Из истории депортации чеченцев (по материалам Восточно-Казахстанской области)

В статье на основе анализа архивных документов и материалов интервьюирования характеризуются отдельные аспекты депортации чеченцев на территорию Восточно-Казахстанской области. Рассматривается география расселения спецпереселенцев-чеченцев по районам области, показаны проблемы материально-бытового обустройства, сокращение численности спецпереселенцев, причины высокой смертности чеченцев. 

История советских депортаций еще долго будет актуальной. Депортации, или насильственные миграции, – это одна из форм внесудебных политических репрессий, предпринятых государством по отношению к своим гражданам или подданным других государств с применением силы или принуждения. Решения о депортациях принимались, как правило, руководителями партии и правительства, по инициативе органов ОГПУ–НКВД–КГБ.

Следует подчеркнуть, что многие важные в научном отношении аспекты проблемы депортации народов бывшего СССР на территорию Казахстана по сей день не получили своего конкретно-исторического изучения и историко-теоретического осмысления. Сложность изучения этой проблематики в значительной степени была связана с состоянием источниковой базы. В этой связи актуальность проблемы определяется в первую очередь потребностью в исследовательских работах, основанных на архивных материалах. Рассекречивание архивных документов, предоставляет возможность без политической конъюнктуры изучать данную проблему и придает дополнительные импульсы к обращению исследователей к истории повседневности.

Казахстанская историческая наука не отстает от глобальных научных поворотов, когда главным направлением методологических инноваций становится повышение интереса к человеку в истории, что получает отражение в проблематике многих исследований, в частности, обращение к исторической памяти и повседневной жизни в условиях депортации, что и является основным материалом данной статьи.

О высылке чеченцев и ингушей в Казахстан знали задолго до Постановления ГОКО № 5073 сс «О мероприятиях по размещению спецпереселенцев в пределах Казахской и Киргизской ССР» от 31 января 1944 года, так как предварительная работа по их приему была начата в середине января 1944 года [1, c. 492].

Согласно составленного в 1943 году первоначального плана размещения спецпереселенцев в Казахской ССР, в Восточно-Казахстанской области планировалось расселить 6000 семейств, или 30000 человек, в том числе в промышленности 6000 человек, в колхозах 20 500 человек, в совхозах 3500 человек [2, c.350]. План определял конкретные районы расселения депортированных чеченцев, их количество, станции разгрузки. Разгрузка 6000 человек, намеченных для размещения в промышленности, должна была проводиться на станции «Защита» Томской дороги.

Таким образом, план размещения спецпереселенцев был тщательно продуман еще задолго до начала операции. Были оговорены маршруты следования железнодорожных составов и места их конечного назначения, а также количество станций разгрузок, оперативных работников, необходимых для успешной доставки спецконтингента на места поселения.

Согласно поэшелонным спискам, отправка спецконтигента из ЧИАССР в Восточно-Казахстанскую область производилась в 4 эшелонах под №№ 5, 6, 268, 301. География мест высылки депортированных чеченцев в Восточно-Казахстанскую область Шатоевский, Шалинский, Введенский, Атагинский районы ЧИАССР [3].

Проведенный автором анализ архивных материалов позволил установить географию расселения спецпереселенцев-чеченцев по районам области. По состоянию на 1 сентября 1944 г. в ВосточноКазахстанской области насчитывалось спецпереселенцев-чеченцев 6906 семей с численностью 29238 человек. Чеченцы, прибывшие на территорию ВКО, были размещены в 8 районах области. Наибольшая  концентрация  чеченцев-спецпереселенцев  наблюдалась  в  Лениногорском  (2481  семей, 10987 человек) и Кировском, с учетом п. Аблакетка (1587 семей, 6542 человек), районах [4, л. 66]. Так как, в этих районах находились промышленные предприятия, остро нуждавшиеся в рабочей силе.

