Проекты общества изучения Казахстана по исследованию истории и этнографии Казахского народа (1920-1932 гг.)

Преемственность, продолжение традиций научной деятельности дореволюционных научных обществ нашли отражение в работе Общества изучения Казахстана. Согласно Уставу, Общество изучения Казахстана существовало на правах научного Общества и являлось прямым преемником Оренбургской Ученой архивной комиссии и Оренбургского отдела Русского Географического общества. Своей задачей Общество  ставило  всестороннее изучение вопросов, касающихся Казахской республики и сопредельных областей в историко-археологическом, естественно-географическом, этнографическом, экономическом и других отношениях.  Сотрудники  общества активно занимались научными исследованиями истории и культуры казахского, башкирского и татарского народов. 

В дореволюционном Казахстане наука не была объектом и заботой государственной политики. Она развивалась благодаря деятельности небольшой группы энтузиастов, объединенных в полуофициальные, чаще всего в общественные кружки, отделы, комитеты или общества по интересам. Теоретические и эмпирические результаты их поисков не играли существенной роли в укреплении экономического и духовного потенциала края, оставались малознакомыми для широких слоев населения [1, 412].

Характерной чертой развития казахстанской науки в 1920-е годы следует считать превалирование краеведческой направленности и гуманитарных исследований. Из всех научных подразделений наиболее активно и плодотворно работало Общество изучения Казахстана. Первое учредительное собрание Общества изучения Казахстана прошло 15-го октября 1920 года в помещении музея Оренбургской губернии [2, 100]. 1-го декабря 1920 года состоялось торжественное открытие «Общества изучения Казахстана» в зале Городского совета города Оренбурга [2, 102]. Общество ставило задачи всестороннего изучения Казахской республики и сопредельных областей в историческом, археологическом, естественно-географическом, этнографическом и экономическом развитии. Было  образовано  три основных отдела Общества: историко-археологический, естественно-географический и этнографический. Со временем историко-археологический отдел был объединен с этнографическим (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.17, Л.6).

Исследователь П.Степанов отмечал, что деятельность Общества за двенадцать лет можно разделить не только по месту нахождения, но и по характеру деятельности на три периода: оренбургский (1920-1925 гг.), кзыл-ординский (1925-1929 гг.) и алма-атинский (с 1929 г.) [3, 52]. В своей работе С.Ш.Ахметова также придерживалась данной периодизации в деятельности научного общества [4, 84].

На одном из первых заседаний Общества в 1920 году был заслушан научный доклад А.А.Четыркиной по изучению этнографического материала Актюбинского уезда. Эта работа «Образцы киргизского орнамента» была признана достойной публикации. Летом 1922 года А.А.Четыркина, в качестве библиотекаря-инструктора Общества, принимала участие в экспедиции «Красный караван». Маршрут экспедиции проходил по трем областям Тургайской, Акмолинской и Семипалатинской. Во время экспедиции большое внимание было уделено изучению казахского фольклора, а именно песням, сказкам, легендам. А.А.Четыркиной были сделаны двадцать две зарисовки казахского орнамента и приобретены для музея Казахского края национальный женский костюм и другие вещи домашнего обихода [5, 188]. Костюм казахской женщины был приобретен в ауле Чорманова Семипалатинской области и состоял из платья, камзола и головного убора. А.А.Четыркиной был дан сравнительный анализ изготовления ковров: в Тургайской области, помимо узорчатых кошм, часто встречались тканные ковры из бараньей шерсти, состоящие из разноузорных полос, в Акмолинской – эти ковры встречались реже, а в Семипалатинской области они были вытесненны аппликацией по кошме и привозными бухарскими и ташкентскими коврами. Для Семипалатинской области были характерны рукоделия, вышитые крючком, в пяльцах петельным швом [6, 278].

