Боевые искусства кочевников

Тюркский мир на протяжении историй являлся уникальным местом, где зарождались и развивались мощнейшие культуры и цивилизации, которые оказали огромное влияние и воздействие на ход и развитие мировой истории, культуры и цивилизации. Это было обусловлено тем, что тюркский мир, будучи географически расположенный в центральной части евразийского континента, всегда был связующим мостом между двумя великими культурами: Востоком и Западом. Мир кочевников задал стартовые условия развития многих цивилизаций, в том числе европейской. Сегодня настало время для возрождения, не востребованной в силу многих причин, тюркской культуры, и понимания того, что общечеловеческая цивилизация представляет собой не только достижения Запада, но и остальной части мира, в том числе и Евразии, где главным историческим субъектом геополитики являлись тюркские народы.

Тюркский мир, как и в прошлом, так и сейчас, занимая значительную часть Евразийского континента от степей Монголии и берегов Байкала до берегов Средиземного моря и Дуная, объединяет порядка 200 миллион человек, со схожей идентичностью, ментальностью, языком, традициями, историей – духовной и материальной культурой. В этом пространстве перекрещивались судьбы многих народов – носителей различных культур, религий и традиций. Сегодня особо актуальной в связи с глобализационными процессами становятся проблемы самидентификации нации и народов, культурной идентичности и диалога культур. Или же, говоря другими словами, необходимость нового переосмысления места и роли новых независимых государств в мировой истории, их вклада в мировую культуру и цивилизацию. Определение своей исторической, культурной и национальной идентичности обретает сегодня свою особую значимость и для Казахстана, который также недавно обрел независимость и суверенитет. Казахский народ, как часть тюркского народа, исторически проживающий на просторах Великой Степи, где в основном начинались и вершились важнейшие исторические события, часто менявшие ход мировой истории, считается одним из наследников тюркской истории и тюркской цивилизации. Казахские народные игры и состязания, в том числе боевые искусства кочевников, которые являются «Великими наследиями кочевников», способны стать одной из реальных основ возрождения и развития современной национально-ориентированной педагогической системы физического воспитания, опирающейся на подлинно народные традиции и опыт.

Боевые искусства кочевников (БИК) развивались в регионе, которые характеризуются тем, что культуры  народов,  населяющих  его,  находились  во  взаимосвязи  и  обогащали  друг  друга.  Боевые искусства евразийских степей (включая просторы Казахстана) достигла значительного рассвета в сакское время. В 1 тысячелетии н.э. началось постепенное изменение этнической среды Евразии. Преобладание здесь более переходило тюркоязычным племенам. Ускорение процессов территориально-политической  консолидации привело к созданию в 551 г. Тюркского каганата [1]. В его состав, кроме уйсуньских, хуннских и других племен, вошли такие тюркские и тюркоязычные племена, как тюрки (Ашина), карлуки, тюргеши, кыпчаки, кимаки, уйгуры, огузы, а в эпоху развитого средневековья – арабы, авары, найманы, кереи, аргыны, монголы. Тюркский каганат до Причерноморья, от верховьев Енисея до границ Ирана.в период наивысшего развития пространство от Корли до Причерноморье. К 60-м годам VI века Тюркский каганат включился в систему политических и экономических отношений крупнейших государств того времени – Ирана, Византии и Эфталитов, владение которых простирался от Каспийского моря Северной Индии и Восточного Туркестана. В этих условиях огромную роль играли земли, которые находились на караванных путях между Востоком и Западом [2]. Великий Шелковый путь создавал широкие возможности не только для торговли щелком, пряностями, но и способствовал обмену культурными и духовными. В связи с этими боевые искусства востока (БИВ) не могли быть полностью изолированы друг от друга, т.к. они имели по существу общие корни. Предположительно, оно сформировалось на рубеже III-II вв. до н.э., когда столкновения народов Великой Степи с Китаем были наиболее сильны и активны.

