Латинская Америка - как точка соприкосновения интересов США и КНР

Аннотация: Работа включает в себя анализ внешнеполитических и геополитических интересов ведущих держав США и КНР в Латинской Америке, так же включающей в себя Центральную Америку и Карибский бассейн. Что на сегодняшний день представляет собой данный регион, и какие преимущества может предоставить экономическое и политическое преобладание в этом регионе. Намерено ли США углублять свою политику «добрососедства», и какие тенденции можно проследить в американо-китайских отношениях.

Приоритетность латиноамериканского направления во внешней политике США обусловлена не только географической близостью, но и большой нестабильностью, которая отличает страны Карибского бассейна и Латинской Америки. Таким образом, США оказываются естественным экономическим партнёром для своих южных соседей. Однако партнёром, который в силу своих позиций в мире, стремится диктовать свои условия и расширять своё влияние.

Научно-технический прогресс, новые отрасли в экономике и многие другие процессы толкают миро­вое общество к дальнейшему развитию, как внутреннему, так и на мировой арене. Латинская Америка не исключение. Она испытывает на себе позитивные и негативные воздействия новой международной обстановки. Неконкурентоспособность товаров, застой в экономике, неустойчивое хозяйственное разви­тие, рост безработицы, инфляции, социальной напряженности - все это, заставило страны ЛА искать пути интеграции в мировую экономику.

Постепенно, общественно-политические дискуссии привели к необходимости выбора нового консен­суса, которой бы смог вывести регион из кризиса и был бы «противником» неолиберальной практики, как той системы, которая привела регион к разрухе. Национализация некоторых отраслей промышленности, в том числе, с производством товаров лёгкой промышленности, сохранение постоянного роста платеже­способного спроса со стороны населения, - вот то, что должно было стать путём к успеху [ 1].

США считали регион зоной своих личных интересов, и не желали каких-либо изменений. После нескольких попыток регулирования ситуации, все больше способствовали росту внутрирегиональных союзов.

ЛА провозгласила вектор движения в сторону экономической и политической независимости.

С тех пор региональная интеграция всё наращивала темпы. И в настоящее время связь между отдельными странами ЛА ещё не до конца прочна.

Тем не менее, внутрирегиональная торговля наращивает темпы роста. Перспективы региона зависят от того, насколько правительства смогут укрепить и нарастить тенденцию взаимной торговли внутри регионов и между собой. И, если верить британскому известному журналу «Экономист», именно второе десятилетие двадцать первого века будет латиноамериканским.

Значительные перемены произошли в экономике стран региона. Свидетельством успешности эконо­мической модели является устойчивость перед финансового-экономическим кризисом 2008 г. Замедление темпов экономического роста в США не привело к возникновению глубокого кризиса в экономике латиноамериканских стран, поскольку большинство из них сумело диверсифицировать свои внешнеэко-   120   номические связи еще до 2008 г. Кроме того, сохранение высоких цен на мировом рынке на экспортные товары из Латинской Америки способствовало сохранению экономической стабильности и проведению масштабной социальной политики, позволившей вытащить из бедности десятки миллионов человек [2].

Внутриполитическое развитие ЛА в последние годы отмечено позитивными тенденциями. В настоя­щее время регион политически неоднороден: у власти в странах ЛА можно увидеть представителей всего политического спектра.

Среди множества интеграционных объединений можно выделить УНАСУР, объединивший государ­ства Южной Америки, Тихоокеанский альянс (Мексика, Перу, Чили, Колумбия), отличающийся особым динамизмом в экономической сфере, и Сообщество стран Латинской Америки и Карибского бассейна (СЕЛАК), в который вошли все 33 страны региона, включая Кубу, а США и Канада остались за рамками объединения. СЕЛАК во многом возник как альтернатива Организации американских государств, традиционно находящейся под влиянием Вашингтона. Вместе с тем, интеграционные процессы в регионе осложняет наличие целого ряда объединений, дублирующих друг друга, а также внутренние противо­речия участников, зачастую мешающие им создавать зоны глубокой интеграции и более эффективно координировать свои действия, в том числе во время кризисных ситуаций.

Субрегиональная политическая и экономическая интеграция в Латинской Америке осуществляется функционированием Общего рынка Южного конуса (МЕРКОСУР), Андского сообщества (АС), Центральноамериканского интеграционного сообщества (ЦАИС), Ассоциации карибских государств (АКТ), Карибского сообщества (КАРИКОМ) и Группы Трех.

Крупнейший из союзов, наиболее динамично развивающийся и влиятельный - МЕРКОСУР, создан­ный в 1991 г. на основе Асунсьонского договора. По размерам и экономическому потенциалу МЕРКОСУР представляет собой второй (после ЕС) таможенный союз и третью (после ЕС и Северо­американской зоны свободной торговли) зону свободной торговли [3].