Выявление общего и особенного в культуре казахского народа характерно для сотрудников Общества изучения Казахстана, в частности член историко-этнографического отдела Х.Алиев  выступил  с докладами «Впечатления от поездки в Туркестан» и «Состояние киргиз к другим тюркским народам». Д.Букинич представил работу «Архитектурные параллели киргизских надгробных сооружений и могил в Тургайском и Иргизском уездах». А.П.Чулошников подготовил доклад «К вопросу о древнейших русских отношениях с Казахской Ордой с конца XV и до начала XVIII веков». Итогом исследовательских работ с архивными документами Оренбургской ученой архивной комиссии стали доклады Н.А.Чулошниковой по истории башкирского землевладения в начале XIX века (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.34, Л.8об.).

Характерной особенностью музыкальной культуры 20-30-х годов ХХ века была направленность на массовую аудиторию, на широкие круги общественности с целью воспитания художественно- эстетического вкуса и стремления приобщить как к национальным, так и к мировым ценностям. Показательной в этом отношении является деятельность члена Общества изучения Казахского края А.В.Затаевича (1869-1936). С 1920 года композитор А.В.Затаевич стал собирать и записывать, казахские песни и мелодии. 7 мая 1922 года он выступил с докладом «Киргизская народная песня» на заседании Общества, иллюстрируя мотивы песен игрою на рояле (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.39, Л.4).

Результатом творческой исследовательской работы А.В.Затаевича стал сборник «1000  песен  казахского народа», записанных с голосов. Этот труд композитора Общество изучения Казахстана опубликовало в 1925 году отдельным четвертым выпуском «Трудов» (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.39, Л.4об.). Сборник сопровождало предисловие, написанное профессором А.Д.Костальским, вступительная статья и многочисленные примечания были сделаны А.В.Затаевичем и А.Н.Букейхановым (1866-1937). Записи песен были разделены на десять отделов по региональному признаку: Адаевский, Акмолинский, Актюбинский, Букеевский, Кустанайский, Оренбургский, Семипалатинский, Тургайский, Уральский и Туркестанской республики. В сборнике были опубликованы сообщения знатоков казахской песни К.Е. Медетова (1901-1942), С.Сейфуллина (1894-1938), А.Уразбаевой, М. Жилкайдарова, М.Саматова, Ж. Аймаутова (1895-1930), а также А.Б.Байтурсынова, А.Н.Букейханова и других. Кроме песен в издание вошли записи инструментальных пьес (кюи) для домбры и кобыза: «Аксак Кулан», «Кос алка», «Джучи хан», марш «Аблай хана» и другие (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.39, Л.4). А.В.Затаевич был не только первооткрывателем многочисленных произведений казахской народной музыки, но и замечательным исследователем самобытного и яркого музыкального творчества казахского народа.

Представители художественной интеллигенции, обладая высокой образованностью, энциклопедическими знаниями и сильнейшим духовным потенциалом, являлись специалистами- универсалами: они занимались научно-исследовательской и художественно-творческой деятельностью, были авторами и издателями первых книг на казахском языке. Просветители нового поколения без специального музыкального образования: А.Б.Байтурсынов, А.Н.Букейханов, А.Маргулан, М.Д.Дулатов (1895-1935), оказали решающее влияние не только на формирование научных  основ  музыкальной критики, но и на становление всей национальной музыкальной культуры Казахстана.

Учитель гимназии Василий Яковлевич Струминский, сотрудник бывшей Оренбургской Ученой архивной комиссии, продолжил научную работу в этнографической секции Общества изучения  Казахского края (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.1, Л.5). В 1921 году В.Я.Струминский являлся организатором и первым председателем Совета Оренбургского института народного образования. Важно  отметить  что, имея большой педагогический опыт В.Я.Струминский, много сделал для разработки первых  методических указаний, которые были приняты во внимание при составлении программ и методических указаний для казахских школ. Он издал два выпуска «Настольной книги для работников просвещения трудовой школы», в которые были включены «Принципы и методы работы» и «Практический комментарий к разработке программ-минимума», тем самым внес определенный вклад в борьбу с ликвидацией безграмотности [7].

