакции, сбившей революционную волну полевыми судами, думскими заговорами, раздробившими общедемократический фронт наступления на царизм, было решено провести частное собрание с участием прежде запуганных делегатов коренного населения и практически безголосых назначенцев — чиновников — казахов из окружения губернатора.

Статья представляет собой подробный анализ протоколов совещания в части обсуждения земельных споров, где губернские чиновники по сути отстаивают принятые в разное время решения по землеустройству, на которые жалуются казахи — делегаты. Букейханов справедливости ради отмечает некоторое благожелательное стремление некоторых официальных лиц разобраться в причинах наиболее острых разногласий коренных жителей с переселенцами, что, однако, не мешает им совмещать человеческое сочувствие изгоняемым с насиженных земель казахам с твердой приверженностью колониальной  политике царизма в Казахстане.

А. Букейханов указывает на произвол, чинимый казенными землемерами, которые замежевывают ценные для скотоводства земли, оставляя казахам камни, пески, солонцы, безводные земли. Более того, верстовая полоса, разделяющая земли переселенцев и казахов, сплошь и рядом сознательно проводиться таким  образом,  чтобы  казахи,   боясь   потрав  скотом  пашен   переселенцев,   насильного   удерживания в переселенческих поселках их скота, оказавшегося в пределах переселенческих наделов, добровольно оставляют  зимовки  с мечетями,  могилами  предков,   которые   нередко   подвергаются   осквернению.  Но самое главное то, что казахи по этой же причине отчуждаются от рек, колодцев, что совершенно обесценивает оставшиеся за ними земли. Поэтому они вынуждены арендовать по праву им же принадлежащие земли, прилегающие к водопою, чтобы восстановить естественный для скотоводчествабаланс хозяйствования.

Кроме того, автор акцентирует внимание на том, что в некоторых уездах лучшие земли отходят в руки поземельной аристократии — чиновников и казачьих офицеров, которые только паразитируют на ренте с этих исконно казахских земель, отдавая их в аренду тем же казахам. Автор убежден, что многие примеры отчуждения водных земель от казахов, тогда как ими и пользоваться больше некому, имеют подоплекой желание взять ренту с них.

Из изложенного материала делается однозначный вывод, что сама «….форма организации поселений ориентирована на сверхэксплуатацию и без того ограниченных ресурсов местного населения, эти поселения есть неизбежный довесок к тяготам автохтонов: сдают в аренду казахам их же земли, сознательно отмежеванные русским…».

В  последующих  статьях:  «Переселенческие  наделы  в Акмолинской  области»,  «Русские  поселения в глубине Степного края» автор обстоятельно освещает проблемы переселения, касающиеся почвенного состава земель, отведенных под переселенческие участки, климатических условий, обусловливающих исторически сложившиеся формы хозяйствования на этой обширной территории, истинные причины неудач и провалов переселенческой политики царизма, перспектив казенной идеи дальнейшего  увеличения колонизационной емкости Центрального Казахстана [4].

Автор подчеркивает выгодное с точки зрения традиционного скотоводчества казахов отличие этой территории от остальной части Степного края, позволяющее обосновывать зимние поселки — кыстау до ста хозяйств, тогда как в остальной части Казахского мелкосопочника численность хозяйств в кыстау нисходит до одного-двух.

Как бы предупреждая вопрос, почему в этом крае не получило развитие земледелие до переселенческого движения, автор очерка вспоминает о наличии следов арычной пашни в верхнем течении реки Нуры, свидетельствующем о попытках еще с древнейших времен организации оседлой культуры возделывания земли. Но в силу мигрирующей природы казахских рек, зависимости их наполнения от сезона дождей, а также слабой насыщенности гумуса прилегающих к рекам земель солями, требующих долговременного возобновления после  урожая,  опыт  объективно  стабильного  хозяйствования  казаха  на земле не удался. Казах не отказался от земледелия, но сеет загонами, снимая по 2–5 урожаев, и затем надолго оставляет участок.

Автор на основе строго научного анализа почвенно — ботанической составляющей степного ареала выявляет  глубинные  причины  социальной  неудовлетворенности  самих  переселенцев  новой  жизнью в Степном крае. Настойчиво  проводится мысль  об обманчивости  первого  впечатления от великолепного разнотравья пойм степных рек весной и летом, отнюдь не гарантирующих качество и количество сена осенью, и тем более не свидетельствующих о стабильном плодородии почвы.

