Краткая характеристика языковой представленности идеологемы лжи в первых послереволюционных газетах Казахстана

Будучи по своей природе явлением динамическим, язык меняет своё состояние во времени. Тоталитарный язык воплощает состояние русского языка в период с 1917 по 1985 гг. Начало формирования тоталитарного языка связано с повортным в русской истории событием – Великой Октябрьской социалистической революцией, о чём свидетельствуют демагогические тексты газет первых послереволюционных лет. Именно в этот период формировались мировоззрение и система ценностей сов тского человека, а также особое лингвокультурное сообщество, основа которого заложена не в в национально – культурной, а в государственно – политической сфере. «Советский народ – не миф и не публицистическое клише, это действенная и по сей день реальность, предполагающая определённое состояние сознания и установку на поведение личности». [7, 65]. Формирование и поддержание особого идеологизированного языка является эффективным средством пропаганды, позволяющим создать определённую картину социальной действительности. [5, 13] Черты такого сознания хорошо известны: провозглашение примата общественных интересов, господство директивного общения, размытость и несущественность этических норм, официоз и ритуальность во всех публичных ситуациях. Язык может быть использован для искажения информации в целях контроля за сознанием и поведением людей. Манипулирование языком становится важным средством воздействия на общественное сознание. [7, 41]

Важнейшие черты тоталитарного языка – высокая степень клишированности, эвфемистичность, нарушение основных постулатов общения, применяемое с целью лингвистического манипулирования, ритуализованное использование языка, десемантизация не только отдельных слов, но и больших отрезков дискурса. « В условиях конфликта язык получает дополнительную функциональную нагрузку, поскольку выступает в качестве средства влияния, давления на другую сторону и общественное мнение, пропаганды и навязывание своих взглядов о характере конфликта, его причинах, поводах, возможных результатах и т. п» [11, 109].

Самое действенное средство для распространения идеологии – средства массовой иформации. Ведь пропаганда скорее обращена к массам, нежели к индивидуальности, к эмоциям, а не к разуму и логике. Журналисты широко используют стереотипы восприятия, присущие аудитории, такие как методы «навешивания ярлыков», ложь через умолчание, ложь, манипуляция статистикой, бесконечное повторение лжи, построение ассоциации, обращение к «высшим принципам», игра на эмоциях (вина, патриотизм, гордость, амбиции, жажда власти, надежда. )[3, 88]Стратегической задачей авторов демагогических текстов являлось не просто ознакомить читателя с произошедшим событием или болезненным явлением действительности, а прежде всего выразить отношение к нему и убедить читателя в правоте авторского видения.

Анализируемый корпус демагогических текстов газет « Семиреченские ведомости», «Туркестанский коммунист», « Голос Семиречья», «Джетысуйская правда», «Правда» охватывает события 20 – х годов ХХ века. В статье рассматривается система большевистких идеологем в процессе её формирования. Поскольку исследуемые газеты исповедовали именно большевистскую идеологию, логично опереться на выводы Н.Н. Ромашова, который пишет, что « характер системы идеологем определяется идеологическими универсалиями – культурно – историческими доминантами, задающими структуру системы и направления её развития. Эти доминанты противостояния и безальтернативного выбора. [9, 12]. Наблюдение за извлечёнными из казахстанских газет компрессивных демагогических текстов показало, что каждый такой текст передаёт определённую идеологему : содержит соединение двух или более идеологем – суждений, предписанных тоталитарной системой в качестве официальных догм (врага, вредительства, лжи, классовости и т. п).

«Враг всегда пользуется ложью как главной тактикой – практической и коммуникативной. Умело используя постулат русской речевой этики о греховности лжи, публицистика первых послереволюционных лет создаёт особый поворот идеологемы лжи. Ложь, интерпретируемая как «козни врагов революций и социализма», погружается в ситуацию классовой борьбы, борьбы двух миров, в ситуацию социального, политического противостояния. [4, 71].

Официальная языковая политика любого государства сознательно концентрирует речевые средства, выражающие идею лжи в зоне вражеского, буржуазного, антинародного. Идеологическая экспансия захватывает все ступени семантической структуры слова, проникает в коннотативную семантику, диктует прямолинейную аксиологическую поляризацию.