Один из главных вопросов, обсуждавшихся на заседании Правления был вопрос об издании «Трудов Общества». Вначале предполагалось печатать научные материалы Общества в журнале, который намеревался издавать Казнаркомпрос. Осуществление издания этого журнала затянулось, а потому Правление решило издавать «Труды» Общества самостоятельно. За 1921-1929 годы вышло десять томов «Трудов» Общества изучения Казахстана [8, 37-40].

В 1921 году в Оренбурге увидел свет первый выпуск «Трудов Оренбургского Общества изучения Киргизского края». Этот выпуск был начат статьей секретаря Общества И.Расторгуева «В добрый час!»  [2, 3-4]. Цель первого номера «Трудов» Общества – дать Казахскому краю серьезный печатный орган научной мысли, работающий в целях развития и процветания края. В первых выпусках «Трудов» в основном преобладали публикации по истории (10), этнографии (6), естественным наукам (9) (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.118, ЛЛ.9-9об.).

7 мая 1922 года на общем годичном собрании Общества, А.Б. Байтурсынов за научный вклад в развитии казахского языкознания был избран Почетным Председателем Общества (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.8, Л.6). Деятельность выдающегося поэта, публициста, ученого-тюрколога и общественного деятеля с широчайшим кругозором и видением путей национального развития – Ахмета Байтурсыновича Байтурсынова была тесно связана с Обществом изучения Казахстана. Как образованный человек А.Байтурсынов с первых дней основания Общества стал одним из его членов-учредителей. Кроме общественно-политической деятельности, основная сфера его интересов – это литературное творчество, исследование языка и закономерностей литературного процесса, его роли в организации общественной жизни и деятельности людей. За время работы в Обществе изучения Казахстана А.Байтурсынов активно занимался научной деятельностью. Он создал алфавит на основе арабской графики. Начатая в 1912 году, эта работа была официально принята в 1924 году как «Жаңа емле» («Новое правило»). Таким образом, А.Байтурсынов выступил реформатором казахского языка. Им были написаны совместно с Т.Шонановым учебники «Оқу құралы». Учебники А.Байтурсынова являлись новшеством не только для казахов, но и для всего тюркоязычного мира. Учебник «Тіл құралы» состоял из трех частей: фонетика, морфология, синтаксис. Позднее он выпустил книги методического характера «Баяншы», «Тіл жұмсар»  [9,  711]. Первая работа по литературоведению «Əдебиет танытқыш» также принадлежала А.Байтурсынову [10, 390].

В третьем выпуске «Трудов» в честь 50-летия со дня рождения Ахмета Байтурсынова были опубликованы работы Ильдеса Омарова «Ученая деятельность А.Б.Байтурсынова» и библиографический очерк Миржакипа Дулатова «Ахмет Байтурсынович Байтурсынов» [11, 7-16]. Ильдес Омаров, выпускник Оренбургской учительской семинарии, до 1917 года работал переводчиком Оренбургского окружного суда. Участвовал в деятельности партии «Алаш», с 1920 года преподавал в школе Наркома просвещения   и советской партийной школе. Ильдес Омаров писал: «Ахмета Байтурсыновича знает  вся  киргизская степь; его все уважают, любят и как будто высоко ценят его талант. Но его недооценивают. Его мы знаем и ценим как поэта, публициста, общественного деятеля, педагога; но он почему-то не укладывается в нашем мозгу как ученый, сделавший весьма ценные открытия в области киргизской грамматики». Открытые А. Байтурсыновым законы казахской фонетики помогли ему выявить все звуки казахского языка и создать новую азбуку, не менее ценны заслуги А. Байтурсынова и в области этимологии казахского языка. И. Омаров отмечал, что в настоящее время (28 января 1923 года) Ахмет Байтурсынов занимается вопросами синтаксиса и теории словесности казахского языка.

