Принцип установления правовых норм ограничения прав и свобод человека и гражданина только законами

Вопросы практического закрепления пределов ограничений прав и свобод решаются разными путями. Следует выделить основные из них:

  1. Путем их закрепления в нормативно-правовых актах международного, регионального и внутригосударственного характера.

В этих документах пределы конкретно не обозначены, однако при более внимательном прочтении статей, касающихся ограничения прав и свобод, можно определить и установленные пределы. Так, во Всеобщей декларации прав человека установлено, что ограничения могут быть установлены «исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе» [1, с. 5]. Предел возможных ограничений в данном случае установлен в виде целей, далее которых ограничение неправомерно. Международный Пакт об экономических, социальных и культурных правах в статье 4 содержит подобное же положение, касающееся определения пределов ограничения путем установления целей, и дополняет это требованием совместимости ограничений прав с природой этих прав [2, с. 26].

В Международном Пакте об гражданских и политических правах закреплено, что ограничения могут вводиться, если они «необходимы» [3, с. 9].

Особое значение для установления предельности ограничений прав и свобод имеют Сиракузские принципы - документ, специально созданный для толкования ограничений и отступлений, предусмотренных Международным Пактом о гражданских и политических правах, принятым на конференции в Италии г. Сиракузы [4]. В этом документе содержатся положения, устанавливающие пределы ограничений как в общем плане, так и с достаточной степенью их конкретизации. Так, ограничения должны соответствовать целям Международного пакта о гражданских и политических правах (ст. 5), не должны применяться с иной целью, чем та, для которой они предусмотрены (ст.6), государство, применяя ограничения, не должно идти дальше того, чем это требуется для достижения цели (ст. 11). Часто в статьях Сиракузских принципов встречается положение о том, что ограничения не должны быть «произвольными» и «неразумными» (ст. 7, 16, 34 и т.д.), т.е. они должны быть введены по законодательно установленной процедуре и быть необходимыми в обществе. В статье 10 указывается, что никакие ограничения не должны умалять значения пункта 1 статьи 2 Международного пакта о гражданских и политических правах, в соответствии с которым государства-участники Пакта обязуются уважать и обеспечивать всем лицам, находящимся на их территории и под их юрисдикцией, права, признаваемые Пактом, без какого бы то ни было различия в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических и иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства. Иначе, государства, устанавливая ограничения прав и свобод, не должны переходить тот предел, за которым ограничение трансформируется в дискриминацию по различным основаниям. Уместно отметить, что Европейский Суд по правам человека в одном из своих решений, толкуя понятие «дискриминация», определяет его как не имеющее разумного и объективного оправдания различия в обращении с лицами, находящимися в аналогичной ситуации, и одинаковый подход к лицам, находящимся в принципиально различных ситуациях [5].

Как отмечает Н. Варламова, Европейский Суд по правам человека признает ограничения прав и свобод  человека,  преследующие  легитимные  цели,  правомерными,  если  они  необходимы в демократическом обществе [6, с. 224]. В данном случае имеется в виду не просто неопределенное требование защиты демократии, а проверка необходимости предпринятых мер, связанных с ограничением прав человека, в демократических обществах, разделяющих идеалы свободы и верховенства права. Необходимость в демократическом обществе ограничения прав и свобод или вмешательства в их осуществление должно быть соразмерно насущной социальной потребности в защите ценностей или в достижении целей, которыми оно может быть оправдано. Принцип соразмерности предполагает справедливый баланс между защитой общих интересов сообщества и должным уважением основных прав человека.

По нашему мнению, точка зрения Европейского Суда является более приемлемой, так как подразумеваемые ограничения в его интерпретации предусматривает, что ограничения во внутригосударственном праве нуждаются в таком же оправдании устанавливаемых ими пределах, как и те ограничения, которые прямо допускаются в Конвенции. В любом случае государства-участники Конвенции, вводя какие-либо ограничения прав и свобод, должны учитывать требования статьи 17, устанавливающей безусловные пределы деятельности государства по ограничению права, и статьи 18, которую часто именуют «ограничителем ограничений» [7].

  1. Путем реализации принципов определения пределов ограничения.

В практике конституционного и международного контроля за правомерностью решений и действий властей оценка соразмерности ограничений прав и свобод преследуемым легитимным целям неизменно преобладает над проверкой незыблемости их сущности. Европейский Суд признает нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод уже в случае несоразмерности оспариваемого ограничения (вмешательства в осуществление) гарантируемого ею права преследуемым легитимным целям [5].