– Товарищи трудовая, беспартииная интеллигенция и полуинтеллигенция! Уже более двух лет, как рабочие и крестьяне России, Туркестана и других отдельных Республик Социалистической Федерации проливают кровь в борьбе с капиталом, защитником коего являются в большинстве случаев лица, принадлежащие к бывшему привилегированному классу, классу получившему образование – интеллигентному. Класс этот красивыми словами сумел увлечь за собою часть трудового народа, заставил его бороться против своих братьев – рабочих и крестьян; обманывает его, лжет ему,извращает стремления и задачи Советской власти и Коммунистической партии. (Правда №17. 1920).

Нравственная оппозиция лжи – правды, составляющая фундамент традиционного русского менталитета, трансформируется в оппозицию политического характера. Субъект лжи – враг; субъект правды – носители революционной идеологии.

  • Буржуазия молчала. Трибуны же она предоставляла продажным «громкоговорителям», которые, маскируясь революционной терминологией и притворяясь друзьями рабочих и крестьян, поднимали бешеную агитацию против лучшей части пролетариата. Не хочется верить, что подлость и пошлость наёмников и прихвостней, могла дойти до такого бесстыдства, до явно наглой лжи. (Турк. ком. №8 1920).

Всё буржуазное предицируется как лживое. Демагогические тексты, сконструированные по модели: Буржуазное есть (суть) ложь; ложь есть буржуазное, заполняют полосы газет:

  • Притаившаяся бюрократия – все эти гады, лжесоциалисты и т. п. , старается провоцировать , выступая со всякой безответственной критикой, выливая всю гадость на наше чистое и святое знамя Коммуны. (Турк.ком. №11. 1919).
  • Если хорошо посмотреть, то мы видим, что они входили даже в советские учреждения. Прикрываясь « фиговым листом» специалистов, а также буржуазно – корыстной интеллектуальной умственной силой, старались всё разрушить, всё довести до полного развала. (Турк. ком. №11. 1919).

Большинство подобных текстов построены с семантической точки зрения по определенным моделям: Грубая ложь в желтой прессе; Работа газетных клеветников низкого пошиба . Лживые речи манапов. Лживые призывы казаков. Красивая ложь буржуазных политиков и дипломатов.

«При конкретизации образа врага – носителя лжи – семантико – идеологическая сфера «буржуазное» [7, 33] выходит за пределы собственно языковой семантики. » . Буржуазия, господствующий класс капиталистического общества, являющийся собственником орудий и средств производства и живущий капиталистическим доходом, получая прибавочную стоимость. (МАС).

Сочинительные словосочетания буржуазия и помещики; казаки, кулаки и буржуазная свора; баи и манапы – молодая буржуазия ; помещики, кулаки и буржуазия; степная аристократия и буржуазия;новые образования дворянско – буржуазный, буржуазно – дворянский, помещичье – буржуазный ,буржуазно – байские, кулацко – буржуазные и др. расширяют семантико

  • идеологическую сферу « буржуазное». Любой человек, кто не поддерживает идеи социализма, автоматически переходит в разряд врагов, а его действия и помыслы оцениваются как лживые, свойственные буржуазии. Ложь, клевета, обман, фальшь заговор,, неправда, коварство, лганьё, враньё, враки, брехня, провокация активно используются в демагогических текстах на фоне прилагательного буржуазный и однокоренных образований:Коварство кулаков и манапов; Лживая политика буржуазной прессы; Буржуазная фальшь и провокационные утверждения колчаковцев; Провокаторские лозунги деникинцев; Коварные потуги буржуазной прессы; Враньё наших манапови баев и т. п.
  • Заговоры против Советской власти один за другим партии, которая представляет из себя защитницу, так называемого «трудового народа», лучше всего говорят о её идеалах и за её мелкобуржуазную корыстно – классовую сущность. (Турк. комм. №5. 1919)
  • Церкви никто в Советской республике не может осквернять, но церкви, в виду того, что религия дело всякого гражданина, отделены от государства. Советская власть, выдвигая в лозунг «свобода совести», запрещать не может кому то ни было совершать религиозные обряды, а также отбирать иконы не может. Всё это подлая буржуйская клевета. ( Голос. Сем. №17. 1919).