В биографическом очерке, посвященном А.Б. Байтурсынову, М. Дулатов подробно описал жизненный путь Ахмета Байтурсыновича, годы образования в Тургайском училище, в Оренбурге, начало педагогической и литературной деятельности. Автор отмечал, что А. Байтурсынов – публицист и творец школы казахской художественной словесности. В начале 1913 года А. Байтурсынов, не имея почти никаких материальных средств, основал в Оренбурге первую национальную газету «Казах». После февральской революции Ахмет Байтурсынов втянулся в водоворот общественно-политической  жизни: был избран в члены Всероссийского Учредительного Собрания – от Тургайской области по списку национальной партии «Алаш». А.Байтурсынов работал председателем  Научно-литературной  комиссии при Наркомпросе республики [11, 17-25].

Бурные события начала ХХ века вывели на историческую сцену целую плеяду общественно- политических деятелей из числа казахской национальной интеллигенции. Внес свою лепту в сложное и переломное время в истории Казахстана юрист по образованию Ахмет Коргамбекович Беремжанов. Выпускник юридического факультета Казанского университета (годы учебы 1891-1895 гг.) получил диплом II-й степени. Ахмет Беремжанов, будучи мировым судьей 2-го участка Актюбинского уезда Тургайской области, был избран депутатом Государственной Думы 1-го и 2-го созыва. В 1917 году он  был делегирован от Тургайского уезда на казахский съезд, проходивший с 21-28 июля в Оренбурге. В национальном правительстве «Алаш-Орда» он занимал пост министра юстиции [12, 4]. В годы советской власти Ахмет Беремжанов работал в Народном комиссариате юстиции. Он, как наиболее опытный судебный   деятель,   был  назначен   заведующим   отделом  судебного строительства.   Одним  из  важных законопроектов, который принимался Наркоматом юстиции, был декрет об отмене калыма. В разработке этого законопроекта непосредственное участие принимал А.Беремжанов как профессиональный юрист и знаток народных обычаев. Интерес к гендерной проблеме в казахском обществе был стимулирован присутствием в его личной жизни незаурядной личности – его жены Гульжаухар, дочери Альмухамеда Сейдалина. В эти годы самым плодотворным периодом в общественно-политической деятельности А.Беремжанова, как отмечает исследователь Г.Ж.Сұлтанғазы, были 1922-1923 годы [12, 25-26]. С мая 1922 года Ахмет Беремжанов, являясь сотрудником этнографического отделения Общества, принимал активное участие в его работе (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.8, Л.6). С его именем  связано  начало юридического образования в крае. В марте 1923 года была начата подготовительная работа по образованию краевых курсов по праву под руководством А.Беремжанова, С.Кадырбаева. Данные курсы находились в введении Наркомата юстиции и имели своей целью подготовку работников Советской юстиции для занятия должностей в судебных учреждениях КАССР [12, 26]. Как сотрудник Общества А.Беремжанов отдавал приоритет изучению проблем, связанных с историей и этнографией казахского народа, изданию работ и пособий для школьников на казахском языке. А.К.Беремжанов в 1925 году был избран председателем историко-этнографического отделения Общества (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.68, Л.2).

С 1920 года Абубакир Ахметжанович Диваев был членом Общества изучения Казахского края (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.1, Л.40). В 1921 году он был избран членом Комиссии по изучению быта коренного населения Туркестана [13, 16]. В своей основе научно-краеведческий поиск ученого был направлен  на сбор этнографических материалов. В 1922 году в третьем выпуске «Трудов» Общества  были опубликованы казахские приметы, сказки и басни: «Олень и осел», «Сорок небылиц» и  другие,  собранные ученым (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.34, Л.9об.). А.Диваев в своих работах не касался вопросов теоретического плана, фактически он описывал обряды, приметы, обычаи, сказки, не проводя конкретных исследований по устному народному творчеству казахского народа.

