Музей в контексте социокультурной модернизации

В рамках дихотомии традиция-новация (традиционализация-модернизация) рассмотрена краткая история становления казахстанских музеев. К тому же, в контексте процессов модернизации и трансформации культуры музей рассмотрен как один из ведущих социокультурных институтов, выполняющий ключевую роль в формировании общественных норм и установок, ценностных ориентаций и образа мира. На примере Центрального государственного музея РК показан уровень модернизации современных музеев, позволяющий успешно адаптироваться к современной действительности и вызовам времени, переосмыслением музейных собраний и обоснованием новых миссий с учетом не только сегодняшнего дня, но и научно прогнозируемых требований будущего. 

Происходящие в век высоких технологий изменения постепенно, но неуклонно меняют условия формирования социокультурной среды, что отражается на ориентирах современной культурной политики, соответственно, на содержании и формах деятельности музеев. Так, музеи в последние годы играют более значительную роль в обществе – теперь они не только сохраняют и популяризуют материальное и нематериальное культурное и природное наследие, но и укрепляют культурную идентичность, поддерживают социальную сплоченность и являются медиатором в сфере межкультурного взаимодействия, а также формируют различные услуги, организуют социальную и культурную деятельность.

В новых социально-экономических условиях вопросы модернизации музеев непосредственно связаны с их трансформацией и формированием особой значимости музеев в развитии современного общества и культуры. В этой связи, необходимо отметить, что место и роль музеев, хранящих в своих фондах огромное количество информационного ресурса в виде историко-культурных артефактов и раритетов существенно возрастает именно в условиях всемирной информатизации [1]. Сегодня, становясь центрами образования, коммуникации, культурной информации и творческих инноваций, музеи «превращаются в гибкую институциональную структуру, способную приспосабливаться к постоянно меняющимся проблемам и потребностям» [2].

Формирование и развитие музеев: традиционализация – модернизация (социокультурный подход)

Общество в рамках социокультурной объяснительной модели понимается как единство культуры  и социальности, образуемых деятельностью человека. Иначе говоря, социокультурный подход способствует выяснению сопряжения устойчивого и изменчивого (личности и общества, культуры и социальности) и тем самым не противостоит иным подходам, а дополняет их, связывает в единое целое. Поэтому, в таком ракурсе общество предстает как большая самодостаточная социокультурная система, содержащая два типа социокультурных трансформаций: – традиционализацию, как возникновение и институционализация традиций и других элементов культуры и социальной структуры, которые обеспечивают приоритет предписанных норм и правил поведения субъектов (традиционных действий) по сравнению с возможностями инновационных их действий и либерализацию (модернизация) – расширение свободы выбора и ответственности субъектов, увеличение возможностей для инновационных целерациональных действий.

Социокультурная трансформация есть исторический процесс, совершаемый многими поколениями людей. Сегодняшние реальности заставляют пересмотреть привычные представления о традиционализации как простом синониме доиндустриального. Согласно А.А. Демеуовой, корректной оппозицией традиционному обществу является «не индустриальное, а гражданское общество» [3, с. 112]. Видообразующим основанием выступает в данном случае преобладающий тип личности и социальных связей. В первом случае это общество системоцентристской ориентации, в котором ценности и ориентации социума доминируют над индивидуумом, во втором – персоноцентристской ориентации, в котором доминируют ценности индивидуальной свободы. Если раньше считалось, что индустриализация, а тем более постиндустриальная модернизация означает «конец утопии» традиционных обществ, то впечатляющие успехи на модернизационном пути ряда восточных цивилизаций (прежде всего японской), сохраняющих свою традиционность в смысле приверженности системоцентристскому типу идентификации, заставляет усомниться в бесспорности подобных представлений. Поскольку «традиция» (в глубинном смысле) вовсе не противостоит «новации», так же как одна цивилизация не противостоит другой цивилизации» [3]. А потому, огромный потенциал, заложенный в автохтонной культуристорической традиции, может и должен быть реализован в новой интеллектуально-информационной цивилизации.

