Репрезентация концепта «воспитанность» в метафорических номинациях татарского, русского и английского языков

В статье представлен анализ метафорических номинаций, в которых содержится характеристика человека по уровню воспитанности. Метафора – это не только одна из разновидностей лексико-семантического способа словообразования, но также один из способов мировосприятия и осмысления окружающих нас предметов. В процессе исследования авторами выявлены национально-специфические, универсальные лингвоаксиологические особенности семантики данных слов в разносистемных языках (татарском, русском и английском) и в лингвокультурах, основанных на разных типах цивилизаций. В татарской национальной картине мира процесс воспитания ребенка метонимическим путем ассоциируется с внешней изящностью, грациозностью, в русской и английской языковых картинах мира данный процесс сравнивается с долгой и тщательной работой над каким-либо изделием. Кроме этих представлений, у англоязычных людей возникают ассоциации с культивированием почвы, в результате которого получают хорошие, богатые урожаи. Поведение и манеры воспитанного человека ассоциируются с услащенным вкусом, а также с гладкой поверхностью, которые передают впечатление от слишком мягких, неискренних манер.

Метафора – это одна из разновидностей лексико-семантического способа словообразования, т.е. перенос названия с одного предмета на другой на основе сходства: 1) внешних признаков, 2) структурного, 3) функционального. В метафоре отражены специфические лингвокультурные представления носителей языка о понятиях, явлениях, предметах и т.п. «В метафорических значениях актуализируется часть интенсиональных и импликациональных компонентов того значения, которое применяется при названии предмета, а параллельное прямое название этого предмета становится основой их смысловой организации. Образная сила метафорического значения заключается именно в яркости, «свежести», актуальности переносных компонентов» [1, 38]. Данное явление в языках представляется универсальной лингвистической категорией и отражает субкультурные различия. Таким образом, метафора – это не только одна из разновидностей лексико-семантического способа словообразования, но также один из способов мировосприятия и осмысления окружающих нас предметов, явлений, в котором полноценно реализуются специфические особенности мышления того или иного народа.

В татарском языке концепт «воспитанность» с метафорическим значением представлен следующими прилагательными: нәзакәтле, азман, керпеле, ертлач, тезгенсез, төерле, тырпы.

В русском языке: лощеныйотесанныйутонченныйрафинированный, неотесанныйнахрапистыйразвязныйраспоясанныйраспущенный, дикий.

В английском языке: accomplished, cultivated, elegant, fair, refined, smooth, sugary, thorough-bred, barbarian, barbaric, barbarous, bearish, blunt, coarse, crude, cur, rough, rugged, rustic, savage, tough, unbridled, wanton, wild.

Так, в татарском языке прилагательное нәзакәтле метафорически характеризует воспитанного человека. Первичное значение сочетания нәзакәтле кыз «изящная, грациозная девушка» метонимическим путем преобразуется в значение «деликатная, вежливая девушка». Внешние эстетические качества – грациозность, изящность – в языковом сознании татар метонимически переносятся на характеристику поведения – деликатность, вежливость.

Импликативное значение прилагательного азман «разнузданный, распутный» формируется на основе прямого значения «бастард, помесь». Таким образом, в татарской национальной картине мира словосочетание азман кеше в первую очередь относится к незаконнорожденному ребенку, а также к помеси животных, родившихся от разных видов. Лексемы «незаконнорожденный» и «помесь» имеют в прямом значении потенциальные отрицательно-оценочные семы, которые актуализируются для характеристики неблагородного, невоспитанного человека. Отсюда следует, что для носителей татарского языка представление о человеке воспитанном равнозначно представлению о человеке благородном, чистокровном.

