Художественная речь и ее отношение к устной подсистеме литературного языка

Художественная речь и ее отношение к устной подсистеме литературного языка

Язык художественной литературы является составной частью общелитературного языка, но, в то же время он шире общелитературного, поскольку писатели в своих произведениях очень часто используют языковые средства иных систем.

«Между языком художественной литературы и нормированным литературным языком нет, и не может быть тождества, но теснейшая и органическая связь между ними несомненна» /1/. Ф.П. Филин подчеркивает обязательную связь между языком художественной литературы и общелитературным языком, следовательно, лексические средства из любых пластов общеупотребительной лексики проникают в язык художественной литературы. Автор произведения отбирает именно те средства из общеупотребительной лексики, которые помогают ему в создании образов, описании их жизни, быта, пейзажа - всего того, что составляет ткань художественного произведения. Язык помогает писателю донести до читателя свое понимание мира и людей, свое видение этого мира. Образ писателя раскрывается всем повествованием. Каждый писатель - это особая языковая личность, что находит отражение в его художественном творчестве.

«Писатель не просто опытный мастер, который умеет пользоваться всякого рода приемами воздействия на читателя, нет - он сам так видит, так думает, так чувствует, и иначе видеть, думать и чувствовать он не может, он может только доводить и то, и другое, и третье, то есть свой стиль - до все большей полноты, до все большего совершенства» /2/. Эти слова в полной мере можно отнести к Ю.Трифонову. При изучении авторской речи писателя особенный интерес представляет обращение к языку его произведений.

Художественное произведение является целостной композиционно-стилистической структурой, которая основана на взаимодействии разнообразных языковых средств. Изучая стиль писателя, мы с особым интересом обращаемся к его работе над языком своих произведений и через нее определяем пути становления творческой личности.

Любое языковое средство способно быть стилистическим и является средством выражения того или иного стиля в тех или иных сферах и условиях общения. Художественная речь использует языковые средства всех других стилей, в том числе и типичные для них. Но при этом в художественном произведении эти средства выступают в эстетической функции.

Особое место в структуре художественного произведения занимают разговорные элементы. Представляет интерес проблема изображения разговорной речи разных социальных слоев в художественном произведении, и не только прямой, диалогической речи персонажей, но и тех примет разговорной речи, которые используются как сигналы несобственно-прямой речи, речи рассказчика и речи автора, близкого к персонажам /3/.

«Проблема изображения разговорной речи разных социальных слоев в художественной литературе сама по себе довольно интересна и заслуживает права на существование и тем более может быть придвинута, чем больше изучена разговорная речь» /4/.

Принципы построения разговорной речи сближают ее с языком художественной литературы. Как считают авторы книги «Русская разговорная речь», «говорящий субъект, используя разговорную речь, и автор художественного произведения могут творчески относиться к форме речи. Однако если установка на форму всегда присутствует в художественном произведении, то для говорящего на разговорной речи она не обязательна, но всегда допустима»

/5/. Из этого следует, что и разговорной речи, и языку художественной литературы свойственна и свобода в построении языковых единиц, и свобода в выборе готовых языковых единиц из общенародного фонда данного языка. Современная разговорная речь, как и художественная речь, склонна к тенденции «инкрустировать» литературную речь диалектными и жаргонными характеристиками, индивидуальными отклонениями от литературности, но на строгом фоне обще- литературной, точно нормированной речи /6/.

Свойственная разговорной и художественной речи свобода построения единиц и конструкций имеют помимо сходства и различия: одни и те же по форме единицы и конструкции могут нести разную функциональную нагрузку в разговорной речи и языке художественной литературы /7/.

Носитель литературного языка обычно не владеет ни диалектами, ни просторечием. Он может использовать элементы того или другого как намеренные инкрустации. «Носители

литературного языка используют в сфере непринужденного личного общения разговорную речь. Элементы диалекта или просторечия они могут использовать лишь в качестве вкраплений - как средство экспрессивности» /8/. При этом в разговорной речи широко используется «языковая игра». В целях языковой игры могут применяться элементы разных уровней языка и самых разных сфер общенародного языка (просторечия, жаргонов – профессиональных и молодежного, диалектов, разных функциональных стилей кодифицированного литературного языка), а также других языков. Диапазон явлений «языковой игры» широк. Языковая игра может послужить бла- годатным материалом для писателя. Существует два так называемых «вида» языковой игры - балагурство и острословие. Оба вида свойственны также художественной литературе.

В разговорной речи индивидуальные навыки проявляются автоматически, в художественной - намеренно. Речевой акт протекает спонтанно, следовательно, известная свобода проявления личности в отношении к языку и одновременная связанность ее стереотипами объединены. В художественной речи ситуация иная. «Свободный, индивидуализированный отбор средств языкового выражения и стереотип, шаблон обособлены и противопоставлены в условиях осознанного, подготовленного языкового отбора. Если автор художественного произведения неосознанно демонстрирует использование каких-либо черт своего личного языкового опыта, противоречащих эстетической функции словесного отбора, возникает нарушение закономерностей создания художественного текста» /9/.

Художественной речи свойственно использование языковых средств всех других стилей языка. Любая языковая единица, особенно многозначная, может быть стилистическим средством. Ш.Балли об этом пишет так: «Совершенно очевидно, что речь в самом широком смысле этого слова, то есть общенародный язык, обладает эстетическими ресурсами. Писатель, который сознательно стремится произвести тот или иной эстетический эффект, не создает каждый раз чего-то нового, а черпает основные элементы своего стиля из общенародного языка» /10/.