Углубление экономической интеграции в Южном конусе сопровождается укреплением МЕРКОСУР как политического образования. МЕРКОСУР придает большое значение вопросам создания системы, гарантирующей выполнение взятых странами-участницами обязательств как непременного условия успешного продвижения интеграционных начинаний.

ЛА представляет собой сферу экономических и политических интересов США. Вашингтон прилагает немало сил и направляет огромные бюджетные средства для того, чтобы не только укрепить, но и увели­чить своё влияние в этом регионе.

Приоритетность латиноамериканского направления во внешней политике США обусловлена не только географической близостью, но и большой нестабильностью, которая отличает страны Карибского бассейна и ЛА. Помимо этого, здесь находится прекрасный рынок сбыта североамериканских товаров. Таким образом, США оказываются естественным экономическим партнёром для своих южных соседей. Однако партнёром, который в силу своих позиций в мире, стремится диктовать свои условия и расширять своё влияние.

Наиболее эффективным инструментом влияния США в латиноамериканском регионе является эконо­мика. Не секрет, что государства ЛА являются экономически зависимыми от более развитых соседей. И, конечно, США этим успешно пользуется.

Сегодня США активно инвестирует в самые прибыльные отрасли экономики ЛА- в нефтедобываю­щую отрасль, в горнорудное и промышленное производство. Разумеется, это обеспечивает влияние Белого Дома намного сильнее, чем любая вооружённая сила. Однако и армия США всегда остаётся наготове, чтобы, в случае необходимости, поддержать интересы государства. Таковы реалии современ­ного мира, в котором доминирует сильнейший.

Впрочем, многие страны ЛА постепенно стремятся играть собственную роль в мировой политике.

Реальностью современной ситуации в ЛА стало резкое обострение конкуренции различных сил в борьбе за влияние на регион. Несмотря на значительный рост абсолютных объемов внешней торговли и инвестиций, относительный вес и влияние США стали заметно снижаться. Доля США в экспорте из ЛА сократилась в 2000-2009 гг. с 60 до 38,6%. В 2009 г. удельный вес США в латиноамериканском импорте составил лишь 33,1% [4].

Отражением снижающегося экономического влияния США на ЛА стали трудности с реализацией проекта ALCA. Ведущие латиноамериканские государства (Аргентина, Бразилия, Венесуэла) все актив­нее обвиняли США в «двойных стандартах», стремлении максимально широко открыть рынки стран ЛА при сохранении элементов протекционизма для себя.

Еще в 19 веке США уже начали продвигать "доктрину Монро", усиленно вытеснять Европу из ЛА. Во время Холодной войны в прошлом столетии США всеми силами препятствовали проникновению СССР в регион. Карибский кризис стал уменьшенной копией борьбы за влияние двух стран. После окончания Холодной войны отношения между США и JIA по-прежнему улучшались, однако такая ситуация наблю­далась недолго, США потеряли интерес к этому региону. А после событий 11 сентября внимание амери­канского правительства было обращено на борьбу с терроризмом, в настоящее время JIA переживает период политических и экономических изменений, двустороннее сотрудничество утратило новую движущую силу, отношения между США и JIA охладились [5].

Китай сегодня - мощное влиятельное государство, быстро набирающее силу, фактически будущая сверхдержава. Особенно после 2010 года, когда Китай по ВВП вышел на второе место в мире после США, часть этих положений не стыкуется с глобальным активным мощным позиционированием Китая в

В свое время, выдвигая знаменитую «доктрину Монро», пятый президент США и не думал о том, что принципу «Америка для американцев» могут бросить вызов азиаты. Речь шла исключительно о европей­цах. О том, что эпоха «доктрины Монро» ушла в прошлое, а США теперь рассматривают страны Латин­ской Америки как равных себе партнеров, официально было объявлено госсекретарем США Джоном Керри в программной речи в штаб-квартире Организации американских государств в Вашингтоне. Одновременно китайские эксперты отмечали, что США, отказываясь от «доктрины Монро», все равно ставят задачу «продвигать и защищать демократию». Китай же навязывать кому-то свою модель развития не намерен. Определенную роль в налаживании отношений Пекина и стран Латинской Америки сыграло и то, что часть государств этого региона, например, Куба и Венесуэла, открыто выступают против гегемонии США, а задачей своей политики называют построение социализма. Для Китая ЛА - это, прежде всего, поставщики сырья, а не единомышленники. Китай последовательно усиливает свое влия­ние в Южной Америке, руководствуясь стратегией «мирного возвышения» в тылу у США.