Употребляя выражения тырпы егет; төерле/ ертлач/ керпеле кеше, мы в первую очередь вспоминаем о наиболее характерных для них признаках. Например, с прилагательным тырпы связаны представления «ощетинившийся, торчащий, взъерошенный», а с прилагательным – төерле «бугорчатый, комковатый». Переносное значение словосочетания тезгенсез кеше формируется на основе прямого значения «без поводьев, без удил». Аналогично с прилагательным ертлач. Метафорическое значение выражения ертлач егет «наглый, нахальный парень» базируется на прямом значении «изрытый оспой», то есть человек невоспитанный в татарской языковой картине мира в буквальном смысле ассоциируется с человеком, зараженным смертельно опасной болезнью, некоторым образом вызывающим отвращение. Прилагательное керпеле «грубый, невежливый, бесцеремонный» образовано от однокоренного существительного керпе «еж». Отличительной чертой ежей является колючки, о которые можно легко пораниться. Таким образом, в татарском языковом сознании грубый и невежливый человек ассоциируется с данным животным, грубое поведение человека также неприятно, как прикосновение к колючему ежу.

Эталоном грубого, беззастенчивого, всюду лезущего человека в татарском языке является корова, см.например, фразеологизм мүләк сыер (мыск. һәркая тыкшынып, сөзеп керүче дорфа, әрсез, сөмсез кеше туында). Вообще корове в татарской языковой картине мира нередко приписываются отрицательные качества, в том числе наглость, беззастенчивость, беспардонность, поэтому идиомы с этим словом могут иметь оскорбительный характер: мөгезсез сыер, мөгезсез сыер шикелле (мыск. теләсә кая шақшынып, ертышып кергән сөмсез кергән сөмсез кеше турында).

Таким образом, указывая на заданность способа мышления о мире и являясь неотъемлемой частью концептуальной картины мира, метафора оказывается базовым способом для определения лингвокультурной картины мира носителей языка [2, 396].

«Для того чтобы верно понять метафору, необходимо увидеть то «сырье», из которого делается значение слова. То есть изучая метафору необходимо научиться не только извлекать правду из лжи, а также извлекать признаки из предмета, превращая мир предметов в мир смыслов» [2, 71]. Мы провели анализ метафорического значения прилагательных русского языка лощеныйотесанныйутонченныйрафинированный, аналогичный анализу метафоры глубина души, сделанному Хосе Ортега-и-Гассетом, и получили следующий результат. Когда мы употребляем прилагательные лощеныйотесанный вне определенного контекста, мы в первую очередь думаем о характерных для них признаках. Например, с прилагательным лощеный ассоциируются значения «блестящий, глянцованный, натертый, полированный», а с прилагательным отесанный – обтесанный брусок или камень без единой шероховатости. Прилагательное утонченный соотносится со словом тонкий и образовано от глагола утончать в значении «придавать чему-либо тонкость, делать что-либо тонким», то есть утонченный характеризует нечто, имеющее тонкую, изящную форму. Разные представления возникают при употреблении слова рафинированный. Одни думают о вкусе сахара, другие о правильной/ ровной форме кусочков. Прилагательное рафинированный происходит от франц. raffiner. «рафинировать, очищать», (от лат. re-«обратно; опять, снова; против» affiner «утончать»), то есть первоначальное значение – очищенный от примесей продукт. Таким образом, описывая кого-либо как рафинированного человека, мы характеризуем его как в высшей степени воспитанного в элитарном духе человека.

Но если мы говорим, что у Х лощеные манеры, Х отесанный человек, или Х очень утонченная девушка, либо у Х очень рафинированное поведение, мы отдаем себе отчет, что используем их не в прямом смысле, но в то же время понимаем, что нужный нам косвенный смысл произведен от прямого. Когда мы утверждаем, что Х очень отесанный человек, мы относим это слово сначала к какому-либо изделию, которое обтесали, потом избавляемся от значения, указывающего на физические параметры, и относим его к психике. Аналогично с выражениями у Х лощеные манеры, Х очень утонченная девушка или у Х рафинированное поведение: в первую очередь нам представляются физические признаки предмета, которые помогают нам четче понять метафорические обороты. Для метафоры необходимо, чтобы мы осознавали ее двойственность. Мы используем имя не по его прямому назначению и отдаем себе в этом отчет. Таким образом, для русскоязычных людей человек, обладающий признаками воспитанности, ассоциируется с предметом, который обтесали, очистили, отполировали и придали соответствующий лоск и нужную форму, т.е. предмет, над которым долго и упорно трудились, облагораживали его. Человека воспитанного можно сравнить с деталью, которая подверглась тщательной обработке, очистке, полировке и т.д. и в конечном итоге было получено красивое изделие, которое поражает взгляд своим совершенством.

