Академик Н.И. Веселовский о древностях Южного Казахстана

В данной статье рассматривается роль Н.И. Веселовского в археологии Казахстана. Он после П.И. Лерха провел исследования и раскопки ряда средневековых городов Сырдарьи.

В статье публикуются выдержки из рукописи «Описание развалин древних городов по дороге из Казалы в Ташкент», где описываются древние развалины городов Джанкент, Сыгнак, Мыртобе, Отырар, Сайрам, Туркестан, а также приводятся некоторые результаты раскопок на территории ряда городищ. Статья дает новый материал к истории археологического изучения памятников Сырдарьи. Н.И. Веселовский первый начал раскопки Саурана и Отрара. Он перевел надписи мавзолея Х.А.Ясави и ряда памятников Сайрама, описал могилу Хоркута. 

Н.И. Веселовский (12.ХΙ.1842-12.ΙУ.1918.) внес большой вклад в изучении археологии и средневековой культуры Центральной Азии. Он оставил весьма значительное и разнообразное научно-литературное наследие, причем большая часть его осталась неопубликованной. По мнению известного исследователя истории русского востоковедения и археологии Средней Азии Б.В. Лунина: «Работы Н.И. Веселовского составляют существенную страницу в истории изучения древностей Средней Азии» [1,с.29]. Монография Б.В.Лунина «Средняя Азия в научном наследии отечественного востоковедения» почти целиком посвящена научной деятельности Н.И. Веселовского. В этой триаде Н.И.Веселовский выступает учеником первого и учителем второго. В.В.Бартольд посвятил Н.И.Веселовскому большой и содержательный некрологический очерк, где отдал дань своему учителю [2, с. 642-664]. Н.И. Веселовский дорог и тем, что являлся редактором и инициатором первого издания Сочинении Ч.Ч.Валиханова, опубликованного в Петербурге 1904 г.

Н.И. Веселовский свою полевую археологическую деятельность начал именно в Туркестанском крае, куда был командирован с 15 ноября 1884 г. по 15 ноября 1885 г. [3, с. 494-497]. Однако результаты его исследований городищ нижнего и среднего течения Сырдарьи остались неопубликованными и поэтому неизвестными археологам. В архиве сохранилась рукопись Н.И. Веселовского «Описание развалин древних городов по дороге из Казалы в Ташкент» объемом 52 страницы. Мы  уже публиковали извлечения из этой рукописи о мавзолее Ходжа Ахмеда, о топографии городища Отрар и результатах первых раскопок, произведенных автором на городище. Мы предполагаем, что рукопись написана в начале первой поездки Н.И. Веселовского в Среднею Азию, которая началась 15 ноября 1884 г. Рукопись меняет представления об истории археологического изучения памятников Нижней и Средней Сырдарьи. Так, если раньше первое описание развалин Отрара связывалось с именем И.Т. Пославского, опубликовавшего 1898 году статью об Отраре, а первые раскопки с именами А.А. Черкасова и А.К. Кларе, то теперь мы знаем, что первые полевые археологические исследования на Отраре провел Н.И. Веселовский осенью 1884 года [4, с. 237-241]. По тексту рукописи видно, что Н.И. Веселовский провел первые археологические исследования и на территории городища Сауран.

Рукопись начинается с описания развалин городища Джанкента близ Казалы и оканчивается описанием памятников древнего Сайрама. В работе дается описание древностей Джанкента, Сыгнака, Саурана, Миртобе, Туркестана, Отрара, Сайрама. Исследователь не только описывал и делал фиксации встречающихся памятников: делал копии надписей, чертежи и планы городищ, отдельных деталей архитектурных памятников, но и вел археологические раскопки отдельных участков городищ. Судя по тексту, Н.И.Веселовский проводил опрос местного населения о памятниках вплоть до выяснения его осмысления объекта хотя бы в форме народных преданий или поэтических легенд. Научная ценность сведений о памятниках в рукописи Н.И. Веселовский несомненна. В рукописи зафиксировано их состояние на осень 1884 г. Поэтому мы сочли необходимым опубликовать некоторые выдержки из рукописи Н.И. Веселовского «Описание развалин древних городов по дороге из Казалы в Ташкент», касающиеся Джанкента, могилы Коркут-ата, Сыгнака, Саурана, Мыртобе и Сайрама.