Интересной в плане рассматриваемых вопросов является статья В.Н.Виноградовой «О стилизации разговорной речи в современной художественной прозе». В статье подчеркивается, что "в недавнее время много писалось о том, что разговорную речь следует изучать, наблюдая за ней «в натуре», а не в отражении ее в художественной литературе. Автор считает, что заслуживаю- щей внимания является и проблема изображения разговорной речи разных социальных слоев в художественной литературе. Сам этот процесс, как мы видим из названия статьи, рассматривается как стилизация разговорной речи в художественной литературе /11/.

Ю.Трифонов использует в языке своих повестей слова из различных лексических пластов, но все эти средства подчинены единому стремлению - создать свой стиль.

В повестях Ю.Трифонова присутствуют персонажи в основном одной социальной группы - интеллигенции, они все - представители города, москвичи, следовательно, пользуются они языком литературного просторечия, тем заметнее «вкрапления» - например, цитатный характер употребления жаргонизмов.

Выбор лексики в повестях Ю.Трифонова отражает быт времени, быт эпохи, ее взгляды и представления. Это слова, как сказал М.М.Бахтин, выбранные не из словаря, а из жизненного контекста, где они отстоялись и пропитались оценками. Так вошли в прозу писателя понятия, которые непосредственно восполняются самой жизнью, за которой мы чувствуем оценки, связанные со словами, и потому видим происходящее с точки зрения «воплощенных носителей этих оценок». Писатель выбирает из словесного материала именно те единицы, которые помогают ему выразить свои мысли и чувства посредством выражения мыслей и чувств героев наиболее полно.

«Нельзя забывать, что существуют произведения, в которых сложно взаимодействуют сразу несколько стилевых пластов. Кроме того, внутри самих основных течений можно в свою очередь наметить собственную морфологию: так, к примеру, принцип чеховского «объективного», отстраненного взгляда на бытовую жизнь героев и изображаемые обыденные события, несомненно, оказал влияние на стиль Ю.Трифонова в его «московских" повестях...» /12/. С этой мыслью Е.Ю.Сидорова нельзя не согласиться. Повествование в произведениях Ю.Трифонова ведется от лица одного, реже двух или более героев: в повести «Обмен» - от лица Дмитриева, в

«Предварительных итогах» - от лица Геннадия Сергеевича, в «Другой жизни» - от лица Ольги Васильевны. Автор привлекает элементы, различные по своей экспрессивно-эмоциональной окра- ске. Характерной чертой стиля Трифонова является то, что писатель не отделяет себя от своих героев, он - один из них. При этом все средства языка, привлеченные Ю.Трифоновым в повестях, не случайны. Автор выбирает именно те, которые, по его мнению, помогают создать особый колорит, помогают показать жизнь такой, какой видят и сам писатель, и герои произведений, и читатели.

Уместно сослаться на цитату из работы Е.Ф.Петрищевой: "В языке любого носителя литературного языка, в том числе и писателя, могут сохраняться - как следы его социального или местного происхождения - отдельные областные, просторечные и т.п. слова и выражения. Свидетельством непреднамеренного употребления этих элементов является, таким образом, включение их в чисто авторское высказывание без каких бы то ни было указаний на их нелитературность" /13/. Ю.Трифонов использует элементы разговорной лексики не только для воссоздания прямой, диалогической речи персонажей, он также использует приметы этой лексики и в авторской речи.

Употребление разговорных единиц в повестях Ю.Трифонова обусловлено, прежде всего, действием того формообразующего признака, который был определен как стилизация устно- разговорной речи. Именно разговорные единицы, в сочетании со структурно-семантическими особенностями организации авторской речи Ю.Трифонова, имитируют непосредственное говорение в несобственно-авторском повествовании. Следовательно, употребление разговорных единиц в "Городских повестях" Ю.Трифонова мотивируется тем, что они призваны создать представление о непосредственно произносимой речи автора и персонажей ~ носителей «интеллигентского просторечия», то есть выступают как формообразующее средство.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Филин Ф.П. О структуре современного русского литературного языка/ Вопросы языкознания. – 1973. – №2;
  2. Чичерин А.В. Идеи и стиль. – М.: Сов. Писатель, 1968;
  3. Кожина М.Н. Стилистика русского языка. – М.: Просвещение, 1983;
  4. Виноградова В.Н. О стилизации разговорной речи в современной художественной прозе/ Очерки по стилистике художественной речи – М.Наука, 1979;
  5. Русская разговорная речь. Общие вопросы. Словообразование. Синтаксис – М.: Наука, 1981;
  6. Панов М.В. О развитии русского языка в советском обществе/Вопросы языкознания. – 1962. - №3;
  7. Земская Е.А. Русская разговорная речь: Проспект. – М.: 1968;
  8. Русская разговорная речь. Общие вопросы. Словообразование. Синтаксис – М.: Наука, 1981;
  9. Стилистика русского языка: Жанрово-коммуникативный аспект стилистики текстов/ Сб. статей – М.Наука, 1987;
  10. Балли Ш. Французская стилистика – М., 1961;
  11. Виноградова В.Н. О стилизации разговорной речи в современной художественной прозе – М.Наука,1979;
  12. Сидоров Е.Ю. К проблеме многообразия и типологии стилей в современной русской советской прозе 60-70гг – М.Мысль, 1974;
  13. Петрищева Е.Ф. Внелитературная лексика в современной художественной прозе – М.Наука, 1986

 

Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Филология
loading...