Н.Д. Арутюнова выделяла несколько видов метафор – образные, когнитивные, номинативные, генерализирующие. Образные метафоры основаны на использовании сходства между двумя далекими друг от друга предметами, практически на своеобразном контрасте [3, 127].

Для русскоязычных людей невоспитанный человек ассоциируется с определенными образами, находящими свое отражение в метафорической номинации. К примеру, когда носители русского языка слышат прилагательные неотесанныйнахрапистый, распоясанныйразвязныйраспущенный вне определенного контекста, в их сознании возникают определенные образы. Неотесанный соотносится с бруском неправильной, угловатой формы или с необтесанным поленом, нуждающимся в обработке. Словосочетание нахрапистый человек дает нам представление о наглом, бесцеремонном поведении кого-либо. Прилагательное нахрапистый является однокоренным с существительными нахрапник, нахрап. В толковом словаре Д.Н. Ушакова дается следующее определение нахрапника – «ремень у уздечки, идущий вдоль переносья до лба» [4, 458]. Этот ремень сдерживает лошадь, дабы обуздать ее. То же самое можно сказать и о человеке. Если он воспитан правильно, его поведение соответствует общепринятым нормам и, следовательно, он может себя контролировать, давать себе отчет в том, что есть хорошо, а что плохо. Человек нахрапистый, напротив, ведет себя нагло, грубо, о таких людях говорят: «он без тормозов». Нахрапник в переносном смысле ассоциируется с заложенными с рождения правилами поведения, которые помогают человеку контролировать себя. Ср. с идиомой брать нахрапом, которая обозначает бесцеремонное, напористое, наглое поведение человека.

Процесс метафоризации может сопровождаться частичным переоформлением слова, например, путем добавления суффиксов или префиксов. К примеру, префиксы раз-, расв прилагательных развязныйраспоясанныйраспущенный имеют значение аннулирования. Ср.: прилагательные развязный, распоясанный, распущенный являются однокоренными с глаголами развязать, распоясать, распустить, для которых первоначальным значением является «распустить, разъединить, снять пояс с чего-нибудь, освободить». Таким образом, сочетания развязный молодой человекраспоясанное поведениераспущенные нравы в концептуальной картине мира русскоязычного человека ассоциируются с некой чрезмерной свободой, неограниченностью.

Рассмотренные выше прилагательные с метафорическими значениями относятся к образным видам метафор, кроме прилагательного дикий. Дикий относится к когнитивной метафоре, возникающей в результате сдвига в сочетаемости предикатных слов (переноса значения), создающей таким образом полисемию. Первичное значение прилагательного дикий – «находящийся в первобытном состоянии (о людях), некультивированный (о растениях), неприрученный, неодомашненный (о животных)». Например, дикие племена, дикая яблоня, дикие леса, дикая утка [5, 165]. Вторичное значение «некультурный, необразованный, грубый» указывает на синонимические отношения с прилагательными некультурный, неинтеллигентный, объединенными общей семой «необразованный», а также с прилагательными грубый, вульгарный, непристойный, неблагопристойный со значением «противоречащий нормам высокоразвитой общественности». В то же время данное прилагательное можно отнести к прилагательным, образованным путем метафоризации, так как фразы дикий человек, дикое поведение ассоциируются не просто с некультурностью, а с первобытным строем, с некультивированными растениями, с неприрученными животными и т.д. См.: Вы живете, как дикие звери, газет не читаете, не обращаете никакого внимания на гласность, а в газетах так много замечательного! (А.П. Чехов, «Радость»).