Федеральный конституционный суд Германии отдает предпочтение тесту на соразмерность, поскольку это позволяет обеспечить более высокий уровень защиты свободы, избежать субъективизма при определении сущности права и оценить не только степень ограничения права, но и весомость основании для этого [8, с. 166]. Аналогичных позиций придерживаются конституционные суды Австрии [9, с. 40-41].

В казахстанском законодательстве основные положения, касающиеся пределов ограничения прав и свобод человека, содержатся, прежде всего, в Конституции РК, которая в пункте 1 статьи 39 закрепляет, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только законами и лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения. Так же, как и в основополагающих международных и региональных документах, основным критерием пределов ограничений прав и свобод в Конституции РК является четко поставленная законная цель (или несколько целей). Необходимо обратить внимание и на то, что другие положения, такие, как пункт 5 статьи 12 или обязанности, установленные в статьях 34 - 38, а также, нормы главы 1 Конституции РК, должны учитываться при толковании законных целей ограничения основных прав.

  1. Путем установления отдельных ограничений в нестандартных ситуациях.

Это касается, прежде всего, пределов ограничений прав и свобод человека в период чрезвычайного положения, военного положения. Изучая вопросы о правах человека, правомерное ограничение прав и свобод граждан выступает как элемент юридического механизма управления чрезвычайной ситуации. Законами РК «О чрезвычайном положении» [10] и «О военном положении» предусматривается ограничение прав граждан во всех сферах социальной жизни: в государственно-правовой, административной, экономической, то есть, по существу, происходит ограничение административной, гражданской, трудовой дееспособности граждан. Основную нагрузку по реализации режима правовых ограничений в условиях чрезвычайного положения несет организационно-распорядительская деятельность органов управления. С.Д. Хазанов отмечает, что в процессе ее осуществления происходит регулирование порядка приобретения определенных прав и свобод, в результате чего многие не могут быть реализованы гражданами собственными действиями [11, с. 60]. За счет ограничения некоторых прав происходит увеличение полномочий органов государственной власти и его должностных лиц.

А. Г. Братко рассматривает ограничение административной дееспособности граждан, проявляющее в деятельности органов управления, в двух формах: Первой формой являются активные действия государственных органов управления по применению административного принуждения, сужению возможности реализации гражданами своих прав и свобод, что находит выражение в применении административно-предупредительных мер (ограничение свободы передвижения по территории, на которой введено чрезвычайное положение). При второй форме устанавливаются дополнительные обязанности особого вида - административно-правовые запреты. Они выражаются либо в виде вынесения индивидуальных предписаний на совершение определенных действий, либо путем установления относительно либо абсолютно запрещающих норм [12, с. 39].

Как видим, есть прямая связь между правами и обязанностями, правами и запретами. В первом случае увеличение прав ведет к увеличению обязанностей. Во втором случае права ограничиваются. Казалось бы, в этой ситуаций, должно быть меньше требование по соблюдению ограниченного объема прав. Однако, наоборот, появляются дополнительные обязанности.

В период чрезвычайного положения и военного положения допускается:

  • ограничение на въезд в местность, где введено чрезвычайное положение, или на территорию Республики Казахстан, а также выезда из них; на свободу передвижения, в том числе транспортных средств, в местности, где введено чрезвычайное положение;
  • запрещение проведения собраний, митингов и демонстраций, шествий и пикетирований, а также зрелищных, спортивных и других массовых мероприятий, забастовок, проведения выборов и республиканских референдумов в течение всего периода действия чрезвычайного положения в местности, где оно введено;
  • приостановление деятельности юридических лиц, в которых используются взрывчатые, радиоактивные, а также химически и биологически опасные вещества; деятельности политических партий и общественных объединений, которые препятствуют устранению обстоятельств, послуживших основанием для введения чрезвычайного положения;
  • временное отселение жителей в безопасные районы с обязательным предоставлением им временных жилых помещений; эвакуация материальных и культурных ценностей в безопасные районы в случае, если существует реальная угроза их уничтожения, похищения или повреждения в связи с чрезвычайными обстоятельствами;
  • ограничение или запрещение использования копировально-множительной техники, радио- и телепередающей аппаратуры, аудио- и видеозаписывающей техники, а также временное изъятие звукоусиливающих технических средств; установление особого порядка продажи, приобретения и распределения продовольствия и предметов первой необходимости; ограничение на осуществление отдельных видов финансово-экономической деятельности физических и юридических лиц, включая перемещение товаров, услуг и финансовых средств; ограничение или запрещение продажи оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, специальных средств, ядовитых веществ, установление особого режима оборота лекарственных, наркотических средств, психотропных веществ, прекурсоров, а также этилового спирта, алкогольной продукции; временное изъятие у физических лиц оружия и боеприпасов,
  • ядовитых веществ, а у юридических лиц временное изъятие, наряду с оружием, боеприпасами и ядовитыми веществами, также боевой и учебной военной техники, взрывчатых и радиоактивных веществ [10].