Переходя к анализу музейной практики, следует отметить, что, несмотря на противоречивый в целом характер современной эпохи, здесь прослеживается органичное взаимодействие типов социокультурных трансформаций, то есть традиционализации и модернизации. Особенно рельефно высвечивается этот процесс при сопоставительном анализе в контексте культурной истории человечества. Изучение истории музеев мира показывает, что их возникновению сопутствовали в разных странах различные причины и обстоятельства. При этом неизменным остается взгляд об античной эпохе как социокультурных предпосылках становления музея. Отметим также, что определение «античная эпоха» здесь следует понимать не только в географическом аспекте как синоним древнегреческого общества, а в более широком смысле, как культура Древнего мира. И, наконец, античный этап обозначается учеными как протомузейный период, особенностью которого является культивирование всего сущего. Известно, что «уже на заре своей истории человечество собирало и стремилось сохранить предметы, имеющие сакральную, престижную и эмоциональную значимость, представляющие интерес с познавательной или эстетической точки зрения [4, с. 153]. Свидетельством тому служат коллекций предметов религиозного культа эпохи неолита, повсеместно обнаруживаемые археологами. История же становления и развития музея как специфического социокультурного института начинается с эпохи античности и продолжается до современности и имеет свои закономерности становления и эволюции. К тому же, развитие музея как феномена культуры, имело тенденцию от сакрального к секулярному. Десакрализация западного мира, ориентация на светский тип культуры привели к тому, что исходные всеобщие основания были основательно подзабыты. Сакральное редуцируется к сфере религиозного (божественного) и распространяется в подобном качестве на все культурные сферы, в том числе и на музей. В результате, первый этап стал определяться как протомузейный период, то есть предшествующий музею в европейском понимании. Между тем как он есть самостоятельный, судьбоносный этап, содержащий  свои  характерные особенности.

Принято считать, что музеи Казахстана как и музеи Центральной Азии в целом, возникли способом рецепции, то есть заимствования европейского модельного типа. Причем, подобная точка зрения распространяется на весь Восток. Ученые считают, что наиболее «способными»  учениками  на этом поприще оказались японцы [5; 6]. На наш взгляд, подобный взгляд не выражает (отражает) глубину явления. Говоря так, мы имеем в виду то, что музей при этом трактуется как материальное достояние учрежденческого типа. Действительно, в развитии этого типа европейские страны  достигли впечатляющих успехов, как в практическом аспекте, так и в теоретических разработках. Вместе с тем, восточные народы сохранили и развивали наиболее глубинные пласты данного явления. Традиционность Востока, обнаруживающаяся в ментальных установках, мировоззренческих ориентациях и ценностных предпочтениях явилась той базой, платформой, на которой совершались все метаморфозы социокультурного бытия. Наиболее рельефно прослеживается специфика восточного менталитета культуры у кочевых, в прошлом, народов. Связано это с тем, что подвижный образ жизни не благоприятствовал тому, чтобы фиксировать внимание на материальном, вещественном плане бытия. В результате в восточных обществах в целом, и в кочевых государствах особенно, предметный мир не получил самодовлеющего значения. Здесь «дается оценка мира вещей только как мира именно вещей. В них звучит предупреждение – не переоцени значимость вещей, иначе упустишь красоту жизни, бытия в целом. Глубокий уровень отношений с миром Вселенной дарует такие богатые, невыразимо проникновенные ощущения-осознания причастности к Мирозданию, что казахи мощно и достаточно однозначно охарактеризовали мир вещей – «дүние – қоңыз» (қоңыз – навозный жук), точно указывая, что мир вещей есть мир низкий». Эта образная характеристика полностью раскрывает отношение к материальному вещному миру, которые больше «ценились не только сами по себе, но и как возможные подарки, как возможность обрадовать человека, одарить его» [7, с. 10-11]. И хотя, как уже отмечалось не раз, центрально-азиатские кочевники имели богатую городскую культуру, преобладающим для них оставалась номадическая ментальность.