К осени 1944 г. на Лениногорских предприятиях и в колхозах работало 2158 спецпереселенцевчеченцев. На первых порах производительность труда спецпереселенцев, работающих на шахтах и заводах, была низкой. Местное руководство объясняло это отсутствием опыта работы в промышленности, плохими материально-бытовыми условиями. Но в дальнейшем многие чеченцы стали не только выполнять, но и перевыполнять норму выработки. Так, например, за август 1944 г. по Лениногорскому рудоуправлению выполнивших норму было 415 человек, а перевыполнивших 382 человека. На лесоучастках, где были тяжелые условия работы, полуголодные чеченцы, работавшие в ряде случаев без спецодежды, рабочие Исраилов, Сатуев и другие чеченцы выполняли нормы от 120150% и выше. При этом выполнявшие  и перевыполнявшие нормы чеченцы не имели преимуществ  по улучшению бытовых условий. Они не имели жилья, жили в переуплотненных квартирах. [4, л.70].

Заработок добросовестно работающих составлял от 30 до 55 рублей. Но даже хорошо работающих чеченцев стахановцами не считали. Председатель завкома ОКСа РУ заявлял: «Считать же стахановцами несмотря на то, что они перевыполняют нормы не можем, т.к. нет указаний свыше, поэтому те условия, которые создаются стахановцам, создаются и чеченцам, но популяризация чеченцев, выполняющих нормы, у нас не практикуется» [4, л.17].

Основные работы которые осваивались чеченцами, были связаны с физическим трудом, так как квалификации большая часть из них не имела, поэтому работали рабочими, бурильщиками, крепильщиками на рудниках [5, л.4].

К сожалению, такой же подход был и к тем чеченцам, которые имели необходимую квалификацию и образование по профессиям. В отчетах рудоуправления Лениногорского района указывается, что среди спецпереселенцев имеются «…10 учителей, 3 счетовода, 1 фельдшер, 1 бухгалтер, но использование их по специальности пока не намечается» [4, л.16].

По архивным данным, на  1 апреля 1945г.  в Восточно-Казахстанской области  насчитывалось  –  24 719 спецпереселенцев. География расселения на 1 апреля 1945года по районам области выглядела следующим образом: [6, л. 8].

Таблица 1. Расселение спецпереселенцев-чеченцев по районам области 

Наименование района

Расселено

семей

человек

1

Лениногорский

2268

8808

2

Кировский

1463

6055

3

Предгорненский

626

2265

4

Шемонаихинский

534

1981

5

Верхубинский

435

1820

6

Таврический

181

630

7

Уланский

267

1050

8

Зыряновский

544

2110

 

Итого

6320

24719

Таким образом, анализ архивных материалов позволяет уточнить географию расселения по 8 районам области. Наибольшая концентрация чеченцев по-прежнему наблюдалась в Лениногорском (8808 человек, 2268 семей) и Кировском районах (6055 человек, 1463 семей).

Сопоставляя официальные цифры 1944 и 1945 годов, мы видим значительное сокращение численности спецпереселенцев-чеченцев по области.

Таблица 2. – Сокращение численности спецпереселенцев – чеченцев по области. 

период

1 сентября 1944г.

1 апреля 1945г.

количество

29238 человек

24719 человек

Всего за полгода на вновь заселенных районах ВКО чеченцы потеряли 4519 человек. Смертность среди спецпереселенцев-чеченцев была высокой впервые годы высылки, что и привело к резкому сокращению численности этой категории высланных.

Следует отметить, содержание архивных материалов показывает, что смертность скрывали от официальных властей: «…умерших нигде не регистрируют, а крадучи от комендатур хоронят. Причина смертности в основном дистрофия и желудочные заболевания» [6,  л. 2].

По состоянию на 1 апреля 1945 года с начала вселения количество умерших (в разрезе районов) по архивным данным распределяются следующим образом [6, л. 14]: 

Таблица 3. – Смертность  спецпереселенцев – чеченцев по области. 