В английском языке к прилагательным с метафорическим значением, характеризующим человека по уровню воспитанности, относятся следующие: accomplished, cultivated, elegant, fair, refined, smooth, sugary, thoroughbred. Переносные значения словосочетаний accomplished/ cultivated/ refined/ smooth/ sugary or thorough-bred person формируются на основе определенных образов. При употреблении прилагательного accomplished вне определенного контекста у нас возникает представление о завершенном образе. Словосочетание cultivated person соотносится с культивируемой, возделываемой почвой. Выражение refined manners ассоциируется в первую очередь с очищенным от примесей продуктом (ср. со сходным образным представлением прилагательного русского языка рафинированный). Аналогично со словосочетаниями smooth/ sugary man.

Импликативное значение выражения thorough-bred person формируется на основе представления о чистокровной породе животных, это образное представление, по-видимому, является типичным для англо-американской картины мира, оно не отмечается в татарской и русской языковых картинах мира. Сравним с таким устойчивым выражением, как hair about the heels (разг.), которое означает невоспитанность, неумение держаться. Буквальный перевод «волосы над бабками (у лошади)», это считалось признаком плохой породы у лошади, признаком ее нечистокровности. В соответствии с типичными взглядами носителей английского языка, усматривающих аналогию между воспитанием и чистотой породы, этот признак стал употребляться для характеристики невоспитанного человека. См.:

«Hair about the heels' muttered the count to himself». На основе этой ассоциации возникло и метафорическое значение у фразеологизма hairy about (at или in) the heel (или the fetlocks) (жарг.) – «неотесанный, невоспитанный» [первонач. только о непородистых лошадях]; см. «Bit hairy at the heel. Definitely not out of the top drawer (A. Christie, «Murder in the Mews»).

Прилагательные elegant, fair относятся к когнитивной метафоре, возникающей в результате сдвига в сочетаемости предикатных слов (переноса значения), создавая, таким образом, полисемию. К примеру, выражение elegant woman можно интерпретировать в двух значениях. Первое значение раскрывает эстетические качества женщины, а второе – этические. Прилагательное fair является полисемичным. Первичное значение данного слова «справедливый, честный», на основе его формируется дополнительные значения – мягкий, вежливый, учтивый. Ср.: fair spoken man. Таким образом, можно говорить о том, что для носителей английского языка воспитанность человека подразумевает и высокие нравственные качества.

В языковой картине мира английского народа прилагательные coarse, crude, rough, rugged ассоциируется с представлением о предмете низкого качества, который нуждается в обработке. Выражение cur person говорит о том, что человек невоспитанный образно сравнивается с дворовой, непородистой собакой. Словосочетание rustic man заключает в себе представление о деревенщине, простом человеке, с неотесанными манерами.

Прямое значение прилагательного bearish является однокоренным словом существительного bear – медведь. Поведение этого животного отличается неуклюжестью, грубостью, таким образом, метафорическое значение прилагательного bearish формируется на основе данного образа.

Аналогичные процессы происходят в семантике прилагательных blunt, tough, где импликативное значение возникает на основе представления о затупившихся предметах и крепком, плотном материале. Метафорическое значение прилагательных barbarian, barbaric, barbarous, savage связано с представлениями о варварах, дикарях, первобытном строе. Импликативное значение прилагательного wanton «непристойный, безнравственный, аморальный, распущенный» сформировано на основе прямого значения «произвольный, неконтролируемый, дикий (о растениях, природных явлениях)». Поведение невоспитанного, распущенного человека ассоциируется с дикими видами растений, которые растут беспорядочно, непроизвольно.