Идеологема ложь и её различные синонимы приобрели в данных демагогических текстах оценочно – идеологический смысл «провокационные, коварные помыслы, действия буржуазии и её приспешников, направленные против нового социалистического строя» . Этот смысл воспринимается и при отсутствии слов из гнезда буржуазный: Гнусная ложь манапов и

баев; Неслыханные приёмы лжи и клеветы; Грубая, гнусная ложь правящего класса; Кляузная речь белогвардейцев и т. п. Газеты пестрят заголовками типа: Долой клеветников – кулаков! Клеветники– колчаковцы! Обвинение во лжи! Клевещите, клеветники! Не верьте врагам революции! Вокруг провокаторы и их приспешники– недобитые буржуи!

– Всем «господам», которые распространяют провокационные, лживые слухи о какой

  • то сибирской « рай – жизни», рекомендуется побеседовать с прибывшими в Пишпек из Сибири беженцами крестьянами, которые и обрисуют Вам житьё – бытьё Сибири. Крестьяне Сибири, наконец таки, испытав жестокости Колчаковщины, поняли, что единственная власть справедливости для трудового народа – это власть Советская, рабоче – крестьянская власть. ( Голос. Сем. №17,1919).
  • Углубляясь в психологические причины этой революционной отсталости мы определённо можем зафиксировать один факт: Семиреченская буржуазия и её лакей интеллигенция играют повидимому крупную роль в общественной жизни Семиречья, имеющую непосредственно влияние на ход революционного развития. (Голос Сем №63. 1919)
  • Мы являемся свидетелями того саботажа, вытекающего со стороны бюрократического слоя , мы определённо видим, что по большей части вся интеллектуальная сила оторвалась от рабочего класса, она всецело придерживается правосоциалистического течения, она ещё желает стать барином, стать высшим по назначению и желает низкого поклона от бедных и тёмных рабов… Я здесь не говорю, чтобы возбудить травлю и негодование, я говорю от души истину, я говорю, потому что это неоспоримый факт и истина. (Турк. ком. №11. 1919).

Обычный приём – это включение в простые информационные сообщения скрытых механизмов интерпретации. Случаи открытой лжи редки; как правило, достигается определённый компромисс между верностью истине, с одной стороны, и идеологическим установкам, с другой, – в результате у адресата должна возникнуть новая концептуализация реальности»[12, 56]. С этой целью используются, например, такие средства, как замена слов, указывающих на конкретные реалии, но находящиеся на более высоком уровне абстракции (империализм строит планы, силы реакции сопротивляются переменам); подобные приёмы позволяют маскировать поведение реально действующих лиц.

  • Зверь международного империализма в мировой войне тяжело ранен и издыхает, но он ещё не погиб и может причинить чудовищные страдания человечеству. (Правда. №3. 1920).
  • Мир разделён на два непримиримых враждебных лагеря. Борются два Интернационала: чёрный и красный. На одной стороне красное знамя революции с эмблемой серп и молот, а на другой – чёрное знамя реакции. Одно несёт освобождение человечеству, другое – рабство и угнетение. (Джет. правда. №36. 1923).

– Политика советской школы состоит в том, чтобы дать государству гражданина, могущего рассматривать все общественные явления под углом определённого материалистического мировоззрения. Создание в ученике другого мировоззрения – тоже политика, но политика антисоветская, допустимая в старой школе и нетерпимая в современной. (Джет. правда.

№26,1923).

И, как только большинство рабочих уяснили себе оборонический обман, как только рассеялся мираж буржуазной демократии и эсеро – меньшевистской коалиции партия большевиков ведёт рабочий класс России в решающии бой и приводит его к победе над буржуазией. (Джет. правда№21,1923).

Демагогические тексты исследуемых газет обнаруживают тенденцию к атрибутивно – экспрессивной характеризации лжи. Существительное ложь имеет пышный орнамент. Наименования лжи сопровождаются однородными экспрессивными прилагательными:

Сколько стенаний, какая масса средств были потрачены нашими зарубежными врагами, чтобы держать западно – европейских рабочих в «во блаженном неведении» относительно истинного положения дел в нашем Союзе! Какие потоки грязной лжи были пролиты при этом! (Джет. искра№57. 1925).

