Жанровая структура поэзии Ашуга Шамшира

ХХ столетие – это особый период в развитии азербайджанского ашугского искусства. К этому периоду относится творчество многих великих ашугов и народных поэтовисполнителей. Одним из них является создатель Гейче-Кельбеджарской ашугской среды, мастер исполнения Ашуг Шамшир. Своим творчеством он обогатил азербайджанскую ашугскую поэзию с точки зрения содержания, сюжета и искусности создания стихов. Художественное наследие Ашуга Шамшира, создавшего крепкий мост между классической и современной ашугской поэзией, отличается богатым содержанием и красотою формы. С точки зрения жанра творчество Ашуга Шамшира знаменательные являние. Он создал стихи для всех поэтических форм, присущих ашугской поэзии. Будучи мастером слова, на протяжении всего своего творчества, он обращался к жанрам ашугской поэзии: гошма (форма стиха с парными рифмами), мюхаммас (пятистишие), герайлы, дивани и т.д.; создал неповторимые образцы искусства. Среди них есть и жанры, присущие классической литературе.

Отметим, что в своем творчестве мастер обращался преимущественно к жанру гошма, использовал формы «гошаярпаг гошма» (букв. «стих с парными листками»), «гюллю гафие» (букв. «цветочная рифма»). «Гошаярпаг гошму» иногда называют и «внутренней рифмой», и «скрещенной рифмой», и «раздвоенным двустишием». Эти формы стиха мы можем наблюдать, в основном, в творчестве Ашуга Алескера. Но встречаются и в творчестве Ашуга Шамшира:

Эти локоны аркан, взоры капризны, Проявил любовь, стал влюбленным. Сама очень печальна, губы сахар, Язык сладок, словно мед (4, 110). (здесь и далее перевод подстрочный).

В этом куплете слова в оригинале – kəməndzənd, məhəbbət-payibənd, dərdimənd-qənd, gövhərli-zülallı – скрещиваются между собой в рифмах.

Шамшир использовал и форму «цветочная рифма». Как отметил В.Велиев, используемые в народных стихах обороты «я сказал(а) – он(а) сказал(а)» являются на самом деле внутренними обменами (12, 204). «Этот вид построен на основе художественного диалога, обобщает переживания лирического ге роя поэтическим языком в вопросно-ответной форме» (6, 215).

Ашуг Шамшир, используя «цветочную строфу», добился создания ценных образцов словесного искусства:

Я сказал: Мое горе просит ту сладкую,

Сказала: Почему твое тело поразило землятрясения?

Я сказал: Давай возьмемся за руки в этом саду,

Сказала: Это строение старости (1, 66).

Следует добавить, что мастер слова создал именно в парнорифмован-ных стихах (гошмах) трудные формы ашугской поэзии: закрытые строфы и строфы, при произнесении которых не смыкаются губы.

Один из часто используемых и очень продуктивных жанров ашугской поэзии герайлы

– занимает значительное место в поэзии Шамшира. Отметим, что мастер слова после гошмы, обращался более всего к этому жанру и создал на основе этой формы неподражаемые образцы искусства. Для передачи общественных, любовных настроений, природной лирики, а также нравственно-дидактических мыслей ашуг прибегал к использованию именно жанра герайлы. Этот жанр имеет и форму таджнис герайлы. Разные мастера слова в очень редких случаях прибегали к использованию этого типа в азербайд-жанской ашугской поэзии. Проиллюстрируем интересный пример использования таджнис герайлы в творчестве Шамшира:

Любовь возлюбленной

Тебя заарканила, тебя заарканила. Я сказал, душа моя,

Теперь поцелуй губы любимой, теперь поцелуй губы любимой (3, 250).

Вторая и четвертая строки в подлиннике рифмуются посредством игры слов.

Как мы уже отметили, мастер слова на основе часто используемой формы – жанра дивани также создал интересные стихи. Укажем также, что многие дивани ашуга являются шедеврами. Другими словами, нравственно-дидактические умонастроения больше всего передавались посредством этого жанра. Дивани был словно создан, чтобы выразить назидания ашуга:

Послушай о чем я поведую тебе, ашуг,

Если дозволено тебе будет, найдешь богатство от того, что

тебе даст народ, ашуг,

Найди себе друга, который обелит тебя, ашуг,

Сторонись предателей, злодеев и коварных, ашуг (1, 406).