Описание цитадели и место дворца правителя Джанкента: «Крепость Джанкента, или точнее цитадель, представляет неправильный четырехугольник с Востока на Запад, окруженный валом, на котором местами уцелели стены. С западной стороны и теперь еще можно различить место больших ворот. При входе отсюда в цитадель видны по сторонам высокие барханы, плотно прилегающие к её углам. Ширина площади, занимаемой этими барханами, заслуживают внимание. Вообще вся площадь цитадели покрыта барханами, отделяющими между собою множеством кривых ложбинок, которые, по всей вероятности, следует признать за направление бывших улиц … При разведках в цитадели один из киргизов рабочих сообщил, что к северо-западу, от крепости сажени 400, под барханом, по словам его деда, находился дворец правителя Джанкента, Джангир Султана, поэтому по окончанию работ в цитадели разведки были перенесены на этот бархан и вообще на город. Указанный киргизом барханы действительно, судя по разрытой поверхности его, скрывал под собою огромное здание из обожженного кирпича с видимым направлением стен, которые разделяли его на комнаты. Вокруг поверхности бархана было разбросано множество мельчайших осколков от цветных изразцов, что говорило за господство архитектурной роскоши».

Могила Коркут-Ата: «Могила Хор-Хута, киргизского (казахского –М.К.) святого, лежащая на Дарье близ почтового тракта обращает внимание исследователя только сомнительной величиной покойника. В квадратном здании в 1½ сажени и настолько вне здания возвышается катафалк высотой в 1 ½ аршин. Указывая на протяжение катафалка, киргизы говорят, что она сделана во весь рост ХорХута. Интересно было бы проверить сказание киргиз (казахов М.К.) раскопами. Впрочем, Сырдарья, ежегодно подмывающая берега, что обозначается множеством человеческих костей, валяющихся на берегу, а также и обнаженные в берегах могилами, дает надежду, что могила Хор-Хута, которая теперь уже отстоит от берега в 10 шагах, будет в скором времени подмыта. О Хор-Хут, Кармакчи и Джапраксы* киргизы приводят очень длинную легенду, не дающую, однако, никаких исторических сведений». В сноске Н.И.Веселовский дает примечательный комментарий, основанный на местных преданиях: «*Кармакчи и Джапраксы два родных брата. Первый из них рыболов, второй пахарь. Каждый из них основал собственные города. Кармакчи ныне форт № 2 и Джапраксы – развалины по ту сторону Дарьи».

Памятники Сыгнака: «Следующие развалины были Саганак (план №2) – столица Тохтамыша, окрещенная киргизскою географией в Саган-Ата. Развалины города состоять также как и Джанкента из города с садами и цитаделью и находится в 30 верстах к СЗ от станции Сор-Кудук. С половины пути показывают вал главных арыков, идущий от Дарьи и разветвляющий на множество мелких канав. За ними довольно ясно видна крепость и стены двух полуразвалившихся мечетей из жженого кирпича... Мечети Саганака, судя по кладке и архитектуре выстроены в одно время. Все различие заключается в величине. Ближайшая меньше, с одним куполом, состоит из одной комнаты, в которой с В, З и Ю стороны в стрельчатых арках проложены двери. Потолок комнаты сделан сводом. Видно, что внутренность была оштукатурена. Были ли стены выбелены определить трудно, но отделка, надо полагать, по уцелевшим кирпичам была хорошая. По стенам были выведены карнизом стрельчатые рамки. Внешняя сторона не оштукатурена, видно только, что обложены узорчатыми изразцами. Другая мечеть больше первой, имеет два полуразвалившихся купола не равной величины и расположенные в ряд.Здесь также как и в первой мечети с В, З и Ю в стрельчатые ворота с парапетами были вделаны двери. В настоящее время не видна величина дверей, кирпич выломан ... Проход уцелел только на аршин с земли. На наружных стенах также видны следы изразцов. Во всем корпусе шесть комнат, из коих два рядом рядом стоящие (план 2 в), остальные расположены по бокам и вход в них, надо полагать, был извне. Говорю, что надо полагать, потому что в обоих мечетях большая часть наружных стен разрушена и место дверей не видно. В боковых комнатах своды не высокие и неоштукатурены, в двух же первых напротив стены оштукатурены. В каждой из этих комнат направо при входе же в стене сделана высокая ниша с трубой. Судя по закопченности стен здесь был очаг. В цитадели и в городе видно весьма много обрушившихся стен различных зданий и местами из обоженной глины... Целые заборы на 2-3 сажени длины, углы домов, стена с нишами, поныне говорят, что разрушение города совершилось недавно. Судя по уцелевшим остаткам в Саганаке по преимуществу постройки были глинянные, обожженый кирпич употребляли для очень немногих зданий...

Кругом приведенных мечетей и вообще в самой цитадели разбросано отдельными группами множество барханов, поверхность которых усеяна мельчайшими кусками глазурованных кирпичей. Краски глазури встречаются всех цветов, преимущество зеленой, синей, желтой. На стенах мечетей еще и поныне видны на кирпичах глазурованные цветы, а на парапете мечети (план 2) над стрельчатой аркой с З, местами видны … следы былых букв по синему фону…».