Бахытжан Бисалиевич Каратаев с установлением советской власти в Уральской губернии перешел на сторону революции [14, 238-239]. В марте 1918 года на Уральском губернском съезде Советов он был избран членом Губернского исполнительного комитета и Комиссаром юстиции. В феврале 1919 года Б.Каратаев вступил в Коммунистическую партию и вошел в комиссию по созыву  Всеказахстанского съезда Советов, ему поручалось проведение выборов делегатов по Уральской и Закаспийской губерниям.  В мае 1919 года Президиум бюро Уральского Ревкома командировал его в распоряжение Реввоенсовета IV армии Восточного фронта для организации политработы в казахской конной бригаде. Бригада, где заведовал отделом Б.Каратаев, была в боях на Астраханском, Саратовском и Уральском фронтах вплоть до окончания гражданской войны. Исследователь Д.Мен отметил факт,  что  в  биографии  Б.Каратаева была интересная страница: ему вручили мандат за подписью  В.И.Ленина,  удостоверяющий,  что решением СНК РСФСР он назначался членом Казревкома по управлению всем Казахским краем [15]. Б.Б.Каратаев был сотрудником этнографического отдела Общества изучения Казахстана и принимал активное участие в обсуждении докладов по истории и культуре казахского народа (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.1, Л.4).

Первоочередной задачей в деятельности историко-этнографической секции, начиная с 1923 года, было изучение вопросов истории национально-освободительного движения казахского народа во второй половине ХIХ века. 20 мая 1923 года на заседании Общества был заслушан доклад сотрудника В.Ф.Пищулина на тему «Народовольческое движение в Оренбургском крае в 70-х годах». Эта работа продолжала проблему изучения освободительного движения в крае, как и первая – «Дело Нечаева и его отражение в Оренбургском крае» (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.1, Л.8). Автор рассмотрел характер народовольческого движения 70-х годов ХIХ века,  историю создания партии «Земля и Воля» и методах  их пропаганды. Во второй части доклада  В.Ф.Пищулин остановился на деятельности в Оренбургском  крае кружка народовольцев, отношения крестьян к «ходившему в народ» члену кружка Митрофану Муравскому. В заключении автор проанализировал отношение населения региона к политике правительства (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.12, Л.1).

Одним из примеров научных дискуссий было обсуждение доклада, в котором принимали участие А.К.Беремжанов, М.Дулатов, И.Омаров, А. Мелков, Т.Ш.Шонанов (1894-1938), Б.Б.Каратаев, М.Джулдубаев, С.С. Садвакасов (1900-1933) и другие. Докладчику были заданы вопросы относительно связи кружка народовольцев с Центральным Комитетом партии, об отношении к нерусскому населению. Сотрудник М. Джулдубаев интересовался тем, как члены кружка смотрели на решение национального вопроса. Были затронуты причины безучастности крестьян к кружку, вопрос о связи  членов Оренбургского  кружка  с  членами  Уфимского  кружка  народовольцев  и  другие  вопросы.   Сотрудники Общества после обсуждения доклада не могли прийти к единому мнению. М.Джулдубаев предложил дополнить доклад архивным материалом, сведениями о положении крестьян. Б.Каратаев высказался за расширение хронологических рамок исследования до 80-х годов ХIХ века, так как убийство Александра   II давало новый материал. Прения вызвало определение категории доклада по содержанию: исторический материал либо принять доклад к сведению как социальное исследование. В результате голосования было принято решение «признать доклад историческим материалом по изучению революционного движения в крае и напечатать его в «Известиях» Общества» (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.12, Л.1).

В итоге в третьем выпуске «Трудов» Общества были опубликованы две работы В.Ф.Пищулина «Дело Нечаева и его отражение в Оренбургском крае» и «Народовольческое движение 70-х годов в Оренбургском крае» [11, 75-89; 90-116]. В.Ф.Пищулин был первым исследователем,  обратившим внимание на изучение народнического движения 1870-х годов в Оренбургском регионе [16, 216]. Отмечая ряд недостатков работы, таких как отсутствие ссылок на архивные источники, неполные сведения, мы не можем оспорить факт новизны поставленных проблем. Следующая работа В.Ф.Пищулина «Киргизия как место ссылки царского правительства» была также первой работой советского периода, затрагивающей проблемы ссылки и влияния ссыльных революционеров [17, 114-121]. Деятельность Митрофана Муравского, одного из лидеров народничества 1870-х годов, находившегося в ссылке на Южном Урале, была затронута в докладе В.Ф.Пищулина на заседании Общества.