Условно можно выделить следующие источники БИВ:

  • даосскую философию, выдвинувшую идеи пустоты, борьбы сил Инь-Янь, взаимодействия пяти первоэлементов (дерево, огонь, земля, металл, вода), идея недеяния Мягкости, Естественности, Метаморфоз;
  • йога, как система психотренинга, физического и духовного совершенствования человека в ее многочисленных разновидностях (индийская, буддийская, даосская);
  • традиционная теория китайско-тибетской медицины о циркуляции жизненной энергии, о точках и меридианах, об их связи с внутренними органами, о развитии энергетики организма (ци-гун);
  • «бионика» древних, наблюдение за повадками животных;
  • локальные системы рукопашного боя, ритуальные боевые танцы разных народов;
  • военная наука древного Востока с ее законами и кодексами чести воинов, принципами стратегии и тактики боя.

Подобная квалификация позволяет рассматривать восточные боевые искусства как стройную систему, как учение, путь, и тогда становится понятным изречение, которое гласит: «Овладеть БВИ как оружием можно за 6 месяцев, как физической культурой – за 2 года, как искусством – нужна вся жизнь» [3].

В эту эпоху китайцы достигли особых успехов в освоении техники и науки. Тогда же ими была освоена технология обработки железа. Началось быстрое совершенствование военного оружия и теории военного искусства. Появились новые виды оружия – самострелы и арбалеты, развития производительных сил, количественный перевес позволили китайцам перейти в наступление. Они стремились создать империю путем завоевания соседних народов и насаждения в их среде китайской культуры. В I веке н.э. были покорены Корея, Индокитай и часть кочевых тибетских племен. Однако война с хуннами (татарамитюрками) (рис.1) на севере не только оказалась неудачной, но и повлекла за собой полное экономическое истощение Китая. Великолепно экипированные армии, укомплектованные отборными воинами, руководимые очень способными полководцами, либо терпели поражения, либо не могли закрепить с трудом достигнутый успех. Хунны остановили китайскую агрессию, и китайцы не смогли осуществить свою программу – завоевать Великую степь. Но мечты о завоевании Великой Степи не оставляли китайских императоров, и столкновения с кочевниками, продолжались периодически в течение  нескольких  сотен лет. Для достижения своих целей китайцы продолжали совершенствовать военное оружие, воинские и боевые искусства.

 Изображение боевых искусств воинов-хуннов 

Рис. 1. Изображение боевых искусств воинов-хуннов

Изображение боевых искусств кочевников-тюрков 

Рис. 2. Изображение боевых искусств кочевников-тюрков 

В Китае возникли боевые танцы. В исполнении таких боевых танцев могли участвовать иногда несколько сотен человек, обычно это были профессиональные воины, разыгрывающие исторические батальные сцены. Боевые танцы ценились при дворе. На праздниках во время исполнения танцев разыгрывались масштабные боевые представления, включающие бой с оружием, защиту невооруженного противника от вооруженного, приемы отбора оружия, броски и захваты. Постепенно ритуальные боевые танцы все теснее и теснее переплетались с методами тренировки воинов. Так к III-V вв. сформировался комплекс воинских искусств. В то время еще не существовало ни стилей, ни направлений, не было и кодифицированной техники, но было уже мощное древо, которое обрастало глубокой духовностью и физическим совершенством человека. Восточное боевое искусство – это не механическое соединение приемов  рукопашного  боя,  а  методы  базовой  техники,  включающее  духовно-моральное  воспитание и физическое совершенствование человека. В Китае боевое искусство основывалось на философии конфуцианства, даосизме и буддизма. Оно отличалось от философии боевого искусства тюрков (рис. 2).

Постоянное отражение китайской агрессии послужило кочевникам толчком к необходимости совершенствовать боевые дисциплины, развитие боевого искусства – и популяризации физического совершенствования воинов. Боевое искусство у казахов имело свою историческую основу, философию, глубокую духовность, основанную на казахском (тюркском) мировоззрении – тэнгрианстве и традициях, свою тактику и стиль. Оно отличалось от китайского, так как китайцы и казахи сильно различались по стереотипу поведения и менталитету. Китайцы были в основном земледельцами и вообще не употребляли молочные продукты – основную пищу казахов. Из-за постоянного изнурительного труда на полях и в ремесленных лавках, из-за бедности основному населению Китая было не до военных и боевых искусств. Этому делу обучались только набираемые на командирские должности зажиточные люди. Крестьян мобилизовали только на войну и военному делу обучали в краткосрочных курсах. Ударные отряды китайцы создавали из преступников и убийц. Казахи свои авангардные ударные отряды набирали из батыров.