Словосочетание unbridled man содержит представление о распущенном, разнузданном поведении человека. Прилагательное unbridled является однокоренным с существительным bridle, которое называет предмет для обуздания лошади. Таким образом, человек разнузданный в английской языковой картине мира, как и в русской картине мира сравнивается с дикой, необъезженной лошадью, которую невозможно обуздать.

Wild относится к когнитивной метафоре. В переносном значении данного слова актуализируется несколько значений 1) «невоспитанный, некультурный человек»; 2) «несдержанный, неконтролируемый»; 3) «безнравственный».

Выше в связи с анализом семантики выражения thorough-bred person мы упоминали о типичном для англо-американской картины мира сравнении чистокровных лошадей с воспитанными людьми. В соответствии с типичными взглядами носителей английского языка, усматривающих аналогию между воспитанием и чистотой породы, это сравнение стало употребляться для характеристики поведения невоспитанного человека, который сравнивается с нечистокровной, непородистой лошадью. Это образное представление репрезентируется в следующих английских идиомах, характеризующих невоспитанного человека. См., например, такое устойчивое выражение, как hair about the heels (разг.), первоначальное значение которого – «нечистокровная, непородистая лошадь». См.: «Hair about the heels' muttered the count to himself». На основе этой ассоциации возникло и метафорическое значение у фразеологизма hairy about (at или in) the heel (или the fetlocks) (жарг.) – «неотесанный, невоспитанный»; см. «Bit hairy at the heel. Definitely not out of the top drawer (A. Christie, «Murder in the Mews»).

Таким образом, метафора – это не только одна из разновидностей лексико-семантического способа словообразования, но также один из способов мировосприятия и осмысления окружающих нас предметов, явлений, в котором полноценно реализуются специфические особенности мышления того или иного народа.

Так, в татарской национальной картине мира представления о воспитанном человеке накладываются на определенные образы. Процесс воспитания ребенка метонимическим путем ассоциируется с внешней изящностью, грациозностью.

В русской языковой картине мира процесс воспитания сравнивается с долгой и тщательной работой над каким-либо изделием, которому придали правильную форму, соответствующий лоск, иными словами, с долгой и упорной работой ремесленника, в результате которой получили нужный результат.

В английской национальной картине мира у носителей языка также отмечаются специфические образные представления о воспитанности. В первую очередь она ассоциируется с очищенным от примесей продуктом, а также с завершенной работой, законченным действием. Кроме этих представлений, возникают ассоциации с культивированием почвы, в результате которого получают хорошие, богатые урожаи. Поведение и манеры воспитанного человека ассоциируются с услащенным вкусом, а также с гладкой поверхностью, которые передают впечатление от слишком мягких, неискренних манер. Если речь идет о благовоспитанном человеке thorough-bred person, возникают представления о чистокровной породе животных, ср. с похожими ассоциациями в татарском языке. Манеры и поведение воспитанного человека также связываются с впечатлениями от его внешнего вида – элегантностью, красотой.

Таким образом, нами были выявлены лингвокультурные представления носителей этих языков о воспитании человека, отражающие как универсальные, так и уникальные признаки татарской, русской и английской языковых картин мира.

 

Литературa

  1. Маркелова Т.В. Семантика оценки и средства ее выражения: Учеб. пособие по спецкурсу. – М.: МПУ, 1993. – 125 с.
  2. Теория метафоры: Сборник: Пер. с англ., фр., нем., исп., польск. яз. / Под ред. Н.Д. Арутюновой и М.А. Журинской. – М.Прогресс, 1990. – 512 с.
  3. Арутюнова Н.Д. Оценка в механизмах жизни и языка // Язык и мир человека. – М.: Школа «Языки русской культуры», 1999. – 896 c.
  4. Ушаков Д.Н. Толковый словарь русского языка. В 4-х тт. – М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1936-1940. – Т. 1-4
  5. Словарь русского языка / Под ред. С.И. Ожегова, Н.Ю. Шведова. – М.: «Русский язык», 1997. – 816 с.
Год: 2014
Город: Алматы
Категория: Филология
loading...