Одним из первых исследователей, который попытался осветить важнейшие моменты национально- освободительного движения казахского народа в дореволюционное время, был А.Ф.Рязанов (1879-1929). Александр Федорович Рязанов, выпускник Оренбургского юнкерского училища 1902 года, участвовал в русско-японской войне и получил воинское звание войскового старшины. Был одним из организаторов Оренбургского Совета казачьих депутатов. В годы гражданской войны поддержал атамана А.И. Дутова,  но с 1919 года перешел на сторону Красной армии. Работал преподавателем тактики, начальником  учебной части в Оренбургских кавалерийских курсах. С июля 1924 года А.Ф.Рязанов стал работать научным сотрудником Центрального архива Казахстана, а с переносом столицы Казахстана из Оренбурга в Кзыл-Орду, сотрудником Оренбургского губернского архивного бюро. Новая работа открывала  доступ к богатейшим документальным историческим материалам [18, 71-75]. Именно с  этого  момента начинается активная исследовательская деятельность Рязанова-историка, который с  1923  года  был членом Общества изучения Казахского края (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.17, Л.11).

В 1923-1924 годах на заседаниях историко-этнографической секции Общества были заслушаны доклады А.Ф.Рязанова: «Хивинские набеги 1848 года и действия против них русских отрядов» (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.12, Л.25). «Отголоски Пугачевского восстания», состоящих из двух частей «Султан Досали» и «Пугачев в Бердах» (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.34, Л.66). Доклады «Общий очерк восстания Е. Пугачева» и «Казак Ханин» (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.34, Л.68).

В освещении политических событий 1848 года для А.Ф.Рязанова было  характерно  подробное описание военных приемов и тактики борьбы царских войск против восточных народов. А.Байтурсынов заметил, что в докладе речь идет о хивинцах и туркменах, а не о казахах. Было рекомендовано дополнить доклад новыми сведениями относительно участия Есета Котибарова (1807-1888) в освободительной  борьбе против агрессивной деятельности хивинских ханов и колониальной политики России (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.12, ЛЛ.25-25об.).

А.Ф.Рязанов в очерке «Султан Досали» рассматривал участие казахского народа в Крестьянской войне 1773-1775 годов под предводительством Е.И.Пугачева. Автор отмечал, что только султан Досали – племянник хана Младшего жуза Нурали, «признал власть нового государя и отдал Пугачеву в аманаты своего сына». Декларируемая последним поддержка «законного» государя (Пугачева), по мнению автора, была тактическим ходом в «династических и корыстных целях» [19, 197]. Б.Б.Каратаев высказал пожелание дополнить доклад преданиями, существующими в казахской степи и связанными с изложенными событиями. Так, например, хан Нурали в разговоре с бием Кердеринского рода Намазом, спросил его мнения на счет волнений в народе. Бий Намаз ему ответил, что, «народ – рогатый скот, если начнет реветь, то успокоить его трудно». Это определение до сих пор сохранилось в народе как  пословица. Кроме того, по мнению Б.Б.Каратаева, в степи существовала такая версия, что при  хане Нурали переводчиком был татарин Нурмухаметов, который исполнял функции разведчика русского правительства (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.18а, Л.66). Сотрудник С.М. Петров спросил о том, что около села Дедово есть гора под названием Жетыру, как объяснить казахское название горы на башкирской территории. Б.Б.Каратаев объяснил, что казахи жили временами на территории башкир, и среди башкирских родов есть те же названия, что и у казахов (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.18а, Л.67). В результате миграционных процессов образовались этнически смешанные территориальные зоны, где шел процесс взаимодействия и взаимовлияния народов [16, 50].