Эти ограничения обусловлены объективными обстоятельствами и направлены на усиление охраны общественного порядка, охраны особо важных государственных и стратегических объектов, а также объектов, обеспечивающих жизнедеятельность населения и функционирование транспорта. Вводимые ограничения, таким образом, устанавливаются только законом, должны быть необходимы, оправданы сложившейся ситуацией и введены на определенное время.

В целом, следует отметить, что кардинальных отличий в установлении пределов ограничений прав и свобод в международных, региональных и внутригосударственных казахстанских документах нет. Во всех документах указаны общепринятые и наиболее целесообразные пределы ограничений прав и свобод, а именно:

  • ограничения могут применяться только для тех целей, ради которых они вводятся, далее этих целей ограничение неправомерно;
  • ограничения должны быть соразмерны поставленным целям;
  • ограничения не должны препятствовать осуществлению других прав, свобод, а также обязательств;
  • ограничения права не должны нарушать саму сущность права;
  • ограничения не должны трансформироваться в дискриминацию;
  • ограничения должны быть разумны и необходимы в целом и в каждой конкретной ситуации;
  • ограничения в чрезвычайных ситуациях при соблюдении всех вышеперечисленных условий, должны носить временный характер.

Пределы ограничения должны быть установлены законодателем путем принятия текущих законов и именно законодателю, как совершенно справедливо отмечает А. Шайо, в порядке самоограничения необходимо доказывать, что выбранное им средство правового регулирования (ограничение) причиняет наименьший ущерб в защищенном основном праве [13, с. 17].

Соблюдение принципа соразмерности ограничений прав и свобод граждан является основным условием достаточности и законности мер, принимаемых государством в качестве средства урегулирования чрезвычайной ситуации. Необходимо рассмотрение принципа соразмерности ограничений прав и свобод граждан на основе комплексного анализа таких понятий, как необходимость, законность, цели, пределы, объем, способы и длительность ограничений.

 

Литература

  1. Всеобщая декларация прав человека. Принята на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН 10 декабря 1948 г. // Сб. международных документов и законодательства РК по правам человека. - Алматы: ОО «OST-XXI век», 2007. - С. 5-8.
  2. Международный Пакт о об экономических, социальных и культурных правах, Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.: ратифицирован Законом Республики Казахстан 21 ноября 2005 г. № 87-III // Сб. международных документов и законодательства РК по правам человека. - Алматы: ОО «OST-XXI век», 2007. - С. 26-32.
  3. Международный Пакт о гражданских и политических правах, Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.: ратифицирован Республикой Казахстан в соответствии с Законом РК от 28 ноября 2005 г. № 91-III // Сб. международных документов и законодательства РК по правам человека. - Алматы: ОО «OST-XXI век», 2007. - С. 9-20.
  4. Сиракузские принципы толкования ограничений и отступлений от положений Международного пакта о гражданских и политических правах // Вестник Московского университета. Серия 11 Право. - 1992. - № 4. - С. 59-68.
  5. Европейский Суд по правам человека //realtylaw.ru.
  6. Варламова Н.В. Эффективность правого регулировании: переосмысление концепции. // Правоведение. - 2009. - №1.- С.212-232.
  7. Хазанов С.Д. Правомерное ограничение административно-правового статуса граждан в условиях чрезвычайного положения // Известия вузов. Правоведение. - 1991. - №5. - С. 60.
  8. Хессе К. Основы конституционного права ФРГ / под ред. Н.Сидорова. - М., 1981. - С. 163.
  9. Визер Б. Защита прав человека в Австрии // Защита прав человека в современном мире. - 1993. - №1. - С. 40-41.
  10. Республика Казахстан. Закон от 8 февраля 2003 года. № 387-II. О чрезвычайном положении: с изм. и доп. от 29.04.2009 г. ///online.prg.kz.
  11. Хазанов С. Д. Правомерное ограничение административно-правового статуса граждан в условиях чрезвычайного положения // Известия вузов. Правоведение. - 1991. - №5. - С. 60.
  12. Братко А.Г. Запреты в советском праве. - Саратов, 1979. - С. 39.
  13. Шайо А. Самоограничение власти: краткий курс конституционализма. - М., 1999. - С. 17.
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Юриспруденция