Исходя из изложенного, можно делать вывод о том, что становление музея шло двумя путями. Первый – музей как предметный мир, артефакты культуры в учрежденческом типе (европейская модель); второй – культивирование одухотворенного отношения к миру (природы, человека). Или иначе – идея бережного (музейного), сакрального отношения к бытию.

Правомерность выделения второй модели выразительно иллюстрирует исторический пример из родословной кочевых тюрков, записанный Абуль-Гази: Чингис-Хан послал от себя к жителям Бухары человека с приказом: «пришлите ко мне кого-нибудь из ученых мулл; я хочу кое о чем спросить его». В ходе беседы духовные лица говорили о том, что есть город Мекка: туда мы ходим, если позволят силы, на поклонение Богу. Чингиз-хан не одобрил этого, и сказал: «Весь мир есть обитель Бога: зачем ходить для этого в одно только место» [8, с. 115]. Обобщая сказанное, можно делать вывод о том, что центральноазиатские (казахстанские) музеи не есть лишь механическое заимствование (рецепция) европейской модели. Наши Музеи – яркое подтверждение высокого культурного потенциала центрально-азиатского региона, в том числе и Казахстана, его земли и народа, все более возрастающего благодаря бережному отношению к истокам, к глубинам культурной истории, с одной стороны. С другой – показатель гармоничного сочетания культурного наследия прошлого с заимствованными, новообретенными культурными сферами, придающими неповторимый облик стране. Эта общая тенденция уже дает свои результаты. Сегодня, когда глобализация является «сильнейшим испытанием для национально-культурной идентичности», основным средством преодоления выступает диалог культур, в котором Музей сегодня может и занимает особое место, потому как деятельность современных музеев может стать ответом «страны на вызовы глобализации», так как именно в музее происходит «сочетание модернизации с сохранением собственного культурного наследия, особенностей национального духа, менталитета, адаптация традиционных институтов и ценностей культуры к изменяющемуся миру» [9, с. 52]. Иными словами, это диалог между автохтонной традицией и новообретенными пластами.

Музеи Казахстана: прошлое и современное 

В ХIХ веке на территории Казахстана имелись три музея: в Оренбурге, Семее и Жетысу. В начале ХХ столетия были открыты 19 новых музеев [10]. В организации первых музеев в Степи приняли деятельное участие отдел Русского географического общества, члены статистического комитета. Что касается семипалатинского областного музея, то здесь непосредственное участие принял друг Абая, ссыльный революционер Е.П. Михаэлис [11]. У истоков возникновения Центрального государственного музея РК, к примеру, в 30-х годах XIX века стоял известный лингвист В. Даль. Коллекционирование исторических, этнографических и археологических материалов на территории Казахстана восходит к XIX веку. Первым музеем в Казахстане признана Оружейная палата последнего хана Младшего жуза, одного из крупных политиков и образованных людей своего времени, правившего Букеевской Ордой 22 года (1823-1845 гг.) – Жангира. Она была открыта «в 1828 году на основе богатой коллекции дорогих видов оружия, ценных семейных реликвий и «царских подарков». Но после смерти Жангир хана и ликвидации ханской власти в Букеевщине его сокровищница была утеряна» [12]. На этом, начальном этапе на территории Казахстана преобладали эклектические музеи с преимущественным краеведческим уклоном. В последующем, и особенно это присуще советскому времени, получают развитие профильные музеи как научно-исследовательские учреждения и как культурно-образовательные центры. Музеи рассматривались как хранилища национальной культуры, опорные пункты науки, которые необходимо беречь и сделать доступными народным массам в просветительных и образовательных целях [4, с. 278]. Это подтверждает и изучение материалов по музеям в Казахстане.

