Прямое действие конституции республики Казахстан

Прямое действие конституции предопределяет действенность института конституционной законности в стране. От реализации механизма прямого действия Конституции зависит состояние конституционализма, стабильный правовой порядок. Конституция является частью законодательства, которая оказывает прямое регулирующее воздействие на общественные отношения, ограничивает действия государства и его органы правом, закрепляет права и свободы человека и гражданина в качестве субъективных прав, возлагающих на государство вполне определенные обязанности и подлежащих судебной защите[1,с.8]. Именно в этом, по мнению Б.С. Эбзеева, заключается смысл прямого действия конституционных норм. Автор подчеркивает, что любая конституционная норма, независимо от занимаемого ею места в Конституции, выполняемых функций и преследуемых целей, является действующей правовой нормой[1,с.8].

По мнению В.В. Невинского прямое действие норм Конституции предполагает непосредственное регулирование ими возникающих общественных отношений. Соответственно, граждане и их объединения в защите своих прав и свобод, государственные и муниципальные служащие, органы государственной и муниципальной власти в своей деятельности, суды при рассмотрении конкретных гражданских, административных и уголовных дел вправе ссылаться на нормы Конституции .. как нормы обычных законов[2].

Ю.А. Тихомиров пишет: «Прямое действие Конституции означает ее правотворческое воздействие, непосредственную реализацию гражданами, организациями, охрану от нарушений, ценностное влияние на образ жизни и атмосферу в обществе, институциональные преобразования»[3,с.28-29].

Г.С. Сапаргалиев уточняет, что прямое действие норм Конституции означает, что государственные органы могут (должны) применять прямо и непосредственно ее нормы в случаях, если:

  • отсутствует специальный нормативный акт, регулирующий вопросы, подлежащие рассмотрению государственного органа;
  • даже имеется специальный нормативный акт, но он противоречит Конституции;
  • положение Конституции не содержит указания на возможность (необходимость) ее применения при условии принятия нормативного правового акта, определяющего права, свободы и обязанности человека и гражданина;
  • положение Конституции по смыслу не требует дополнительной регламентации [4,с.35-42].

Данная схема «условностей», объективно существующая в нашей правовой системе, конечно же, усложняет процесс и правопонимания и правоприменения. И если в процессе правоприменения участвуют специализированные органы государства, которые в силу своей компетенционной направленности обязаны не только соблюдать нормы права, но и осуществлять внутриведомственный правовой контроль (праворазъяснение, правовой анализ и т.д.), то процесс правопонимания, в данном случае, сталкивается с весьма сложной проблемой. В частности, Конституция как основной закон выступает, прежде всего, как высший политико-правовой ориентир общественного развития, как средство и способ социальной ориентации [5,с.32]. «Многие вопросы, отмечает М.Т. Баймаханов, решаются конституцией в общем виде. Она не может дать им всестороннее обоснование, обеспечить исчерпывающее регулирование каждого из... общественных отношений. … Поэтому она часто ограничивается указанием направлений и способов регулирования общественных отношений, установлением принципиальных основ, определяющих решение общих и конкретных вопросов государственной и общественной жизни» [6,с.115-116].

Конституция в этом плане является еще и наиболее авторитетным законом, к которому обращаются не только правоприменительные органы государства, но и граждане, так как она взывает их к уважению конституционно-правовых ценностей, под угрозой применения юридических санкций. В данном отношении весьма точно высказался Л.С. Мамут: «Конституция это по определению основной закон государства, т.е. публичновластным образом интегрированного, организованного и управляемого социально стратифицированного общества (народа). При таком понимании государства раскрывается вся ошибочность его отождествления с аппаратом государства, отождествления, к сожалению, распространенного как в теоретическом, так и в массовом сознании. Что касается Конституции как определенной базы для формирования и развития правосознания граждан, то при условии ее знания и понимания, она такой базой, конечно, выступает»[7].

Но, конституционная действительность такова, что прямое (непосредственное) применение норм Конституции Республики Казахстан сменяется опосредованным, при котором действие конституционных норм осуществляется после предварительной их конкретизации в иных законодательных актах и даже посредством толкования и разъяснения специализированными органами конституционного контроля. В Республике Казахстан, например, таковыми являются Парламент и Конституционный Совет, Верховный Суд.