Казахи, в противоположность китайцам, были в основном скотоводами. Ели мясо домашнего скота, пили конское молоко, одевались в одежды из кожи и шкур. Продукты у них были в изобилии, так как стада их были огромны. Жизнь рядового кочевника в мирное время состояла из перекочевок (2-4 раза в год), военных упражнений и отдыха во время весеннего и осеннего приволья. Отсутствие изнурительного труда, постоянное занятие охотой, джигитовка на коне и стрельба из лука способствовали физическому развитию и совершенствованию боевого искусства. Каждый кочевник (казах) был воином и поэтому с малых лет обучался военному искусству. Когда мальчику исполнялось три-четыре года, седлали коня и ребенка обучали верховой езде. Ашамай – это вид седла, сделанного специально для обучения ребенка верховой езде. Вместо стремян использовали тепкишек – небольшая переметная сумка, сшитая из кошмы. В день, когда ребенок садился на коня, собирались все люди аула. После благословления в левую руку ребенка давали поводья, а в правую руку – камчу (плеть). Когда ребенок, уставший после езды, и одаренный подарками земляками, возвращался домой, то в честь его посвящения устраивали той  и  резали барана. Шести, семилетнему мальчику дарили коня, и мальчики ездили верхом на лошадях  не  хуже самых лучших наездников (тай-жарыс, аламан-байга). Человек, который не владел оружием, не мог называться мужчиной, поэтому мальчики, достигшие 12-14 лет, хорошо владели оружием. И самое главное: кочевники учили своих детей не бояться смерти в бою. Смерть в бою должна быть прекрасной и славной. Надо убить в бою много врагов, не менее семи воинов противника, надо воевать храбро, смело, умело, надо защищать свое кочевье, свою землю, своих жен, детей, родителей-стариков.  Надо воевать   так, чтобы в течение веков о тебе слагали сказания и легенды, пели свои песни сказители-жыраулар у вечерних и ночных костров, и чтобы молодые воины слушали эти напевы о павших храбрых батырах с большим трепетом, любовью, уважением и благовонием.

Психология казахов и китайцев была противоположной. Китайцы любят копаться в сложно-переплетенных и запутанных тонкостях жизни. Китайцы могут долго и монотонно работать, до изнурения тренироваться. Им не в тягость сидеть и заниматься медитацией. Казахи же в противоположность постоянно выбирают ясную, четкую, без разнообразных деталей линию поведения, отбрасывая все наносное. Им в тягость монотонная работа. Заниматься медитацией у казахов осилят единицы. Поэтому бой или схватку кочевники побеждали в основном своей яростью, силой духа.

Мировоззрение кочевников отличалось от китайского. Если у китайцев была философия конфуцианства, и сыном Неба был только император, то казахи и монголы были убеждены, что они все любимые Сыны Неба Тэнгри и что Тэнгри покровительствует им в Великих деяниях. В военном и боевом искусстве большую роль для поднятия боевого духа имел культ предков и вера в небожителей, которая вдохновляла бойцов на подвиги. Для того чтобы боец был честным и надежным воином в бою и  в обычной бытовой жизни, прививалось учение Тэнгри, согласно которому ложь и предательство считались оскорблением естества, а следовательно, божества. В армиях Китая обязательно предусматривался штат доносчиков, а кочевники, находившиеся на китайской службе, этого не терпели и раскрытых доносчиков убивали.

Вся эта философия и мировоззрение были заложены в боевом искусстве кочевников, которое по духу отличалось от китайского. Имея такую внутреннюю силу и философию в военном и боевом искусстве, кочевники побеждали не численностью, а высоким боевым духом. Китайцы были искусны в исполнении боевых танцев, где могли участвовать иногда несколько сотен человек, обычно это были профессиональные воины, разыгрывающие исторические батальные сцены. Для красивых показательных боевых танцев нужно знать десятки приемов боевого единоборства. Казахи тоже ценили боевые танцы, но еще более победы на поле боя или схватки на ринге. Для реального боя или схватки не всегда требуется большого количество приемов. Поэтому воины-кочевники изучали до 15-17 приемов, и это было достаточно, чтобы победить даже самого именитого противника кто владел-много-приемов-боевых-искусств.