Вывод А. Букейханова из приведенных многочисленных наблюдений, научных фактов и свидетельств организаторов и участников переселенческого процесса в Степном крае однозначно сводится к тому, что альтернативой неуспеха традиционного крестьянствования русских и украинцев на новых землях, отведенных им царской администрацией, является неизбежное ими заимствование местной культуры скотоводства. Констатируя печальный факт, что увеличение количества десятин  наделов  переселенцев   не переходит в результативное земледелие на них, А. Букейханов заключает: «переселенцам предстоит вместо сохи взять в руки курык (уключина)».

В этой связи интересна информация о реальной экономике существования переселенческих семей, приведенная в четвертом разделе очерка. Переселение стоило бюджету каждой семьи в 3–4 рублей, от которых по причине высокой финансовой затратности первоначального обустройства  отрубного  хозяйства на новом месте остались крохи, которых по твердому убеждению  А.Букейханова едва хватит  на пропитание и содержание скота в недолгой перспективе. Власти, вопреки своей же аграрной политике, подталкивают отчаявшегося переселенца к ведению скотоводческого хозяйства, которое более соответствует профилю большого количества малоудобных земель в его пользовании.

Приводя  пессимистические  признания  крестьян  поселка   Романовское   в неверии  в свое  будущее на новых землях, А.Букейхановуверенно итожит: «Близится час краха карточного дома современной политики   переселения   в Киргизский   край.   Придется   разрешение   аграрного   вопроса   перенести       с плоскости паллиатив на его действительное место» [5]. Паллиативы Букейханов видит в том, что колониальная  администрация  одержима  безумной  идеей  скорейшего   разведения  садов  и цветников    в пустынных и безводных просторах Степного края с его резкоконтинентальным климатом, при абсолютной  необеспеченности   этих  прожектов   научно   обоснованными   почвоведческими   расчетами и рекомендациями, отсутствии элементарной базы для систематической селекционной работы.

Для понимания идейного замысла очерка чрезвычайно значим авторский анализ последствий притеснений, чинимых царской администрацией в угоду разрядки напряжения в аграрном секторе Европейской части России, в отношении к коренному населению Степного края.  На примере хозяйствования казахов на территориях, где отведены земли пришлым крестьянам девяти поселков на реке Ишим, Букейханов показывает всю меру социальной опасности разрушения веками складывавшегося хозяйственного уклада жизни автохтонов края. Системность кочевого хозяйства разваливается, когда аулы отрезаются от естественных водопоев для скота пашнями переселенцев, когда лучшие сенокосные угодья, составлявшие долговременную   кормовую   базу   для   скота   целых   родов   прирезаются   к наделам   поселян   извне  и выкашиваются,  когда  перманентное  перекраивание  объемов  и конфигураций  наделов  переселенцев  в целях сдерживания процесса их обеднения запутывает кочевые маршруты, стушевывает границы родов и порождает конфликты между ними, не говоря о провоцировании конфликтов между коренным населением и переселенцами.

Подробно характеризуя принципы образования новых участков к заселению прибывающими поселенцами из разных регионов Российской империи в Казахскую степь, Букейханов выдвигает тезис, который сводится к тому, что только практика фальсификации результатов топографических исследований  могла   породить   абсурдную   ситуацию   одновременного   недовольства   коренного   населения   и нежелания переселенцев обживаться здесь. Отошли от казахских родов пашни, назначение  которых  хотя и было нерегулярно потребительским, но тем не менее качественно структурировали их продовольственное потребление. Однако они по причине высокой степени риска неурожаев при долговременном возделывании не могли быть основой хуторского хозяйствования. В целом на этой территории в среднем 65% земли признана по данным разных экспедиций неудобными. Манипуляции администрации в целях расширения колонизации, когда 5 десятины  неудобной  земли  засчитывались  как  1 десятина  удобной, не только преступно искажали реальные возможности формирования аграрного сектора за счет переселенцев, но и неразрешимо противоречили официально принятым к руководству рекомендациям экспедиции Ф.А.Щербины 1896–1901 гг., которая в законных интересах местного населения предусмотрела по всем исследованным районам соответствующие нормы землепользования.