М.Т. Баймаханов в данном вопросе указывает: «Не исключая прямого действия конституционных положений, текущее законодательство во многих случаях служит необходимым дополнительным средством, облегчающим их претворение в жизнь. Правда, полной реализации конституционных норм текущие нормы не обеспечивают, но благодаря им осуществление конституционных предписаний становится более реальным» [8,с.403].

Такая модель обеспечивается нормами отраслевого и процессуального законодательства и, к сожалению, может уводить в сторону от основной конституционной идеи. В этой связи решение вопросов формирования конституционных основ действующего права Казахстана в свете прямого действия Конституции являются важнейшей задачей теории конституционного права Республики Казахстан.

Совершенно справедливо, в данном случае, высказывание К.К. Айтхожина, считающего, что включение принципа прямого действия конституции как его фундаментального свойства в повседневную практику жизнедеятельности общества и государства требует коренного перелома, как в профессиональном правосознании работников государственных органов, так и в общественном сознании, а также создания действенной системы правового всеобуча населения[9,с.118].

Однако автор, не совсем четко, на наш взгляд, обозначил источник проблемы и не указал пути ее преодоления. Конституция, по его мнению, должна рассматриваться как реально действующий Основной юридический закон, принципами и нормами которого должны руководствоваться все органы государства, организации и учреждения, граждане и их объединения[9,с.116]. Сразу же возникают вопросы: где принцип, а где норма? Как гражданам – потребителям правовой информации, аккумулированной в Основном законе, должностным лицам органов правоприменения отличить норму от принципа?

Если исходить из логики правопонимания, то норма – это такой источник права, который содержит в себе конкретное, законченное предписание о должном или возможном поведении субъекта правоприменения. М.И. Байтин подчеркивает, что «..норма права – это относительно самостоятельное явление, обладающее собственными специфическими особенностями, углубляющими и конкретизирующими наши представления о праве, его понятии, сущности и содержании, о механизме регулятивного воздействия на общественными отношения»[10,с.313].

Принцип – основополагающее положение, в своей реализации использующий различные правовые средства и методы. Так, в частности, конституция устанавливает основы конституционного строя, которые составляют основополагающие принципы развития общества и государства. Принципы есть основные, исходные положения Конституции, интегрирующие в себе содержание нормативно-правового регулирования определенного круга общественных отношений, возникающих в процессе установления статуса личности, порядка организации общества и государства в их взаимодействии[11,с.37].

В качестве конституционных принципов правоведы выделяют различные положения. Одни считают, что ими являются: признание высшей ценностью человека, его прав и свобод; демократическое, правовое, социальное, республиканское и светское государство[12,с.32]. Другие в качестве принципов называют: социальную справедливость, гуманизм, сочетание единства и разделения государственной власти, конституционную законность и др. Порой авторы не находят согласие в единообразии подходов к определению функций, методов, юридических свойств и принципов конституции. Проблема, на наш взгляд, кроется в самой конституции, которая умалчивает об этом.

Проблема прямого действия конституции не столь простая. Тем более, что сама Конституция РК установив свое прямое действие в п.2 ст.4 не поясняет, что понимается под прямым действием, и не оговаривает его условия. Помимо того, прямое действие Конституции Республики Казахстан К.К. Айтхожин связывает с включенностью в механизм ее непосредственной реализации еще и социальных неправовых факторов и средств (экономических, политических, идеологических, социально-психологических и т.п.) [9,с.118].

Непосредственное использование норм конституции при решении конкретного дела весьма осложнено не только для граждан, но и во многих случаях и суда, как правоприменительного органа. В этом случае необходимо прибегнуть к специальному толкованию конституционной нормы и адаптировать ее в правоприменительную практику посредством содержательно определенных норм Конституции и обычных законов. Ссылка на такого рода норму может лишь усиливать какое-либо субъективное конституционное право или право, закрепленное законами и подзаконными актами[2].

В данном случае В.В. Невинский предлагает ввести в конституцию норму, устанавливающую универсальное право человека и гражданина, являющуюся одновременно основополагающим конституционным принципом, основой всех иных прав человека и гражданина. Из такого общего положения суды могли бы выводить конкретное право человека и гражданина, например, право на неприкосновенность чести и достоинства и др.[2]. Однако сам автор признает, что для этого необходима глубокая проработка соответствующей доктрины и официальное признание ее конституционной и общей юрисдикцией.