Проблеме изучения участия башкирского народа в Крестьянской войне 1773-1775 годов А.Ф.Рязанов посвятил отдельный очерк «Салават Юлаев». Автор показал, что большую роль в освободительном движении играли не только руководители восстания, но и рядовые участники. Он выделил наиболее активного деятеля восстания старшину Рясуль (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.34, Л.68об.). Крестьянская война стала первой совместной борьбой казахского, башкирского, татарского народов против колониальной политики царизма. На первом этапе Крестьянской войны половину войска Е.Пугачева под Оренбургом составляли башкиры. Они представляли значительную часть повстанческих отрядов, действовавших на территории от Волги до Тобола. Основной территорией борьбы на втором этапе движения явились центральные районы Башкортостана, где продолжались выступления башкирского народа до конца  ноября 1774 года. Крестьянская война 1773-1775 годов потерпела поражение, однако царское правительство, напуганное этим движением, внесло коррективы в свою политику в регионе.

В работе «Общий очерк восстания Е.Пугачева», подводя итоги восстания, А.Ф.Рязанов правильно поставил вопрос – что объединяло население вокруг Пугачева? Автор полагал, что «основным лозунгом» было «истребление дворянства, как господствующего класса». А.Ф.Рязанов не преувеличивал новизну пугачевских начинаний, он подчеркивал, что «ломая все скрепы старого строя», Пугачев «не успевал и не мог успеть создать новых» [20, 128]. Главной причиной этого автор полагал отсутствие организации, политической партии. Второй причиной – промахи стратегии. При этом автор достаточно высоко  оценивал деятельность царских военачальников (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.34, Л.68).

В сравнении с дореволюционной историко-краеведческой литературой в центре внимания исследований – вопросы классовой борьбы и национально-освободительного движения, причем А.Ф.Рязанов рассматривал их в тесной взаимосвязи. Над этой темой историк работал с большим увлечением необычайно интенсивно и плодотворно. В короткий срок он создал ряд  солидных  работ, среди которых монография «Сорок лет борьбы за национальную независимость казахского народа (1797- 1838)» [21]. Работы о восстаниях Срыма Датова, Исатая Тайманова и оставшаяся неопубликованной обширная рукопись о движении Кенесары Касымова [22]. В августе 1929 года после  смерти  А.Ф.Рязанова, вдова покойного отправила рукопись Д.К.Чудинову – председателю  редколлегии  Общества. Объем труда составлял 500 страниц (ЦГА РК Ф.693, Оп.1, Д.23, Л.51). И сегодня работы А.Ф. Рязанова представляют значительный интерес для изучения истории национального движения казахского народа, свидетельством тому является переиздание его трудов [23].

В трудах А.Ф.Рязанова прослеживается тенденция показать стремление  каждого  народа  полиэтничного региона Южного Урала к развитию своей государственности и культуры. Обсуждение научных работ А.Ф.Рязанова на заседаниях историко-этнографической секции Общества, являлось можно сказать, апробацией научного труда. Сотрудники Общества путем обмена информацией, ее обсуждения, реализовывали социально-организационную и коммуникативную функцию научного сообщества.

В конце 20-начале 30-х годов ХХ века заканчивается период активной, разноплановой деятельности Общества изучения Казахстана. Расширение сети научных учреждений и объема  исследовательских  работ позволило организовать в 1932 году казахстанскую базу АН СССР [1, 414].