Шамшир в своем дивани «Ашуг» постредством поэтических строк выразил, насколько он ценит этот вид искусства; значимость этого вида искусства; какие серьезные критерие требуются для приобщения к этому искусству; какую большую ответственность он чувствует.

В поэзии Ашуга Шамшира имеются и пятистишия (мюхаммесы) с глубоким смыслом и изящными формами. В.Велиев пишет, что

«основная причина того, что пятистишия занимают такое большое место в ашугской поэзии – это, то, что они по своему характеру лирико-эпические. …Ашуги, наряду с возможностью передать внутренние переживания, чувства, приобретают и возможность передать свое отношение к отдельным событиям эпических картин (12, 188). Ашуг Шамшир в пятистишиях добился успешной передачи всей полноты внутренных чувств лирического героя, широкого описания определенного события. Любой пример пятистишия Шамшира наглядно показывает поэтический талант ашуга как мастера слова:

Рост высок и великолепен у нее, Лицо как месяц, лицо как луна у нее.

Гнев как осенняя ночь, великодушие как день у нее,

Я Шамшир поверил, слова правдивы и честны ее,

Если крепко преданна, то и я дал обет девушке (1, 382).

Одна из самых сложных форм ашугской поэзии, ее высотой является таджнис. Создание таджниса требует от мастера слова большого умения и демонстрирует силу его таланта. По справедливому замечанию Э.Маммедли, автора работы по творчеству таджнис «Оригинальные таджнисы – т.е. образцы искусства слова, привлекающие внимание художественным значением и содержанием, эстетическим эмоциональным впечатлением, философской нагруженностью, логической последовательностью, могли создать прирожденные, совершенные мастера слова» (7, 141). Известно, что таджнисы строятся на основе каламбурных рифм, т.е. в любом жанре возможно создать таджнисы посредством игры слов. Здесь следует соблюдать совпадения формы с содержанием. В большинстве случаев больше внимания уделяют форме, чем содержанию, и тогда в результате получаются строки, состоящие из игры слов, но не соответствующие друг другу. Следовательно, создание совершенного таджниса – показатель мастерства. Можно смело сказать, что Ашуг

Шамшир создал великолепные таджнисы, в которых содержание и форма дополняют друг друга. В его творчестве можно встретить такие формы таджниса, как «черный таджнис», «герайлы таджнис», «песенный таджнис», «таджнис не смыкающий губ», «джыгалы таджнис, не смыкающий губ». Черный таджнис – это обычный таджнис и в творчестве Шамшира имеется много примеров этого вида. Какое бы из этих стихотворений мы не просмотрели бы, в любом мы разглядим художественный талант, большое мастерство Шамшира:

Шамшир, раскрой книгу любви и пошци, Пожелай, спроси верности, помощи, Двери смелости не нуждаются в ключах, На меня перевели эти печали (4, 363).

«Самая мало используемая форма в ашугской поэзии – это таджнис, не смыкающий губ. К этой форме чаще всего прибегали Ашуг Алы, Ашуг Алескер, Ашуг Гусейн Бозалганлы» (6, 343). В творчестве Ашуга Шамшира также имеются таджнисы, не смыкающие губ и джыгалы таджнисы, не смыкающие губ, которые красивы своей формой и содержанием.