Разница между китайской и казахской психологией отражалась и в боевой тактике. Агрессивная мощь и численность Китайской империи с одной стороны, громадная напирающая сила со стороны Римской империи, а затем и агрессия арабов со стороны Средней Азии и Кавказа не могли не сказаться на боевой тактике тюрков. Остановить лобовой атакой такую мощь тюркам было не под силу, их бы просто уничтожили.  Вот что  писал  о тюркской  тактике  в 720 году главный  советник  тюркского  каганата  Тоньюкук: «Тюрки по численности не могут сравниться с сотой долей народонаселения в Китае, и тому, что они могут противостоять сему государству, причиной то, что тюрки, следуя за травою и водою, не имеют постоянного местопребывания и упражняются только в военных делах. Когда сильны – идут вперед для приобретения, когда слабы – уклоняются и скрываются». Тактика кочевников состояла в изматывании противника и в неожиданных налетах, то есть в партизанской войне. Кочевники, если побеждали, то дружно рубили врага, но если противник побеждал их, то они не считали позором отступать рассеявшись. Китайские полководцы писали о них так: «Перед решительным наступлением противника тюркские всадники расступаются подобно стае птиц, для того чтобы собраться и снова вступить в бой».

Войско кочевников формировалось из отрядов конницы. Основным оружием легковооруженного всадника были лук, копье, сабля, дрот (жыда у казахов) и щит. Главными особенностями военной стратегии у кочевников была, внезапность проникновения кавалерийских эскадронов в глубокий тыл противника, сеяние паники и хаоса. Основная тактика казахов (тюрков) состояла в изматывании противника и в неожиданных налетах. Кочевники стремились атаковать противника кавалерийской лавой, когда тот уже дрогнул, нарушил построение и начинал отступать. В этот момент можно было решительной атакой ускорить победу, нанести врагу сокрушительное поражение. Тактика базировалась на использовании повышенной дальнобойности луков. Эффективная стрельба, обеспечивающая поражение противника  с расстояния, на котором сами лучники оставались практически неуязвимыми, как правило, решала исход боя в пользу кочевников. Одно из главных достоинств воина-кочевника – меткость при стрельбе из лука. Наилучшее мастерство конного лучника считалось не только на скаку стрелять вперед, но и отпустив вожжи повернувшись назад метко стрелять по врагу. Это было обычной, традиционной частью тактики кочевников заманивать врага в засаду. Враг, предполагая, что они убегают, пытался добить их и попадал    в засаду. Кочевники при отступление (будто бы при бегстве) разворачивались на седле и успевали метко поражать стрелами противника, нанося им урон ещё до засады. Воин должен был уметь не только метко стрелять, но и искусно избегать стрел, то привставая на стременах, то притворно падая навзничь. Причем конь также должен был увертываться от стрел, делая прыжки и прочее. Боевого коня обучали врезаться в строй врага и топтать пеших воинов.

Малочисленные кочевники успешно противостояли оружию массового поражения китайских арбалетчиков, которые просто не могли найти в степи цель для своего сокрушительного залпа. Естественно при таком ведения боя, особо ценились военное искусство конного воина. Военное искусство составляло гордость конного воина, легкая посадка на коня, безукоризненное умение держаться в седле, искусство джигитовки. Воин должен был держаться на коне так, чтобы никто не мог сдвинуть его или сбросить на землю, ведь именно это стараются сделать противники в поединке. Защитными доспехами воина были: кожаный халат, защищенный сверху металлическими дисковидными бляхами или пластинами, или нагрудники. Защитной одеждой у рядовых воинов служил толстый стеганый халат из ткани. Тюрки носили длинные развевающиеся волосы. На голову воины надевали металлический шлем или меховую шапку с кистью. Атрибутом, знаком воинской доблести служил боевой пояс. С глубокой древности в культуре кочевников эта деталь снаряжения была обязательной частью обряда посвящения в разряд воинов, признаком их социального положения. Боевой пояс служил знаком социальной дифференциации. Воины-всадники с молодых лет получали право носить его. При этом по числу  блях и наконечников на поясе определялась общественная значимость его владельца. У конников были щиты, но не такие, как у пехотинцев (закрывающие человека почти целиком), а небольшие круглые, защищавшие только верхнюю половину туловища при сидячем положении на коне. Щит служил для отражения ударов меча, сабли или копья.