Развалины Саурана и Мыртобе: «Отсюда я выехал к станции Тюмень-Арык и не осматривал по дороге кокандскую крепостцу Янги Курган, так как это та же Джанкала, Кос-Курган, остановившись осматривать древний город Сауран, по величине своей превосходящий все, что видел до сих пор. Здесь как и все предшествующие развалины состоит из цитадели и собственного города, представляющее множество барханов. Местами в нем сохранились развалины стен от зданий глиняной постройки. Видимые остатки эти лежат к С-З и В стороны цитадели. Все пространство занимаемое развалинами изрезано арыками, судя по большим из них, вода для орошения проведена из Дарьи. В цитадели кроме башни из обоженного кирпича с полуразрушенным основанием от времени и фундамента другой подобной же башне упавшей недавно, нет никаких следов жилья. Вся площадь цитадели усеяна барханами, отделяющимися между собой небольшими ложбинками, указывающими направления улиц. Цитадель как в Джанкенте и Саганаке возвышается на холме, по валу местами видны остатки крепостной стены ... и положения ворот, последних как кажется было двое. Площадь многих барханов осыпана осколками разбитой посуды.

Произведенные разведки в означенных на плане пунктах ничего не обнаружили. Напластования барханов как здесь так и вне цитадели одинаковы с Джанкентскими барханами. Разность в том, что в барханах Саурана костей встречается меньше чем в Джанкенте. Очистка окрестностей упавшей башни и продолжающейся стены здания указывают, что башни эти построены в один фундамент со зданием и следовательно можно принять, что башни служили минаретом к скрывавшейся здесь мечети. Очищена была Ю-З сторона мечети, продолжать работы с других сторон нельзя было,  потому, что киргизы (казахи-М.К.) предупредили что с В и С стороны они выбрали весь кирпич. В двух-трех верстах остатки стен от глинянных зданий, лежащих вне цитадели по внутренней отделке своей совершенно схожи с остатками же, в мечети Саганака позволяет пологать, что в Сауране были мечети и из необоженной глины. В шести верстах от Саурана на СЗ видны развалины небольшой крепостцы, назваемой киргизами Мыр. По обьяснеию их Мыр был передовым пунктом Саурана. Крепость эта имеет квадратную форму саженей в 25 и окружена рвом. Стоит на высоком месте и обнесена кругом валом, на котором видны уцелевшие стены из глины. С Ю стороны находятся  ворота с башнями по бокам. Внутри не видно никаких следов жилья. Окружность ея совершенно ровная, даже не видно следов арыка».

О памятниках Сайрама. Наиболее ранним из дошедших до нас раннеисламских памятников Сайрама является каменная колонна, которая датируется ІХ-Х вв. Судя по рукописи, впервые эти надписи перевел на русский язык Н.И. Веселовский, который посетил памятники Сайрама осенью 1884 году и отметил в своем отчете: «... все мечети Сайрама, перестроены недавно и потому на них нет древних надписей, а есть надпись пилигримов, посещавших святых, но они не сняты потому, что не имеют никакого значения для истории, в мечети Идриса заслуживает внимание одна колонна в галерее из песчаника. На ней едва приметны какие-то узоры и арабские слова: «Нет Бога, кроме  Бога», «Бог един, Бог владыка».

Н.И. Веселовский, обратил внимание на надпись минарета мечети Хызр Пайгамбара: «У ворот мечети выстроена невысокая башня, заменяющая минарет, на нем находится небольшая надпись на персидском языке».

Исследования Н.И. Веселовский дает новый материал к истории археологического изучения памятников Сырдарьи. Н.И. Веселовский первый начал раскопки Саурана и Отрара. Он перевел надписи мавзолея Х.А.Ясави и ряда памятников Сайрама, описал могилу Хоркута.

 

  1. Лунин Б.В. Из истории русского востоковедения и археологии в Туркестане: Туркестанский кружок любителей археологии (1895-1917). Ташкент,
  2. Бартольд В.В. Веселовский как исследователь Востока и истории русской науки // Соч.: В 9-ти т.т. М., 1977.-Т.1Х: Работа по истории востоковедения. С.642
  3. Лазеревская Н.А. Исследователь Средней Азии Николай Иванович Веселовский // Записки Восточного отделения российского археологического общества. Новая серия. Т. I (ХХУI). СПб., 2002. С. 494
  4. Кожа М.Б., Елгин Ю.А. Туркестан и Отрар в неопубликованной рукописи Н.И.Веселовского о древних городах Сырдарьи // Новые исследования по археологии Казахстана: Труды научно-практической конференции «Маргулановские чтения – 15». Алматы,  2004.  C. 237 – 241.
Год: 2016
Город: Алматы
Категория: История
loading...