– Выбрав наиболее подходящий момент, когда между партиями последнее время существовала партийная рознь, она под флагом левых социалистов – революционеров во главе с изменником Осиповым, хотела затуманить головы рабочим и совершить своё гнусное дело. Дабы ни была скоро раскрыта их гнусная ложь, они начали разстреливать членов партии коммунистов большевиков . (Турк. ком. №3. 1919).

  • Церкви никто в Советской республике не может осквернять, но церкви, в виду того,что религия частное дело всякого гражданина, отделены от государства. Советская власть выдвигая в лозунг «свобода совести», запрещать не может, а также отбирать иконы не может. Всё это гнусная и подлая ложь. (Голос Сем. №22 1919).

Особую активность приобретают сложные прилагательные, сочетающие одновременное указание на носителя лжи и ее характеризацию: буржуазно – корыстная, корыстно – классовая, слащаво – дипломатическая.

  • Но слащаво – дипломатическая буржуазия пока сильна и хитра; добровольно она не сдаст свои позиции, и наша первоочередная задача – немедленная и усиленная организация своих пролетарских рядов для борьбы с ней. (Джет. правда №40. 1922).

Относительное прилагательное, соединяясь с качественным, получает качественно – характеризующий заряд и используется в функции «слова – разоблачителя». Нормативность в области словообразования игнорируется.

  • Свою «консультацию» Фурман начинает с высокомерно – троцкистской клеветы о том, что районами и партучебой в районах руководят политически безграмотные люди. Кулацко
  • спекулянтскую идеологию, Фурман не только огульно распространяет на всех крестьян и колхозников, но и обосновывает « классовой природой и классовыми интересами крестьянства» (Каз. Правда №6. 1935).
    • Громоздкость организации, засорённость её вредным кулацко байско манапским и чиновническим хламом, излишним балластом, не дают возможности поставить работу, хотя бы в таких пределах, как это происходит в других областях Туркреспублики. (Джет. правда №44. 1922).

Выбор прилагательного не ограничивается литературным допуском. Здесь главный критерий – меткость, смелость, степень концентрации негативной эмоции в слове. На фоне идеологемы лжи формируется миф о борьбе за правду, соответствующий русской ментальности. Такая борьба священна. Она вынуждена и необходима:

    • 1919 год – год торжества Советской России над внутренной конр – революцией, 1920 же
  • год торжества мирового пролетариата над капитализмом всего мира. (Правда№1. 1920).
    • Наступил 1920 год и из туманной дали веков быстро приближался чудный корабль. На высоких мачтах в утренних лучах реют красные флаги и горит заветный девиз; братство трудящихся. Уже летит навстречу к нему голубь с маслиной веткой. Трудящиеся всей земли, протяните же скорее братскую руку отважным пловцам и в 1920 году от рождества Христова они вступят на твёрдую землю вечной мировой коммуны. (Правда№1. 1920).
  • Сегодня наш Октябрь совпадает с деловой работой штаба мировой пролетарской революции, начертывается план Мирового Октября. Переживёт ли свой Июль пролетариат всего мира, или сразу придёт Мировой Рабочий Октябрь?(Джет. правда№38. 1922)

Разного рода туманные понятия – удобное средство для вуалирования смысла высказывания, непроницаемая стена неопределенности может достигаться и с помощью намеренного использования терминов, в частности экономических, непонятных основной массе языкового коллектива, повального употребления заимствований.

  • Задача Советской власти состоит в настоящее время в следующем: 1. Неуклонно продолжать и довести до конца начатую и в главном и в основном уже законченную экспоприацию буржуазии, превращение средств производства и обращения в собственность Советской Республики, т. е. общую собственность всех трудящихся. (Голос Сем. №23. 1919).

Особенно идеологема лжи разрабатывается в период идеологических кампаний. Как и в других случаях, наблюдаем уподобление категорий ложь – буржуазное: буржуазной прессе приписывается постоянный предикат лживая; публикациям, газетам, журналам, содержащим несанкционированную информацию – буржуазные; журналистам, представляющим эти издания, – лжецы:

– Лживые «писаки» некоторых россииских газет, очевидно тяготеющих к буржуазной политике, клевещут на новых представителей советской власти, мы не должны верить им, т. к. судьи в Советской республике избираются народом, живущим честным трудом, а потому нет основания думать о недобросовестности судей, называть же избранников народа хулиганами может только провокатор, и то глупый. (Голос Сем. №22,1919).