А. Букейханов особо обращает внимание на то, что ко всему прочему в пользование переселенцев отошли естественные водоемы, без которых обваливается вся структура кочевого хозяйства. Кочевые  пути, на которых держится благополучие хозяйствования в условиях полупустынных степей, без  водоемов,   расположение   которых,   собственно,   и определяют   их  круги,  теряют   свой  смысл. Автор приводит многочисленные доказательства ухудшения положения кочевых хозяйств, согнанных с берегов озер и обосновавших свои кыстау на берегах малых рек, плохо пригодных к этому сезону хозяйствования, и заключает риторическим вопрошанием «…какой смысл имеют абсолютные числа десятин Киргизской земли, где можно согнать киргиз с их усадьбы, отобрать их пашни, покосы и водные источники, без которых летние и осенние пастбища не могут быть использованы, обречь киргизское хозяйство на верное разорение, а народ в нищету, — и что в результате?» [6].

А. Букейханов не отрывает вопросы защиты коренных социальных интересов казахского народа от исторических задач буржуазно -демократической революции в России. Как один их заметных деятелей конституционно-демократической партии  России  (кадеты),  боровшейся  за  реальные  свободы  граждан и равенство всех перед законом, требовавшей, в частности, отчуждения земельного фонда в пользу малоземельным и безземельным крестьянам, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что без ускоренного решения аграрного вопроса Россия обречена на экономическую отсталость и перманентные внутренние социальные конфликты, чреватые политическим распадом. Но он вместе с соратниками по партии противостоял Столыпинской программе форсированного и насильственного перевода общинных отношений в русской деревне на хуторское хозяйствование, особенно на новых территориях за Уралом, без учета  исторически  обусловленных  препятствий  психологического,  территориально-специфического и административного порядка. Кадеты ратовали за последовательную реструктуризацию товарноденежных отношений в русской деревне на базе рыночного перераспределения земли и интенсификации крестьянского  труда,  которое  только  и может  снять  проблему  аграрного  перенаселения. Перемещение «лишних» крестьян на новые земли в подавляющем большинстве случаев только ухудшает их социальное положение, не решая в корне проблему выхода России из депрессии в аграрном секторе. А неготовность царской бюрократической машины к реализации государственных планов такого масштаба, как переселение и землеустройство сотен тысяч людей, доводит до абсурда саму идею решения аграрного вопроса таким способом.

Алихан Букейханов — решительный сторонник правового решения неизбежных конфликтов между переселенцами и местным населением, красной нитью проводит в своих очерках мысль о необходимости законодательного регулирования землепользования в Степном крае с учетом естественных жизненных интересов казахского народа. Социальные интересы полукочевого казахского народа, обусловлены сильной зависимостью от экстенсивных форм хозяйствования, требующих обширных территорий для пастбищ,  принуждение  его  к ускоренной  седентеризации  равносильно   сознательному  подталкиванию к общественному хаосу и голоду, хотя в исторической перспективе экономический облик Казахстана видится А.Букейханову как преимущественная сельскохозяйственная специализация на основе оседло-  сти. И в этом ключе большой, хотя и нерентабельный, опыт хуторского хозяйствования переселенцев может сыграть известную роль в процессе окультуривания сельскохозяйственного труда в степных условиях, если придать этому процессу долгосрочный и планомерный характер преобразования всего социального ландшафта.

Приверженец идеи национального самоопределения как конечной цели буржуазно-демократической революции, А.Букейханов прозорливо видел объединяющее в полиэтническую общность значение правового регулирования фактического  сосуществования  двух  типов  хозяйствования  на казахской земле — традиционного полукочевого и новосформировавшегося хуторского.

 

Список использованной литературы:

  1. Алихан Букейхан. Избранное / Гл.ред. Р. Нургали. – Алматы: «{азаy энциклопедиясы», 1995. – С.229.
  2. Алихан Букейхан. Избранное. – С.233.
  3. Алихан Букейхан. Избранное. – С.226.
  4. Алихан Букейхан. Избранное. – С.234.
  5. Алихан Букейхан. Избранное. – С.235.
  6. Алихан Букейхан. Избранное. – С.238.
Год: 2017
Город: Алматы
Категория: История
loading...