В настоящее же время в Казахстане имеются самые различные виды музеев, а именно: исторические музеи, художественные и мемориальные музеи. Имеются также такие специализированные музеи, как Музей археологии Академии наук РК, Музей народных музыкальных инструментов им. Ыхласа, Музей природы НАН РК, Музей истории рисосеяния им.Жакаева (Кызылорда), Музей горного дела и другие. Сегодня не только каждый областной центр, но и многие районные центры и даже аулы стремятся иметь свои музеи. Можно, следовательно, говорить о том, что музей стал  фактом казахстанского культурного бытия. В этом ряде музеев следует отметить место и значение Центрального государственного музея РК (ЦГМ РК): являясь, долгие годы головным музеем республики, этот старейший музей и сегодня с достоинством несет статус флагмана в музейном деле Казахстана. Почти двухвековая история (с 30-х годов XIX в.) и опыт ЦГМ РК являются доказательством умения музея адаптироваться к новым условиям и требованиям времени, а также применять современные технологии менеджмента, представляющего собой систему стратегий и тактик управления музеем. Пример ЦГМ РК показывает, как уровень модернизации современных музеев может быть связан трансформацией структуры музея, позволяющей ему более успешно адаптироваться к современной действительности и вызовам времени, «переосмыслением музейных собраний и обоснованием новых миссий с учетом не только сегодняшнего дня, но и научно прогнозируемых требований будущего» [13]. В этом смысле ЦГМ РК стал первым казахстанским музеем, который в процессе адаптации к изменяющимся условиям среды, сохранив целевые функции, изменил собственную структуру таким образом, чтобы обеспечить максимальную эффективность своей основной профильной функции – культурно-образовательной [14].

Так, Центральный государственный музей РК является одним из первых музеев не только Казахстана, но всей Центральной Азии, имеющим официальный статус научно-исследовательского центра и, наряду с ведущими академическими научными институтами республики на основе исследований собственных фондовых собраний и коллекций музеев других стран по казахской этнографии реализует фундаментальные и прикладные научные проекты (всего 21 проектов с 2005 г. по 2015 г.) по истории и культуре Казахстана. В частности, с 2011 года ЦГМ РК реализовал два международных научных проекта с ведущими российскими музеями – Музеем антропологии и этнологии имени Петра Великого (Кунсткамера) (2011-2013 гг.) и Российским этнографическим музеем (Санкт-Петербург, РФ) (с 2014 г.) [15]. Изучение предметов материальной культуры казахского народа в отечественных и зарубежных музейных коллекциях является сегодня одной из актуальных проблем, вместе с тем, научная каталогизация музейных артефактов означает ввод в научный оборот доселе мало известной в национальной историографии особой категории историко-этнографических источников. Поэтому опыт международного научного сотрудничества ЦГМ РК с музеями, а также государственными архивами и библиотеками России и других стран можно считать своевременным как в аспекте выполнения программы исторических исследований «Народ в потоке истории» по проведению инвентаризации представляющих историческую и культурную ценность архивных документов за рубежом, так и реституции (либо копированию) исторических материалов в Казахстан [16]. Сегодня научно-исследовательский опыт музеев значим не только для этнографического цикла, но и для всего историко-культурного, социогуманитарного знания (история, культурология, музеология). В этой связи, осуществление современными музеями международных научных проектов существенно расширит их бытийное пространство и откроет широкие возможности международному межкультурному диалогу (в том числе и межмузейному) как в теоретическом, так и практическом аспектах.