Другим препятствием на пути прямого действия норм Конституции служат содержащиеся в ней самой оговорки и ограничения, которые могут быть преодолены лишь посредством дополнительного правового регулирования при наступлении благоприятных социально-экономических и политических условий. Так, например, в соответствии с п. 3 ст.6 Конституции РК: «Земля и ее недра, воды, растительный и животный мир, другие природные ресурсы находятся в государственной собственности. Земля может находиться также в частной собственности на основаниях, условиях и в пределах, установленных законом».

Прямое действие некоторых норм Конституции, сформулированных предельно конкретно и не имеющих формальных конституционных ограничений, может сдерживаться отсутствием политических решений по отдельным важнейшим вопросам жизни общества и государства. Наглядным примером служит институт местного самоуправления в Республике Казахстан (Раздел VIII Конституции РК «Местное государственное управление и самоуправление», ст. 89).

Говоря о непосредственном (прямом) воздействии конституционного регулирования нельзя не задеть вопрос об иерархии норм самой Конституции. С.Ф. Ударцев по данному вопросу считает, что учитывая многообразие норм Конституции как ее составных частей и различные механизмы их действия, общее положение о высшей юридической силе и прямом действии Конституции, применительно к различным ее статьям, следует понимать более дифференцированно. Юридическая сила конкретных норм Конституции проявляется по-разному: в разных ситуациях, областях, применительно к различным сферам отношений; в разное время и различные по продолжительности периоды; через использование разнообразных механизмов регулирования отношений (общие ориентиры, смысловые и ценностные критерии правовых норм, явлений и институтов, действие через конституционные законы, законы, указы, имеющие силу конституционных законов или законов, иные правовые акты регламенты и т.д.) и т.п.[13,с.9-7].

Учитывая специфику и особенности различных конституционных норм, их значение при осмыслении Конституции, можно прийти к выводу, что в ходе толкования конституционных норм некоторым из них может отдаваться предпочтение как имеющим приоритетное непосредственное отношение к конкретной ситуации, как более адекватным при системном и историкополитическом толковании[13,с.9-7]. В случае конкуренции конституционных норм следует отдавать приоритет действующим нормам непосредственно относящимся к данной ситуации, с учетом смысла этих норм, исходя из их объективного и полного по объему толкования, выявления вкладываемого в них общего и применимого к данной ситуации смысла в контексте всей системы норм Конституции РК. При прочих равных условиях может учитываться более позднее включение норм в Конституцию, но если имеются смысловые неясности (дефекты), то более поздний срок включения норм не может прояснить ситуацию и не может рассматриваться как приоритетный признак при конкуренции норм[13,с.9-7].

 

Список использованных источников:

  1. Эбзеев Б.С. Прямое действие Конституции Российской Федерации: некотор. методологические аспекты //Правоведение .1996.№
  2. Невинский В.В. Конституция Российской Федерации: испытание мировым опытом,// «Журнал российского права», N 11, ноябрь 2003 г.
  3. Тихомиров Ю.А. Действие закона. М., Известия,
  4. Сапаргалиев Г. Конституционное право Республики Казахстан. Алматы: Жеті жарғы,
  5. Лучин В.О. Конституционные нормы и правоотношения. М.,
  6. Баймаханов М.Т. Конституция основа формирования правовой системы Республики Казахстан //В кн.: Становление правового государства и конституционный процесс в Республике Казахстан: Монография. Алматы: КазГЮА ,
  7. Мамут Л.С. Укреплять и совершенствовать конституционный строй// «Законодательство и экономика», N 12, декабрь 2003 г.
  8. Баймаханов М.Т. К вопросу о соотношении конституционного и текущего регулирования //Баймаханов М.Т. Избранные труды по теории государства и права. Алматы: АЮ-ВШП «Әділет»,
  9. Айтхожин К.К. Теоретические вопросы Конституции Республики Казахстан Диссертация на соиск. учен.степ. д.ю.н. Республика Казахстан. Алматы,
  10. Байтин М.И. Понятие и признаки правовой нормы. Теория государства и права. Курс лекций/Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., Юристъ.
  11. Основы конституционного строя: понятие, содержание, значение/Под ред. В.В. Невинского. Барнаул: Изд-во Алтайского ун-та,
  12. Матузов Н.И. Общая концепция и основные приоритеты российской правовой политики // Правовая политика и правовая жизнь. Ноябрь.
  13. Ударцев С.Ф. О приоритете отдельных норм, последствиях неопределенных формулировок и значении народа как источника государственной власти при толковании конституции // «Правовая реформа в Казахстане». № 3 (29).
Год: 2010
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция
loading...