Боевое единоборство конников включало большое количество приемов, стрельба из лука, бросание копья, приемы использования при рубке с саблей, защита от конного и пешего противника, защита коня. Копье у конного воина занимало видное место, это было обусловлено развитием тактики конного боя. Копьем воин старался в бою вышибить противника из седла, сбросить на землю, и, пронзая его, нанести незаживающие  раны.  Большое  место  в снаряжении  конного  воина  занимала  плеть.  Плеть  служила не только для управления конем, ей убивали презренных врагов, недостойных почетного удара саблей. На национальных праздниках разыгрывались исторические батальные сцены, показательные бои, скачки и игры на конях (аударыспак, кокбар и т.д.), где показывались приемы боевого конного единоборства. Эти были впечатляющие зрелища. Тем не менее, кочевники (тюрки) вступали в ближний бой, о чем свидетельствует наличие оружия ближнего боя (палаши, булавы, клевцы, копья), и средств защиты («бронированные венцы», панцири, наручи и поножи). Они умело владели и ближнем боем. Боевое единоборство тюрков включало широкий диапазон приемов, в рукопашном бою проводимых ногами, ведь в бою руки воина были заняты оружием. Доспехи на воинах не давали преимущества ударам, и основным способом приложения силы в борьбе были толчки. Невозможность рассчитывать в бою на силу возвратно-поступательных движений обусловила превалирование вращательных движений, что, в свою очередь, позволило сочетать подготовку воинов с ритуальными танцами. Особенностью казахского боевого единоборства и его основным отличием являются приемы в виде кругов и спиралей, которые в непрерывном соединении создают надежную защиту воину. Тактика военного боя вошла и в боевое искусство казахов. Перед решительным наступлением противника боец отходит в сторону и, используя свою силу и инерцию противника, сбивает или валит его на землю (казах куреси).

Вплоть до XIV в. татары (тюрки) считались непобедимыми. Особенно степень высокого боевого искусства татар проявилась во время правления Чингиз-хана, его сыновей и внука Батый-хана. Войско Чингиз-хана, насчитывающее до 100 тысяч всадников, завоевало Китай, Корею и Иран. «Сила и дисциплина были настолько необыкновенны в явившемся татарском войске, что казалось, оно могло покорить весь мир», – так писал в XIII веке китайский летописец. В 1223 г. на реке Калке 25 тысячный корпус татар во главе с легендарными полководцами Субэтаем и Джебе одержал блистательную победу над 100тысячной армией русских князей. Полководец Субэтай со своими воинами, практически не зная поражений, выиграл 65 сражений на территории от Кореи до Адриатического моря. История до сих пор не знает большего числа побед одного полководца [4].

В XI-XVI вв. казахи (турки) стали принимать ислам. Вначале его принимали купцы, воины, нанимавшиеся на службу к халифу, горожане и только после многих веков – кочевники. Тюркские воины по мере того, как поступали на службу к мусульманам, начинали попадать под влияние ислама, из-за недальновидности. Они мало, что понимали в ней. Принять ислам было для них вопросом дисциплины, а следовательно, и чести. Присягнув на верность халифу, мусульманскому имаму, эти природные воины считали себя обязанными исповедовать его веру. А раз, приняв ислам, они от него не отступали, дисциплинированность побеждала их сомнения. Ислам, принятый ими окончательно, они исповедовали добросовестно, ничего  не  изменяя  в  нем  и  ничего  не  оспаривая,  как  и  подобало  людям,  называющим цивилизацию «повиновением», а государственный закон – приказом «ясак». Приняв ислам, казахи остались равнодушны к религиозным спорам, сказывалась военная привычка к субординации. Казахи (турки) вступили в суннитскую мечеть не как смиренные неофиты, а как рекруты по-военному, не склонив головы. Даже в мечеть входили в полном вооружении, что возмущало арабов, так как это противоречило их правилам. Но арабам пришлось смириться с казахскими нравами. С принятием казахами новой религии в боевом единоборстве сохранились только прикладное искусство, тактика, стиль, а философия древнетюркского религиозного учения, основанная на почитании и возвышении духов предков и на древнетюркских традициях, исчезла. Когда тюркские государства были завоеваны и потеряли независимость, исчезло и боевое искусство. Таким образом, с потерей тюрками своих традиций, философии и религии был потерян ими боевой дух. С тех пор они не пользуются любовью и покровительством Тэнгри-Духа Неба, они уже не сыны Неба и перестали быть непобедимыми воинами.