 

  1. История Казахстана (с древнейших времен до наших дней). В пяти томах. Том - Алматы: «Атамyра», 2010.768с., табл., илл., карты.
  2. Труды Оренбургского Общества изучения Киргизского края. Выпуск № 1,Оренбург, Типография М.Н. Махова, 1921.-111с.
  3. Степанов П. По Казахстану.//Советское краеведение. №11-12,
  4. Ахметова С.Ш. Историческое краеведение в Казахстане.- Алма-Ата: Казахстан, -168с. 5 Труды Общества изучения Киргизского края. Вып. № 3, Оренбург, 1922.-213с.
  5. Новейшая история Казахстана: сборник документов и материалов (1917-1939гг.). Том Алматы: «Санат», 1998.- 304с.
  6. Струминский В.Я. Настольная книга для работников просвещения трудовой школы. Выпуск 1, Оренбург.-1922;Выпуск 3, Оренбург.-1923.
  7. Козыбаев И.М. Становление советской исторической науки в Казахстане (октябрь 1917-середина 30-х гг).// Историческая наука Советского Казахстана (1917-1960 гг.). Очерки становления и развития. Алма-Ата: Ғылым, 1990.-272с.
  8. История Казахстана (с древнейших времен до наших дней). В пяти томах. Том 3.-Алматы: «Атамyра», 2000.- 768с.
  9. Сегизбаев О.А. Казахская философия ХV-начала ХХ века. - Алматы: «Ғылым», -472с.
  10. Труды Общества изучения Киргизского края. Вып. № 3, Оренбург, -213с.
  11. Сyлтанғазы Г.Ж. Общественно-политическая деятельность Ахмеда Беремжанова: Автореф…канд. ист. наук: 07.00.02.-Алматы, -33с.
  12. Байтанаев Б.А.  Историко-краеведческая  деятельность А.А. Диваева: Автореф. ...канд.ист.наук:  00.02.-Алматы, 1993.- 25с.
  13. Каратаев Б.Б. Из тюремного дневника.//  Бурабаев  М.С.  Общественная  мысль  Казахстана в 1917-1940 гг.- Алма-Ата: Ғылым, 1991.-256с.
  14. Мен Д. Вызов своему классу//Казахстанская правда, 1990, 1 июня; Григорьев В.К. Его не услышали// Мурагер.- 1992, №2, С.20-21; {ойшыбаев Б. Баyытжан {аратаев. - Алматы: Ана тілі, 1993.-184б.
  15. Султангалиева Г.С.  Западный  Казахстан  в   системе  этнокультурных  контактов  (ХVIII-начало  ХХ  вв.).Монография - Уфа: РИО РУНМЦ Госкомнауки РБ, 2002.-262с.
  16. Пищулин В.Ф. Киргизия как место ссылки царского правительства.// Советская Киргизия.-1924.-№ 1-2 (4-5).
  17. Зобов Ю.С. Историк А.Ф.Рязанов и его работы по истории национально-освободительного движения казахов.// Народно-освободительное движение в Казахстане в ХVII-ХХ веках единый исторический процесс: проблемы, поиски, решения. (Материалы научно-теоретической конференции, посвященной 325-летию Есет- батыра). Аyтøбе-Актюбинск, -104с.
  18. Рязанов А.Ф. Отголоски Пугачевского восстания на Урале, в Киргиз-кайсацкой Малой орде и в Поволжье.// Труды Общества изучения Казахстана. Том VI, Кзыл-Орда, -С.195-241
  19. Сафонов Д.А. Очерки историографии оренбургской истории. Оренбург: Изд.-во «Оренбургская губерния», 2005.-364с.
  20. Рязанов А.Ф. Сорок лет борьбы за национальную независимость казахского народа (1797-1838): очерки по истории национального движения Казахстана. В 2-х частях.- Кзыл-Орда, -296с.
  21. Рязанов А.Ф. Батыр Срым Датов (исторический очерк).//Советская Киргизия.-1924.-№ 10.-С.94-112; Восстание Исатая Тайманова в 1836-1838 гг.: очерк по истории национального движения в Казахстане.- Кзыл- Орда,
  22. Рязанов А.Ф.Восстание Кенисары Касымова (1837-1847гг.): исторический очерк. - Алма-Ата: «Айкап», 1993.- 32с.; Его же, Восстание Исатая Тайманова (1836-1838гг.). Очерки по истории национального движения казахского народа. - Алма-Ата: Алтын Орда, -102с.
Год: 2015
Город: Алматы
Категория: История