Ашуг Шамшир обращался в поэзии и к жанру баяты, и можно сказать, что все баяты его построены на игре слов. Особо следует указать, что в баяты Шамшира зачинательные слова баяты, типа «я дорог», «не так ли» составляют меньшинство. По мнению некоторых фольклористов азербайджанские баяты чаще начинаются выражениями: «я дорог», «не так ли», «я влюблен-ный». Фольклорист В.Велиев пишет, что в азербайджанских баяты есть один формальный признак, не присуший другим тюркоязычным народам: наши (т.е. азербайджанские) баяты начинаются с шаблонов: «я дорог», «не так ли», «я влюбленный» (11, 4). На деле же, в большинстве наших баяты не исполь-зуются эти выражения. В некоторых исследованиях последного периода так-же можно встретить эту мысль. Фольклорист Л.Сулейманова, собравшая 225 баяты в районе Шеки, также указывает, что такие «шаблонные» зачинания мало встречаются в баяты (10, 129-130). Как видно, баяты Шамшира привлекают внимание именно с этой точки зрения, т.е. по причине малоиспользуемости этих «шаблонных» выражений. Баяты Ашуга Шамшира с точки зрения тематики также разнообразны. В них любовные мотивы составляют преимущество. Баяты ашуга, составленные на основе игры слов, и по содержанию, и по форме являются оригинальными образцами искусства:

Выстроены многие печали, Разожги, сожги печали, Боюсь, расстанусь я с тобой,

В душе останется печаль (3, 289).

Здесь каламбур построен на словах, сходных по форме. Так, в оригинале стиха слово

«qala» в первой строке (в значении «много»),

слово «qala» во второй строке (в значении

«жечь») и в четвертой строке (в значении «остаться») создают игру слов и образуют единство по форме и содержанию. Баяты по теме любовьная. Посредством рифм-игры слов внутренний мир, переживаемые волнения, чувства и настроения лирического влюбленного, который боится расстаться со своей возлюбленной, выражают высокую художественную образность.

У меня влюбленного душу отняла, У моей жизни душу взяла,

Брови твои – вражеские палачи, Глаза, отнимающие душу (3, 289).

В этом баяты глаза и брови возлюбленной взяты как основной элемент и с помошью игры слов в рифмах был создан таинственный и пленительный образ.

Оделась ты в шелка,

Не впадай ты в глубокие реки.

Если посмотрит соловей, кровью обольется,

От шипов на цветке (4, 481).

Ашуг умело использовал здесь игру слов, содержательные выражения, звукосочетания. Баяты строится на основе игры слов в оригинале “a xara”, “axara”, “axara”. Здесь в первой строке “xara” – это шелковая ткань; во вто-рой строке “axara” – это глубокая река; в четвертой строке “axara” – колючка, шипы. Вообще следует отметить, что не только эти анализируемые баяты, но и все баяты Ашуга Шамшира демонстрируют его силу таланта.

Шамшир в своем творчестве уделял место и для жанра лирического вида баяты-загадки и представлял их как игру слов. Профессор Г.Пашаев пишет, что поэтически отражающие описание природных и обшественных явлений, реальное бытие и т.п., по форме схожие с баяты и закрытыми куплетами, но различаюшиеся от них по образу действия и по месту исполнения, «по стилю, поэзии, по выражаемому переносному значению» «баяты-загадки» как отдельный жанр лирического вида не исследовались в азербайджанском фольклоре» (8, 173). Просмотрев все примеры, мы видим, что не все строки построены на игре слов, хотя Ащуг

Шамшир также называет их загадками-каламбурами. Например:

Горчит – нельзя бросить, Сладка – нельзя продать. Это крепость, все бежит,

Не догнать эту сладость (2, 240).

Отметим, что отгадка ашугом не дана. «В изданных в последнее время книгах по азербайджанской фольклористике наблюдается тенденция не давать отгадки к «баятызагадкам». Даже не дача отгадок таким современником, как Ашуг Шамшир, вызывает сожаление» (8, 178).

Ашуг Шамшир не ограничивался только жанрами ашугской поэзии, он проявлял интерес и к жанрам классической литературы. Единственный газель (лирический стих) и рубаи (четверостишие) Шамшира свидетельствуют об этом. Созданный им газель можно расценивать как попытку мастера испытать свой поэтический талант в етом жанре. Это доказывается и не последовательным интересом к газелям в его творчестве. Во всяком случае, до нас дошла лишь одна единственная газель:

Наличие ума значит царствовать, безумие – это косность,

Не думать о будущем, это трагедия для каждого человека(3, 290.)