Во II-III веке из Индии в Китай проник буддизм. Постепенно под влиянием буддизма попала китайская архитектура – монастыри, храмы и пагоды. Он проник также в китайскую философию, литературу, язык и изобразительное искусство. Но, несмотря на это буддизм в Китае плохо приживался. Для представителей высших классов китайского общества, в большинстве своем исповедовавших свою веру и конфуцианство, буддизм был непривлекателен. Он имел явную антисемейную направленность – в том смысле, что истинным буддистом считался монах, который покинул семью ради жизни в монастыре, что противоречило вековой традиции сыновнего послушания. Истинный буддист должен был отказаться от плотской любви, которая служила основой для продолжения рода. Изображения Будды, сделанные по индусским канонам красоты, изложенным в священных текстах, считались противоестественными и уродливыми, а одежда буддистов, оставлявшая оголенным одно плечо, нескромной. Что касается буддистских концепций, то самым странным считалось представление о том, что мир – это порождение нашего воображения, и также  осознание  греха  и воздаяния  за  него.  Тем не  менее,  для простых  людей  буддизм  имел много привлекательных черт. Так, например, притеснявшие бедняка начальники в будущей жизни займут  низшее положение, а сам терпевший несправедливость человек в своей следующей реинкарнации будет иметь высокий ранг и насладится благоденствием. Некоторые крестьяне занимали долг и не возвращали, объясняя своим должникам, что вернут долг в следующей жизни после реинкарнации. Торговцы тоже благоволили к буддизму – получив разрешение использовать буддийские монастыри в качестве банков и складов, они дарили монахам деньги и земли, а от них узнавали о разнообразных финансовых инструментах, практиковавшихся в Индии, таких, как ссуда под обеспечение, аккумулирование капитала  при помощи акционерных обществ, аукционеры и даже лотереи. Но китайская аристократия, чиновничество и многие императоры практически боролись с буддизмом. Закрывали и не допускали строить буддийские храмы. Монахов держали под контролем и причисляли буддизм к иноземным религиям. В основном концепция конфуцианства прочно занимала свое главное место в Китае. Эта концепция, доказавшая свою эффективность в Ханьскую эпоху, сохранила свое влияние на протяжении всей последующей истории Китая. В Китае, видя, что буддийское учение плохо совмещается с национальными традициями и менталитетом народа, в VI в. китайцы отказались от буддизма и возвратились в свое национальное мировоззрение и традиции, что положительно сказалось на будущем этой нации. А буддизм они перенаправили тибетцам, тюркам, монголам и т.д. Именно философия конфуцианства, подведенная под психологию китайцев, не позволила боевому искусству исчезнуть сразу же после того, как в нем отпала жизненная необходимость.

Как только в Советском Союзе началась перестройка, начиная с конца 80 годов XX столетия, среди татарских тренеров восточных единоборств, появилось несколько человек, которые загорелись желанием возродить тюркское боевое единоборство. Они даже название дали, такие как «Кара Каплан» «Черный барс» и т.д. Но возродить боевое искусство тюрков, у них не получилось. Всего в боевых единоборствах, во всяких видах и направлений около 350 приемов, нового невозможно придумать. Просто из такого количества разнообразных приемов, надо выбрать такие приемы которыми  пользовались  тюркские воины. Изучить приемы это одно, а второй этап надо знать традиционное тюркское мировоззрение, философию, обычаи, на которых стоит дух тюркского боевого искусства. Без этих знаний – поединок превращается в обыкновенную драку.