Постоянно употребляющиеся в подобных текстах слова провокация, провокационный, провокатор передают смыслы «предательская ложь», « умышленная дезинформация, ориентированная на раскол в рядах единомышленников». Достаточно регулярный по отношению к прессе характеризатор « продажная» акцентирует корыстность журналистов. Тиражируются конструкций, организованные по модели: закрытие газеты за – что (конкретизация осуществляется с помощью наименования с семой лжи). Дело газеты «Труд». Признать, что цель работы газеты – не открытая идейная политическая борьба, а стремление путём распространения провокационных слухов вызвать среди масс населения панику; Дело газеты «Власти народа». Признать недостойным и недопустимым печатание сведений, вносящих панику среди рабочих и подрывающих оборонительные силы Русской социалистической Республики. [9, 97]

Завершая краткую характеристику языковой представленности идеологемы лжи в газетных демагогических текстах первых послереволюционных лет, отметим, что противостояние лжи и правды оказывается не нравственным, а скорее политическим, классовым. Собственно нравственные концепты « в чистом виде» демагогическими текстами не разрабатываются.

На фоне противостояния лжи и правды развиваются цепочки идеологем в противостоящих семантико-идеологических сферах « буржуазное» – «социалистическое». В настоящее время когда,казалось бы, изменился политический и экономический курс в стране и проводятся новые радикальные рыночные реформы, тем не менее на страницах газет «демагогические приёмы в политическом дискурсе газеты носят регулярный характер и используются в комплексе: суггестивность общения, констатирующий характер речи обусловливает употребление приёма солидаризации и бездоказательных утверждений. » [1, 34]. Феномен тоталитарного языка требует конкретного системно – лингвистического осмысления, т. к. тоталитаризм представляет собой политическую систему, в которой «государственная власть достигает полного или тотального контроля над обществом»[7, 90] и над языком.

При воспроизведении газетных демагогических текстов сохраняются орфографические и пунктуационные особенности источника.

Сокращения

ТСУ – Толковый словарь русского языка / Под. ред. Д. Н. Ушакова. – В 4-х т. – М., 1935.

МАС – Словарь русского языка. – В 4-х т. – М., 19571961.

Голос. Сем. – Голос Семиречья (Верный) за 1923 г. Джет. правда – Джетысуйская правда (Алма-Ата) за 1923 г.

Джет. искра – Джетысуйская искра (Верный) за 1919 г. Тур. ком. – Туркестанский коммунист (Ташкент) за 1919 г.

 

Литература

  1. АхизерА.С. Россия как большое общество // Вопросы философии. – 1993. – №1.
  2. Бердяев Н.А Истоки и смысл русского – коммунизма. – М., 1990.
  3. Берлова О.А., Захарова В.В. Игра на информационном поле. – М., 2003.
  4. Земская Е.А Клише новояза и цитация в языке постсоветского общества // Вопросы языкознания. – №4. – 1996.
  5. Колесов В.В. Отражение русского менталитета в слове // Человек в зеркале наук. – Л., 1991.
  6. Кузнецова Э.В. Язык в свете системных отношений. – Свердловск, 1983.
  7. Купина Н.А. Тоталитарный язык: словарь и речевые реакции. – Екатеринбург – Пермь, 1995.
  8. Медушевский А.Н. Демократия и тирания в новое и новейшее время // Вопросы философии. – 1993. – №10.
  9. Ромашов Н.Н. Система идеологем русского тоталитарного языка по данным газет. – М., 1996.
  10. Селищев А. Язык революционной эпохи. – М., 1928.
  11. Тошович Б. Язык в конфликте // Проблемы языковой жизни Российской федерации и зарубежных стран. – М., 1994. 12 Хан–Пир Э. Язык власти и власть языка // Вестник АН СССР. – №4 (983).
Год: 2015
Город: Алматы
Категория: Филология
loading...