 

Наименование районов

Всего умерло (с начала переселения)

Из них в 1 квартале 1945г

 

 

 

детей

взрослых

стариков

1

Лениногорский

1385

18

19

23

2

Кировский

932

61

33

37

3

Предгорненский

259

 

 

 

4

Шемонаихинский

382

16

12

7

5

Верхубинский

278

39

5

9

6

Таврический

190

 

3

3

7

Уланский

90

8

 

8

8

Зыряновский

339

1

7

 

 

итого

3855

143

79

87

Таким образом, из приведенных выше данных видно, что смертность продолжает оставаться еще чрезвычайно высокой в I-м квартале смертность составила 309 человек – это более 8% от общего количества смертей с начала переселения в ВКО.

В первые годы вселения спецпереселенцы-чеченцы в Восточно-Казахстанской области проживали в порядке уплотнения в домах колхозников, в бараках, общежитиях, землянках, в сушильных сараях, в непригодных для жилья помещениях, где наблюдалась высокая «скученность». Из-за плотной заселенности в бараках, антисанитарного состояния наблюдались вспышки сыпного тифа и большое количество желудочно-кишечных заболеваний. Плохие жилищные условия, недоедание, болезни привели к повышенной смертности среди стариков и детей в первые два года спецпоселения.

Согласно составленному акту от 5 мая 1945 года, в результате недопустимых жилищно-бытовых условий спецпереселенцев на строительстве ИртышГЭС (Аблакетка), из-за отсутствия нормального питания и плохого медицинского обслуживания из числа вселенных в поселок 1500 человек спецпереселенцев, зарегистрировано умерших 413 человек. ( табл. №4). 

Таблица 4. – Смертность  спецпереселенцев – чеченцев в п. Аблакетка [5, л.15]:. 

 

1944 год

1945 год

Всего

От дистрофии

От сыпного тифа

Прочие болезни

От дистрофии

Прочие болезни

Взрослых

92

10

66

10

22

200

Детей

141

1

32

33

6

213

Итого:

233

11

98

43

28

413

Рассматривая проблему депортации, нельзя не обратиться к воспоминаниям непосредственных свидетелей этих исторических событий, которые конкретизируют вопросы по процессу переселения, жилищного устройства, показывают трудности, с которыми пришлось столкнуться в непривычной обстановке.

Воспоминания депортированных показывают, что не везде для принятия переселенцев были созданы условия. Бывший спецпоселенец Дацаев Салаудин, прибывший из с. Ушкалой ЧИАССР, вспоминает: «Мне было тогда где-то 5 лет. Привезли в Усть-Каменогорск, бросили нас напротив конденсаторного завода, прямо в горах, без всякого укрытия, здания не было. Отец мой сам построил балаган из простого камня. Страдание, голод, холод вот что запомнилось. Есть ничего не было, черный хлеб по карточкам выдавали. Употребляли разную траву. Сложно было найти даже съедобную траву, будучи детьми, мы весной искали траву, чтобы пропитаться. Был страшный голод. Морозы были сильные» [7]. Эпизоды из воспоминаний Айсаговой Л.Л., г. Риддер: «Я что помню со слов матери, заселили в бараке, где не было ни окон, ни дверей. Всех, опять же, как скот в стойло. Царил голод. Чтобы хоть как-то выжить, ходили собирали мерзлую картошку и делали из нее лепешки, ели крапиву и разную траву. Потом заболели многие тифом, смертность была высокой» [8]. По воспоминаниям Шалаевой Д.М.,: «Выделили в бараке одну комнату, передвигаться не разрешалось кроме своего места жительства, даже на похороны. Много людей умерло от голода, холода, тифа, простуды. Недовольства какие-либо выражать люди боялись, так как их посадили бы, после депортации у  людей был страх и вера была только в Аллаха этим и жили, эта вера дала силы, чтобы выжить» [9].  Из воспоминаний Сельмурзаева А.И.: «Со слов своих стариков знаю, когда их привезли, стояли морозы, снега было много. Некоторые люди босые были. Выделили им помещение, общий коридор, с маленькими комнатками, барак называли. Большие семьи поперек вешали простынь. Так и существовали. Собирали гнилую картошку, варили кожуру картошки. Зимой чтобы пропитаться на полях выкапывали замороженную картошку. Если в это время настигнет комендант, то их избивали. Не было возможности выйти куда-то, теплой одежды не было. Тиф начался. Много умирало тогда. Моему деду тогда было 15 лет. Он рассказывал, утром боишься выйти в коридор, трупы лежат возле каждой двери. Хоронить возможности не было. Промерзшая земля, инструментов не было. В снегах хоронили, весной выкапывали могилы, как полагается,  предавали земле» [10].