Тема этноспорта и календарных праздников народов Евразии приобретает актуальность на планетарном уровне так как затрагивает взаимоотношения человека и природы. Между тем в Казахстане принят закон о национальных видах спорта и создана Ассоциация национальных видов спорта, культивирующая традиционные народные состязания: беркутчи (охота с помощью беркутов), аламан-байга аркан-тарту, атомырауластыру, аударыспак, жамбы ату, жорға-жарыс, кокпар, кумис-алу, кунан-байга, кыз-куу, саис и другие конноспортивные игры, логическая игра тогызкумалак, национальные виды борьбы жекпе-жек и казах куреси. Проводятся по этим видам спорта республиканские чемпионаты, международные турниры, чемпионаты Азии и Мира. Попечительский совет Ассоциации возглавляет с момента ее основания в 2004 г. Президент страны Нурсултан Назарбаев (Таникеев М., 1998).

Энтузиастами возрождаются традиции рукопашного боя кочевников, создан новый национальный вид боевых единоборств – «алыпсок» (хватай и бей). Алыпсок – необычайно агрессивный вид единоборств. Существует несколько регламентов ведения боя. Например, полноконтактная версия «алыпсок-батыр» позволяет удары по затылку и позвоночнику. Если основное время не выявляет победителя, тогда противники садятся на колени и обхватывают друг друга за шею поясами. Дети соревнуются в облегченной версии алыпсок, где удары практически не наносятся. Это больше похоже на сумо. Проигрывает тот, кто коснулся земли пятой точкой или выскочил за татами. В настоящее время проведены несколько чемпионатов страны по алыпсоку.

Наследник древного рода телохранителей Чингизхана – «тысяча бешеных» возраждает тюркского боевого искусства – «сырсанат» (тайное искусство – перевод с казахского).

Мастера сырсаната в средневековье подряжались охранять караваны, которые шли по Великому щелковому пути. По его словам, один мастер мог дать отпор целой группе вооруженных грабителей. Кстати, для уйгурских купцов мастера разработали облегченный трехмесячный курс самозащиты «искусство купца», очень простой и эффективный в бою. Главный принцип сырсаната – побеждать как можно быстрее: «один удар за тебя, один удар против тебя». Заканчивать бой надо одним движением.

В Казахстане создан «казахское охотничье многоборье», куда входит наряду со стрельбой из лука и арбалета, метание дрота (жыда у казахов, сулица у русских, джерид у турков), пришедшие к нам из глубины веков от наших предков, которые применяли их не только на охоте, но и в бою на войне. Есть конечно   профессиональные  лучники  и  профессиональные   турниры  с  большими  призами,  но  основа нашего вида спорта популярность у обычных любителей охоты и стрельбы из лука и арбалета, а теперь и метания дрота в цель с подхода пешком, с коня, с лодки или каноэ. То есть, как это происходит на самом деле на охоте. Стрельба и метание дрота (жыда) производится по мишеням, имеющих вид настоящих животных, или изображенных на мишени в натуральную величину, в условиях естественного ландшафта  и на неизвестных расстояниях.

В педагогической науке и в теории физической культуры нередко упускались из поля зрения социальные механизмы, осуществляющие преемственность, воспроизводство достижений духовной народной культуры в новых поколениях, что объединяло представление о действительной эволюции культуры, о ее многообразных национальных формах, одним из которых являлись физическая культура, физическое воспитание и спорт. Отсюда следует, что казахские народные игры и состязания, в том числе боевые искусства кочевников, которые являются «Великими наследиями кочевников», способны стать одной из реальных основ возрождения и развития современной национально-ориентированной педагогической системы физического воспитания, опирающейся на подлинно народные традиции и опыт.

 

 Список литературы

  1. Иакинф (Н.А. Бичурин). Собрание сочинений о народах обитавших в Средней Азии в древние времена. ч. 1, 1851 – 150 с.
  2. Таникеев М. Мир народного спорта: Научное издание. – Алматы: «Санат», 1998 – 288 с.
  3. Спортивный Казахстан: Энциклопедический справочник / Авторы-составители: О.Жолымбетов, А.Кульназаров – Алматы: Издательство «Арыс», 672 с.
  4. Кун Л. Всеобщая история физической культуры и спорта. – М.: Радуга, 399 с.
Год: 2016
Город: Алматы
Категория: История