В условиях современных процессов глобализации, когда растет экономическая, политическая и, конечно же, культурная интеграция Казахстана в мировое сообщество, происходит и модернизация всех сфер, в том числе и культурной, духовной жизни казахстанского общества. Именно динамика современного бытия общества в переходные для него этапы актуализирует проблемы возрождения и использования исторически накопленного опыта где важная роль отводится способам передачи историко-культурного опыта – исторической памяти как стабилизирующему, так и интегрирующему фактору в процессе общественных изменений и трансформаций. Поэтому, в мозаичном информационном потоке современных коммуникаций, привносящих в нашу жизнь различные симулякры, создающих не только «гиперреальность», но и «омертвление человеческого существа» (Ж.Бодрийяр), музеям, являющимся своего рода «действующей» уникальной историко-культурной территорией отводится важная роль по выполнению «охранительно-стабилизирующих функций» и «созданию благоприятного имиджа страны как уникального культурного пространства, имеющего древнюю культурную традицию, обладающей высокой ценностью в общечеловеческом наследии» [17].

 

  1. Мастеница Е. Н. Новые тенденции в развитии музея и музейной деятельности // Триумф музея? : сб. ст. /С.-Петерб. гос. ун-т, Гос. Эрмитаж; [отв. ред. А. А. Никонова]. – СПб., 2005. – С. 138-145.
  2. Музейный просвет: Сборник статей / Под ред. М.Б.Пиотровского и А.А.Никоновой. СПб., 29009. 384 с.
  3. Демеуова А.А. Социокультурные параметры модернизации общества // Вестник КсаИУ. Серия философия. Серия культурология. Серия политология. М 1 (30). 2008. – С. 109-112.
  4. Юренева Т.Ю. Музееведение – М.: Академический проект. Альма Матер. – 2007. – 560 с.
  5. Алешина Т. А. Музей как феномен культуры // http://www.dissercat.com/content/muzei-kak-fenomen-kultury.
  6. Юренева Т.Ю. Музей в мировой культуре – М.: Русское слово, 2003. – 536 с.
  7. Нурланова К.Н. Человек и мир: казахская национальная идея. – Алматы: {аржы-yаражат, 1994. – 48 с.
  8. Родословное тюрков.   Сочинение Абуль-Гази, Хивинского хана. Перевод и предисловие Г.С. Саблукова. –Казань, 1906.
  9. Наурызбаева А.Б. Взаимонаходимость культур как условие диалога цивилизаций // Тарихи-мəдени мyраныy øркениеттер диалоғындағы ролі: Халыyар.ғыл.-теория.конф.матер-ры. – Алматы: МС8И, 2009. – 520 б.
  10. Жибраев С.К. {азаy əдебиеті сабаyтарында музей мyрағаттарын пайдаланудыy əдістемесі. // Педагогика ғылымдарыныy кандидаты ғылыми дəрежесіy алу çшін дайындалған диссертациясыныy авторефераты – Алматы,
  11. Ибраева А.Ғ. {азаyстанда мyражай жçйесініy yалыптасуы (1920-1940 жж.): тарих ғылымдарыныy кандидаты ғылыми дəрежесіy алу çшін дайындалған диссертациясыныy авторефераты – {Р. Алматы, – 27 б.
  12. Актуальность музея                     в                     современном                     мире                     // http://olketanu.kz/index.php?option=com_content&task=view&id=131&Itemid=4.
  13. Будко А. Модернизация. Схематизация опыта // Мир музея, № 4, 2010. – С. 34-37.
  14. Тезисы выступления Алимбай Нурсан на брифинге «О модернизации форматов работы музеев Казахстана», 14.10.2015. – Астана. СЦК Казмедиа центр.
  15. Отчет о деятельности ЦГМ РК за 2014 г.
  16. Второе заседание Межведомственной рабочей  группы по  вопросам изучения  национальной  истории //http://www.zakon.kz/kazakhstan/4564459-v-akorde-sostojalos-vtoroe-zasedanie.html
  17. Темиртон Г. Социокультурная модернизация – фактор интеграции (на материале казахской традиционной музыкальной культуры) // Казахстан и мировое пространство: культурная интеграция / Руководитель проекта и научный редактор Галия Темиртон (Садыкова). – Алматы: Жібек жолы, 2014. – 416 с.
Год: 2015
Город: Алматы
Категория: История
loading...