Экспортоориентированная экономика Китая и нехватка природных ресурсов вынудили Китай активизировать поиски источников ресурсов и новых рынков сбыта. Минеральные, энергетические и сельскохозяйственные ресурсы ЛА и, в первую очередь, нефть, медь, железная руда и соя привлекли внимание Пекина. Китай использует подход к развитию отношений со странами ЛА, в основе которого лежат экономические взаимодополняемость и обоюдовыгодность. Это стало возможным благодаря двум группам факторов. Во-первых, США отошло от участия в делах региона. Джордж Буш младший был сфокусирована на борьбе с международным терроризмом, и в качестве приоритетных региональных направлений рассматривались Ближний Восток и Юго-Восточная Азия, а сменившая ее в 2009 г. администрация Барака Обамы столкнулась с необходимостью выработки мер по преодолению мирового финансово-экономического кризиса и вывода США из экономической рецессии. Во-вторых, многие латиноамериканские страны проявили встречную заинтересованность в развитии отношений с Китаем. Укрепление отношений с Китаем рассматривалось ими в контексте задач снижения зависимости от США. В процессе реализации своей политики Пекин придерживается принципа «непровоцирования» США.

В рекордно короткие сроки Китаю удалось занять лидирующие позиции в структуре внешнеторговых связей многих государств ЛА. Так, в 2009 г. он являлся важнейшим экспортным рынком для Бразилии и Чили, Коста-Рики, Перу и Венесуэлы. Латиноамериканские страны экспортируют в Китай первичную продукцию и сырье, а импортируют готовую промышленную продукцию.

К концу 2010 г. прямые накопленные китайские инвестиции в Латинской Америке насчитывали 43,9 млрд долл., или 13,8% совокупных накопленных инвестиций Китая, а прямые иностранные инвестиции (ПИИ) КНР в Латинской Америке в 2010 г. достигли 10,5 млрд долл., что составило 15,3% всех ПИИ Пекина в мире. Для отдельных латиноамериканских государств Китай стал важным источником инвестиций [6].

Пекин готов проложить новый путь из Атлантики в Тихий - создать альтернативу Панамскому каналу. В итоге регион, который США привыкли считать своим «задним двором», постепенно переходит в сферу влияния Китая.

В целом можно прогнозировать дальнейшее увеличение влияния Китая в регионе. Однако, вместе с тем, следует заметить, что к будущему китайско-латиноамериканских отношений все же стоит относить­ся с осторожным оптимизмом. Китай в Латинской Америке - новый игрок, и как многие формирующиеся отношения, китайско-латиноамериканские контакты отмечены высоким встречным энтузиазмом, за которым скрываются множественные противоречия и потенциальные риски.

Экономики двух стран тесно переплетены друг с другом, это заставляет правительства США и КНР идти на любые меры, чтобы избежать конфликта.

Однако, с того момента, как два десятилетия назад ярлык «ни союзники, ни враги» был впервые наве­шен на отношения Америки и Китая, мир претерпел немало изменений. Значительный рост могущества

Китая и мировой финансовый кризис, опустошивший экономические системы США и Европы, укрепили ощущение, что Запад клонится к упадку, в то время как остальной мир продолжает наращивать свою мощь [7].

Современная J1A переживает период быстрой трансформации и приспособления к меняющимся международным реалиям. США казались безусловным лидером в отношениях с J1A и играли определяю­щую роль в политике, экономике и финансах большинства составляющих ее государств. Однако в начале в. эта лидерская роль США была поставлена под сомнение. На смену американской гегемонии приходит новая расстановка сил, в рамках которой за влияние в JIAборются сразу несколько центров. Одновременно с этим сама JIAобретает все большую самостоятельность на международной арене, наращивает свой потенциал развития. Важную роль в этом процессе играют интеграционные устремле­ния латиноамериканских государств, динамично развивающих свои внешние связи. Пример КНР, вышедшей на 2 е место среди экономик мира, может стать референтной моделью для латиноамерикан­ских стран, что, безусловно, повысит уровень китайского влияния в регионе. А это не может не затраги­вать интересы США, чья «мягкая сила» является одним из рычагов реализации внешнеполитической стратегии глобального лидерства. На этом фоне обращает на себя внимание модель решительного раз ворота латиноамериканских стран в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона.

 

 

  1. Клочкоеский Л Л Латинская Америка в современном мире. Расстановка основных сил и перспективы развития // Латинская Америка, 2011, №11, с. 34.
  2. Сударев В.П. США после выборов: перспективы нового латиноамериканского курса // Латинская Америка, 2009, № 7, с. 41-42.
  3. Яковлев П.П. Внешняя политика
  4. Крылов С., кандидат исторических наук, советник Посольства России в Венесуэле. Дипломатия Латинской Америки
  5. Лузянин С.Г. «Внешняя политика Китая: региональные и глобальные аспекты».
  6. Лузянин С.Г., Внешняя политика Китая до 2020 г. Прогностический дискурс.
  7. Миньсинь Пэй, Как Китай и Америка видят друг друга ("Foreign Affairs", США) II почему все идет к столкновению
Год: 2015
Город: Алматы