Областные исполнительные органы должны были заниматься вопросами размещения, бытового устройства, снабжения продуктами питания, трудоустройства, правового оформления, медицинского обеспечения спецпереселенцев. Однако фактически всеми вышеперечисленными вопросами занимались организации, в которые трудоустраивали депортированное население.

Как свидетельствуют архивные материалы, жилищные условия спецпереселенцев были тяжелыми. Мероприятия по обустройству осуществлялись необдуманно. Так, например в докладной записке начальника УНКВД по Восточно-Казахстанской области, на 1 августа 1945 г. отмечается, что без ведома органов НКВД по распоряжению директора ОСМУ-2 треста «Алтайстрой» из чеченгородка были вывезены пять семей в составе 24 человек-спецпереселенцев с детьми под открытое небо на территорию кожевенного завода артели «Победа труда», где семьи разместили в полуразваленном здании кожзавода площадью 25 м2. Аналогичная ситуация в селе Белоусовка без ведома комендатуры НКВД распоряжением директора ОСМУ-З треста «Алтайстрой» вывезли 8 семей из 76 человек на окраину села и разместили спецпереселенцев на открытом поле, заявив им, что они должны здесь строить жилье [6, л.44-45].

Из анализа документов ГАВКО видно, что все эти нарушения не оставались без внимания руководства области. Исполком Облсовета и бюро Обкома КП(Б)К Восточно-Казахстанской области принимали постановления, обязывающие первых секретарей райкомов КП(Б)К взять под личный контроль всю работу, связанную с хозяйственнобытовым устройством спецпереселенцев.

Однако, к сожалению, на первых порах местным властям не удалось создать необходимые условия для приема и размещения спецпереселенцев. Не только спецпереселенцы, но и все население республики испытывало тогда острую нужду в продовольствии и товарах. Переселение людей потребовали огромных расходов со стороны государства, изнуренного тяжелой войной. Поэтому одновременное размещение такого большого количества людей затруднило снабжение республики, и без того испытавшей кризис продовольственных и промтоварных ресурсов. 

 

  1. Бугай Н.Ф. По решению правительства союза ССР / Н.Ф. Бугай. – Нальчик: Эл-фа, 2003. – с.492
  2. Ермекбаев Чеченцы и ингуши в Казахстане. История и судьбы. – Алматы: Дайк-Пресс, 2009. – с. 508
  3. ГАВКО Ф. 462. Оп. 4. Д.
  4. ГАВКО Ф.1п . Оп.1. Д. 2750. Л. 16, 17, 66, 70.
  5. ГАВКО.  Ф. 1п. Оп. 1. Д. 3979. Л. 4.
  6. ГАВКО  Ф.1п. Оп.1. Д.2741. – Л. 2, 8, 14, 15,44,45.
  7. Казбекова А.Т. Полевые  материалы автора. Полевой дневник экспедиции  в г. Усть-Каменогорск. 2016 г.
  8. Информант  Дацаев Салаудин, г.Усть-Каменогорск..
  9. Казбекова А.Т. Полевые материалы автора. Полевой дневник экспедиции в г. Риддер. 2016 г. Информант Айсагова Лиза Лейчевна, г.Риддер.
  10. Казбекова А.Т. Полевые материалы автора. Полевой дневник экспедиции в г. Риддер. 2014 г. Информант Шалаева Догман Мабаевна, г.Риддер.
  11. Казбекова А.Т. Полевые материалы автора. Полевой дневник экспедиции в г. Риддер. 2014 г. Информант Сельмурзаев Адам Исаевич, г.Риддер.
Год: 2016
Город: Алматы
Категория: История
loading...