Из этой газели явствует, что его автор знал классическую литературу, технику жанра газели. Как известно, первый куплет газели

Только бы в дружеском саду лицо было б белым,

И я сорвал бы одну ягодку, белую,

Сделай меня счастливым, создавший меня,

Пускай мое лицо рядом с тобой будет обеленным (2, 242).

Рубаи построено на основе игры слов. В оригинале первая, вторая и четвертая строки рифмуются, третья строка свободная. В оригинале выражение “üzüm ağ olsun” создает игру слов.

Ашуг Шамшир по мере творческого развития обращался и к рубаи (четверостишиям) основному жанру классической восточной литературы и создал, в основном, каламбурные рубаи. По объему маленьких поэтических рубаи возможно посредством нескольких слов выразить глубокое содержание. «Примуществом рубаи является то, что поэт в коротком стихе должен выразить конкретную и законченную мысль, произвести глубокое впечатление» (9, 232). Рубаи Шамшира полны поэтического таланта, показывают новые формы поэтического умения Шамшира: бывает рифмованным, первые строки последуюших куплетов свободные, вторые строки рифмуются с рифмами первоначального куплета. Как правило, в последнем куплете поэт упоминает свой псевдоним (5, 126). Как видно, из оригинала и в этой газели соблюдается размер и рифма. Интересным представляется язык газели. Язык стиха плавен, прост, арабизмы и фарсизмы составляют меньшиство. Все это исходит из глубоких взаимосвязей Шамшира с народной ашугской поэзии.

Подытоживая анализ жанровой структуры поэзии Шамшира, можно отметить, что Ашуг Шамшир глубоко знал жанровую структуру азербайджанской ашугской поэзии. Он создал все жанры и формы азербайджанской ашугской поэзии, создал настоящие шедевры в отдельных видах жанра. Учитывая формально-поэтическую структуру каждого жанра, Шамшир старался эти жанры своей художественной гениальностью превращать в произведения словесного искусства. С этой точки зрения, наблюдаем творческий подход в создании жанров. Используя возможности формы и содержания жанра, пытался построит различные творческие комбинации посредством поэтических элементов, тем самым доказывая себя как искусного мастера слова. А это в свою очередь показывает, что творчество Шамшира в жанровом аспекте является очень важным, настоящим феноменом в словесном искусстве.

 

 

  1. Ашуг Шамшир. Избранные произведение. – Баку: Азернешр. – 1973 (на азерб. яз.)
  2. Ашуг Шамшир. Стихи. – Баку: Язычы. – 1980 (на азерб. яз.).
  3. Ашуг Шамшир. Назидания (собрали и отредактировали Гурбанов Г., Гулиев Ф.). – Баку: Озан. – 1996 (на азерб. яз.).
  4. Ашуг Шамшир. Я река Тертер той Куры, того Араза. – Баку: Сабах. – 2004 (на азерб. яз.).
  5. Джалал М.Халилов П. Основы литературоведения.Баку: Маариф. – 1972 (на азерб. яз.).
  6. Хакимов М. Виды азербайджанских ашугских стихов и их источники. – Баку: Маариф. – 1999 (на азерб. яз.).
  7. Маммедли Э. Мастерство таджнисов. – Баку: Нафта-пресс. – 1998 (на азерб. яз.).
  8. Пашаев Г. Жанры каркукского фольклора. – Баку: Элм. – 2003 (на азерб. яз.).
  9. Рафили М. Введение в теорию литературы. – Баку: АПИ. – 1958 (на азерб. яз.).
  10. Сулейманов Л. Шекинская фольклорная среда. Дисс… канд.филол.наук. – Баку, 2008 (на азерб. яз.).
  11. Велиев В. О некоторых вопросах фольклористики // Ученые записки. Язык и литература. – Баку: АГУ им. С.М. Кирова. – 1979. – №6. – С.3-6 (на азерб. яз.).
  12. Велиев В. Азербайджанский фольклор. – Баку: Маариф. – 1985 (на азерб. яз.).
Год: 2011
Город: Алматы
Категория: Филология
loading...